Книжный шкаф

-Ну, скажи же фильм классный, - восторженно говорил Сиринн наливая чай, пока я, сидя на стуле в кухне, пристально следил за ним. -Хорош, - отозвался я. Парень поставил на стол чашки и сел напротив. -Кстати, кто-то обещал показать мне свою личную мини библиотеку, - намекнул Сиринн, беззаботно улыбаясь. -Пошли, - кивнул я. Год назад взятая ипотека позволила купить мне трёхкомнатную квартиру, и одну из комнат я переделал в кабинет-библиотеку. По большей части от кабинета было только название и немного книг. Просто само осознание того что у меня есть кабинет нравилось мне больше. Мы зашли и Сиринн с маниакальным блеском в глазах оккупировал небольшой книжный шкаф. Он рассматривал каждую книгу, читал аннотацию, вглядывался в обложку, перебирал страницы, и полностью исследовав книгу, или откладывал её, или убирал обратно в шкаф. Я наблюдал за ним и пытался решиться сказать, что влюблён и готов перейти к активным действиям прямо сейчас. Если я продолжу тянуть, то порочный круг из литературы преодолеть будет не возможно. Пока я придумывал различные способы признания, Сиринн сложил все книги в шкаф и, взяв две, подошёл ко мне и помахал рукой перед лицом: -Ты опять залип? – улыбнулся он, - Я возьму две книги? Я не сразу понял, что он сказал. Только заметив книги в его руках, кивнул. Сиринн закусил губу, глядя мне в глаза, и спросил: -Что-то не так? -Я…, - я посмотрел на потолок, будто лицо какого-нибудь святого сейчас появится там и покажет большой палец в поддержку, - Я хочу тебя поцеловать. Минута молчания длилась долго. -Что, прости? – тихо переспросил Сиринн. -Ты услышал. Я тебя сейчас поцелую, - сказал я и, не давая ему опомниться, протянул руку и нежно, кончиками пальцев приподнял его подбородок. Его глаза приняли почти идеальную форму круга, и я, приблизившись, коснулся желанных губ. Это был лёгкое, невинное, почти детское касание губ, которое взорвало во мне фейерверк чувств. Я оторвался от него на миг лишь для того, чтобы поцеловать снова, затем ещё и ещё, и каждый новый поцелуй был дольше предыдущего. Сиринн отвечал на поцелуи сначала робко, потом более увереннее. Книги, которые он держал в руках уже давно лежали на полу, а его руки обвились вокруг моей шеи. Тёплые, влажные, бесконечно нежные поцелуи, сводили меня с ума.…Менялись, из дразнящих превращались в неспешные, ласковые превращались в грубые и властные. Их было много – достаточно, чтобы возместить сполна те поцелуи, которыми нужно было давно обменяться, ещё пять месяцев назад. Кончики его пальцев осторожно скользнули по моей щеке. Он чуть отстранился, побуждая меня приоткрыть рот, и я с чувством признательности, почти облегчения почувствовал, как его язык игриво коснулся моих губ, затягивая в поцелуй. Постепенно его поцелуи становились всё более властными, увлекая меня в стремительный водоворот ощущений. Он прильнул ко мне, а я крепко прижал его к груди, не прерывая страстного, жаркого поцелуя, от которого я окончательно утратил способность логично рассуждать. Мои мысли перестали быть последовательны и слились в один безумный комок желания. Внезапно, (я не ожидал, что Сиринн начнёт действовать), он укусил меня за губу и его руки лихорадочно заметались по моей рубашке, как-то неумело дёргая за пуговицы. Я наблюдал за ним, тяжело дыша. Губы его сжались в тонкую линию, лицо было напряжено. Наконец, издав торжествующий возглас, он справился с пуговицами и приложил ладони к моей груди. -Я хочу… Я не дал ему договорить и с жадностью снова прижался к его губам. Просунув руки под футболку, я обнял его за талию. Он казался таким хрупким, что сожми я его чуть посильнее, и он сломается. Из его груди вырвался сдавленный стон, я обхватил его за ягодицы и приподнял, прижимая к себе, и со сладкой болью ощутил твёрдую плоть под его джинсами. Ладони Сиринна шарили по моей груди – от ключиц до живота. Увлекая потоком новых ощущений, он ощупывал каждый дюйм, моего тела докуда только мог дотянуться. -Поцелуй меня, - потребовал я, задыхаясь, и он охотно повиновался моему приказу. Он подавлял меня своей близостью, а я наслаждался его напором. И забыв обо всём на свете, прижимал его теснее, хотя куда уж ближе. Пламя нарастающего возбуждения переливалось через край, опаляя сомкнутые веки, и кружило в водовороте неистовой страсти. Неожиданно он прервал поцелуй. Он отшатнулся, оступился, но я не дал ему упасть, одной рукой обхватив его затылок, а другой крепко обняв за талию. Его бедра прижались к моим, и я только что не заурчал от удовольствия. Он открыл глаза и посмотрел на меня. Чёрт, а не ошибку ли я сейчас совершаю? Может мне не следовало целовать его? Не следовало дотрагиваться, брать на руки и уж тем более не прижимать к себе так. Я смотрел в тёмные пруды его глаз и чувствовал, что остановиться сейчас, значит совершить ещё большую ошибку. Сиринн вновь закрыл глаза и прижался к моим губам. Невыносимо нежно и чувственно он затянул поцелуй, одной рукой пытаясь нащупать пряжку на моём ремне. Его пальцы, скользнувшие под ткань рубашки и коснувшиеся кожи живота, показались мне холодными как лёд. Я чуть отстранился, и, подхватив Сиринна на руки, перенес в спальню на кровать. Я уложил его, скорее с большей поспешностью, чем с нежностью, после чего сорвал с себя злосчастную рубашку и стянул с талии ремень джинс. Сиринн протянул ко мне руки, и тогда я забыл обо всём, кроме его глаз, жаркой кожи, и возбуждения расплавленным металлом растекавшегося по жилам. Я хотел поскорее насладиться нашей близостью, попробовать на ощупь каждый сантиметр его кожи, вдохнуть дивный аромат его волос и впитать его всего, чтобы никогда не отпускать. Я потянулся к нему в тот самый миг, когда он протянул руки ко мне. И вот одежда летит в стороны, нас уже ничего не разделяет и я наши руки и губы сливаются в едином порыве восторга. Я целовал его веки и чувствительную кожу на изгибе плеча, осыпал поцелуями шею, скользнул зубами по гладкой, шелковистой коже на его бедре, после чего добрался до члена и вобрал его в рот. Сиринн глухо застонал, его тело выгнулось дугой, а пальцы вцепились в простынь. Оторвавшись от столь жаждущей внимания части тела, я достал из прикроватной тумбочки крем и, выдавив немного на пальцы, вновь вобрал его член в рот. Одновременно с этим я ввёл в него один палец. Сиринн вновь выгнулся, а я, не отвлекаясь от дела, добавил второй палец. Когда парень привык, я вытащил пальцы и, выпустив его член изо рта, проделал цепочку поцелуев от низа живота до шеи и приподнялся на руках. Сиринн перекинул ногу через моё бедро и опрокинул меня на себя. Он приподнял бедра, и я стал медленно вводить в него член. Когда я вошёл полностью мы на какой-то миг застыли в одной позе, наши тела слились так тесно, как это вообще было возможно. Я стал медленно раскачиваться, с каждым разом проникая всё глубже и всё больше заполняя его собой. Он следовал ритму моих движений, зарыв глаза, напрягшись всем существом в стремлении получить то пресыщение, которое вскоре последует. С каждым разом я увеличивал темп толчков и Сиринн поддавался мне навстречу. В какой-то момент, парень вновь выгнулся, и излился мне в руку, затягивая меня в водоворот долгожданной развязки. Наслаждение накатывало волной, доходя до самых кончиков пальцев и я, кончив, тяжело опустился на него. Всё кончилось слишком быстро. Последние, слабые судороги пробежали по моему телу, накапливаясь где-то в нижней части живота. Словно в тумане я расслышал тяжелое дыхание Сиринна и, приподнявшись, откинул чёрные волосы с его лба. Быстро коснувшись его губ, я скатился с него и стал ожидать неминуемого скандала. Я получил то, чего хотел на протяжении пяти месяцев, но теперь я понимаю, что не хочу на этом останавливаться. Я хочу продолжать разговаривать про литературу, в перерывах споров трахаться, просыпаться рядом и знать, что мы встречаемся. Ведь… -Я люблю тебя, - едва слышно сказал я в темноту спальни. -Я кажется…тоже. -Ты серьёзно? Сиринн что-то ответил на французском. -Ты кстати такой сексуальный, когда говоришь на французском, - промурлыкал я, переворачиваясь на бок и вглядываясь в темноте в его лицо. -Merci. -Ааа перестань, иначе я на тебя сейчас наброшусь! – пригрозил я в надежде на долгое продолжение. -Plutôt. -Что? -Скорее. Я не стал заставлять его ждать.