Кошку в мамы

Прошло почти восемь лет, Санитаэль давно уехал жить и работать к вампирам. Пошел по пути отца и стал очередным послом, который снова пытается доказать самому себе и остальным свою выдержку и свой характер. Вампиры встретили эльфа достаточно прохладно, на приеме, устроенном в честь его прибытия, холодной атмосферой, что витала между прибывшим новым послом и принимающей стороной, можно было заморозить гуся, что истекал горячим соком на столе. Надо сказать, что старый посол смылся с такой скоростью и улыбкой, что казался не эльфом, а сатиром, заключенным в эльфячью шкуру. Вампиры всегда держали марку холодности и безразличия по отношению к кому-либо, и в этом деле так поднаторели за века, что своим безразличием выводили из себя даже каменных эльфов. А ушастые всегда пытались противостоять этому, доказывая, что как раз они-то и обладают каменными физиономиями и холодным взглядом. Именно поэтому эльфы с удовольствием шли в послы к вампирам, дабы доказать свое превосходство над клыкастыми даже в этом пустяковом факте. Вампиры принимали эльфов достаточно радушно. Для вампиров. На столах дымились яства, как эльфийские народные (достаточно редкие, типа тех же гусей в яблоках "нарифа", достаточно редкого и капризного растения), так и вампирьи, не менее сложные и вкусные блюда. В бокалы лились рекою вина и наливки, а музыка была достаточно величественно-скучной и не нагнетающей атмосферу. Вампиры принимали послов с каменными минами, их поклоны были почти незаметны и напоминали лишь легкий кивок головы. Удивление, радость, боль или раздражение эти разумные просто не умели показывать, чем выбешивали послов всех разумных рас. Особенно эльфов. А уж если кто-то из эльфов влюблялся в вампира, то это был просто кошмар для обоих. Если влюбленность была обоюдной, то вампир просто пытался научиться показывать свои чувства и интерес. Эльф же запасался настойкой "невозмутимости" целыми ящиками и глотал ее утром, днем и вечером, а иногда и ночью, после страстного совокупления с холодным бревном, которое на самом эльфийском пике могло сказать: "я все, ты скоро?" К сожалению, именно это и постигло нового посла эльфов, да не с кем нибудь, а с сыном советника вампирьего короля. Мафинелю, или просто Мафи, было всего шестнадцать (на человеческий счет лет) и как все несовершеннолетние, он еще учился в вампирьей школе при дворе вместе с наследником короля и его невестой. Класс был всего на трех разумных и заняты они были с утра до вечера. Единственное место, где могли столкнуться Санитаэль и Мафи - это обеды и балы. Холодность любимого и страх перейти черту закона останавливали эльфа и заставляли носить с собою успокоительные капли. Приехавшие в гости Соэлен и Слен заметили за сыном не понравившиеся им изменения и не стали откладывать разговор в долгий ящик, а прямо за ужином в узком кругу из них троих начали непростой разговор. - Что с тобой? Старший эльф испытующе смотрел на сына, не глядя распиливая тупым ножом очередной овощ. Кажется, кабачок. - А что со мной? Младший удивленно посмотрел на отца, пытаясь улыбнуться дрожащими губами. Бокал он поднимал двумя руками, дабы не было видно, как они дрожат. - Не притворяйся, у тебя что-то случилось. Рассказывай. Они успели вывести тебя из состояния равновесия? Все твои предложения разбиваются о скалы холодных ледышек? Или тебя тут ни во что не ставят? Помнится, мне пришлось лишить трех вампиров сознания, пока я заработал в их среде хоть какое-то уважение. - Да нет, я вызвал на магическую дуэль одного из придворных, который сильно нарывался и чуть было его не прихлопнул. Уважение я заслужил. Меня слушают и я даже добился снижения пошлин на ввоз наших товаров. - Тогда что не так? Ты соскучился по лесам? Я тоже не люблю вампирьи склепы и внутригорные города, но выбора нет. Может, тебе вернуться? Ты же три года уже тут. Младший эльф не ответил, оставшись безучастным, а старший, явно набравшись у мужа, вспылил. - Да что с тобой происходит? - Ничего папа. Ничего. Младший эльф был каким-то дерганым и удрученным. Его бездушный голос вывел из себя даже обычно молчаливого человека. Слен с улыбкой, что раздражало обоих эльфов, смотрел на любимого и пасынка. - Да влюбился он просто. Голос ведьмака был, в общем-то, спокоен и безразличен. - Что? Изумлению Соэлена не было предела, а Санитаэль просто глубоко вздохнул, подтверждая слова Слена. - И кто он? - Сын советника короля. - И? Ты уже что-нибудь делаешь? - Папа, он холоден со мной, как ледышка! - А ты его согрей. - Что, через силу в постель тащить? Или в горячий источник окунуть? Цветы ему не подаришь, замерзнут от одного его взгляда. У младшего эльфа поникли ушки, а старший не знал, чем может помочь сыну. - А ты его укради. Ведьмак смотрел серьезно, улыбаясь только одними глазами. Задумчивый эльфенок вышел из-за стола не попрощавшись, и ушел к себе. - Укради? С ума сошел? Шипящий эльф больше напоминал рассерженного кота. - Отнюдь. Совместное приключение им пойдет на пользу. Один научится показывать свои эмоции и не вздыхать, глядя в затылок ушастого обольстителя, а второй научится наконец говорить. Тоже мне посол, свои мысли выразить не может. Ведьмак был спокоен, как никто. - А мальчик-то мой вырос... А я и не заметил. Грусть проскальзывала в голосе Соэлена все чаще. - Хочешь еще одного? Слен смотрел с улыбкой на мужа. - Ты не эльф, родить не сможешь, да и мне лекари запретили. Грусть все так же не покидала эльфа. Казалось, он мечтает о грязных пеленках и о детском крике по ночам. - Зато у нас есть священная чаша и наше семя с первой ночи. Спокойствие ведьмака передавалась воздушно-капельным путем. - Э... Не помню такого... Смущенный и сбитый с толку, эльф смотрелся смешно. - Еще бы ты помнил. Ну что, одного или двух попробуем? - А гарантии? - Ну... Один более вероятен. - Тогда одного. И объясни, как это будет? - Ну... В общем, нам нужна кошка. - Кто???? Эльф был... шокирован. - Кошка. Магически шаман совмещает наше семя и помещает в кошку эмбрион, она же носит его шесть месяцев, и на свет появляется наш малыш, правда, кошка умрет. Раньше, лет семьсот назад, шаман привел бы нам корову в первую ночь и под его завывание и магию мы должны были бы ее... - Стой! Без подробностей пожалуйста, а то меня вырвет. А почему сейчас кошку, а раньше корову? - Кошка оказалась более живучей. Ну так что? - От кошки ему перепадет что нибудь? - Ну, может, молоко любить будет... - Поищем завтра, только породистую и не пятнистую! По истечении шести месяцев в семье человека и ведьмака появился маленький. Он помещался на ладошках и очень любил молоко. Рос быстро и совсем не тревожил родителей. А кошка, кстати, выжила и ни на шаг не отходила от своего котенка, считая его своим и любя такого, бесшерстного и очень интересного. А Соэлен часто получал вестника от сына, но найти ни его, ни Мафи никто не мог.