Богиня земли или ой, я вышла замуж за демона.

Много, очень много ночей и дней мы с Томоэ не прекращали касаться друг друга. Между нами была страсть, не доступная другим людям и ёкаям, существующим на земле. Мы сгорали в этой любви дотла. Но в один солнечный день, когда мы сидели за столом и нам подали паприку и курицу, приготовленную по специальному австрийскому рецепту, меня вырвало. Я не обратила на это внимание, так как у меня был гастрит, и в человеческом мире я состояла на учёте, а зря (в смысле, не зря стояла на учёте, а зря внимания не обратила). Так как меня не прекращало тошнить, мы с Томоэ решили отложить свадьбу до моего полнейшего выздоровления. Кто же знал, что я ещё не скоро выздоровею. Томоэ не выдержал и отправился со мной в человеческий мир в больницу. - Когда мы уже доедем туда? - ворчал любимый. - А ты что хотел? Город большой, добираться до больницы довольно-таки долго. И вообще, ты сам предложил сюда ехать! - с укором в голосе сказала я. - Да, прости, -шепнул он и поцеловал меня в висок. - Просто я волнуюсь. Тебя уже два или три месяца мутит и рвёт. Это ненормально! Знаете, так как я была ещё молода, естественно, я не задумывалась о такой вещи как… Дети. Для меня понятия я и мама несовместимы. Ну и, конечно, я была в полнейшем шоке, когда услышала слова врача: - Вы беременны! Уже на третьем месяце, - улыбнулся доктор. - Поздравляю. Если хотите, приходите через месяц, и я скажу вам пол ребёнка. - А можно? - воодушевлённо как бы провизжал Томоэ. - Конечно. Я вам и сейчас сказал бы, но там плохо видно. - Спасибо, доктор, - сказала я, натягивая футболку. - Мы придём. Непременно. Когда я вышла из кабинета, ко мне подлетел любимый, взял на руки и начал кружить. А я не могла поверить. Мне семнадцать, и я буду матерью. Я не хочу пока детей, но и убивать этого ребёнка я тоже не желаю. - Нанами, любимая, я так счастлив! Спасибо тебе! - пошептал Томоэ, прислонив свой лоб к моему. - Ты делаешь меня самым богатым и счастливым человеком на земле. Я лишь слабо улыбнулась. - Давай через месяц сходим и узнаем, кто у нас будет, а потом поженимся, - воодушевлённо сказал король.