Бойтесь своих желаний

- ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО!!! – в их покои влетел запыхавшийся страж. – ДРАКОН!!! - Что? Где? – еще не веря до конца в такую весть, вскричал король. - Он сейчас ломает главные врата! Торин взглянул в круглые от ужаса глаза гнома и, схватив оружие, побежал. Он решительно ничего не понимал… Ведь если Смауг был последнем драконом, кто напал сейчас на гномов?! «О, Махал! Это моя кара! За все, что я натворил! Но ведь и они тоже погибнут! И мальчики… О Дис, прости меня, я так виноват!» Почти добежав до врат, Торин услышал крики и знакомый рев… - Смауг!.. - не веря своим ушам, прошептал король. – Не может этого быть… Он узнал бы этот рев из тысячи других. В тот день, 2770 году Т.Э., когда погибель пришла в Одинокую Гору, он запомнил его навеки. Хотел бы забыть, но не сможет – никогда! - Торин, сын Траина, величающий себя Королем-под-Горой! Где ты жалкий гном-узурпатор? Выходи и прими свою смерть! Король перешел на шаг и, крепко сжав в руке Оркрист, вышел, наконец, к главным вратам. Перед его взором открылась ужасная и в то же время непостижимая картина: золотые врата погнуты вовнутрь и сильно оплавлены, часть зала разнесена, посреди всего хаоса стоит…Смауг и прижимает к полу Кили, на голове дракона стоит сын его супруга… Вокруг них стоят стражи, видимо, не решающиеся что-либо предпринять без приказа своего короля. Торин замер. «Я что, снова безумен? Этого просто не может быть! Или эльфы, чтобы спасти от меня Трандуила, воскресили эту мерзкую старую ящерицу?!» - Я совсем ку-ку или на голове этого ублюдка красно-чешуйчатого стоит эльф?! – обратился король к стоящему рядом стражу. Тот как то неопределенно кивнул… Все замерли. Торин сжимал свое оружие руками и сверлил взглядом врага, который принес столько бед его народу. Смауг же, усмехаясь, сильнее нажал лапой на Кили, провоцируя гнома на атаку. Бедняга захрипел от такого давления… Ifridî bekâr!* - проорал рассвирепевший Торин, потрясая мечем. - Khazâd ai-mênu!** Но не успели гномы сделать и шага, как на дракона налетел маленький белый комок (Примеч. соавтора: Ага небольшой такой комочек. Всего-то в 4 раза мельче своего «брата»)))). Леголас отскочил на выступ, находившийся рядом с головой дракона. Что происходило с самим Смаугом, было не видно. Пыль, крики, переходящие в ругательства, грохот… Когда все немного притихло, стало видно, что огромный красный дракон свернулся в клубок и максимально прикрыл голову, а по нему скачет небольшой, по сравнению с ним, дракончик и… ругается. - Khagam menu reliku pembu rukhas! Menu shirumund Rukhas! Mump! Gurp! *** - разорялся дракончик, точа когти об шкуру шипящего под ним взрослого дракона. «Как кошка!» - внезапно подумал Торин. Смауг дождался, когда поток ругательств затихнет немного, и попытался, вытащив из под крыла голову, что-то сказать: - Shazara!**** - схлопотал он тут же удар хвостом и решил повременить с выползанием. Наконец, видимо, устав, белый дракончик развалился на своей импровизированной подушке. - Я еще могу понять Леголаса. Он молод и горяч, но тебе уже не сто лет, чтобы ты, любезный братец, откалывал такие номера, – решило наконец заговорить белое чудо. - Жемчужинка! – удивленно выдохнул Кили, которого в ходе драки осторожно отобрали и отпихнули в сторону. Драконесса повернула голову в его сторону и критично осмотрела. Не удовлетворившись, она сползла со Смауга и обнюхала пострадавшего. - Gamut ai-menu!***** - поспешно успокоил ее младший принц. – Эм… А почему ты ругалась на кхуздуле? - Знаешь, я… не знаю, – задумалась малышка. – Может, привыкла? Ведь все вокруг говорят на нем?! - Я вот одного не понимаю! – подал голос недовольный дракон. – Мне Леголас написал о том, что посмел сделать этот землегрыз. Мы прилетели вас спасать, и я еще и получил за это… Где справедливость?! - От кого ты прилетел меня спасать? – моментально завелась Мутиара. – От моих супругов? Я с ними сама разберусь! И кто тебе разрешал Леголаса в это впутывать, угрожать моим племянникам и ломать ворота? А? Кто их чинить теперь должен?! - Гномы! – делая самое уверенное выражение на морде, провозгласил Смауг. - Че-его? Ты, значит, каждый раз ломать их будешь, а они чинить? – пошла снова в наступление драконесса. – Живо пошел и сделал как было! А я пока вашим размещением займусь! - Ах, о вас то я и забыла… - ловя Леголаса за шкирку, как котенка, прошипела Мутиара. - Vedui’! Mani ume lle quena?****** Эльф растеряно замер. Драконесса поставила его на землю и, наклонившись, стала что-то втолковывать на синдарине. Торин стоял и понимал, что сходит с ума. «Сон! Это все от переживаний! Конечно же сон! Где еще можно увидеть воскресшего Смауга, который с ворчанием пытается поправить ворота. Сон! Это все сон! Моя малышка не может быть драконом! Или… или может?..» Ему на плечо легла рука. Рядом стоял Трандуил. Торин отметил про себя, что у эльфа на губах легкая улыбка, а на теле просторное одеяние. Видимо, привести себя в порядок как следует он не успел и пришел, просто наспех накинув что-то на тело. - Она любит преподносить сюрпризы, не так ли? – спросил он. - Ты… вы знали? - Да. Она рассказала это мне и Леголасу еще в самом начале, – спокойно ответил Трандуил. – Только вот я не был знаком с ее братом лично после этого. Только в письмах. - Ты все про нее знал… - тихо повторил Торин. - Конечно, а как же иначе, – удивленно приподнял бровь эльф. – Как же можно строить отношения на лжи… Он осекся и, резко замолчав, посмотрел на супруга. Гном отвел взгляд. Он понимал, что виноват, но что сделать, чтобы это исправить, не представлял. Трандуил, увидев, что сын уже закончил разговор с Мутиарой, пошел ему на встречу. Жемчужинка, отойдя от них, подошла к вещам, лежавшим неподалеку. Болезненная гримаса, и размеры стали уменьшаться, чешуя исчезать, когти втянулись, последними исчезли крылья и хвост. Торин, опомнившись, рванул к ней, чтобы загородить от всех взглядов свою обнаженную супругу. Немного помедлив, подошел и Кили, он встал рядом с дядей, повернувшись к драконессе спиной. - Все! – провозгласила малышка и сосредоточенно почесала спину. – Вот каждый раз боль такая, словно ножами режут по живому. Никак не привыкну. СМАУГ! Хватит мучить ворота! Превращайся и иди сюда! Она с усмешкой посмотрела на супруга, а затем подмигнула Кили. - Кили, не одолжишь плащ? А то, боюсь, голый вид брата не впишется в нормы приличия. Принц кивнул и, сняв с себя плащ, кинул преображающемуся дракону. Смауг Ужасный и Страшнейший предстал перед всеми в виде эльфа с шикарной рыжей шевелюрой до лопаток. Накинутая вещица была ему явно мала, но накрутить вокруг бедер вполне хватило. Торин моментально нахмурился и стал взглядом сверлить в нем дырку. Но, видимо, у дракона был стойкий иммунитет, и дырка все никак не прожигалась. Жемчужинка хихикнула. Вся эта ситуация ее забавляла. Она посмотрела на Трандуила и жестом попросила подойти. - Уважаемые мои супруги и семья! - стараясь сделать максимально серьезное лицо, начала говорить она. – Позвольте представить вам моего брата, с которым вы уже были немного, точнее сильно, знакомы. Смауг – ужаснейшее и страшнейшее из бедствий нашего времени. Тут она не выдержала и рассмеялась. - Ну-у, зачем же так официально, малышка? – Смауг прищурился и ехидно глянул на Торина. - Для вас я могу именоваться просто - Дракон! *Ifridî bekâr! (кхузд.) – Оружие к бою! **Khazâd ai-mênu! (кхузд.) – Гномы на вас! ***Khagam menu reliku pembu rukhas! Menu shirumund Rukhas! Mump! Gurp! (кхузд.) - Рожденный в орочьей норе! Безбородый орк! Тролль! Гоблин! ****Shazara! – (кхузд.) Молчать! *****Gamut ai-menu! – (кхузд.) Со мной все хорошо! ******Vedui’! – (синд.) Приветствую! Что вы делаете?