Science_officer's_log

Дорогой дневник. Позавчера капитан рассказал мне избранные отрывки из собственного жития, а вчера я стал героем чужой истории жизни. Наша встреча была запланирована заранее, и я был искренне уверен, что мы встретимся ненадолго, так что совершенно ничего не планировал готовить. Но по пути на базу мне пришла в голову идея, как приготовить более или менее вкусную еду за короткий промежуток времени, так что, когда капитан пришёл, у меня уже была на столе кое-какая еда. До определённого момента встреча (во всяком случае, с моей стороны) прошла довольно нервно. Несмотря на то, что мы постоянно смеялись (капитан зажал мне рот рукой, когда я чихнул - это произвело эффект, похожий на взрыв в мультфильме, и не поддаётся описанию), я чувствовал себя несколько скованно, нервно, и в результате нервы последних дней вылились в совершенно недостойную офицера Звёздного Флота истерику, когда сразу после прозвеневшего будильника (через полтора часа после начала встречи) я кинулся одеваться, а капитан схватил меня, прижал к кровати и держал так, пока я не разрыдался и не затих, а потом уткнулся ему в плечо и замер. Он честно сказал, что, видимо, нашёл способ заканчивать все мои истерики: держать и не отпускать. Я крайне удивлён, что у капитана хватает на это терпения - капитан тоже удивлён. Полагаю, в дальнейшем это может стать проблемой. После истерического состояния я крайне ослабел, и, вспомнив, как мне самому понравилось, когда я лежал на животе, я уговорил капитана попробовать так же. Капитан сначала был не в восторге, но, судя по тому, как он выгибался и царапал ногтями покрывало, всё прошло не так плохо (дважды). После чего я почувствовал себя несколько лучше, потому что реакция капитана была удовлетворительной. После чего мы просто лежали, обнимая друг друга, и я попросил капитана (впервые) рассказать о его жизни в Академии. Те годы в жизни капитана оставались для меня белым пустым пространством, и, хотя я не был уверен, что хочу знать о его прошлом, я всё же считал, что мне следует это знать. Капитан рассказывал монотонным спокойным голосом, как пластинка, а я старался не забывать успокаивающе гладить его по волосам. В какой-то момент я подумал, что совершенно не знаю человека, которого сжимаю в объятиях, которого целую и люблю. А потом подумал - может, так и есть, и я не знаю его. Но ведь это не помешало мне полюбить его, и этот фактор остался неизменным. Как будто ряд белых областей исписали мелким неровным почерком. Я до сих пор пытаюсь устаканить это в собственной голове. Какая же у людей бывает странная и интересная жизнь. И как же сильно она отличается от моей. Череда любовных похождений, поразительные и странные ситуации. В моей жизни в Академии самым страшным было купить крайне дорогую книгу и некоторое время испытывать финансовые трудности. Хотя это было некорректно, я высказал капитану, в чём, по моему мнению, заключаются его проблемы в отношениях с другими людьми. Не думаю, что мне удалось скрыть от него, что я пребывал в шоковом состоянии. Но мне следовало это услышать. Сейчас, два дня подряд, я всё ещё пытаюсь принять полученную информацию и как-то её распределить, классифицировать. И всё равно это вызывает некоторые трудности. Особенные трудности по личным причинам доставляет мне информация о преподавателе, в которого капитан влюблён и по сей день. В его голосе звучала явственная горечь, и мне было искренне жаль, что у капитана с этим человеком ничего не получилось. В то же время я вижу, что такого накала чувств, зародившихся ещё в юности, когда ощущения ещё яркие и сильные, ко мне капитан, увы, испытывать никогда не будет. Полагаю, в самом начале я был для него исключительно отвлечением и в какой-то мере экспериментом (соблазнить безэмоционального вулканца - чем не олимпийский вид спорта), и его приятно удивило, что в результате всё вылилось в какие-то не слишком напряжённые (пока) отношения. Меня всё тоже устраивает, и всё же мне немного жаль, что такой силы эмоции до сих пор пропадают зря. Это нерационально, и мне искренне хотелось бы, чтобы рано или поздно у капитана с его преподавателем всё получилось. Это, фигурально говоря, разобьёт моё сердце, но мне бы хотелось, чтобы всё было по справедливости. С другой стороны, капитан постоянно выслушивает мои пространные истории о моих невзаимных влюблённостях. После усталость и сонливость навалились на меня в самый неподходящий момент: нам следовало начинать собираться по домам. Я наивно полагал, что ещё около одиннадцати часов вечера, и если бы капитан сказал, что уже половина первого ночи, меня бы, полагаю, подбросило на кровати прямо в форменные штаны. Но вместо этого он всеми способами пытался меня поднять. Как он прокомментировал это на следующий день: "Если б не любил - убил бы". В какой-то момент его гнев достиг такого предела, что он взял меня грубо и сильно (что до сих пор является предметом моих совершенно опьяняющих воспоминаний), и оставил несколько следов (наконец-то!) на моих шее и спине. Когда я, наконец, встал, сонно пошатываясь, ярость его пошла на убыль, и капитан просто бегал по квартире, махал руками, бестолково верещал - и даже позволил себя обнять, хотя я никак не мог перестать смеяться от его несчастно-растрёпанного вида. Я обнимал его и смеялся, а капитан махал руками и что-то неразборчиво верещал-ворковал. Должно быть, это была эпичная картина. На самом деле, такого поведения я никогда не позволял себе ни с кем. Я всегда стараюсь держать себя в руках максимально, но с капитаном я позволяю себе расслабиться, и это приводит каждый раз к совершенно незапланированным последствиям. Всё следующее утро я старался одновременно устаканить в голове информацию, которую передал мне капитан о своей жизни, и похоронить мысль о совместной жизни с капитаном. Последнее было особенно сложно, потому что, несмотря на голос разума, говорящий, что мы друг друга не выдержим, потому что мы слишком разные, и следует сначала проверить наши отношения временем, и это нелогично, и однополые отношения не поощряются, и у меня совершенно нет никакого опыта в отношениях (очень много слова "отношения" на одно предложение), и это не следует решать на горячую голову, мне просто элементарно хотелось попробовать, а все прочие фразы мне казались отговорками. Я понял, что в дальнейшем это может стать настоящей проблемой, и, хотя делиться проблемами не в моих правилах, честно написал капитану, что мне нужно его опровержение - твёрдое "Нет, мы никогда не будем вместе". Как вы помните, капитан состоит в официальном браке, так что наши с ним отношения вторичны. Вместо того, чтобы одним веским словом развеять мои надежды (что было бы очень просто), капитан легкомысленно написал: "А хз", - и завершил это послание очаровательными смайликами. Я вздохнул и перестал строить трагедии. Что толку загадывать, и правда. Время всё расставит по своим местам. Вечером того же дня мне пришло сообщение от юного вулканца, у которого я вёл занятия некоторое время назад, и который теперь успешно учится в заведении высшего образования. Сообщение гласило: "Я пьяна я тебя люблю". Огорчившись отсутствию знака препинания, я не нашёл, что ответить, но почувствовал, что круг замкнулся: как для капитана был важен его преподаватель, так и я стал важной фигурой в чьей-то истории. Может, моя юная ученица когда-нибудь будет рассказывать кому-то обо мне, и её возлюбленный точно так же будет гладить её по волосам и прижимать к себе в особенно печальных моментах истории. Это было отчего-то и правильно, и грустно, и я в очередной раз порадовался тому, что мы с капитаном встретились. Каждый раз мне до конца не верится в то, что я могу просто подойти к нему, обнять, поцеловать, приготовить ему чай или написать глупое и романтичное сообщение. Это каждый раз становится для меня внезапным и приятным сюрпризом - разумом я понимаю это (хотя не до конца), а вот эмоционально воспринимаю каждый раз, как первый. В то же время, когда капитан сказал: "Представь, что ты у меня первый", - я растерялся. Я хочу сказать, зачем мне это? Ведь я люблю капитана таким, каким он ко мне пришёл. У нас было много шансов, нас постоянно сталкивала судьба. И всё же мы сошлись именно сейчас, и меня это устраивает. У меня восхитительный любовник, верный друг, вечный союзник и интересный собеседник. Каждый раз, когда я вспоминаю, как обстоят дела, это наполняет меня теплом. Я не знаю, что будет дальше. Я слишком часто надеялся на лучшее в отношениях, которые сейчас остались позади. В какой-то момент просто надоедает загадывать. В то же время взаимность наших с капитаном отношений и наша неожиданная способность обговорить и решить текущие проблемы (я не привык, чтобы меня выслушивали до конца и старались принять совместное решение) - всё это чудится мне настоящим подарком судьбы. Мне чрезмерно комфортно в отношениях, и иногда я задумываюсь - не приходится ли для этого капитану тащить тяжёлую их часть на себе? Мне бы этого не хотелось.

Мир однозначно прекрасен и светел (даже несмотря на то, что я теперь знаю об отношениях капитана с Ниотой Ухурой) (РРРРРРРРРРРРРР), live long and prosper, Spock out.