Во власти темноты

- Какая на хрен стиральная машина? - сдержанным тоном спросил Учиха старший у невинно хлопающего глазками создания, восседающего в мягком кресле напротив Сакуры. - Да говорю тебе, постирать белье хотел, а машина что-то не включается, посмотри пожалуйста, может ее нужно в ремонт сдать? - продолжал конючить свою странную просьбу Саске, умоляюще глядя на Итачи. "Тебя бы не мешало сдать, только не в ремонт, а в какую-нибудь закрытую школу для промывки мозгов" - рычал про себя мужчина, выходя из гостиной и направляясь в ванную. - Хочешь чего-нибудь выпить? - улыбчиво спросил Саске, оставшись наедине с особой женского пола. Он, не стесняясь, разглядывал ее с ног до головы, злобно оклеймив девушку проституткой, так как, по его мнению, на ее платье был слишком глубокий вырез на груди, а еще его немыслимо взбесил сделанный Сакурой начес. - Не откажусь, - хлопнула своими зелеными глазами, подведенными тушью, девушка. В свою очередь она тоже внимательно оглядела младшего братика своего кавалера и не могла не заметить его привлекательности и обаяния. - Тогда момент, - молниеносно встав с кресла, парень вместо того, чтобы сразу пойти выполнять обещание, подкрался к ванной комнате. Секунда и увесистая, заполненная доверху корзина для белья подпирает дверь, за которой "чинет" несуществующую поломку стиральной машины Итачи. Последний властно постучал, чтобы его выпустили, однако Саске уже ушел на кухню наливать чего-нибудь выпить Сакуре. - Будешь Виски, - нахал произнес это лишь для видимости вопроса, не успела девушка пикнуть, как в ее бокал уже полился алкоголь. - Ой, может не стоило, - промямлила она, озираясь по сторонам, - где там Итачи пропадает? - Не волнуйся, он скоро придет, - из прежнего сладкого голоска брюнета испарился весь сахар, теперь его губы растянулись в хищной усмешке. Одним движением осушив свой бокал, он пододвинулся к оцепеневшей Харуно, - красивые у тебя волосы, будто на них десяток фламинго обделались. Зеленые глаза возмущенно расширелись, демонстрируя негодование, однако сказать несчасная ничего не успела, так как ее грубо взяли за подбородок и поднесли ее дрожащую кисть с бокалом ко рту, принуждая выпить. Чуть не поперхнувшись, Сакура все же осилила то, к чему ее принудил черноволосый тиран, пять минут назад показавшийся ей милым и скромным. - Умничка, - проворковал Саске, до безупречного слуха которого, не смотря на отличную изоляцию, стали доноситься крики Итачи. - Что ты себе позволяешь, - попыталась изобразить твердый и властный голос девушка, когда парень наклонился к ней вплотную, сильно сжав ее запястья, чтобы она не могла вырваться. Этот "новый" брат Итачи ее пугал, но в тоже время Сакура не могла оторвать от него взгляда. Такой грубый, невоспитанный, до неприличия красивый... Наверное, если бы она не согласилась пойти со старшим Учихой на свидание, то вполне могла себе позволить млеть от грубых ласк, которыми ее сейчас щедро одаривал своими наглыми губами мерзавец её возраста. - И чего он в тебе нашел, член свой сунуть, что ли некуда, - пробормотал Саске, оторвавшись от шеи своей жертвы, на которой он успел оставить несколько засосов. - Что ты несешь? - девичьи руки с силой толкнули его в грудь, давая понять, что тут ему ничего не обломится, - еще раз примешься ко мне приставать, все расскажу твоему брату и... - Тс... И что, он меня отчитает? Пальцем погрозит, тапком по морде даст? - зло рассмеялся Саске, испепеляя своими чернющими глазищами девчонку. - Он тебя прибьет, если узнает, что ты меня домогаешься, - пискнула Харуно, осознавая плачевность ситуации и молясь, чтобы Итачи пришел скорее. Зверь, сидящий рядом, наконец, выпустил ее онемевшие руки. Сакура сморщилась, пытаясь разработать отекшие конечности, от хватки этого ненормального у нее остались синяки. - Как ты меня бесишь, - выдохнул брюнет, сверкнув на розововолосую глазами. Вмиг сердце девушки остановилось, но через секунду застучало с бешенной скоростью. Подозрительная расслабленность, разлившаяся по всему телу, ослабила бдительность, да что там, у Харуно сложилось впечатление, что она превратилась в кисель и теперь даже шаг самостоятельно сделать не сможет. - Потрясающе иметь всегда козырь в рукаве, - лукаво подмигнул Саске, продолжая испытывать свой дар, - жалко, что на гавнюка, который сейчас пытается выбраться из ванной, это не действует. Приложив руку к подбородку и легонько постукивая указательным пальцем по своим губам, тем самым иммитируя мыслительный процесс, парень принялся наворачивать круги вокруг девчонки, точно акула, ждущая удобного момента для растерзания своей жертвы. - Сейчас я выпущу Итачи, и, как только он сюда войдет, ты начнешь ему хамить. Все должно выглядеть убедительно, веди себя, как последняя стерва, у тебя это хорошо получится, я верю. Сакура лишь беспомощно кивнула, а брюнет выскользнул из гостиной. - И что это было? - стоило открыться двери ванной, как мужчина посыпал упреками, - почему ты меня запер? И тем более сказал, что стиральная машина сломалась? - У тебя шизофрения, нии-сан, - отмахнулся Саске, - я же не говорил о том, что что-то сломалось, а лишь попросил взглянуть, может быть я что-то не так делал... И вообще, ты дверь себе открыть не можешь, а я виноват?!! - Где Сакура? - насторожился Учиха, размашистыми шагами направляясь в гостинную, вызволять свою спутницу из плена, нутром чуя, что здесь происходит нечто странное. - Там, где ты ее и оставил, - хмыкнул брюнет, входя следом за своим братом в комнату, - вот, гляди, нахваталась виски, скажу тебе, даже у меня телок с таким характером не было! Итачи ошарашенно разглядывал Сакуру, чьи недавно убранные розовые пряди волос сейчас разлахматились и растопырились в разные стороны, будто ими протирали пол. От самой особы сильно пахло спиртным, да и представляла она сейчас вульгарную шалаву, помада размазалась, ноги дерзко положены на стол. - А, вернулся, - секретарша взяла в руки бутылку и залпом отхлебнула добротную порцию виски, - ну ты и тормоз! Ты считаешь это нормально, заставлять девушку себя ждать? Надеюсь, в постели ты будешь по-активнее. - Что ты с ней сделал? - повернувшись лицом к своему младшему брату, процедил сквозь зубы редактор, отказываясь принимать то, что сейчас творилось у него на глазах. Не могла такая девушка, как Сакура, превратиться в обыкновенную профурсетку, явно тут ручки у кого-то нечисты. - Ты чего так разнервничался, а, "тихоня"? Твоя пассия нажралась, как дальнобойщик, а ты срываешься на мне, - прыснул ядом брюнет, выпятив нижнюю губу, будто только что оскорбили святую невинность. Мужчина сжал кулаки, чувствуя, как ему с каждой секундой все явственнее хочется врезать своему отото, ведь стоит сейчас, сволочь, хлопает глазищами, будто этот спектакль не его рук дело. - В какой комнате ты меня возьмешь? - вытерла тыльной стороной ладони следы помады девушка, подходя к своему кавалеру. - Сакура, перестань нести всякую чушь, что этот паразит с тобой сделал? - Достало, - тон девушки повысился на одну актаву, - может хватит молоть языком? Ты меня сюда привез, чтобы болтать о всякой фигне, которая в твоей голове? Если ты еще не понял, то разъясню, я согласилась с тобой встретиться из-за твоей должности, так как в твоих полномочиях меня повысить, и из-за твой внешности. Понравилось мне твое личико, вот и решила заботливую из себя построить, а ты купился. Теперь я вижу, что пыталась соблазнить мямлющую тряпку! - Ясно, тогда мямлящая тряпка не смеет тебя задерживать, - холодно ответил Учиха старший, провожая глазами фигуру Харуно, покидающую поле брани. Из состояния закоченелости мужчину вывел звук отъезжающего автомобиля. Чудно, что девушка приехала на своей машине. - Мда, везет тебе со вторыми половинками, - сочувствующе поджал губы подросток, принявшись мыть бокалы за гостьей, - эта по крайней мере тебе не изменяла... - Рот закрой, - выплеснул желчь мужчина, скрестив руки на груди, - думаешь, я не понимаю, что это ты ее споил? Небось ещё загипнотизировал её, да, я угадал? - Итачи разве что пар в данную минуту не выпускал, сгустки негодавания захватили разум, обнажили каждый нерв. - Конечно, делай меня крайним. Не могла же девушка так думать о тебе, ты же у нас самый хороший, как тебя не любить? - стебался в открытую брюнет, до какого-то ненормального восторга встречая яростные глаза своего брата, - выпей чайку, говорят, помогает нервишки успокоить. Заботливо пододвинув ему навстречу чашечку с готовым напитком, Саске попятился назад, будто испугался, что Итачи прямо сейчас начнет ему подзатыльники отвешивать. - Мои нервишки успокоит только вид фингала под твоим глазом, который ты сейчас наременно от меня получишь, - пообещал "тихоня", залпом осушив чашку. Может и вправду он хотя бы успокоится, тогда можно будет убивать братца на свежую голову. - Ну все, тебе сейчас не поздоровится, - Итачи было двинулся навстречу негоднику, но моментально что-то ударило в голову. Ноги стали ватными, будто перестали быть его собственными, а силуэт напротив вообще расплылся. Сделав один неуверенный шаг вперед, мужчина покачнулся и упал, погрузившись в сон. Pov Итачи. Все тело адски затекло, пробуждаться от такого ощущения врагу не пожелаешь. Почему я после предложенного Саске чая вырубился? Опять он что-то устроил... Вроде бы мое состояние перед тем, как я отправился "на боковую", и так было на грани, я был готов растерзать мелкого гада, испортящего мне свидание, однако сейчас все намного хуже! Немного отойдя от сна, я начал шевелить пальцами рук и ног, отмечая, что мои движения ограничены, а в с какого-то перепугу обнаженное тело что-то впилось. - Какого черта я связан? - плескавшееся волнение удачно разбавлялось гневом в моем голосе. Что за фигня? Почему я голый и связаный за руки и за ноги восседаю на стуле? - Наконец-то спящая красавица пришла в себя, - мурлыкнули сзади, и я ощутимо содрогнулся, когда тонкая кисть чьей-то руки легла мне на грудь и прошлась по ней, чувственно сминая кожу. Мои соски сразу затвердели, и дело явно было не только в холоде. Пытаюясь разорвать веревки, но мои конечности зафиксированы крепко, руки связали вообще почти до свода лопаток вместе. Ноги плотно примыкали к ножкам стула, ничего не скажешь, зашибись! Трусов я на себе тоже не обнаруживаю, что это вообще такое. - Потрудись объяснить, что это все значит? - с силой дрыгаю руками и ногами, однако все мои попытки ослабить гнет напрасны, признаться, черноволосая сволочь хорошо вяжет узлы. - Потружусь, - ухмыльнулся, наконец появившийся в поле зрения озорник в одних черных джинсах, - ты главное поменьше дергайся, тебе же больнее будет от бесполезных движений. - Не строй из себя заботливого, я все еще жду объяснений! - паршивец рассмеялся, наслаждаясь моей беспомощностью, я старался не думать о том, что сейчас нахожусь полностью в его власти, мурашки забегают по коже от одной мысли, что он сейчас может делать со мной все, что в дурную голову взбредет. - Не кричи, нии-сан, иначе мне придется заткнуть твой ротик. А зная меня, ты должен понимать, что твой рот я буду затыкать не скотчем или грязным бельём, как в боевиках, и не романтичным поцелуем, как в мелодраммах, - Саске игриво похлопал себя по ширинке, его довольный вид ничего хорошего не предвещал. Я, конечно, могу начать орать, чтобы пришли соседи, но что-то не хочется, чтобы они увидели меня в таком виде. Да и как им объяснишь, что мой младший брат извращенец и больной на всю голову. - Не знаю, что под твоей шевелюрой: мозг или булыжник, но хочу тебе напомнить - мы братья! Поэтому я согласен на грязное белье, да пусть хоть твой носок, только не вздумай натворить лишнего, - главное его заговорить. Он ведь наверняка мстить вздумал мне за то, что я с девушкой встретился, а он, бедненький, дома сидел. - Какой ты скучный, - протянул, якобы разочарованно, подросток, - не припомню, чтобы тебя что-то не устраивало, когда мы трахались в твоей квартире. - Зачем тебе это? Мы же договорились, что оставим эту ошибку в прошлом? Извини, мне не стоило приводить домой Сакуру, я думал, ты уже спишь и... - Еще одно упоминание об этой шалаве, и я буду трахать тебя в рот до утра, - неожиданно грубо перебил подросток, стягивая с меня резинку для волос и раскидывая пряди по плечам, - отвечай, - резко потянув меня за волосы, тем самым запрокидывая мою голову, спросил Саске, - ты к ней что-то испытываешь? Она же тебе была не нужна раньше? Сказать, что мне стало жутко от столкновения с разъяренными черными глазами, значит ничего не сказать. Как громом пораженный добрых десять секунд просто пялился в лицо напротив, а боль от того, что меня тянут за волосы нарастала, давая понять, что не прекратиться, пока я не удовлетворю любопытство этого больного человека. - Ничего я к ней не испытываю, - хрипло отзываюсь, облизав пересохшие губы, тело продолжал лизать неприятный холод, все суставы жутко болели, - она мой предлог, чтобы забыть тебя, точнее, перестать думать о тебе неправильно, - хватку подросток тут же ослабил, а я продолжил еще мягче, - отото, у меня и в мыслях не было тебя обижать, ты согласен со мной, то, что происходило между нами - неправильно? Давай ты сейчас меня развяжешь и мы спокойно поговорим? - Бегу и спотыкаюсь, - сокрушил одной фразой мои надежды брюнет, - а что, если мне пофиг на нашу родственную связь? Может быть мне мало тех двух раз, и я хочу тебя еще? Сердцебиение участилось, вообще кислорода критически перестало хватать. Я ведь и допустить мысли не пытался о том, что для Саске имеет значение то, что было. Ему было плевать на мои чувства, так почему сейчас он тут возникает? Дело начинает набирать опасный поворот! - Нет! Не вздумай, идиот! - меня накрыла настоящая паника, когда ехидно улыбнувшись уголком губ, брюнет опустился перед стулом на колени, оперевшись ладонями в мои бедра. От того, что меня передернуло, тело заныло, требуя немедленного освобождения от веревок. Наверное, выгляжу сейчас жалко, пытаясь отодвинуться от своего братца, вид которого показывает, что мне сейчас собираются сделать минет. - Ну нии-сан, - наигранно изобразив обиду, протянул Саске и легонько подул на мой оголенный орган, который тут же среагировал, - твой младший братишка сделает тебе приятно, будь уверен... Гостинную разрезал довольно громкий скрежет моих ногтей по деревянной спинке стула. Запрокидываю голову, предпочитая не смотреть, что твориться у меня между ног. А тем временем головки касаются влажные губы, нежно посасывают ее, принуждая мое тело превратиться в один сплошной нерв. Член уже встал колом, и непонятно, мне продолжать вразумлять Саске, или лучше прикусить язык и холодно перетерпеть эту сладостную пытку? Подросток придвинулся еще ближе и развел мои колени чуть шире, дабы прибавилось место для маневра. Черные жесткие волосы щекотали внутреннюю сторону бедер, возбуждая меня сильнее. Саске совсем разошелся, уже беря член во всю длину, но временами останавливался, чтобы просто обвести его языком. Сейчас веревки стали для меня проблемой не только из-за боли, но еще и помехой для движений. Хотелось толкнуться навстречу пошленькому ротику, войти в него глубже, хотя и не скажешь, что проделываемый минет плох. Жаркая теснота будто глумилась надо мной, я вообще никаких манипуляций не могу совершать: ни поддаться искушению, ни вмазать в челюсть своему искусителю. - Ммм, хочешь, чтобы я тебя развязал, и мы продолжали в полную силу? - мягко спросил Саске, и не дожидаясь ответа, вновь принялся сосать, теперь еще временами касаясь языком яичек, от чего я буквально забился в конвульсиях, кусая губы до крови, чтобы не выдать степень своего удовольствия. Буду ли я жалеть о том, что сейчас происходит - буду вне сомнений... Однако, где мне взять силы, чтобы противостоять этому сексуальному ублюдку, который мигом слизнул проступившую смазку своим юрким язычком? - Развяжи, - попросил я, полным мольбы голосом. Искорки плясали перед глазами, от удовольствия. Белая спина Саске прогнулась, так как ее обладатель вновь взял во всю длину, пересчитываю проступившие позвонки, опять же сдерживая крик внутри себя. - А вот хрен тебе, - выпустив член из своего рта, ухмыльнулся этот придурок, стирая костяшками пальцев мое семя со своих припухлых красных губ. Когда он взял мою резинку для волос, я уже терял самообладание, чувствуя прилив оргазма, но внезапно на мой член нахлобучили её, перетянув канал, чтобы я не мог кончить. - Сними немедленно! - снова дернулся я, все тело покрыла испарина, создавалось ощущение, что стоит жара градусов под сорок. - Не могу, ты наказан, - хитро улыбнулся подросток, снимая с себя джинсы. Когда он возник передо мной во всей красе, стало совсем невыносимо. Даже не заикаюсь о его отличной физической форме, все кубики в наличии, под бледной кожей бугряться мускулы, ягодицы накачены и притягивают к себе мой ошалелый взгляд. Паршивец, видя, что я уже на грани, подошел к стулу и уселся мне на колени, соприкоснувшись своим достоинством с моим. Секунда и резинка убрана с моего члена, чем незамедлительно восспользовался мой организм, изливаюсь на плоский живот Саске, который посмотрел на сперму так, будто на него просто вылили сок. Проведя по белой субстанции пальцем, он слизнул ее кончиком языка. - Видишь, все это глупости о том, что нам не дозволено быть вместе, - склонил голову на бок парень, сузив свои чернильно-черные глаза. Дышать дается тяжело, еще и рана от пулевого ранения заныла, зашили ее крепко, поэтому ничего не должно случиться, однако это не означает, что ее можно лишний раз тревожить. Переваривать то, что на моих бедрах сидит самая сексуальная и аппетитная задница в мире, с каждым мгновением становится все труднее. Да еще и взгляд цепляется за огромный член, полностью прижатый к моему! - Итачи, тебе придется поменять решение, - брюнет облизал манящие губы, посмотрев на наши эрекции, - видишь, как им хорошо вместе... - Можешь заткнуться и развязать меня уже?!! - снова дергаюсь всем корпусом, сверля затуманенными глазами сексуальное чудовище, член уже налился кровью, требуя к себе внимания, да от Саске еще и так приятно пахло, впрочем, как всегда, что я уже мало что соображал. - Наказание нужно принимать с достоинством, хватит уже просить о пощаде, нии-сан. Думать надо было, когда какую-то сучку приводил домой, - его озорной смех и елозание по эрогенной зоне заставили меня зарычать, будто я зверь, в которого тыкают раскаленным железом. Резко подаюсь вперед, накрывая его губы своими. Кусаю их до крови, но не для совершения боли - для того, чтобы выразить свою страсть. Уже успел тысячу раз пожалеть о том, что пытался избавиться от своей влюбленности, да пошло оно все... Саске довольно застонал в поцелуй, напоминая о том, что ему нравится, когда внутри его рта я орудую языком. Мускулистые руки крепко обняли меня за шею, наконец, хоть где-то я смог захватить инициативу. Практически трахаю языком его рот, жадно углубляя поцелуй, пытаясь прижаться к такому же разгоряченному телу, как и мое, еще ближе. Уперевшись руками мне в плечи, брюнет кое-как оторвался от моих губ, которые немного кровоточили после моих оголодавших ласк. Младший братец отошел в другую комнату и скоро вернулся, неся в руках концелярский нож. Как зачарованный смотрю на разрезающего путы подростка, освобождение так близко... Стоило веревкам ненужным мусором пасть у моих ног, как делаю толчок вперед и подхватываю под пятую точку нахала, тут же продолжая начатое. Беспорядочные, жесткие поцелуи посыпались градом на шею, грудь, щеки, губы - всюду, что попадалось моему взору. Саске опять одарил повышенной частотности звуком всю квартиру, врядли это притворство. Прижатый к стене, он продолжал стонать, когда я, наконец, сделал, что хотел. Во-первых, хорошенько несколько раз отшлепал его, звонко ударяя ладонью по шелковой коже, во-вторых, затем ловким движением раздвинул царские, упругие ягодицы, приставив покрасневшую головку члена к уже влажному, готовому принять орган аналу. - Нии-сан, - в агонии выдохнул брюнет, когда я, продолжая удерживать его на весу, подпер им холодный камень стены. Матерь божья, я вдалбливаю собственного брата в обои в цветочек, которые наша мама купила к какому-то знаменательному дню несколько лет назад! Член раз за разом изчезает в заветной дырочке, вынуждая ее обладателя царапать мне спину и кусать шею. Наращиваю темп, даже не пытаясь заботиться о комфорте своего партнера. Любит он пожестче, так тому и быть. Время летело незаметно, и сколько раз мы сменили позы, сколько раз сплетались после очередного оргазма языками, запомнила только фотография родителей, висевшая на стене и наблюдавшая весь беспредел, который устроили два бесстыдника. - Где, мать твою, мои пирожные? - прошипел мужчина на утро после дивной ночки. Микото с Фукаку еще не вернулись после гостей, а посему два брата, проснувшись: один - голова на полу, ноги на кровати, другой - среди обломков стула в обрывках простыни, успели навести порядок, чтобы их не пропалили. - Ой, прости, дорогой. Я тебя голодненьким оставил? - фальшиво запричитал Саске, попивая дымящийся кофе и треская печенье, - могу это исправить. В него полетел батон, стоило парню раскрепощенно похлопать себя по ширинке, намекая на раннюю зарядку для челюстей своего брата. - Обожаю тебя доставать, - от души сознался негодник, получивший заслуженно батоном в лоб, но сейчас призванный подойти, - ай, опять ты за свое! - два пальца Итачи насмешливо тыкнули братца в лоб, а следом две руки притянули его к себе. - После того, что ты вчера устроил, у меня все тело болит, хотя по большей части пассивом был ты, - добродушно пожаловался Учиха старший, нежно поглаживая черный ежик волос, нахально торчащих во все стороны, подросток так смешно засопел ему в грудь, что мужчина рассмеялся. - Привыкай, теперь тебя каждую ночь ждет подобная нагрузка, - хохотнул Саске, обхватив кольцом талию своего брата, - ты бы видел свое лицо, когда я вчера тебя связал. - А вот это я тебе еще припомню, - безпощадно взъерошил волосы парня Итачи, - побегу в сексшоп, и в следующий раз жертвой станешь ты, вот я оторвусь! - Ты думаешь, что мне будет кайфово от того, что в моей заднице будет посторонняя херня, а не твой чл... Последнее слово было высказанно прямо в рот мужчине, так как истерзанные губы Саске уже контактировали во всю с братскими. - Что, теперь мне не придется баб от тебя отпугивать? - с прикрытыми от удовольствия веками спросил подросток, потеревшись о подбородок "тихони". - Не придется. Поживем еще несколько дней с родителями и съедем обратно ко мне на квартиру, - пообещал Итачи, - если мой малыш еще раз устроит нечто подобное, мне просто духу не хватит это пережить. - Да куда ты денешься, - закатил глаза парень, вновь потянувшись за поцелуем, но в последний момент остановившись, - да и кстати... Немного несправедливо, что ты уже передо мной, так сказать, распахнул свою истерзанную редакторскую душу, а я так и остался паршивым кабелем, каждый раз вынуждающим себя трахать... - Хочешь что-то распахнуть? - от души удивился Учиха, с трепетом ожидая лекарства, которое необходимо, чтобы излечить от сомнений его сердце и уже закрепить без всяких слов странный союз. - Хотелось бы. Просто сказать, что тоже люблю тебя, - слегка покраснел нахал, наблюдая реакцию довольного брата. - Прекрасно. Квартиру накрыла тишина, нарушаемая характерным звуком поцелуя. Итачи впервые почувствовал странную невесомость, ощутимое освобождение от тяготившего груза... Все-таки не зря он пошел на поводу привязанности в тот день их с Саске первой встречи, углубил знакомство и позволил себе отдаться во власть темноты антрацитовых глаз, которые пленили с самого первого столкновения с ними.