Бойтесь своих желаний

- Я не могу и не стану ее пить! – наконец устало выдохнула Мутиара. – Я жду ребенка! Торин замер, не веря своим ушам. «Ребенок? У нее будет ребенок? Она пропадала все это время… Ну конечно же. Она была с ним!.. Не ожидал, что он тронет ее до свадьбы. Вроде у остроухих это не принято… Плевать! Так даже лучше! Надо действовать! Сейчас! Немедленно!» Оин пребывал в таком же шоке, что и король. - Вы в тягости? О, Ауле! – он подошел, задирая на ней тунику, осматривая и прощупывая живот. – Хвала Махалу, с малышами все в порядке!.. - С малышами? – вскинулась Мутиара. - Да! Точно сейчас сказать не могу, но судя по признакам, вы носите явно не одно дитя, госпожа! – гном улыбнулся, но тут же нахмурил брови. – Но я не могу шить вас на живую. Это опасно и для вас, и для малышей… Он задумался. - У нас есть сбор трав. Он безвреден для гномок в положении. Его пьют для крепкого сна, – подошел к полкам и стал перебирать банки. – Я заварю так, чтобы вы были в полудреме. Это абсолютно безопасно! И боль притупит. Мутиара заколебалась. Она не доверяла Торину, но малыши важней. Если она будет в полудреме, то Подгорный Владыка не сможет ничего сделать. - Хорошо. А сколько продлиться это состояние? – спросила она. - Я думаю, что часа нам хватит! Я как раз успею зашить вам спину и руку. - Могу я вас попросить выйти? – обернулась Жемчужинка к Торину. – Мне же надо снять рубашку и тунику… - Да конечно. Я распоряжусь пока насчет ужина, – он послушно направился к двери. – Вы же согласитесь с нами поужинать? - Я не буду вам обещать, – вежливо ответила она. – Но-о… Хорошо! Если у меня будут силы! Но хочу предупредить: у меня сейчас меняются вкусовые пристрастия, повышается чувствительность к окружающей температуре, характер портится… - Я думаю, что в вашем положении это простительно. Благодарю, что согласились! – Торин слегка поклонился и вышел за дверь. «Ну надо же… Характер портится… Куда уж больше, и так вся Одинокая от ее выходок стонет!» Торин усмехнулся своим мыслям и быстро пошел к своим покоям. По пути приказал вызвать к нему начальника стражи и смотрителя воронов. Когда они явились, король уже дописал письма и запечатывал их. Он нутром чуял, что счет идет на часы… Безумье и азарт охотника, почуявшего добычу, захватили его! - Это письмо отправить нашему кузену Даину! Это Трандуилу! Хотя нет. Пошлите гонца. Пусть передаст лично в руки короля эльфов. Дождавшись ухода смотрителя, Торин приказал удвоить посты стражи. - Мы переходим на военное положение! Всем быть начеку! – сурово произнес он. – Наше положение пора менять. Мой брак все решит. Поэтому если Жемчужинка сбежит… Он многозначительно замолчал, смотря Двалину в глаза. - Так точно, мой король! – понимающе рассмеялся тот. – Ты все же решился на триаду, друг? Только остроухий? Они же холодные сосульки… Тем более Трандуил. - Ну, как оказалось, не такая уж он и сосулька! – возразил Торин. – Малышка беременна. Это мой шанс! Действовать надо быстро! Племянникам ни слова! - Надо же! Никогда бы не подумал! – хмыкнул Двалин. – Хорошо! Какие еще будут приказы? - Как только Трандуил появится, проводить его ко мне. Я буду ждать вместе с Жемчужинкой в кузнице Дурина… Двалин поклонился и пошел на выход. - Удачи тебе, друг мой! – оглянулся он перед тем, как выйти за дверь. Торин подошел к своему сундуку и извлек из него мешочек с сонным порошком. Потом порылся и достал пузырек с зельем Mela en’ coiamin*. Эльф выпьет его сразу после обряда, зачатие наследника пресечет все его мысли о побеге. Союз будет скреплен! Потом этот гордый, неприступный эльф привыкнет, и все наладится! Жемчужинка побушует, конечно, но тоже смирится. Торин предвкушал, как его план сработает, и он получит свои половинки навсегда! Они будут рядом и станут только его! Ори займется их воспитанием как супругов гнома и короля. Они узнают их традиции и поймут проявление его любви! Со временем! Он оглядел свои покои. - Так, надо немного поправить… Торин вызвал слуг и повелел сначала унести все. Но потом осмотрел все еще раз, повелел призвать еще строителей и проделать дверь в соседние покои. - Надо расширить мои комнаты, чтобы супругам было удобно и комфортно, – объяснял он. – Уберите потом тут все. Найдите деревянную мебель, пару больших зеркал. По углам поставьте вазы и в них цветы. На пол шкуры. Камины растопить как следует, чтобы было тепло… Он раздал последние указания и, прихватив сонный порошок с зельем, а также свою чистую тунику, направился обратно к Оину. Стараясь не шуметь, он вошел. На столе стояла металлическая миска с налитым в нее гномьим самогоном, в которой плавали маленькие ножницы, ножик, шелковые нитки и несколько иголок. Жемчужинка сидела на табурете спиной к двери, положив руки на стол и уронив на них голову. Спина представляла собой ряды швов. На руке была свежая повязка. - Я рано? – спросил Торин. - Нет. Я почти закончил, – ответил Оин. – Как раз поможете мне, государь. Я далеко отбросил ножницы. Подайте, пожалуйста, только сперва полейте себе на руки из фляжки. Король послушно полил спиртным руки и, достав из миски ножницы, подал старику. Тот отрезал нитку и устало присел на скамью. - Вот и все! – провозгласил он. – Осталось дождаться, пока действие настоя пройдет… - Прости! Но я не могу ждать! – сказал Торин, доставая мешочек и щедро посыпая лицо начавшей приподыматься Жемчужинки. В ее глазах появилось узнавание и страх, но действие настоя еще не прошло, и среагировать она не успела, вдохнув сонный порошок, который уже начал действовать. Она обмякла. - Владыка, нет! – воскликнул Оин. – Она же беременна. Вы понимаете? Этот порошок опасен для нее и ее детей! - Значит, я рискну! – холодно отрезал Король-под-горой. Он надел на нее свою тунику и осторожно прижал к груди, стараясь не потревожить спину. Прижавшись губами к ее ушку, он прошептал: - Вот и настал день, когда вы оба станете мои! Только мои! * Mela en’ coiamin - Любовь всей жизни (синд.)