Нечисть по наследству

Возле квартиры Анатолия Егор остановился. - Вот, - открыл дверь, передал ключ новому жильцу. – Все, как просили: плотные шторы, отдельный холодильник. А… - он замялся на мгновение, но любопытство пересилило. – А вы правда вампир? Юноша широко улыбнулся, обнажив острые клыки. Егор побледнел. - Понял. Не буду тогда мешать отдыхать, - в голове у Егора происходило что-то странное. Пожалуй, это было первое неопровержимое доказательство ненормальности его жильцов. «Хотя, - топая по коридору в сторону лестницы, размышлял Егор, - не такое уж оно и неопровержимое. Может, это не настоящие клыки, а так, бутафория». - Егор Евгеньевич! – окликнул его Анатолий. – Меня просили передать вам подарок. - А-а… - Егор подумал, что с принятием наследства в его речи стало многовато междометий. Вернувшись обратно, он взял из рук вампира маленький пузырек. - «Пыльца с крыльев фей. Соблюдайте инструкцию. Не используйте после истечения срока годности», - прочитал Егор. - Тут еще инструкция. - Ага. Инструкцию он развернул, уже сидя на кровати в своей квартирке. «Пыльца с крыльев фей. Перед использованием ознакомьтесь с инструкцией. Состав: пыльца 100%. Без отдушек. Свойства: применяется при лечении серьезных травм и ранений, в том числе несовместимых с жизнью. Способ применения и дозы: одну щепотку втереть в десны. Не пить два часа. Противопоказания: индивидуальная непереносимость». Егор прочитал инструкцию несколько раз подряд. Рассмотрел внимательно маленькую баночку, в какие в бытность Егора совсем еще дитем фасовали зеленку. Пыльца отливала золотом, и когда Егор переворачивал баночку, светила не хуже лампочки. - На анализ тебя надо, - пробубнил Егор. – Вдруг ты ядовитая. С этой мыслью он положил баночку в ящик стола… и благополучно о ней забыл. Часы показывали семь утра. Дом просыпался. Егор же, напротив, разделся и, забравшись под одеяло, мгновенно уснул. Чтобы проснуться через два часа от настойчивого стука в дверь. *** Ивана разбудило солнце. Настойчивое, нахальное, оно светило прямо в лицо. Иван повернулся набок, подмял под себя одеяло и сладко зевнул. Полежал несколько минут, наслаждаясь сладкой дремотой. Понимание, где он провел ночь и, главное, как он ее провел, свалилось внезапно. Иван даже икнул. Раиса! Робко открыв глаза, Иван обвел комнату взглядом. И вздохнул с непонятной даже ему смесью разочарования и облегчения – Раисы не было. Таким идиотом Иван не чувствовал себя давно. Наверное, никогда. Это же надо было! Девушка мечты пригласила его к себе, а он, вместо того, чтобы по-максимуму получить удовольствие, все проспал. Вскочив, Иван спешно натянул на себя одежду и, убедившись, что коридор пуст, вышел из квартирки. И нос к носу столкнулся на лестнице с юношей из пятой квартиры. - Доброе утро, - вяло поприветствовал юношу Иван. Тот, ничего не ответив, проводил Ивана, как ему показалось, хищным взглядом. Тем большее было удивление, когда минуту спустя Иван обнаружил того же юношу перед дверью Егора. В дверь настойчиво стучали. Егор открыл глаза, покосился на часы: половина девятого. - Кто? – крикнул громко. Если это Иван приперся после ночной гулянки, Егор ему лично ребра пересчитает, думал он сердито, не принимая во внимание разницу в весе, росте и комплекции. - Это Дан, - раздалось из-за двери. «И что тебе, окаянному, в такую рань надо?» - едва не крикнул Егор. Однако воспитание победило опять. - Три минуты. И на счет «пять» с наигранной бодростью откинул одеяло. Иван удивленно поморгал. Юноша никуда не исчез. Более того, увидев Ивана, очень обрадовался, заулыбался. - Доброе утро. Иван нахмурился, ожидая подвоха. - Доброе ли? Хлопнула дверь в подъезд. А в квартире Егора наконец-то раздались шаги. Щелкнул замок. - О-о… - с Егора слетел последний сон. Он медленно переводил взгляд с Дана на Ивана и обратно. – Так вы… о-о… Иван непонимающе смотрел на друга. Дан улыбался, показывая все свои зубы. - Чего? – нарушил паузу Иван. - Так вы вместе, что ли? Об ориентации Дана Егор догадывался, подкаты квартиранта сложно было расценить иначе. Но вот Иван? - Чего? – не понимая ничего вообще, повторил Иван, оттесняя Егора вглубь квартиры. Дан зашел следом, сел на край кровати. – Я не понял чего-то. - Я ничего не имею против… - Егор замялся, подбирая слово, - геев. Но ты, как мой лучший друг, мог бы мне и сказать. Или ты боялся… - Чего? – взревел Иван. – Каких, нахрен, геев? Егор, чтобы чем-то занять руки, достал из холодильника хлеб и сыр и принялся делать бутерброды. - Ты что, боялся, что я тебя не пущу, так Дана попросил, чтобы он тебя сопроводил? Вы у него эту ночь провели? Егор покраснел как помидор, разве что из ушей пар не валил. Дан скинул на пол мокасины и, забравшись на кровать и подтянув под себя ноги, вовсю наслаждался внезапным представлением. - Ты идиот, что ли? – прохрипел Иван. – Мы с этим вот, - он махнул в сторону Дана, - только у твоей двери и встретились. - А-а… - только и сказал Егор. – Извини, глупо получилось. Я решил, что вы… А где ты был тогда? Иван несколько раз глубоко вздохнул и, почувствовав, что самообладание вернулось, сказал: - Потом расскажу. Этому-то что надо? Егор сложил на тарелку бутерброды, включил чайник. - Дан? - Да фигня у нас, у меня то есть, на стене появилась. Как будто кровавые мозги чьи-то. Егор с Иваном переглянулись. - Когда появилась? - Так утром просыпаюсь помочиться, а вся стена возле кровати в кровавых разводах. Чуть не обоссался. - Так, - Егор налил в три кружки кипяток, закинул чайные пакетики. – Думаю, за десять минут никуда оно не денется. А голодным я точно не пойду, - он подвинул тарелку с бутербродами на середину стола. – Налетайте. Пятно и вправду никуда не делось. Наоборот. - Знаете, - сказал Дан. – Когда я утром увидел, оно, кажется, меньше было. - Оно еще и растет? – Иван почесал затылок. – Что-то оно мне напоминает. Егор присмотрелся. - Ну да. Точь в точь как в четвертой квартире. - Словно оно переползло сюда, когда мы закрасили. Егор вздрогнул. - Гадость какая. И снова пришлось идти за краской, опять брать в руки кисти и валики и вновь красить, красить… Только к обеду Егор сообразил, что так и не поинтересовался у друга, где тот пропадал ночью, раз уж так бурно отрицал связь с Даном. Дан, все время крутившийся возле, никакой заинтересованности Иваном не проявлял, а вот Егора он то невзначай касался, то приставал с каким-нибудь глупым вопросом и, ожидая ответа, приближался, нарушая все мыслимые границы личного пространства, и смотрел в глаза, будто загипнотизировать пытался. Странно, но его близость Егора отчего-то совсем не раздражала, наоборот, он испытал легкое волнение, почувствовав на пояснице удивительно широкую и крепкую для довольно хрупкой комплекции Дана ладонь. Ладонь была горячей, она жгла огнем даже через хлопковую ткань футболки. Егор подумал даже, не останется ли на коже след. Наконец с покраской закончили. - Мальчики, вы такие молодцы, - Дан театрально сложил руки на груди. Иван хмыкнул, Егор почему-то покраснел. – Спасибо вам большое, - он говорил что-то еще, глядя при этом исключительно на Егора, то ли умиляясь его смущению, то ли забавляясь им. - Ну… - Егор поднял с пола коробочку с кистями, - мы тогда пошли. Того, что произошло дальше, не ожидал никто. Резко выдохнув, как перед прыжком, Дан вдруг шагнул к Егору и, сжал ладонями его голову, взасос поцеловал. За обедом, уплетая лапшу быстрого приготовления, преимущественно молчали. Иван думал о Раисе, о том, даст ли красавица ему еще один шанс или он упустил уже все, что только можно было. Егор, понятное дело, думал о Дане. И их поцелуе. Который почему-то вовсе не был противен. Напротив. - Как тебе Дан? – нарушил молчание Иван. - В смысле? – Егор, подняв глаза от контейнера с лапшой, взглянул на друга. - В смысле, он тебе нравится? - Я… э-э… как нравится? Я же… Иван хмыкнул. - Я не считаю его подходящей для тебя парой, но если уж ты в него влюбишься… Егор вскочив, едва не опрокинув стул. - Ты сбрендил? Он же парень! – он весь кипел праведным негодованием, будто даже мысль о том, что его может привлечь Дан, была где-то за гранью бреда. Иван прищурился. - А то я не знаю, что ты у нас на оба фронта, - и накрутил на вилку очередную порцию лапши. Егор сел. - И давно ты знаешь? – от былого запала не осталось и следа. - Давно. Ты ж мой друг, я все про тебя знаю. С одной стороны, Егор почувствовал облегчение, все-таки скрывать что-то от лучшего друга было тяжело, с другой - какого черта тот все знает? И, вновь себя накрутив, Егор спросил: - А ты где этой ночью шатался? Иван рассмеялся. - Ты сейчас на ревнивую женушку похож. Еще и с вилкой в руке. В гости ходил. - К кому? Иван замялся: говорить или нет? - К Раисе. Повисла пауза - Ты с ней спал? – Егор не мог разобраться во всей гамме обуревавших его эмоций. – Я же говорил тебе – держись от нее подальше. - Секса у нас не было, - быстро, словно оправдываясь, хотя и не за что было, сказал Егор. – А вот Дан у тебя какой-то странный. - Чего это у меня? – возмутился Егор. Но как-то без огонька возмутился. И Иван рассказал о встрече на лестнице возле двери Раисиной квартиры. - Знаешь, - задумчиво сказал Егор, - у меня тоже сложилось впечатление, будто это два разных человека. - Может, он шизофреник? – предположил Иван. Егор только вздохнул. Этого ему не хватало! *** Его приближение она почти всегда чувствовала – воздух вокруг словно сгущался. И почти всегда одинаково реагировала: дыхание замедлялось, колени слабели. Сама себя ругала за такое безволие, но ничего не могла поделать, все же слишком сильную он имел над ней власть. Даже сейчас. Когда она, казалось, научилась уже жить без него. Поворот, еще поворот. Танец продолжался. Уже без огонька, через силу. Своим появлением он заблокировал ей доступ к энергии зала. Но остановиться, прервать выступление она не могла. Он сел за столик в углу. Обзор сцены и зала с этого места был прекрасен, сам же сидящий был почти незаметен. Это был ее столик. И садились туда только те, кто хотел и мог себе позволить пообщаться с ней, угостить дорогущим коктейлем, в котором вместо заявленного коллекционного алкоголя плескался обыкновенный грейпфрутовый сок. Кое-как дотанцевав, она под зрительские аплодисменты спустилась к своему столику. - Привет, - сказала тихо. - Я разочарован. - Я понимаю. Его правая бровь поползла вверх. - Нет, не понимаешь. Но я объясню. По ее спине прошел холодок. Она слишком хорошо знала, что значили эти слова. И с методами была знакома.