1
12 января 2015 г., 22:39
Холодный воздух зимнего Брайтона буквально тащил людей домой или в любое другое теплое помещение, так что в январе школьникам не особо хотелось бежать на улицу и лепить снеговиков. По крайней мере, старшеклассники точно утратили это светлое чувство. Один из таких сидел за партой и смотрел в окно, силясь не расплыться в собственных ладонях сонной лужей. Через две улицы от его школы шумела набережная, наполняя воздух морским запахом водорослей и влажным морозом. Мальчику это сочетание не очень нравилось, но других вариантов попросту не было, оставалось только терпеть. Он представил, как после уроков вернется домой, сделает уроки и, пожалуй, немного вздремнет на диване, свернувшись в теплом одеяле. Эта мысль так пригрелась школьнику, что он сам не заметил, как сомкнул веки, затем аккуратно положил лоб на сцепленные запястья и задремал. Краем уха он слышал, как преподаватель монотонно отчитывал свой урок, отвернувшись к доске, но чирканье ручек, тихий скрип мела и перелистывание страниц окончательно его убаюкали. Через минут тридцать его разбудили чьи-то теплые руки.
— Ну, все, нам пора! Слышишь? — усыпанный по всему лицу яркими веснушками юноша потряс товарища за плечо, чтобы тот, наконец, проснулся и обратил на него внимание.
— М... Что? Питерсон, хватит меня тормошить, — очень тихий голос заставил парня остановиться и по приевшейся привычке нахмурить рыжие брови.
— Арика, у нас урок закончился. Ты собираешься отсиживать свою задницу до самого Второго Пришествия?
Брюнет в ответ усмехнулся и встал из-за парты. Его всегда забавляли нелепые шутки одноклассника.
Близился полдень, дети после занятий толпились у выхода школы, часть которых пробивала локтями путь через толпу, торопясь домой, а другая — бездельничала, переговариваясь и шумно обсуждая прошедший день, поэтому ребята решили прогуляться неподалеку и дождаться, пока это дикое месиво из учеников рассосется. Друзья всегда так делали, так как оба никогда не спешили домой.
Один — в полный дом родни, где каждый норовил чем-нибудь поучить шестнадцатилетнего старшеклассника, а это, как известно, трудный возраст для любого юноши, особенно если у него в голове с приближением весны бьющий гормон; другой — возвращаться в пустую квартиру, где его совсем никто не ждал. Арика бы завел кошку, но животные его почему-то боялись, а такие питомцы, как рыбки, его не радовали. Никто из парней не заговаривал на тему семьи, потому что не понимал собеседника. У них и без того имелась масса тем для разговора. Ребята обычно сидели вместе, потому что обоим так удобнее. Несли — такое прозвище у рыжего парнишки — слыл шебутным и валял дурака на учебе, рядом с Арикой он словно терял свою неконтролируемую энергию и мог, наконец, хотя бы усидеть на месте. Арика же наоборот слишком аморфный и молчаливый, но смышленый малый. И, что самое главное, — щедрый, он всегда давал товарищу списать, хоть и сердито бурчал, чтобы тот, в конце концов, взялся за голову. Но Питерсон на это только ласково улыбался. Арика был почему-то ему очень дорог. Брюнет всегда рассказывал ему что-нибудь такое, о чем он мог бы впервые услышать. «Такое бывает, когда хоть что-то читаешь, Стьюи», — с легкой ехидцей поговаривал Арика, чтобы поддеть самолюбие рыжего. Несли страшно не любил, когда его называли по имени. Он даже ругался с матерью, возмущался, зачем она его так нелепо назвала. Никто не мог понять, чем оно ему не нравилось — сам Арика говорил, что имя вполне себе симпатичное и по крайней мере не выделялось из толпы, в отличие от его собственного. Но даже это Несли не утешало.
— Слушай, давай сходим в кино? Я слышал, у нас неподалеку показывают в 3D формате, — предложил рыжий, потирая красный нос.
— Ты ведь потратил все карманные деньги еще на прошлой неделе, — удивился Янаги. Свои сбережения ему не на что было тратить, он мог поделиться, но все равно было любопытно, каким образом друг наскреб сумму для похода в кинотеатр.
— Я… Занял, — уклончиво ответил Несли и потрепал копну кудрявых волос, как обычно это делал, когда что-то скрывал. — Я ждал релиза новой игры, но его перенесли.
— Так теперь ты хочешь просто так потратиться? Лишь бы на что-то?
— Да, а что?
— У кого ты занял?
— Ты его не знаешь. Он из соседней школы.
— Это неправильно, — Арика нахмурился и посмотрел в глаза одноклассника. — Несли, отдай долг, для кино и игр потерпи своих личных.
— Арика… — устало протянул Несли.
— Несли, пожалуйста, не глупи.
Рыжий ласково улыбнулся и кивнул. Его друг как всегда слишком драматизировал.
На улице было холоднее обычного, январь будто наказывал детей за что-то. Поэтому ребята разминулись через полчаса, отморозив носы и уши.
Несли жил далеко от Арики, поэтому у них было особое место для последних разговоров, которое находилось на одинаковом расстоянии от их домов. Это была небольшая кофейня, но внутрь они не заходили, чтобы не засиживаться, ведь разговаривать ребята могли часами.
Дома, в то время как Несли, переодевшись в домашнюю одежду, уже сидел за компьютером и ждал, когда его мать разогреет обед, Арика заходил в свою квартиру, холодную и пустую, снимал с плеча сумку и с тягучей тоской осознавал, что снова остался один. Ему всегда было одиноко, но в этой квартире ему становилось еще хуже. Все потому, что чуть больше полугода назад он был в приюте для детей, там Арика видел круглыми сутками родные лица, с которыми парень вырос и провел несчастливое детство. Его незаконно «выгнали», как он сам себе это говорил, и обеспечили квартиру с пособием для несовершеннолетних.
Все дело в том, что его боялись все. Арика никогда в жизни никому не причинил бы вреда, он и на вид был хилым мальчиком, но детей и воспитателей все равно отпугивало одно его присутствие. Находясь с ним в одной комнате, дети начинали быстро уставать, у них портилось настроение и аппетит. Мальчика пару раз усыновляли, но потом возвращали обратно по смутным, незрелым причинам. «Мы... Не знаем. Этот ребенок какой-то странный, с ним что-то не так. Он не приносит нам радости! » — оправдывались неудавшиеся родители, а ребенок не понимал, в чем провинился. Добрые нянечки только разводили руками и виновато улыбались, когда Арика задавал им в который раз один и тот же вопрос: «Почему новая мама и папа меня отдали? Я их чем-то обидел?» Он был болезненным и слабым ребенком, но сверстники все равно его не трогали, словно опасались получить внезапной сдачи. Единственное, что могло его утешить, это чердак большого дома, где помимо коробок и всяческого хлама стояло расстроенное и пыльное фортепиано. Ему разрешали играть на нем за хорошее поведение. Мальчику даже предоставили ноты, ему стоило огромных трудов изучить все это самому, но времени у него было много и его надо было на что-то тратить.
Арика пытался вспомнить, как он вообще оказался в приюте, но не мог. Казалось бы, шесть лет — не самый забывчивый возраст, а в голове все равно была пустота, словно он и не жил до момента, как его привели в этот дом.
***
— Арика, — необычное имя сорвалось с губ взрослого мужчины со странным акцентом, словно он говорил вовсе не на английском. — Да, сэр? — мальчишка стоял напротив, непонимающе приподняв брови. Он чувствовал волнение мужчины и это его немного напрягало. Снова этот страх. Да что он им всем сделал? — Ты довольно юный, но умом перерос всех воспитанников в нашем доме. Мы посовещались и решили, что пора бы тебе начать новую жизнь, здесь ты не получишь того будущего, которого заслуживаешь, — директор нервничал, так как понимал, что ни Арика, ни даже он сам не верил в то, что говорил. Арика был смущен тем, насколько глупо это выглядело. Ему было всего пятнадцать лет, о какой новой жизни шла речь? Его большие голубые глаза посмотрели прямо в лицо мужчины, отчего тот мелко вздрогнул и опустил уголки губ. — Мистер Рауберг, что-то не так? Я кого-то обидел? — мальчик неприятно поджал губы, настолько этот вопрос самому себе уже приелся. Мужчина едва заметно сглотнул, поправил галстук и прочистил горло, затем, как можно мягче ответил: — Послушай, ты молод и полон сил, тебе надо учиться, чтобы найти перспективную работу, а не сидеть тут! Пойми, мой мальчик, тебе тут совсем не место… Брюнет все прекрасно понял. От него просто-напросто хотели избавиться. Но он молчал и продолжал смотреть на директора, которому на вид было лет пятьдесят, а нервничал он, как десятилетний ребенок. — Арика, мы тебе поможем… — Как это? — с нажимом поинтересовался мальчик. Он был зол и обижен. — Мы предоставим тебе жилье и пособие, ты не будешь ни в чем нуждаться. Арика видел в глазах мужчины отчаянье, у того сдавали нервы, и ему стало его жаль. «Что ж, они долго меня терпели», — подумал он и молча кивнул. Было видно, как предательская радость отразилась на лице директора, от этого мальчику стало так больно, что он не сдержал хмурой мины.***
Воспоминания отдавали тупой болью в груди, мальчик молча терпел ее, хмурясь. Как же все-таки неприятно, когда на тебя смотрят, как на бомбу замедленного действия — начинаешь сам в это верить, и это нервирует. Сейчас он сидел за рабочим столом и старательно выводил буквы в тетради. Арика хорошо учился, у него было полным-полно времени для чтения, на это он его, в принципе, и тратил. Помимо своей способности отталкивать от себя людей, брюнет не нуждался в еде. Ему просто не надо было есть, он без еды даже лучше себя чувствовал. Единственное, что ему требовалось — это хоть немного побыть в обществе людей. Арика понятия не имел, почему так, кто и что он такое, но знал, что он не обычный подросток. Рядом с людьми он набирался сил и выздоравливал, если подхватывал простуду. Во время каникул, когда приходилось сидеть дома, к нему возвращалась астма и мигрень. Арика сам для себя решил, что он просто-напросто чудовище, высасывающее из людей жизнь. В пятнадцать лет его напасть на людей потихоньку успокоилась, он научился хоть как-то контактировать с людьми, а переехав в Брайтон, даже завел друга — Несли. Почти полгода он жил среди подростков, которые его не шарахались, словно он был таким же, обычным. Конечно, это радовало брюнета, но что-то ему подсказывало, что это не навсегда. Он с ужасом ждал скачка, когда люди вновь начнут его бояться. Спустя неделю, окончательно оклемавшись после новогодних каникул, Арика спокойно сидел за партой и наслаждался теплом у батареи. Все-таки, лед с дождем — не лучшее сочетание. Он сделал домашнюю работу, над которой провел весь вечер, и был полностью уверен, что ответит на «отлично». Правда, одно «но» его все же тревожило — за соседней партой не было Несли. «Странно, он ведь приходит раньше меня», — подумал он, глянув на часы. До начала урока оставалось три минуты, рыжий парнишка в это время обычно сидел и судорожно умолял Арику дать списать. Рыжий вообще последние пару дней вел себя странно. Постоянно озирался по сторонам, торопился домой и отвечал немного нервно. Осознание пришло неожиданно — вздрогнув, Арика выпучил глаза, испуганно глядя перед собой, и вскочил на ноги. — Он был должен… — Что? – отозвалась одноклассница с задней парты. — Грейс, ты не могла бы передать мою тетрадь? — попросил он и, не дождавшись ответа, вытащил свою домашнюю работу и вручил в руки оторопевшей девушки. — Постой, а ты куда? — спросила она вслед убегающему юноше, но тот не услышал. Едва сумев надеть на бегу куртку, Арика пару раз споткнулся и побежал быстрее. Он точно знал, что Несли не отдал одолженные деньги, и теперь у него их требуют обратно. Выбежав из школы, Арика оглянулся по сторонам и ринулся к детской площадке. Прямо напротив нее стояло трое людей — среди них был его друг и беспомощно пытался защищаться. Второй парень стоял в стороне, скрестив руки, третий — держал Несли на грудки и что-то говорил. Судя по одежде, эти парни тоже были школьниками, а заметив эмблему на их пиджаках, Арика понял, что они учились прямо через дорогу. — Эй, отпусти! — крикнул брюнет, когда держащий рыжего замахнулся для удара. Подросток остановился, перевел хищные глаза на него и замер. Он был почти одного роста с Арикой, выглядел крепче и был частично избит. Но это не самое главное, что заставило их обоих опешить. Они были очень похожи. Тот же тип лица, взгляд и, как оказалось, даже голос. — Ты еще кто? — он двинулся на Арику. — А ты кто такой? — от растерянности брюнет сделал шаг назад и дрожащим голосом попытался повысить тон.— Почему вас двое, а Несли один? — Потому что он по-другому не понимает, — подал голос другой школьник. — А ты что, его личный охранник? – с издевкой поинтересовался его товарищ. Он хрипло рассмеялся и, протянув ладонь, крепко схватил Арику за воротник куртки и приблизил к себе, врываясь в его личное пространство. — Может, ты нам отдашь его сорок четыре фунта стерлингов? Брюнет шокировано округлил глаза, глядя на парня. Как много же задолжал его друг! У того глаза были такие же блеклые от плохой погоды, но зеленые. Видя страх Янаги, подросток подло захихикал и прищурился. — А, что такое? Передумал? Больше он тебе не друг? — Он не мог столько задолжать! — Арика попытался вырваться из рук хулигана и сердито зарычал: — Отпусти! — А то что, заплачешь? — парень злобно засмеялся. — Может, директору расскажешь, задохлик? Арика разозлился, фыркнул и с внезапно появившейся силой отпихнул от себя подростка ударом в нос. Он никогда не дрался, ему просто-напросто не приходилось это делать. Костяшки юноши болезненно заныли, он взял свою руку другой ладонью и в ужасе уставился на парня, который в этот момент высмаркивал кровь на снег. Он посмотрел на брюнета, оскалив окровавленные зубы, и был готов вот-вот наброситься. Арика остолбенел, он боялся этого парня и уже пожалел о содеянном. Тот ведь от него ничего не оставил бы, просто сравнял с землей. Ни Несли, ни даже тот парень неподалеку ему не помогли бы. — А ты молодец. Удар неправильный, но, сука, точный, — отплевываясь и смеясь, заметил школьник. Он смотрел на Арику исподлобья и жутко улыбался. — Завтра Я приду уже к тебе. Не дождавшись ответа, он развернулся и ушел, его друг зашагал по снегу следом. Только когда они скрылись за воротами школы, Несли подал голос: — Это что за хрень сейчас была? — Я не знаю, — ответил Арика и оперся на друга, его ноги от страха задрожали.— Но, кажется, завтра мне конец… — Может, не пойдешь завтра в школу? — предложил рыжий, ведя друга под руку. Арика выглядел бледнее обычного, его пересохшие губы потрескались от частого дыхания, а колени все еще дрожали. Он по-настоящему боялся быть избитым. Несли не пробовал его утешать, потому что они оба знали — Янаги действительно конец. Лишь дойдя до дома, брюнет заговорил: — Не знаю. Я просто… Надо пойти, завтра контрольная. — Ты думаешь о контрольной? — рыжий взял одноклассника за плечи и встряхнул. — Арика, очнись! — Я не знаю! — рявкнул в ответ брюнет и стиснул зубы. Он понятия не имел, что ему делать. Трусливо отсиживать дома бесполезно — тот парень мог прийти и на следующий день, да хоть неделю поджидать под воротами школы. Надо было решить эту проблему как можно быстрее. Если драки было не избежать, ну и пусть, он первый ударил, когда дело вообще его не касалось. Видя панику в глазах Арики, Несли несчастно нахмурился и приложил холодную ладонь к шее друга, отчего тот зябко вздрогнул и поежился. — Эй, прости меня… Это все я виноват. Я должен был сразу тебя послушаться и все отдать. — Все нормально. — Нет, правда. То, что ты сделал там… Ты заступился за меня. Спасибо тебе, — похлопав заступника по щеке, Питерсон отстранился и сделал пару шагов назад. — Лучше не приходи завтра, прикинься больным. Этот парень тебя убьет. — Не убьет. Я буду в порядке, — соврал Арика и вымученно улыбнулся. — До завтра. Не хотелось запугивать друга — тот и без того чувствовал себя виноватым. Поднявшись домой, брюнет заперся и сел на пол. Можно врать Несли, но не самому себе. — Я знал, что без проблем не обойтись. Но чтобы таких… — пожаловался Арика под нос и обнял согнутые колени.
