Paris

Тем временем, на улице чуть потеплело. Медленно занимался рассвет. Хмуря брови, Черная Вдова собиралась в дорогу. Она долго думала над тем, что стоит брать с собой в "медовый месяц", потому что совершенно не представляла, чем они с Бартоном там будут заниматься все две недели. Покопавшись в шкафу, она вынула оттуда две-три блузки, джинсы, легкую кожаную куртку и две майки. На минуту она призадумалась, окинув взглядом бардовое платье, а затем вздохнув, закинула и его в чемодан. Мало ли, может и пригодится. Потратив еще двадцать минут на необходимые сборы, агент Романофф была готова. Волоча за собой тяжелый чемодан на колесиках и рюкзак, девушка вышла из квартиры и закрыла её на ключ. "Теперь уж нескоро вернусь. Проклятый Бартон" - Наташа вздохнула и только сейчас подумала о том, как будет добираться до аэропорта. Она же забыла вызвать такси! Прикусив губу, Вдова покатила за собой чемодан, спускаясь по лестнице. Теперь придется стоять чуть ли не полчаса, чтобы хоть один автомобиль притормозил. Но как вскоре выяснилось, делать ей этого не пришлось. Выйдя из подъезда, Наташа была приятно удивлена тем фактом, что возле дома стояло такси, а к ней уже подходил Клинт, скромно улыбаясь. Заметив вопросительный взгляд Романофф, он пояснил: - Я слишком долго тебя знаю, чтобы угадать, что ты забудешь вызвать такси, потом будешь еще минут двадцать ловить проезжую машину, и в итоге, мы оба опоздаем на самолет. - отбирая у неё чемодан и укладывая его в багажник, проговорил Сокол. - Надо же. Как любезно с твоей стороны, - Наташа улыбнулась Присев на заднее сидение, она молча смотрела в окно всю дорогу. Не спешил прерывать её раздумия и Сокол, наверное, задумавшись о том же. Для обоих такое задание будет впервые, и оба переживали, смогут ли выполнить его на отлично, не испортив себе репутацию лучших агентов Щ.И.Т.а. За полчаса благополучно доехали до аэропорта и сели в самолет. Романтик по натуре, Бартон не отрывал взгляда от иллюминатора, восхищенно рассматривая облака. А вот Наташе уж после десяти минут полета надоел однообразный пейзаж, и она, уронив голову на плечо Клинта задремала. Впрочем, и Соколу было не на что жаловаться. Проснувшись от громкого голоса пилота, оповещающего о прибытии, Романофф открыла глаза. Перед ней, растянувшись по струнке, стоял Клинт, пытаясь достать до багажной полки. Он весь вытянулся, край его футболки чуть поднялся вверх, открывая взгляду девушки кубики пресса. Засмотревшись, Наташа поймала себя на мысли о том, что фигура у Бартона очень даже ничего. На минуту она представила, как проводит по рельефному животу Клинта пальцами, по мускулистым рукам, плечам, губам... "Стоп! О чем я думаю!?" - возмутилась Романофф. Дабы не было больше искушения засматриваться на отвернувшегося Бартона, Наташа встала с кресла и стала помогать другу вытаскивать вещи. Спустив чемодан и два рюкзака на пол, друзья со вздохами-охами нагрузили на себя вещи и по трапу спустились на землю. Конечно же, в аэропорту их никто не встречал, а потому они просто сели в такси и поехали в нужный отель. Если виды, открывающиеся на облака её не привлекали, то в Париже действительно было на что посмотреть. Наташа много где была: в Берлине, Каире, Пекине, Лондоне, Анкаре, но ни один из этих городов не удивлял и не восхищал её так, как это делал Париж. Они и не заметили, как машина подъехала к дверям отеля. Поблагодарив улыбчивого водителя, Клинт вытащил из багажника чемодан и взвалив на себя рюкзаки, пошел ко входу. Наташа - вслед за ним. Внутри здания было еще красивее, чем снаружи: громадные мраморные колоны подпирали потолок, пол был выложен из мельчайшей разноцветной мозаики, а возле стен расположились белые кожаные диваны. Подойдя к ресепшну, Клинт поставил поклажу на пол и перевел дух. Наташа, подойдя к нему, обвела взглядом холл, но так и не нашла администратора. Впервые обратив внимание на звонок, стоящий на столе, девушка нажала на него два раза. Раздался громкий звон, и на звук вышла симпатичная девушка лет двадцати-двадцати пяти. Подойдя к ресепшну, она посмотрела на гостей, остановив заинтересованный взгляд на Бартоне и оставив без внимания Наташу. - Чего желаете? У вас забронировано? - сладко протянула девушка. - Да, у нас забронирован номер на фамилию "Бартон", - обаятельно улыбаясь, ответил Сокол. - Сейчас посмотрю, - она на минуту отвернулась, ища в списке фамилию. - да, такой есть. Правда, там одна двухместная кровать, но если хотите, то мы можем вам предоставить два отдельных одноместных номера. Наташа скрипнула зубами, поморщившись от неприятных ощущений. "Ну надо же, какая настырная особа! Наверняка задумала соблазнить моего Сокола, как только поселит в разных комнатах" - яростно подумала Романофф. - "Стоп. С какого я теперь Бартона моим Соколом называю? Впрочем, сейчас можно - мы же теперь официально замужем". - Нет, благодарю, мы с моей женой поселимся в одном номере, с двуспальной кроватью, - Клинт схватил Наташу за талию, притянув вплотную к себе и с дикой страстью посмотрел ей в глаза. - она нам еще понадобится. От подобной наглости Наташа чуть поперхнулась, забыв на мгновенье о том, что Бартон всего лишь играл свою роль. "Причем довольно талантливо" - отметила девушка. Сделав непринужденный вид, агент Романофф кокетливо захихикала. - Бедные наши соседи! Надеюсь, они не возражают против небольшого шума ночью, - промурлыкала Вдова. - А теперь, будьте добры, вручите, пожалуйста, ключ от нашего с женой номера - любезно попросил Клинт, не выпуская из объятий Наташу. - - С удовольствием, - процедила сквозь зубы администраторша и порывшись некоторое время в шкафчике, протянула им ключ. - ваш номер находится на шестом этаже, его номер девяносто пятый. - Благодарю. Забрав ключ, Клинт отпустил Наташу и взяв за ручку чемодан, покатил его к лифту. Лишь дождавшись, пока кабинка подъедет к их этажу, откроется, впустив их внутрь и закроется вновь, Романофф смогла спокойно наедине переговорить с Бартоном. - Жестко ты ее отшил, однако, - заметила Наташа. Все же она с удовольствием наблюдала, как была разочарована администраторша тем фактом, что Бартон "женат". Притворно вздохнув, агент продолжила. - а девушка довольно симпатичная была. Ты же вроде предпочитаешь блондинок, как она? - Зачем мне всякие девушки, когда у меня есть жена? - Бартон весело рассмеялся. - я примерный семьянин. И нет, ты не угадала, я предпочитаю рыженьких. - Кхм... - Наташа кашлянула, стараясь скрыть смущение. Похоже, что Сокол действительно не мог видеть ту черту, которая переходит от притворного флирта к настоящему. Слава Богу, что дальше разговаривать им дальше не пришлось, потому что двери лифта разъехались в разные стороны, пропуская путников на шестой этаж отеля. Слава богу потому, что Наташа попросту не знала, что можно ответить на такое заявление друга. А вдруг он это сказал не по-настоящему, а лишь для их "спектакля"? Не зная, что и думать, Романофф опередила Клинта и первая подошла к двери отеля, отворив ее и войдя внутрь. Окинув взглядом комнату, Наташа осталась довольна выбором Фьюри. Хоть номер он им неплохой смог обеспечить. Комната была довольно просторной, на противоположной от двери стене располагалось большое окно, которое теперь было распахнуто. Небольшой ветерок трепал легкие белые шторы. Подойдя к окну, Романофф раздвинула шторы и вдохнула поглубже парижский воздух. Казалось, что весь город пропах цветочным запахом. Открыв глаза, девушка залюбовалась прелестными видами Эйфелевой башни, которую отлично было видно с окна их номера. Что ж, вряд ли им придется очень уж трудиться, чтобы изображать влюбленных - романтичную атмосферу навевал сам Париж. Пока Наташа засматривалась на главную достопримечательность Франции, Клинт уже успел перетащить все их вещи в номер и усесться на кровать, засматриваясь уже на засмотревшуюся Наташу. Небольшой ветерок развевал на ветру её рыжие кудри, девушка чуть щурила глаза и легкая улыбка порхала на её лице. Одернув себя от мысли о том, что он бесстыдно пялится на неё, Бартон кашлянул и подойдя к Наташе, тоже выглянул в окно. - Красиво, правда? Может, прогуляемся по Парижу? Я столько всего читал о нем... - увлеченно поделился Сокол. - Только давай сначала позавтракаем? Я так голодна, - Романофф повернулась к Клинту, улыбнувшись. Подойдя к своему чемодану, она открыла его и вынув стопку вещей, пошла с ними в ванную комнату. Бартон уже успел переодеться в чистую одежду, проверить мини-бар их номера и разобрать вещи, а Наташа все никак не выходила. От скуки Сокол уже начал заинтересованно рассматривать маленькую паутинку на потолке. "Все-таки женщины остаются женщинами, даже если они и секретные агенты. Вот что можно делать в ванной полчаса!?" - недоумевал Соколиный Глаз, одернув на себе футболку. Ощущать себя в нормальной человеческой одежде было как-то непривычно. Он привык к костюму агента, который почти не снимал, а уж никак не к джинсам и белой футболке. Наконец, несчастный страдалец дождался своего: Романофф вышла из ванной. Причем она почти никак не изменилась, разве что сменила одежду на джинсы и легкую блузку с треугольным вырезом. Клинт изумленно поднял брови, но все же галантно умолчал о времени, которое Наташа потратила на переодевание. Держась за руки(молодожены, как-никак), агенты спустились в приотельный ресторан, окидывая взглядами сидящих за столиками людей. Любовь любовью, а им еще преступника искать. Присев за свободный столик возле окна, Клинт поспешил спрятать лицо за газетой, а Наташа продолжала "сканировать" взглядом людей. - Смотри, вон тот мужчина похож на подозреваемого, - тихо сообщила Черная Вдова. - Ничуть. Ты что, не видишь, какая у него бородища? А наш гладкий, как стекло, - чуть выглянув из-за газеты, скептически опроверг Сокол. - Нат, успокойся, наверное, он попросту не пришел на завтрак. Он же богат, значит и ест в более престижном месте. А может, не успел позавтракать и уехал по делам. Фьюри же сказал нам, что он точно должен присутствовать на ужине в ресторане, заключая сделку с партнерами. Все, что нам остается, так это просто дождаться вечера. - Как скажешь... - неуверенно протянула Нат, все еще сомневаясь. Неожиданно, почувствовав на своей руке чью-то ладонь, мягко сжимающую её, он вскинула зеленоглазый взгляд на Клинта, сердито нахмурившись. - Не забывай: мы молодожены и должны вести себя соответственно, чтобы все поверили - напомнил Бартон, усмехаясь. - а у тебя такой взгляд, будто ты хочешь прожечь меня им насквозь. Понежнее, Нат! Сосредоточившись, она посмотрела на Сокола настолько мягким взглядом, на какой только была способна. - Еще нежнее, - скомандовал Сокол. - Сойдет? - Нет, еще! - А так? - Нежнее! - Так? - Мягче! - Да пошел ты! Наташа в сердцах пнула под столом ноги Бартона, стараясь это сделать побольнее. Бедного Сокола уже распирало изнутри от еле сдерживаемого смеха, а Романофф уныло думала о том, что таких дней стоит пережить еще ровно четырнадцать.