Серость

Тишина. Слышны только шаги, громко отдающиеся в ушах. Хрупкое тело поднимается на сцену, чуть не спотыкается о ступени. Тощая рука тянется к нему и тянет за собой. Позади серое небо серого города, спереди серый мальчик в серой одежде. Его серые глаза ничего не выражают, они пусты, как душа дьявола. Его худые руки лежат ровно по швам. Он не шевелится. Лёгкий ветерок задевает его бесцветные волосы. Он смотрит куда-то вдаль. Его заводят в здание. Новые дети. Напуганные лица, перемазанные слезами и соплями. Отвратительно. Я выключаю телевизор и выхожу на балкон. Внизу копошится цветная масса. Все такие индивидуальные, но такие одинаковые. Смех и шум проезжающих машин утомляет. Плюхнувшись на сиреневый диван, я смотрю в потолок. Перед глазами возникает серость, увиденная по телевизору. А ведь у нас в городе такой отвратительный цвет — большая редкость. Тут все просто помешаны на яркости, чем ты цветней, тем круче. Даже отец купил себе на днях рубашку какого-то кислотного цвета, смотреть на которую просто устают глаза. А что там: серое небо, серые здания, серые люди и серые пустые глаза.

***

Гимн. Громкий, бьющий по ушам. Выезжает колесница. В ней какие-то два несуразных существа, за ними другая, там ещё хуже. Чем дальше, тем ужасней игроки. Смотреть на них не то что неприятно, а отвратительно. Я отворачиваюсь и смотрю на трон президента, тот строго восседает на нём, наблюдая за парадом. Серость. Я невольно перевожу взгляд на него. Что надето на этом теле? Даже его серая одежда смотрелась лучше, чем это. Он смотрит перед собой пустыми глазами. Интересно, этот мальчик вообще испытывает какие-либо эмоции? Я прошу у отца бинокль и наблюдаю за мальчишкой. Он просто стоит, но не как на жатве, теперь он держит руки перед собой. Но лицо такое же. Какой-то он безжизненный, как труп ходящий. Словно его сердце давно остановилось, а мысли покинули голову.

***

Он выходит на сцену, слегка ступая на блестящий пол. Его серые глаза смотрят вниз. Он садится в яркое кресло. Такой контраст. Серое на красном. — Здравствуй, Вельвет, — задорно произносит ведущий. — Здравствуйте, — тихо произносит мальчишка. Голос звучит приглушенно, словно кто-то поставил звук на телевизоре на минимальную громкость. — Как идёт подготовка к играм? Готов? — задаёт вопрос ведущий. Мальчик слегка пожимает плечами. — Не знаю, — коротко отвечает он. Звучат ещё какие-то вопросы, он тихо коротко отвечает. Когда он собирается уходить, зал вяло аплодирует. Залу не было интересно. Как бы ни старался ведущий, он не смог разговорить мальчишку. В последний момент мальчик поднял взгляд, и его серые глаза встретились с моими ярко-зелёными. Я смотрел внутрь него, но ничего там не увидел, только пустоту.

***

— Вельвет Грей! — раздаётся звонкий голос ведущего. — Восемь баллов. Его серые глаза смотрят на что-то перед собой.

***

— Двадцать, девятнадцать… Глупое шоу начинается. Каждый год, начиная с рождения, мне приходится смотреть его. Мать просто помешана на нём, словно и живёт от игр до игр. Его серое лицо запечатлеет камера, взгляд так же пуст. Если кто-то и напуган, а кто-то даже плачет, то этому мальчишке, похоже, вовсе по барабану. — Десять, девять… Вид сверху. Рог изобилия посередине, окруженный двадцатью четырьмя игроками. Серое небо наверху, серые здания вокруг. — Ох, мне больше нравятся игры в тропиках, — немного грустно произносит мама. Какая ирония, это место так подходит мальчишке. — Три, два, один… Раздается сигнал, игроки срываются с мест и несутся кто куда: к рогу, к бетонным лесам. Мальчик бежит в серость, по пути подхватывая бесцветный рюкзак. Его тень мелькает уже где-то вдали. А он быстро бегает. Яркая кровь заливает серый асфальт. Резня начинается. Поднявшись, я выхожу из комнаты. — Куда же ты, сейчас начнётся самое интересное, — раздается позади голос матери.

***

Серые бетонные стены мелькали по телевизору весь день, да и не только там. Стоило выйти на улицу, как и там со всех экранов нависала эта серость, иногда окрашиваемая кровью очередного падшего трибута. Жестокие сцены убийства почему-то так веселили зрителей, им нравилось делать ставки кто кого убьёт. Едва видно мелькнула тень. Мальчишка аккуратно крался. Сумерки давно опустились, так что его было почти не видно. Вокруг тишина. Наверное, в этой части арены он один. Ровно половина трибутов мертва. Честно, я был рад, что он не присоединился к той части.

***

Он открыл глаза и резко сел сразу, как только услышал какой-то грохот из коридора. Подхватив рюкзак, он спрятался за дверью, надеясь, что там его никто не найдёт. Высокий, чем-то устрашающий парень зашел в комнату. Кажется, он был из четвертого дистрикта. Мальчишка задержал дыхание и замер, прям как на Жатве. Даже после того, как парень покинул это здание, мальчишка ещё долго не рисковал пошевелиться.

***

Рыжая, невысокая девушка накинулась на мальчишку, спрыгнув на него сверху. Тот явно не ожидал такого. Он пытался её скинуть, но девчонка была слишком тяжела. Несмотря, она замахнулась ножом, но мальчишка вовремя увернулся. Остриё немного задело куртку. — Мне кажется, что она прикончит его, — заметила мама. Я вытер вспотевшие ладони об яркие брюки, на них остались слегка видимые пятна. Тем временем, мальчишка смог скинуть девушку, но та продолжала неумело размахивать ножом, мальчишка продолжал уворачиваться. На мгновение крупным планом показали его лицо. В серых глазах метнула тень страха. Схватив девушку за руку, он вырвал у неё нож, но тут же в её руках появился ещё один. Замахнувшись, она намеревалась попасть в лицо, но мальчишка вновь увернулся. Подавшись вперёд, он вонзил нож в живот девушке. Острие легко пошло, словно в масло. Или так просто казалось с экрана. Девушка вскрикнула, мальчик продолжал добивать её. Вновь в живот и опять. Только когда девушка затихла, он остановился и отошёл. Выстрел пушки. Его зрачки расширились, в глазах читался страх. Пошатываясь, он вновь приблизился, выхватил рюкзак, нож и пробежал. Его перепачканные кровью волосы слегка развивались на ветру. Красно—серая тень растворилась в темноте.

***

— Ого, уже семеро, — огорченно произнесла мама. — Видно, игры в этом году кончатся быстро. Он затаился в каком-то доме, сюда ещё никто не заходил. Пока что он в безопасности. Трибуты раскидались по всей арене. Наверное, скоро организаторы что-нибудь придумают.

***

Он схватился за стену, пытаясь устоять на ногах. Они решили устроить землетрясение. Держась за всё, что можно, мальчишка пытался выбраться из здания, но из-за такой сильной тряски, это плохо получалось. Медленно переставляя ноги по серому бетонному полу, он шел на выход. Выбравшись, он, наверное, радовался, что решил не забираться высоко. Он быстро пополз на четвереньках, шустро перебирая конечностями. — Никаких убийств, — выходя из комнаты, пробурчала мама.

***

Мальчишка не мог больше прятаться. Весь город из серого покрасился в красный, он просто залился кровью падших трибутов. Их осталось четверо. Он не спал больше суток, как и я. Я просто не мог спокойно лежать в кровати, когда его могут убить. Мне было страшно за него, я хотел, чтобы он выиграл. Отца, как почётного человека, пригласили смотреть игру его коллеги. Везде кружили менторы трибутов, богачи выкладывали свои деньжата на игроков, спасая из жизни и уничтожая чужие. Тот самый парень из четвёртого дистрикта, прижал мальчишку к стене. В глаза обоих было по-черному пусто. В руках четвертого было что-то, похожее на кухонный топорик, каким обычно пользовался наш повар. — Я сделаю всё быстро, — коротко произнёс парень. Руки мальчишки были прижаты к стене так. Так что здоровила думал, что мелкому не удастся что-нибудь сделать. Но мальчик был ловким и как-то он смог вытащить нож. Парень прошелся топором по животу мальчика, сильно надавливая, но в тот же момент, Вельвету удалось вонзить нож в противника, тот явно не ожидал такого. На серый пол вначале покапала, затем полилась ярко-красная и потемнее кровь. — Ну, вот и определились два финалиста, — с радостью захлопала в ладоши мама, словно маленькая девочка. Собрав все силы, мальчик продолжал орудовать ножом, стремясь убить противника. Было видно, что Вельвету осталось ещё немного. Вскоре жизнь медленно покинет его. Соскочив, я кинулся искать ментора. Ну почему, когда он нужен, его нигде не найти.

***

Он с презрением смотрел прямо на камеру. Я близко подошел к экрану. Мне хотелось протянуть руку вперёд и вытащить мальчишку из этого ада. Вдруг показали парашютик, летящий в небе. Покачиваясь, он упал прямо перед мальчишкой. Тот неуверенно потянул руку. В серых глазах читалось удивление.

***

Он вновь оказался снизу, но собрав все силы, мальчишка сбросил с себя противника. Он избавил второго финалиста от арбалета, оставив того безоружным. Но этот парень оказался довольно сильным, но и Вельвет ему не уступал. И откуда в таком хрупком мальчике столько сил? Оба были перемазаны кровью: и своей, и чужой, и друг друга. — Ты должен умереть! — громко крикнул парень, вновь наваливаясь на мальчика, тот едва слышно вскрикнул. Зал замер в тихом ожидании. Эта серая тишина накрыла нас, были слышны только звуки борьбы на экране. Я сжал пальцы в кулаки, напряжение накинулось и на меня. Мальчик не мог проиграть сейчас. Он так много прошел. Умереть сейчас было бы просто ужасно. Парень ударил Вельвета головой об серую бетонную стену, тот сильно сжал зубы. Согнув ногу в колене, он пнул противника и накинулся на него. Орудовать ножом Вельвет начал довольно осмысленно, целясь в сердце, но парень уклонялся. В серых глазах явно читалось безразличие. Неужели у этого мальчишки нет никаких эмоций, или он просто притворяется? Может ли человек быть настолько серым? После пинка в пах, парень рухнул на серый пол. Мальчишка не теряя ни минуты, попытался нанести удар ножом, но ведь противник был не промах, он вновь увернулся и накинулся на серого мальчика. За окном он увидел серое небо, скоро утро. Начало нового дня. Но увидит ли он этот день? Конечно! Собрав все имеющиеся силы, мальчишка толкнул противника к серому небу. Тот, уткнувшись ногами во что-то типа подоконника, свис спиной вниз. Большая высота пугала парня, но он не собирался сдаваться. Хотя, брыкаться и сопротивляться, в данном случае, не лучшая идея. Схватившись за стену так, что побелели костяшки пальцев, он попытался подняться в здание. Но мальчик безжалостно толкнул противника, и тот полетел вниз. Пушка.

***

Он серо смотрел на пол, словно находился в другом месте. Красная кровь давно была смыта, раны залечены. Теперь мальчик выглядел так же, как и до игр, или даже лучше. Зал гудел, он радовался победе этого мальчишки. Никто и не думал, что этот невзрачный ребёнок сможет победить, но у него получилось. На момент наши глаза встретились, он просто впервые посмотрел на дикую публику. В его серых глазах что-то мелькнуло. «Спасибо», — прошептали его бесцветные губы.