Дурачок

Наин радостно прищурилась, подставляя свое лицо теплым весенним лучам. Ее сердце переполняли восторг и немое счастье, которыми хотелось поделиться с каждым встречным, ведь ей наконец-то удалось признаться Хан Рыму в своих чувствах! Этот высокий и стройный знойный красавчик с ярко-голубыми глазами был самым умным в их классе, к тому же, его мама являлась американкой, а отец корейцем, поэтому у него была довольно нестандартная внешность. Многие девчонки находили Хана очень и очень обаятельным, а высокие оценки и приветливость создавали ему ореол настоящего идеала. Наин всего лишь одна из многих, кто тайно мечтает о нем, незаметно рассматривая стильно выбритый затылок парня на уроках, вздыхая от каждого брошенного в ее сторону взгляда и восторгаясь его безграничными знаниями. Рым мог ответить на любой вопрос, словно был вундеркиндом и не зависел от каких-либо умственных ограничений или лени. Не зря его прозвали «Принцем класса», ведь он всегда пропускал девушек вперед, когда открывалась дверь, уступал место в автобусе старшим и помогал учителям донести тетради с папками в учительскую. Чхве никогда бы не рискнула признаться ему прямо в лицо, поэтому придумала более оригинальный способ. Она не раз давала Хану списать пропущенную классную работу, когда его отвлекали по школьным делам или заваливали просьбами помочь в учительской, поэтому парень наверняка знал ее почерк, а значит, и подпись ставить не нужно! Наин пробралась в раздевалку для мальчиков во время занятий по физкультуре и подложила в джинсовый рюкзак одноклассника короткую, но смысловую записочку: «Ты мне нравишься. Давай встречаться?». Конечно же, она не ждала, что Рым сразу же ответит или что вообще согласится на это, но была уверена: после признания он обязательно посмотрит на нее другими глазами, а так и вовсе решит, что она ему тоже симпатична! Радуясь исполненному плану, девушка вприпрыжку приближалась к школе, взволнованно поправляя клетчатую юбку и белоснежную блузу. Сегодня она по-особенному уложила волосы, украсив их светло-розовым бантиком, и даже подкрасила губы и глаза, чтобы выглядели более выразительно. Теперь ей нужно было как ни в чем не бывало зайти в класс и дождаться, когда парень, сидящий перед ней весь школьный семестр, повернется и подарит ей улыбку, тем самым обещая, что все будет хорошо! Замечтавшись, Чхве не заметила, как толкнула кого-то в плечо, и человек, не устояв на ногах, пошатнулся, а затем плюхнулся прямо на деревянный пол коридора. Ойкнув и присмотревшись, девушка узнала в пострадавшем До Кёнсу, которого за глаза называли «дурачком», потому что он всегда был сам себе на уме, меланхолично напевал неизвестные мелодии под нос и очень плохо учился. Но Наин не относилась к числу девушек, насмехающихся над одноклассником, ведь он совсем не виноват в том, что хуже остальных воспринимает школьные предметы или отличается малообщительностью. У него совсем нет друзей, и девушке скорее было жаль его. - Прости, - она поспешно присела рядом, собирая выпавшие из рук Кёнсу тетради. Только сейчас девушка заметила, что его круглые очки слетели и стукнулись о пол, вследствие чего стекло треснуло сразу в двух местах. Кёнсу, как и всегда, лучезарно улыбнулся, обнажая белоснежные зубы, и быстро закивал, поднимаясь снова на ноги. В случае любой неудачи этот парень использовал улыбку как оружие или же защиту от влияния остального мира. До мало говорил, просто смеялся, мотал головой, кланялся и убегал, не позволяя другому человеку завязать с ним хотя бы подобие диалога. Наверное, поэтому у него совсем нет друзей. И в этот раз парень сгреб в охапку остальные тетради, которые, видимо, нес в учительскую, и, торопливо поклонившись в знак извинения, бросился дальше по коридору. Наин наблюдала, как он исчезает за поворотом, и испытывала смешанные чувства. Жалость, сожаление, сострадание… и уважение. До был очень одинок, но никогда не жаловался, и это делало его весьма необычным. Парень так спешил, что напрочь забыл об очках, отлетевших чуть в сторону, и Чхве осторожно подобрала предмет, чтобы стекло окончательно не выпало из оправы. Спрятав очки в сумочку, она решила отнести их в мастерскую, а потом отдать бедному однокласснику, ведь именно из-за нее они побились. Вздохнув, Наин пожала плечами и пошла дальше, устремляясь к зеленым дверям, ведущим в класс. Коридор уже был почти совсем пуст, а ученики разбрелись по классам, спеша к началу занятий. Войдя внутрь, девушка огляделась и сразу заметила Хан Рыма, стоящего рядом с блондинкой Джэ Мин – признанной красавицей класса. Она кокетливо прислонилась к его плечу, о чем-то увлеченно рассказывая и расплываясь в обаятельной улыбке. Сердце Наин сжалось от ревности, но выражение лица осталось неизменным. Гордо подняв голову, Чхве направилась к своей парте, крепко сжимая в ладошке ремешок своей сумки. Усевшись на стул, сразу же вынула книгу, открыв ее на странице, где остановилась последний раз, и погрузилась в чтение. Так она хотела выглядеть для остальных, но внутри, под маской полного безразличия, разномастные чувства боролись с друг другом, а обида и волнение переворачивали душу вверх дном. Девушку распирало любопытство: увидел ли он ее записку, прочел? Подумал? Что, если она так и валяется на дне его портфеля, дожидаясь, пока ее найдут? Но тогда выходит, что выбранный способ признания не так уж и оригинален… А может, Рым и вовсе потерял тот листочек, когда прятал спортивную форму в рюкзак? Нервно покусывая нижнюю губу, девушка не обратила внимания на вернувшегося в класс Кёнсу, который, увидев ее, смущенно отвернулся и быстренько занял свое место за первой партой у окна. Когда Хан сел перед ней, Чхве растерянно посмотрела на его затылок, стараясь поймать хоть малейший намёк на то, что он увидел ее записку, но парень вел себя как обычно, и вскоре Наин полностью разочаровалась в сегодняшнем дне. Видимо, Рым и правда потерял ее или просто решил игнорировать чувства надоедливой одноклассницы. Она ведь не первая ему признается и не первая получает отказ. Больше всего обижало то, что он не сказал ни слова, мол, как хочешь, так и думай, можешь даже накрутить себе сама догадки о чувствах, которые он испытывает. Грустно вздохнув, девушка вдруг заметила, что парочка ее одноклассниц странно косятся в ее сторону, а их губы искривляет насмешливая улыбка. Помотав головой, Наин решила, что ей привиделось, и постаралась отогнать от себя неприятные мысли. После уроков, во время которых ей так и не удалось узнать, видел ли признание Хан или нет, к Чхве подошел классный руководитель и сообщил, что с сегодняшнего дня она дежурная по классу и должна немедленно заняться уборкой, если не хочет до ночи проторчать в школе. Мысленно пожаловавшись на свою нелегкую судьбу, Наин дождалась, когда все ученики разойдутся, и вытащила из подсобки железное ведро, собираясь набрать в школьном туалете воды для мытья полов. Справившись, девушка вернулась в класс, негромко причитая из-за одиночества и постоянного невезения, и не сразу заметила, что рядом с окном, прислонившись к подоконнику, стоят три девушки, смеряя ее презрительными взглядами. Удивленно моргнув, Чхве поставила ведро и с любопытством посмотрела на одноклассниц, среди которых была и Джэ Мин. Блондинка наигранно фыркнула и скривилась, подходя ближе к девушке, затем театрально поддела прядь черных волос Наин и слегка подкинула в воздух, якобы оценивая красоту названной соперницы. - Мне вот что любопытно, - игривым тоном спросила она, подаваясь вперед, чтобы их глаза были на одном уровне. – Ты вообще в зеркало смотрелась? - Ч-что? – хрипло выдохнула Чхве, растерянно глядя в темные глаза Джэ. Сердце, вдруг почувствовав неладное, забилось быстрее, а в голове появились мысли о срочном побеге. Инстинкт самосохранения сработал раньше, чем ее сознание, и девушка торопливо отступила на пару шагов. - Убегаешь? – гаденько протянула Мин, снова подступая к ней, словно змея подползает к своей жертве. – Думаешь, наделала дел и сможешь смыться? Да я тебе все волосы повыдергиваю, если ты еще раз посмеешь подсунуть моему парню свой грязный клочок туалетной бумаги, исписанный всяким дерьмом! Ясно?! Наин вздрогнула всем телом и, широко открыв глаза, наблюдала, как подруги Джэ обходят ее с двух сторон, а одна из них берет ведро с водой, поднося к ней. Коленки девушки подкосились, к глазам подступили слезы, а душа будто рассыпалась в пепел после обжигающего костра стыда, что испытала Чхве. - Н-не надо… - хрипло выдохнула она, когда одна из одноклассниц, та, что держала ведро, поступила к ней еще ближе. Наин не хотела обещать, что больше не подойдет к Рыму, или говорить, что это была случайность, ведь все ее слова прозвучали бы слишком жалко. К тому же, она все равно ни о чем не жалела, хотя и искренне разочаровалась в парне, которого считала настоящим принцем. Вся его доброта и благородность превратились в ее глазах в притворный фарс, и теперь лишь чувство собственного достоинства поддерживало девушку, не давая расплакаться на глазах у одноклассниц. - Не надо, говоришь? – хмыкнула Джэ Мин, протягивая ладонь и подцепляя подбородок Наин, разворачивая ее лицо к своему и заглядывая в глаза. – А я думаю, разок тебя стоит проучить, да, девчонки? Подруги блондинки активно закивали, улыбаясь во весь рот, отчего внутренности Чхве фактически скрутило болезненным узлом. Страх медленно заполнял сознание, тело уже полностью дрожало, а на лбу выступил пот. - Чтобы больше неповадно было, - добавила Джэ и, резко отпустив Наин, поспешно отступила назад, как раз тогда, когда ее подруга подняла ведро и выплеснула всю воду прямо в лицо онемевшей от страха девушке. Холодная вода немедленно проникла в ткань блузы и юбки, пропитывая ее и расползаясь ознобом по коже Чхве. Лицо, волосы, руки - все было мокрым, а утренние старания с макияжем уже сплывали по щекам черными потёками. - Упс, - деланно удивилась Джэ и под хохот подружек неспешно покинула класс, оставляя опозоренную и промокшую Наин в одиночестве. Девушка пару минут просто молча стояла, не в силах прийти в себя, а затем почувствовала теплые слезы, скатывающиеся по щекам вперемешку с тушью. Сердце болело от испытываемых ощущений, от предательства Хан Рыма, от унижения, от прошивающего ее холода. Она хотела было упасть на коленки и просто всласть поплакать, но ее отвлек шум за окном, сильно напоминающий девичий визг. Перегнувшись через подоконник, девушка увидела внизу Джэ Мин с подругами, которые махали руками и что-то кричали, с виду напоминая испуганных кур. Присмотревшись, Чхве поняла, что они мокрые, так же, как и она в этот момент, и механически опустила взгляд на окно ниже, выхватывая знакомую голову и плечи своего одноклассника. - Упс! – крикнул он, растерянно прижимая ладошку к губам. – Я случа-а-айно! Наин ошарашенно наблюдала, как одноклассницы злобно верещат, обещая Кёнсу нелегкую жизнь, и не могла понять: почему он это сделал? Правда случайно или слышал их ссору? Но он не из тех, кто вмешивается в подобное… Или, может, у него есть на то личные причины?..

***

Домой Чхве шла почти по темноте, ведь ей пришлось не просто вымыть пол, а еще и вытирать разлитую ненавистницами воду. Пока она бегала по классу, выполняя свои прямые обязанности, все надеялась, что До заглянет к ней и скажет хоть слово, но он так и не появился, заставляя Наин мучаться от непонимания и предположений. Но даже несмотря на это, девушка все равно решила сделать то, что планировала, и по дороге домой отнесла очки в мастерскую, где ей сказали, что наутро они уже будут готовы. С легким сердцем Чхве отправилась домой, представляя, как обрадуется Кёнсу, когда увидит исправленные очки, а еще внутренне недоумевала своему внезапному вниманию к парню, которого едва знала - и то лишь благодаря их совместному обучению. Она даже ни разу не слышала, чтобы он говорил внятно - лишь отрывистые фразы, дрожащий голос и постоянные запинки. Может быть, это от неуверенности в себе? С такими мыслями Наин очень быстро провалилась в сон, хотя этому сопутствовала легкая простуда после вечерней прогулки в мокрой одежде. К счастью, наутро все было хорошо и девушка чувствовала себя вполне здоровой. Горячий чай с малиной перед сном сделал свое дело и уберег ее от внеплановой болезни. Собрав все вещи, а после позавтракав с семьей, Чхве первым делом забежала в мастерскую и забрала исправленные очки, с удовольствием рассматривая новые стекла в роговой оправе. Насколько ей было известно, в жизни Кёнсу мог обходиться и без них, но на уроках всегда надевал, потому что плохо видел мелкий почерк учителя на доске. Иногда ей казалось, что это именно из-за очков все смеются над ним, но парень упрямо продолжал носить их, не замечая чужих наговоров. Зайдя в класс, Наин обвела взглядом группу, но До не обнаружила, зато самодовольные лица Джэ Мин и ее подруг сразу бросились в глаза, как и прямой взор Хан Рыма, устремленный в ее сторону. Сердце болезненно екнуло, но девушка не подала виду и прошла к своей парте. Остановившись возле нее, Чхве увидела различные надписи непохожими почерками и коротко сглотнула. Они гласили, что она грязная шлюшка, самовлюбленная эгоистка, тупая курица и тому подобное. Наин не понимала, почему ее так ненавидят, ведь все, что она сделала не так, это призналась мальчику, который нравится, в любви. Неужели это настолько постыдно и неправильно, что теперь до конца учебы ей придётся терпеть подобные нападки? Горячие слезы снова подступили к глазам, но как раз в этот момент дверь класса отъехала в сторону, и к ней уверенным шагом подошел Кёнсу, ставя рядом с ее партой наполовину заполненное водой ведро. Он широко улыбнулся девушке, чуть подтолкнув ее в сторону, затем обогнул парту, чтобы было удобнее, и, намочив тряпку, принялся отмывать неприличные записи, игнорируя всеобщие насмешки и косые взгляды. Наин не могла поверить, что он делает это ради нее, но ее ошеломление было настолько велико, что она, онемев, наблюдала за действиями парня. Когда надписи стали еле-еле заметными, До подмигнул ей и, забрав ведро, быстро вышел из класса. Шум, галдеж, обсуждения стали еще более явными, но теперь некоторые приписали им с «дурачком» серьезные отношения и задавали вопросы вроде: «Что ты ему предложила взамен личной защиты?». Чхве здорово разозлилась, но не обронила ни слова, гордо покинув класс и направившись на поиски своего глупого одноклассника. Неужели он не понимает, что теперь ему тоже достанется от злобных школьников, которым только и надо, что пищи для обсуждений? Зато, благодаря Кёнсу, она не выглядела жалкой в глазах остальных и, наконец, осознала, что тот, кто достоин настоящей дружбы и любви, это не кто иной, как «дурачок», который жертвует собственной безопасностью и неприкосновенностью ради своей нерадивой одноклассницы. Девушка обошла всевозможные места, где мог бы быть До, но так и не нашла его. Ни в библиотеке, ни в столовой, ни в лабораторных парня не было. Наин вспомнила, что его частенько замечали на школьной крыше, где он любит проводить обеденное время, поэтому сразу же направилась туда в надежде встретить своего «защитника». Толкнув тяжелую металлическую дверь, Чхве выбралась на крышу и сразу же зафиксировала опершегося спиной на железные прутья оградки Кёнсу, который, закрыв глаза и откинув голову назад, слушал через наушники музыку. Подойдя ближе, Наин смогла хорошенько его разглядеть и с некоторым изумлением отметила, что у одноклассника очень красивое лицо, особенно без очков. Большие пухлые губы в форме сердечка, длинные пушистые ресницы, тень от которых падает на бледные щеки. Шелковистые темные волосы красиво развеваются на ветру, и лишь единственная прядь падает на веки, путаясь отдельными волосками в ресницах. Не полностью осознавая, что она делает, Чхве опустилась перед ним на корточки и аккуратно отвела мешающую прядку в сторону, заставив парня резко вздрогнуть и открыть глаза. Ошарашенно разглядывая друг друга, ребята некоторое время просто молчали, а затем, будто очнувшись, Наин отклонилась и быстро вынула из сумочки футляр с очками. Протянув предмет и дождавшись, пока Кёнсу возьмет его, девушка нервно пролепетала: - Извини, что толкнула тебя тогда. Твои очки разбились, вот я и исправила… - Зачем? – перебил ее парень, и Чхве сначала решила, что ей показалось, но До и правда прямо смотрел ей в глаза, ожидая ответа. Удивлённо моргнув, девушка покачала неуверенно головой, не зная, что ему ответить, и Кёнсу снова заговорил: - Зачем ты сделала это? Могла ведь оставить их там. Сначала Чхве пораженно вслушивалась в нотки его бархатного голоса, а потом посмотрела в карие глаза, изумляясь тому, как изменился его взгляд. Куда-то исчезли безмятежность и дурачество, вместо которых отчетливо проявлялись уверенность в себе и твердость. - Эм, - замялась Наин, отводя взгляд в сторону и закусывая губу. – Просто хотела сделать это, ведь они важны для тебя. - Не важны, - коротко ответил До, заставив ее взглянуть на себя. – Я не ношу очки, они даже не настоящие. - Что? Но стекла… - Это просто стекла, а не линзы для улучшения зрения, - ровным голосом сказал парень, продолжая рассматривать ее в упор, словно никогда в жизни не видел. - Ты мог бы просто поблагодарить меня, - расстроено протянула Чхве, поднимаясь на ноги и отворачиваясь от одноклассника. Что-то произошло с тем дурачком, которого она знала, и эти перемены очень пугали ее. Неужели Кёнсу не тот, кем кажется? Тогда кто же он? Какой он? - Я поблагодарю тебя тогда, когда ты перестанешь делать глупости, - грубо произнес До, тоже выравниваясь во весь рост. – Неужели Хан Рым настолько неотразим, что у тебя отключились мозги? - Что? – Наин недоверчиво втупилась взглядом в совершенно чужого парня, стоящего перед ней. Очевидно же, что это не До Кёнсу, но кто тогда? Его злой двойник? А где же оригинал? - Я сказал, чтобы ты прекратила грезить об этом самодовольном зубриле и подумала наконец о себе, идиотка, - холодно ответил парень, окидывая ее недовольным взглядом. Чхве обалдело вылупилась на брюнета, лихорадочно подыскивая слова для возражений, которые, как назло, не приходили на ум. Обогнув ее, Кёнсу устремился к двери, но застыл на месте, когда громкий вопрос донёсся из-за его спины: - Тогда зачем мне помогаешь? Разве я просила их обливать водой? Разве упрашивала мыть мою парту? К чему эти благородные жесты? Самому-то не надоело притворяться добреньким? Предвкушая полный злости ответ, девушка уже припасла несколько очередных колких фраз, но вместо парирования ее выпадов До повернулся к ней лицом и, слегка улыбнувшись, помахал в воздухе футляром с очками, сказав: - Спасибо! После этого он покинул крышу, скрывшись за глухо хлопнувшими дверями. Оставшись наедине с собой, Наин порывисто вздохнула и обняла себя за плечи, мысленно успокаивая. Нет уж, больше она ни за что не заговорит с этим типом, и пусть только попробует ещё раз проявить свое рыцарство по отношению к ней. Тогда уж ему точно несдобровать!

***

Наступившие выходные подарили девушке надежду на отлично проведенное время и, как следствие, хорошее настроение. К сожалению, у нее не было близких подруг, чтобы куда-нибудь с ними сходить, а одноклассники и вовсе ее презирали, как, впрочем, и Кёнсу, позволившего себе больше обычного. Теперь его еще чаще стали называть дурачком, а еще насмехаться и грубить, ставить подножки да всячески издеваться. Но, казалось бы, парню было абсолютно безразлично подобное поведение, он продолжал улыбаться во все тридцать два, кланяться и извиняться, после убегая прочь. Только Наин знала, что этот дурачок не так уж и прост, а за невинной маской кроется сильная и стойкая личность. Причина его двуличия все еще оставалась тайной, но даже пусть ей и было любопытно, обида не позволяла спросить одноклассника об этом напрямую. Кто знает, может, ему так проще? Не нужно ни перед кем отчитываться, объясняться, стараться понравиться. Кёнсу – это просто Кёнсу, и пока его это устраивает, все в порядке. Хоть он и грубиян с непонятными мыслями, он также и отзывчивый парень, отомстивший ее недоброжелательницам и защитивший ее честь перед одноклассниками. За это девушка была ему очень благодарна, но больше ничего не собиралась делать для парня. Хватит с нее и разговора на крыше. Решив прогуляться, Наин надела легкое шифоновое платье, радуясь, что погода в выходной довольно жаркая, а значит, можно обойтись без кофты. Перекинув через плечо маленькую сумочку, девушка вышла из дома, пообещав родителям вернуться до вечера, и направилась в сторону парка аттракционов, собираясь просто насладиться радостной атмосферой и понаблюдать за мирно гуляющими семьями. Первым делом, когда Чхве пришла в парк, она купила себе мороженое и, усевшись на деревянную выкрашенную красным скамеечку, принялась рассматривать лица прохожих и глазеть на катающихся на аттракционах людей. Вокруг было довольно шумно, отовсюду доносились детские голоса, веселье, смех, всеобщая радость. В такой атмосфере ей было очень хорошо - до тех пор, пока взгляд случайно не упал на только пришедшую парочку. Это были парень и девушка, причем первый выглядел очень знакомо. Приглядевшись, Наин едва сдержала вскрик, потому что в красивом, стройном, стильно одетом юноше она узнала До Кёнсу собственной персоной. Не в силах оторвать от него взгляд, Чхве перебирала в голове всевозможные оправдания той картины, которую увидела, но ничего логичнее того, что это может быть брат ее одноклассника, на ум не шло. Выбросив остатки мороженого в урну, Наин поспешно встала и спряталась за ближайшим деревом, решив понаблюдать за парочкой со стороны. Симпатичная брюнетка нежно улыбалась двойнику Кёнсу, оплетая длинными тонкими пальчиками его правую руку. Парень улыбался ей в ответ, но не так, как это обычно делал До, а спокойно, нежно, уравновешенно и очень обаятельно. Сердце Чхве пропустило удар, а на лбу выступила испарина. Да быть того не может, чтобы это был ее дурачок! Мысленно осекшись, девушка отклонилась и встряхнула головой, заставляя себя не думать о всякой чепухе, и прислушалась к сумасшедшему сердцебиению. Какой же он «ее»? Это просто одноклассник, просто До Кёнсу, просто дурачок… - Решила следить за мной? – знакомый голос прозвучал над самым ухом, и девушка, охнув, рванулась в сторону, на миг позабыв обо всем на свете. Испуганно моргая, она увидела двойника До, с легкой ухмылкой наблюдающего за ней у дерева. Еще немного, и она упадет в обморок от чрезмерного волнения, если чего похуже не случится. – Ты теперь в сталкеры заделалась? - Еще чего, - отдышавшись, буркнула Наин и смерила его мрачным взглядом. – Я за чужими свиданиями не слежу. - Тогда что здесь забыла? - Прогуляться решила, ясно тебе? – огрызнулась Чхве, складывая руки на груди. - Прячась за деревом? – уточнил парень изогнув правую бровь и расплывшись в уверенной улыбке. Шум в ушах становился все громче, и Наин уже почти была уверена, что скоро можно будет вызывать скорую с подозрением на инфаркт. Решив пропустить вопрос мимо ушей, девушка гневно поджала губы и, поймав очередную насмешку в глазах брюнета, выпалила: - Я совсем не понимаю тебя, До Кёнсу! Ты, черт тебя дери, самый странный, отстраненный, эгоистичный, самолюбивый придурок, которого я вообще когда-либо встречала! У тебя чертово раздвоение личности, острый язык и надменный взгляд, но что еще хуже, так это то, что ты защищал чужую девушку, в то время как уже встречаешься с другой! Зачем? Зачем ты это делаешь?! Не дав ей договорить, парень схватил Наин за запястье и, развернув ее, впечатал спиной в дерево. Приблизился и впился в ее губы своими губами, отчего Чхве шокированно выпучила глаза, но одноклассник и не думал останавливаться. Он с нажимом целовал ее, обводил контур нижней губы языком, подталкивая девушку к тому, чтобы она открылась ему навстречу. Застыв от неожиданности, брюнетка робко потупилась, слегка приоткрывая рот и тут же чувствуя, как этим воспользовался Кёнсу. Его ладони отпустили запястья Наин и спустились по талии, обвив пояс и притянув ее сильнее к стройному телу парня. Каким-то образом девушка осознала, что все ее раздумья, догадки, сомнения и страхи затянулись дымкой, становясь вялыми и размытыми. Но едва она закрыла глаза, решив насладиться моментом, Кёнсу медленно отстранился, прожигая ее внимательным взглядом. - Теперь понимаешь? – хрипло спросил он и, заметив недоумение на лице одноклассницы, продолжил: - Если бы я, будучи таким, как сейчас, подошел к тебе и признался в чувствах, ты бы обратила на меня внимание? Оценила бы все те качества, которыми я владею? Увидела бы настоящего меня? Думаю, ты скорее бы отказала мне и продолжала пускать слюни на своего ненаглядного Хан Рыма, не так ли? Ожесточенность, проскользнувшая в его голосе, быстро отрезвила девушку, и, мрачно покосившись на До, Наин оттолкнула его, упершись ладошками в твёрдую грудь. Неужели он думает, что она до сих пор влюблена в этого заучку, который растрепал всем о ее чувствах, при всем при том продолжая делать вид, что это не так? Почему он считает, что она не заметила бы его, не будь он тем Кёнсу, которого все знали? - Дурачок, - сквозь слезы прошептала девушка, опуская голову вниз, чтобы парень не видел ее лица. – Ты мне всегда нравился как человек, я никогда не считала тебя незаметным. Я не издевалась над тобой… И когда ты помог мне, когда защитил… Те очки… Срываясь на хрип, Наин закрыла лицо ладошками и, не глядя на него, бросилась прочь, слыша, как Кёнсу выкрикивает ее имя. Глупый, глупый дурачок! Почему он не видит ее чувств? Почему не сказал ей, что все это время любил? Почему он все еще не доверяет?.. Путаясь в собственных чувствах и неуверенности, Чхве рыдала как никогда. Даже предательство Хан Рыма не задело ее так, как недоверие Кёнсу, которого она, кажется, полюбила по-настоящему. Наверное, поэтому он решил встречаться с другой, потому что такой девушке, как она, доверять нельзя… Но зачем тогда поцеловал? Зачем все эти годы притворялся другим человеком ради нее? Вернувшись домой, Наин отказалась от ужина и сразу легла в постель, накрывшись одеялом с головой. Она долго не могла уснуть, страдая и ругая себя за непроходимую тупость. Но усталость и стресс дали о себе знать, а может, даже стали ее спасителями, потому что именно благодаря им, девушка смогла крепко уснуть, на время позабыв обо всех своих горестях. Наутро, отправившись в школу, Чхве твердо решила поговорить с Кёнсу и прояснить все до конца. Может быть, это было неправильно - сбежать вот так, не дав шанса ни ему, ни себе нормально объясниться. Однако войдя в школьные ворота, девушка не ожидала, что ее окружат несколько парней, форма которых соответствовала их школе, но лица были незнакомые. - Это ты обидела Джэ Мин? – нагловато ухмыляясь, спросил высокий рыжий парень, чья рубашка была вынута из штанов, проявляя в нем одного из тех, кто презирает школьные законы. – Ты знаешь, что она моя двоюродная сестра? Как ты посмела облить ее водой? - Я поступила с ней так, как она поступила со мной, - твердо заявила Наин, гордо задрав подбородок и решив просто так не сдаваться. Почему-то теперь она чувствовал себя значительно сильнее – возможно, именно благодаря Кёнсу, которого не собиралась выдавать этим идиотам. Если До хочет, пусть остается прежним дурачком, она готова хранить его секрет, пусть даже сама пострадает от этого. Только ему решать, кого любить и кому верить, Наин не станет перечить парню, не будет мешать и добиваться правды. Она просто скажет, что любит его таким, какой он есть, несмотря ни на что! - Ах ты!.. – он замахнулся рукой для удара, а Чхве механически зажмурилась, ожидая оплеухи, которой, к ее удивлению, не последовало. Открыв глаза, девушка непонимающе повернулась к парню, увидев Кёнсу, удерживающего руку рыжеволосого. Позади него стояло еще несколько парней, которых она иногда видела в школе, но Наин ни за что бы не подумала, что они дружат с До. - Тебе жизнь не дорога, что ли? – сквозь зубы прошипел брюнет, прожигая в сопернике дыру. – Решил умереть пораньше? Я могу тебе в этом помочь. - Пошли, Хван, - нервно произнес один из подпевал рыжеволосого, пялясь на троих парней, насмешливо ухмыляющихся в стороне, словно дожидающихся своего «выхода на сцену». – Их больше. Злобно фыркнув, Хван выдернул конечность из цепких пальцев Кёнсу и, недовольно скалясь, поспешно покинул пределы школы, исчезая за воротами вместе со своей шайкой. Судорожно выдохнув, Наин покосилась на Кёнсу, спокойно рассматривающего ее. Он был одет так же стильно, каким она видела его на выходных. Клетчатый зеленый пиджак куда-то исчез, как и слишком большие для него брюки. Вместо них были кремовая современная футболка и темные штаны, выгодно подчеркивающие длинные стройные ноги парня. Даже укладка волос изменилась, открывая лицо До и привлекая к себе внимание. - С-спасибо… - еле слышно прошептала девушка, опуская голову вниз и рассматривая землю под ногами. - Сехун, увидимся на перемене, Кай, я зайду к тебе после уроков, Чан, ты тоже подожди нас, ладно? – внезапно обратился Кёнсу к своим друзьям, те кивнули и игриво посмотрели на застывшую в нерешительности Наин, дергающую себя за пальцы. - Познакомишь? – спросил парень по имени Сехун, кивая в сторону девушки. - Потом, - отмахнулся До и добавил: - У нас еще есть дела. Ребята согласно кивнули и пошли в школу первыми. Кёнсу подошел к Чхве, нежно касаясь пальцем ее щеки и заставляя посмотреть на себя: - Почему не сказала, что это я их облил? Наин вздохнула, не веря своему счастью. Как же хорошо, что он не избегает ее после всего, что она ему наговорила! Сердце снова забилось быстрее, потому что Кёнсу был рядом, он смотрел на нее тем же взглядом, которым смотрел на… ту девушку? - Почему ты не сказал, что встречаешься с другой? – вопросом на вопрос ответила Чхве, а внутри все буквально замерло в ожидании его ответа. Парень улыбнулся краешком губ и тихо протянул: - Как я могу встречаться с родной сестрой? Наин не ответила, но с ее плеч словно скинули огромные тяжелые камни, тянущие к земле. Как же все, оказывается, просто! Это была его родственница, а не возлюбленная! Как же хорошо… - Я не хочу тебя предавать, - все же отозвалась девушка, не глядя на него. – Ты мне нравишься… Нет, я влюбилась в тебя, кажется… - Это я уже понял, - насмешливо произнес Кёнсу, и Чхве вновь ощутила закипающую в крови злость. - Что? Понял? Тогда зачем все это?!.. – она активно зажестикулировала руками, но парень оказался быстрее и, перехватив их, завел за спину, встречаясь с ее губами в сладком поцелуе. Вокруг будто взрывались фейерверки, земля кружилась в бешеном ритме, словно они были на аттракционах. Но на этот раз все было иначе, и Наин, решительно высвободившись из захвата, обняла парня за шею, подтягиваясь на носочках и настойчиво целуя его в ответ. Откуда-то со стороны донесся резкий вскрик, и девушка, отвлекшись, повернула голову в сторону, обнаруживая в двух метрах от себя застывших в изумлении Джэ Мин, ее шайку и обалдевшего Хан Рыма. Все они с плохо скрываемым шоком глядели на парочку, открыв рты. Внутри нее торжествовала победа над ними, над их издевательствами и, самое главное, над самой собой. Искренне улыбнувшись огорошенным одноклассникам, Чхве повернулась к Кёнсу, глядящему на нее так глубоко и нежно, что под этим взглядом замирало сердце. Она погладила его по щеке и с наслаждением продолжила прерванный поцелуй, полностью наплевав на все правила и приличия. Собственно, к черту правила, чужие мнения и насмешки, для нее сейчас важен лишь один человек в мире, и это ее двуличный дурачок – До Кёнсу.