А ты просто поверь мне

      Микаэль метался по кабинету, словно дикий зверь в клетке. Он то и дело недобро поглядывал на дверь, явно желая вышибить её ко всем чертям и рвануть по коридору в поисках палаты, где рожал его омега. Только суровый взгляд Натана останавливал альфу от опрометчивых поступков.       — Ну не могу я больше, не могу! Почему мне хотя бы нельзя его увидеть?!       Брукса едва ли не трясло оттого, что Дилан был далеко от него, оттого, что омега в одиночку сейчас переживал один из важных моментов в их жизни.       — Микаэль, сядь и успокойся! — Натан рыкнул на будущего зятя, чувствуя, что у самого терпение вот-вот могло лопнуть. — Стоит тебе его увидеть, как ты тут же рванёшь к нему. У него первые роды, так ещё и двойня. Ты не представляешь себе, как он волновался. И твоё появление только хуже сделает. Я сказал, сядь!       Младший мистер Соэ так рявкнул на молодого альфу, что тот невольно сел на первое, что оказалось рядом — на старшего мистера Соэ. Брукс резко подскочил, растеряно извинился и после скромно устроился в уголке, отгородившись от всех своими мыслями. Если не дают увидеть омегу, так хоть думать о нём будет.

***

      Дилан открыл глаза и пару минут просто лежал, разглядывая потолок: нежно-персиковый с незатейливым узором. Парень постарался подняться, но тут же поясницу прострелило такой болью, что омега охнул и замер на месте, не решаясь пошевелить даже пальцем.       Соэ нахмурился, вспомнив, что как только акушер забрал из его рук близнецов, то он сразу же отключился — роды были тяжёлыми и изматывающими. Шутка ли родить двух крупных мальчиков-альф, да ещё и росомах! Все в отца. Тут и ДНК тест никогда не пригодится.       Дилан широко улыбнулся. Несмотря на все испытания, не смотря на весь дурдом, что творился вокруг их с Микаэлем отношений, где сам Соэ хорошо подливал масло в огонь, они смогли всё же понять друг друга. А главное — стали родителями. Не это ли то самое, что соединит их ещё сильней?       Омега всё же, кряхтя и постанывая, перевернулся набок и приподнялся на одной руке, чувствуя, как ноет и поясница, и зад. Ну, после такого и не мудрено.       Тут же Дилан от испуга пискнул, когда кто-то крепко обнял его со спины. Но в одно мгновение омега успокоился — аромат любимого альфы он никогда не перепутает ни с одним другим. Микаэль. Его альфа.       — Мой хороший… — Бруксу особо говорить не хотелось. Только обнимать своего любимого, держать его в руках, не желая отпускать, вдыхать тонкий аромат, который всего за несколько часов вернулся к тому первоначальному оттенку, что альфа почуял при первой встрече. Тот самый, навечно пленивший его.       Дилан чуть наклонился назад, прижимаясь к Микаэлю, и часто-часто задышал, чувствуя, как внутри стало хорошо и спокойно, как полегчало на сердце, а на губах заиграла улыбка.       — Знаешь, у нас с тобой альфы. И все в тебя — росомахи. Отец будет слегка расстроен, что на мне наш род куниц прервётся.       Соэ говорил тихо, почти мурлыкал. Само осознание того, что он стал папой, грело его изнутри.       — Ну, во-первых, все претензии к науке генетике. Мы не в силах выбирать ни пол наших детей, ни их вид. Во-вторых, кто сказал, что нам с тобой близнецов хватит? Подрастут так лет до пяти — можно ещё парочку заделать. Было бы неплохо омежек. И точно куниц. Хотя, там уж как получится, — альфа осторожно развернул парня к себе, устроил на руках так, чтобы не потревожить болезненные части тела и, не удержавшись, поцеловал.       — Так, то есть моего мнения никто не спрашивает? А если я больше не хочу рожать? Знал бы ты, альфа, какого ужаса я там натерпелся. Думал, что меня вообще порвёт на части. Как ни крути, но роды — это ещё та пытка. Хотя их результат окупает все страдания, — Дилан огладил Микаэля по щеке и улыбнулся.       — Ну, нет, я с тобой посоветуюсь, конечно. Но, знаешь, всякое же бывает: то презерватив порвался, то таблетки оказались просроченными, то ещё чего… — загадочно отозвался альфа, не убирая с губ улыбки.       — Бунт? Я же если что, всегда могу уехать к родителям.       — Да кто тебя отпустит, глупенький.       Лёгкий смех эхом прокатился по палате и омега, обвив руками шею альфы, прильнул к нему, чуть прикусив за подбородок. Не так давно это стало своеобразной традицией, когда Дилан при самом прекрасном расположении духа покусывал своего возлюбленного.       Выписка из роддома, благодаря стараниям Жана и домочадцев Брукса, превратилась в огромнейший праздник. Альфу и омегу с близнецами на руках встретила пёстрая компания с кучей шаров и цветов прямо на ступеньках, стоило тем выйти на улицу. Джейми едва ли не рыдал от счастья, поглядывая на младенцев.       Седрик буркнул что-то про то, что близнецы какие-то сморщенные и страшненькие, на что мгновенно получил сердитый пинок от Дейза и заткнулся — бета смог неплохо выдрессировать своего альфу. Конечно, их отношения ещё далеки от настоящих, но тот факт, что бета уже не чурается лёгких поцелуев и объятий Седрика, говорил о многом.       Дилана с Микаэлем все поздравляли, оттесняя друг друга от пары, шикая на напирающих, но при этом стараясь говорить шёпотом — маленькие Йен и Харви крепко спали, что, впрочем, совершенно нормально для таких крох.       — Аллах, вы только посмотрите на них! Ох, просто глаз оторвать невозможно! — к счастливым родителям наконец-то пробился Налаи в сопровождении Ашара и с минут пять восторженным шёпотом умилялся близнецам. — Ашар, ну ты только посмотри! Как же хочется и Гарзану подарить таких сыновей.       Микаэль ласково улыбнулся омеге, а тот и вовсе утёр с щеки маленькую слезинку, когда и Дилан улыбнулся ему, одними губами прошептав «Спасибо». Большего и не нужно было.       Всей компанией оборотни перебрались в особняк Брукса. Чтобы и отпраздновать столь радостное событие, да и просто потому, что всем вместе поговорить о многом.       Соэ долго отнекивался от этой импровизированной и впопыхах организованной вечеринки, но Жану, Налаи и Джейми уговорили парня, сказав, что если кто из карапузов проснётся, то радио-няня оповестит об этом молодого папочку и он тут же рванёт к ним.       За столом было шумно. Оборотни веселились, выпивали, сметали всё со стола, чем несказанно радовали Остина — альфа любил, когда его стряпню ели и нахваливали. Труд его же.       Микаэль ни на секунду не отпускал от себя Дилана, смотрел только на него, чем дико смущал последнего. Омега чувствовал, что альфа что-то задумал. Вот только что? Тут же, словно ощутив напряжение Дилана, альфа поднялся со своего места, отодвинул стул подальше и оглядел всех присутствующих.       — Родные мои, тише! — просьбу Брукса услышали не сразу и только после того, как Седрик рявкнул во всё горло, «вежливо» попросив чуть охмелевших гостей заткнуться, Микаэль продолжил:       — Все вы в общих чертах знаете, что наши отношения с Диланом с самого начала идеальными назвать нельзя было. По сути, это была игра в догонялки. Но пусть у нас не заладилось с первой встречи — моего желания это не изменило ни на грамм. Дилан, при всех наших родных и друзьях я вновь предлагаю тебе руку и сердце. Дилан Соэ, согласен ли ты выйти за меня замуж? За альфу, который любит тебя до безумия, который бесконечно счастлив рождению наших сыновей и который мечтает прожить с тобой всю оставшуюся и, я надеюсь, что долгую жизнь.       Микаэль опустился на одно колено, взял левую ладонь омеги в свою и замер, ожидая ответа парня. А в свободной руке он уже держал обручальное кольцо, которое приготовил ещё тогда, после их первой ночи.       Дилан во все глаза смотрел на Микаэля. Честно, он ожидал, что в скором времени альфа вновь сделает ему предложение и заранее тщательно обдумал свой ответ, но вот то, что Брукс сделает это публично, при всех — к такому омега точно не готовился.       — Я… Мы… Ведь я же… — Соэ растерялся, запаниковал. Он чувствовал на себе внимательные взгляды родных и друзей, видел надежду в глазах своего альфы, но просто не мог вымолвить ничего внятного. В горле встал комок, сердце сорвалось на бешеный ритм, и омега не мог отвести глаз от своего альфы. Он хотел сказать, хотел прокричать, чтобы его слова услышали все, но вместо этого он только кивнул, готовый вот-вот разреветься от счастья. Впрочем, стоило Микаэлю надеть на тонкий палец массивное золотое кольцо, как Дилан заплакал и кинулся обнимать любимого. Стоит ли говорить, что вскоре к рыдающему от счастья Дилану присоединились все омеги компании: Натан, Джейми, Жан, Налаи и даже Дейз.       Однако для полного счастья не хватало совсем немного. И именно об этом с Микаэлем хотел поговорить Налаи.       Альфа увёл уставшего Соэ в их спальню и уложил в кровать, осторожно подкатив к ней колыбельку с мирно сопевшими мальчишками. Сам же не вернулся к застолью, а вместе с Налаи и Ашаром закрылся у себя в кабинете.       — Микаэль, я тоже пострадал от этих сплетен. Мой Гарзан благоразумный и мудрый альфа и прекрасно понял, что это всего лишь газетные сплетни, не имеющие и толики правды, но если мы оставим это без внимания, то слухов станет ещё больше. И пусть они так и останутся пустыми и безобоснованными, их количество может навредить. Да ты это и сам прекрасно понимаешь.       Налаи сидел в большом уютном кресле и внимательно оглядывал кабинет своего бывшего возлюбленного. То самое место, куда альфа никогда его не пускал.       — Я понимаю, но Леон сказал, что показаний Натфлая не хватит, чтобы прижать Льюиса к стенке. Хотя отец пообещал, что переговорит с прокурором и он что-то подскажет, — Брукс откинулся на спинку кресла и тяжко выдохнул, понимая, что пока полностью обеспечить спокойствие и безопасность своей семьи он не в состоянии. Норингтон так просто не отстанет и кто знает, что этот идиот может ещё выкинуть. Пока всё, что он творил, было относительно безопасно для жизни Дилана, но сейчас у них появились малыши и забота об их здоровье превыше всего.       Налаи хотел было что-то сказать, как в этот момент открылась дверь, и в кабинет вошёл Леон. Альфа направился к рабочему столу друга и встал позади Брукса.       — На самом деле мы многое не учли. Да, Норингтон действовал через Натфлая, но он не мог оставаться незамеченным для своих же коллег, верно? Эштон многое знает, господин Хамшар даст свои показания и плюсом можно привлечь связи со стороны Окланда. Уж этот альфа способен найти и иголку в стоге сена, если сам будет в этом заинтересован. Он-то, кстати, и дал нам наводку на Норингтона, хотя мы долго время сомневались, что это именно он. Опять же именно его федеральный канал, а точнее он из его средств спонсировал эти передачи, все материалы относительно Брукса. Стоит поднять бухгалтерию и вся правда сама всплывёт — потом её и не утопишь. И не забываем о том, что мы записали весь разговор Норингтона с Натфлаем. Омега прекрасно понимал, что влип уже, и лучшего варианта, чем сотрудничество с нами, ему не предложат. Ну, получит немного условно — не обеднеет. Отделается малой кровью. К тому же ты, Микаэль, вроде бы и обещал ему после неплохое вознаграждение.       Альфа закончил говорить и оглядел всех присутствующих, вновь и вновь удивляясь наличию подле Налаи его верного спутника. Сам Саммерс был знаком с омегой ещё с той поры, когда тот был парой Микаэля, но до сих пор Леон не мог привыкнуть к таким восточным порядкам, как наличие верного ‚пса‘ подле кого-то высокородного и значимого в обществе.       — Верно, но я боюсь, что эта змея может хоть как-то вывернуться и избежать наказания, — отозвался Брукс, серьёзно посмотрев на Налаи, а после и на друга.       — Поверь, Микаэль, мы не позволим ему выйти сухим из воды. Он многим попортил жизнь и так просто это оставить нельзя. Пусть поплатится за свою глупость и слепоту. Ибо то, что я услышал на видео — такое родится могло только в голове настоящего глупца, –Налаи поднялся с места, — Микаэль, иди к Дилану. А я пока навещу кое-кого в нашем посольстве. Мне вот интересно — почему они никак не отреагировали на эти газетные бредни? Знали же…       Суд состоялся через два месяца. Дилану это и нравилось, и нет. С одной стороны этому альфе, который так старательно портил жизнь Бруксу, наконец-то воздастся за дела его, а с другой парень не успел отойти от этих эмоциональных качелей, на которых болтался последний год своей жизни. И его присутствие в суде, вроде бы обязательное, совершенно не нравилось.       В здание регионального суда Дилан вошёл, крепко держа Микаэля за руку. Мало того, что нервничал, так с началом всей этой судебной кутерьмы их атаковали журналисты, пытаясь выведать все подробности. А с недавних пор в СМИ просочилась информации и о скорой свадьбе Микаэля и Дилана — от репортёров отдыха не было даже дома. Бесконечные звонки, письма на электронную почту, сообщения на телефон. От последнего омега вовсе был в шоке — как только эти нахалы из жёлтой прессы добыли его номер?       Вот и сейчас, стоило им выйти из машины перед зданием суда, как на пару буквально накинулась толпа журналюг, отчего Соэ испугано вжался в жениха. Однако сам Брукс и Леон с ним в голос хорошо рыкнули на назойливых репортёров и те присмирели слегка.       Брукс с лёгкой неприязнью оглядел Норингтона, который уже находился в зале суда вместе со своим адвокатом и о чём-то бурно с ним перешёптывался. Альфа задержал взгляд на адвокате Льюиса буквально на несколько секунд и прошёл вместе с Диланом в противоположную сторону, усадив омегу за собой, а сам присел рядом с Гарди — адвокатом, которого посоветовал ему Налаи.       — Мистер Брукс, не переживайте. Флетчер хорош, но порой он так трясётся над делом, что не видит очевидного и увлечённый процессом, пропускает мимо ушей многое. Мне не составит труда завалить и его, и вашего ответчика доказательствами, — Гарди кивнул в сторону Норингтона и Флетчера, а после широко улыбнулся, тем самым показывая, насколько он уверен в своих словах.       — Я на это надеюсь, так как ваш аванс за услуги превысил заработную плату всех моих домработников за год, — отозвался Микаэль, скептически оглядев бету, который к этому моменту быстро разложил на столе все бумаги и аккуратно поправил на симпатичном носике небольшие очки в яркой оранжевой оправе. Забавный малый.       — Мистер Брукс, не переживайте. Ваши траты окупятся с лихвой. А вот и судья.       Во время процесса Брукс готов был порвать своего адвоката в клочья. Бета изначально начал выступать инфантильно и вяло, отчего на лице Норингтона заиграла победная, ядовитая улыбка. Микаэль же прожигал Гарди таким ненавистным взглядом, что судья и прокурор периодически подозрительно посматривали на Брукса. Альфа слегка остывал только тогда, когда тёплая небольшая ладошка Соэ ложилась на его плечо. Омега чувствовал злость и ярость своего любимого, всячески старался уберечь того от необдуманных поступков, которые могли выйти им боком. Сейчас они родители двух малышей и им положено быть в сотни раз осмотрительней.       Когда Норингтон и его адвокат принялись открыто праздновать, казалось бы, предстоящую победу, Гарди мгновенно изменился. Из мямлящего и вяло ведущего процесс защиты парня, он преобразился в жёсткого волевого человека с твёрдым уверенным голосом, стоило ему вызвать для ответа самого Льюиса.       Всего за несколько минут Гарди сбил спесь с Норингтона неопровержимыми доказательствами: и видеосъёмкой с его участием, где Льюис открыто говорил о своих планах насчёт Брукса, и содержанием допроса бедолаги Натфлая, который внезапно за неделю до суда потерял голос стараниями всё того же Льюиса, и показаниями многочисленных свидетелей, все как один утверждающих, что Норингтон всячески старался опорочить имя Микаэля Брукса и любая информация, что поступала в СМИ от него или его доверенных лиц никогда не была подкреплена никакими доказательствами.       Окончательно Льюиса добили финансовый отчёт его бухгалтерии в рамках национального канала с разъяснениями на какие цели были потрачены те или иные средства, и записи со скрытой видеокамеры телецентра, где Норингтон опять же сам говорил о свои планах по разрушению жизни Микаэля Брукса.       Довеском ко всему стали показания нескольких медийных лиц, которых Норингтон всячески старался склонить к сотрудничеству с ним, предлагая большие суммы за помощь в своём желании отомстить Микаэлю. Где только Гарди нашёл их, как только смог выведать всю информацию относительно Льюиса, да уговорить большую часть свидетелей явиться в суд — для Брукса осталась загадкой. Но сейчас он понял, что Налаи не зря уговаривал его отказаться на время от услуг прежнего адвоката и нанять именно Гарди. Бета оказался выше всяких похвал.       Суд же принял сторону истца, Микаэля Брукса, ещё заслушав и самого Налаи Хамшара, да одного из представителей посольства его страны. На этом моменте уже сдулся Флетчер, откровенно прошептав Льюису, что умывает руки, ибо дело оказалось с самого начало проигрышным, но Норингтон как-то не удосужился ему об этом сообщить.       Победа! Безоговорочная чистая победа Брукса руками умелого молодого адвоката заставила Норингтона тихо заскулить и пообещать прибить Флетчера при любом удобном случае. Адвокат не растерялся и так же тихо прошептал, что всегда ведёт аудиозаписи всех своих дел, и угроза Норингтона может дорого ему обойтись.       Альфа стиснул зубы, отодвинулся от Флетчера, его взгляд невольно зацепился за Микаэля, стоявшего к нему спиной и обнимающего своего омегу. К этому моменту журналистов пропустили в суд, и большая их часть обступили будущих супругов Брукс, наперебой задавая им вопросы.       «Скотина! Ты и только ты со своей семейкой виноват во всём! Мне не важно ничего, кроме того, чтобы растоптать тебя. И если не случилось сделать это почти законно — плевать, просто перегрызу тебе глотку!»       Медвежий рёв переполошил всех в зале суда. Огромный бурый зверь в секунду возник на месте, где только что стоял Норингтон, и тут же бросился на Микаэля, раскрыв клыкастую пасть.       Брукс растерялся в первые несколько секунд и потому смог лишь оттолкнуть от себя Дилана: сам же попал под удар большой медвежьей лапы и отлетел в сторону, ударившись спиной о стену.       Полицейские замешкались, забегали как мураши в поисках транквилизаторов, простые оборотни в панике рванули из зала, в дверях началась давка.       Брукс приподнялся, ощутив, что удар хоть и пришёлся вскользь, всё же отозвался в теле сильной болью. Альфа хаотично огляделся, почти не обращая внимания на медведя, до которого остался всего лишь один шаг. Дилана нигде не было видно. Микаэль понадеялся, что омегу увели из зала суда Леон и Жан, но…       Норингтон взвыл, замотал своей мордой и принялся носиться по всему залу, стараясь скинуть с холки куницу. Микаэль тут же признал своего Дилана и, в страхе забыв о боли, подскочил на ноги, перекидываясь в зверя.       Куница отчаянно рычал, до крови вцепившись острыми клыками в медвежью шкуру, а когти, словно серпы, принялись раздирать своего врага, заставляя того реветь от боли и бесновато носиться, подпрыгивать, вертеться на месте в надежде скинуть озверевшего оборотня с себя. Вот только всё оказалось бесполезно — Дилан словно врос в Льюиса, и оторвать этого омегу можно было только ‚с мясом‘.       Норингтон всё же изловчился и почти достал рвущего его в клочья омегу, как в его переднюю лапу с рыком со всей силой вцепился Микаэль. Медведь тут же поднялся на задние лапы, и свободной буквально содрал с себя росомаху, совсем забыв об омеге на холке. С рёвом он повалил Брукса на пол и придавил мощной лапой так, что тот страшно захрипел. В этот момент в зал ворвались несколько полицейских и взяли Норингтона на прицел, надеясь выстрелить в него снотворным и утихомирить. Вот только никто не решался нажать на курок, так как боялись зацепить Соэ, оседлавшего разъярённого Льюиса.       Льюис совершил ошибку. Каким бы альфой он не был, сколько был силы не имела его медвежья ипостась — против взбешённого омеги, который готов на что угодно пойти ради любимого он оказался всего лишь трусливой зверюшкой.       Дилан, стоило ему услышать хрип Микаэля, скользнул вниз по шее медведя и со всей силы вцепился ему в горло, тут же полосуя бурую шкуру острыми когтями. Медведь взвыл, поднял лапу, которой вдавливал Брукса в пол и хотел было ею ударить куницу, но Дилан изловчился, отскочил, успев когтями оцарапать морду альфы. Пока медведь, склонив голову, фырчал, потирая её лапой, Соэ за шкирку оттащил Брукса подальше и загородил его собой. Омега пригнулся к земле, низко и так грозно зарычал, что медведь стушевался, отступил на несколько шагов назад и…       Снотворное действовало практически мгновенно и стоило только трём дротикам впиться в кожу около лопатки, как Норингтон как-то обиженно зарычал, замотал головой, вяло сделал шаг в сторону и после, как подкошенный, завалился на бок.       Микаэль, откашлявшись и отдышавшись, постарался подняться, но к нему тут же подскочил Дилан и ласково ткнулся мордой в шею, заставив росомаху лечь обратно на пол. Соэ, конечно, выглядел потрёпанным, но на нём не было ни единой царапины, и оборотень только часто-часто и тяжело дышал после драки.       Брукс перечить не стал и покорно лёг обратно, а Соэ тем временем тщательно обнюхал альфу от лап до головы и, не учуяв запаха его крови, осторожно лизнул мордочку росомахи, тихо заурчав при этом. Микаэль ответил ему тем же, чувствуя, как в груди разлилось тепло и спокойствие — Дилан не испугался, остался со своим альфой, защитил его. Не всякий омега способен на такое, да ещё если противник — альфа.       Спящего Норингтона принудительно заставили перекинуться обратно в человеческую форму, нацепили наручники и увезли от греха подальше. Теперь ему и второе обвинение влепят, несомненно, и уж точно малым сроком он не отделается.       Микаэль и Дилан перекинулись самостоятельно, но вот Бруксу подняться было тяжело — он сильно ушиб левую ногу, да и грудная клетка болела от удара о стену. Потому омега тут же нырнул под руку альфы, становясь для него опорой.       — Глупый… Нужно было уйти со всеми. Он же больной на голову. Дилан, что было бы, если он ранил тебя?! Ты обо мне подумал? О мальчишках? А если он и вовсе?.. Чёрт, не хочу об этом и думать! — Микаэль сердито смотрел на своего любимого, пока они вдвоём ковыляли к выходу.       — Да, вот разбежался! Моего жениха треплют, а я должен в сторонке стоять и от страха ногти грызть? Нет уж! — Дилан остановился, вынудив и Микаэля замереть на месте. Омега быстро схватил альфу за галстук, дёрнул вниз и как только Брукс чуть склонился, Соэ быстро поцеловав его. –Я — твой омега, твой жених и в скором времени твой муж. Где ты — там и я.       Брукс улыбнулся, ласково огладил любимого по щеке и облегчённо выдохнул — почему-то именно в этот момент в голове родилась и буквально вросла в мозг мысль, что теперь у них с Диланом всё будет хорошо и никакая печаль не разведёт, не отдалит их друг от друга.

***

      За дверью дорогого номера в престижном отеле послышалось нежное бормотание, и вскоре дверь отворилась нараспашку, впуская в густой сумрак кусочек света из большого холла. Но тьма отступила совсем ненадолго — дверь с хлопком закрылась, щёлкнул замок, надёжно запирая внутри полутёмного номера двоих. Ровно до того момента, как они сами не пожелают выйти.       Альфа возбуждённо рыкнул, отрываясь от поцелуя с омегой, и заторопился к огромной кровати, крепче прижимая к себе уже горячего и до одури сладко пахнущего парня. Любой другой бы остановился полюбоваться шикарным видом на ночной город, что раскинулся за панорамным окном сразу же за кроватью, но Микаэля сейчас волновал только Дилан — омега, сегодня утром ставший его законным супругом.       Дилан лишь возбуждённо заурчал, когда Брукс мягко опрокинул супруга на кровать и навис над ним, стаскивая одной рукой с шеи чёртов галстук, который за день успел надоесть.       — Ну, мистер Брукс, вы добились своего — взяли меня в мужья, — Дилан мягко рассмеялся, а руки его уже вовсю стягивали с Микаэля пиджак и рубашку, желая поскорее добраться до тёплой приятной кожи, огладить её, прильнуть к сильному телу, вдыхая аромат страсти и желания.       — Я ведь сказал ещё тогда, что рано или поздно, но ты всецело будешь принадлежать мне. Твоё сердечко было моим почти изначально и мне оставались сущие пустяки — привязать тебя к себе официально. Хотя, как по мне, можно в жизни обойтись и без этих бумажек.       Альфа в считанные секунды расправился с белоснежным дорогим свадебным костюмом своего мужа, помог ему стянуть с самого себя оставшиеся клочки ткани и тут же вжал омежье тело в алые шёлковые простыни, вырвав с губ Дилана протяжный стон, переходящий в требовательный скулёж.       Больше они ни о чём не говорили: обоих поглотила страсть, желание овладеть столь привлекательным телом любимого.       Дилан ловко вывернулся из крепкой хватки альфы и толкнул последнего спиной на постель, тут же оседлав его колени. Микаэль лишь улыбнулся, притянул к себе парня и поцеловал, укладывая на себя. Омега с жадностью ответил мужу, покусывая его губы. После он чуть приподнял бёдра и, одной рукой огладив кожу альфы от груди до паха, спустился вниз, обхватил ладонью член альфы и свой.       На такое Микаэль одобрительно рыкнул прямо в губы мужа, обе его ладони легли на слегка оттопыренную попку Дилана и сжали мягкие ягодицы, разводя их в стороны. Омега задвигал рукой быстрее, успевая большим пальцем ласкать влажную головку члена, чувствуя, как выступают маленькие капельки смазки. Да и сам Дилан уже потёк: он до безумия хотел своего мужа.       Размениваться на долгую прелюдию в самом начале первой брачной ночи они оба не хотели. Потому наскоро подготовив омегу, Микаэль завалил его грудью на мягкие подушки, накрыл собой и с одного толчка, но плавно и осторожно вошёл в него, сорвав с алых, припухших от бешеных поцелуев губ сладостный долгожданный стон.       Альфа улыбнулся, плотно прижался бёдрами к мягкой попке мужа, облокотился рукой о постель, а второй ухватил всхлипывающего от удовольствия омегу за подбородок и властно развернул его лицом к себе, впиваясь в губы поцелуем.       Дилан приоткрыл рот, впуская язык Микаэля в себя, вливаясь в совместные ласки, стараясь доставить своему мужу такое же удовольствие, которое прошивало самого парня насквозь, словно всполохи электрического разряда. Да только долго хоть какие-то мысли в голове Дилан удержать не смог — Микаэль, всё так же жадно и ласково целуя супруга, начал двигаться, тем самым подводя своего любимого к раю безумного наслаждения.       Омегу под сильным телом альфы выгибало, трясло от каждого толчка, он как мог, подмахивал любимому. Дилану казалось, что он вот-вот сорвёт голос, когда Микаэль, будучи уже на пределе, перестал его целовать и дал свободу голосу, чем тут же воспользовался его муж, выплескивая с криком всю страсть и всё желание, помноженные на удовольствие от их близости.       Вскоре Дилана крупно затрясло, омега сдавленно хрипнул и кончил, перепачкав постель белесыми каплями. Протяжно простонав, он безвольно повалился на кровать, закатывая от удовольствия глаза и загнанно дыша. Буквально через несколько секунд за ним последовал и Микаэль, утробно зарычав и кончая в горячее податливое тело любимого супруга. Узел в секунду раздулся внутри омеги и тот тихо замурлыкал, чувствуя, что переполнено до краёв, что всего его заполнил Микаэль. Секунда и Микаэль впился изо всех сил в нежную кожу чуть выше холки, обновляя, окончательно закрепляя свою метку. Его омега. Только его до самой смерти. И после…       Альфа с минуту удерживал свой вес на руках, чтобы не навалиться на супруга и не придавить его, после глубоко вздохнул, перехватил Дилана поперёк живота, приподнимая немного над постелью, прижал к себе и перевернулся вместе с ним набок, тут же крепко обняв.       Омега блаженно щурился, ощущая то самое, когда только-только схлынул первый оргазм, и тело начинало медленно напрягаться, чувствуя приближение новой волны. Микаэль же крепко обнимал Дилана со спины, нежно вылизывая и целуя свою метку, стараясь, чтобы побыстрей спало покраснение и ушла лёгкая боль. Дилан не сказал, что ему было больно, но альфа сам это прекрасно чувствовал.       Рассвет эти двое встретили сцепленными в третий раз, и как только солнце поднялось из-за городской дымки, оба уснули, утомлённые ночью полной горячей обжигающей любви.

***

      — Микаэль! Живо сюда! Брукс, чёрт тебя дери!       Голос Дилана разнёсся по всему саду особняка и через пять минут около взбудораженного омеги собрались все обитатели дома, включая и Микаэля.       — Дилан, господи, что ты так кричишь? Всех переполошил, — альфа подошёл к супругу, вглядываясь во встревоженное лицо омеги.       — Йен и Харви слезть не могут! — Дилан, едва ли уже не плача, указал пальцем на макушку дерева, где, вцепившись когтями в прогибающиеся ветки, сидели два детёныша росомахи и жалобно скулили, поглядывая вниз, зовя на помощь родителей. Сорвись они в тот момент с дерева — без травм точно бы не обошлось. А может и хуже…       — Боже… — выдохнул Брукс и, вмиг перекинувшись, ловко вскочил на ствол, начав карабкаться вверх.       Малышня при виде отца заголосила ещё громче и тот сорванец, что цветом шерсти был чуток светлей своего брата, начал елозить на ветке, стараясь и самому слезть навстречу родителю. Но лучше бы он этого не делал: ветка хрустнула, и малыш кубарем полетел вниз. Все ахнули, Дейз и Джейми едва ли не в обморок упали, а Остин рванул к дереву, но…       Ловкий Дилан в звериной шкурке буквально взвился по стволу дерева и зубами за хвост схватил сына, пролетевшего чуть больше половины.Плевать он хотел на запрет Ричардсона о перекидке в звериную форму: здоровье и жизнь его ребёнка куда важней лёгкой, по его мнению, болячки.       Облегчённый вдох прокатился внизу под деревом, а тем временем Микаэль, сердце которого пропустило удар, когда один из его мальчишек всё же сорвался, добрался до второго сына и аккуратно схватил пищащего от страха малыша зубами, балансируя на тонких ветках и принялся осторожно спускаться вниз.       Как только все оказались на земле, Дилан с трудом перекинулся в человеческое тело и взял на руки близнецов, которые скулили, жались к папе, потряхивая хвостишками от страха.       — Чёрт возьми, я же говорил, что рано их ещё одних выпускать в сад, когда перекидываются. Они же на месте не сидят ни минутки. Все в тебя, — сердито зашипел омега, прижимая к себе сыновей.       — Идите-идите, нам поговорить надо.       Микаэль ласково, но требовательно спровадил всех домочадцев, и после приобнял сердитого супруга, стараясь утихомирить его. Дилан долго фырчал и скалился на мужа, но постепенно отошёл, присев на траву и устроив на коленях мальчишек, которые к тому времени притихли и лишь испуганно поглядывали по сторонам.       — Вот и славно, — Микаэль устроился позади мужа, прижал его к себе и нежно огладил Йена и Харви по мягкой чуть топоршащейся шёрстке. — Не переживай, мы всегда рядом будем. Но без таких вот ситуаций ни одна семья не обходится, понимаешь же? Нам просто нужно всегда быть готовыми. Росомах же растим. Как вспомню себя в детстве: то в осиное гнездо забрался на прогулке в лесу, то под лёд провалился поздней осенью, то лапу вывихнул, лазая по заборам. Любопытный был. Ну и дурак отчасти.       — И дети почти все в тебя, — выдохнул омега, откинувшись на любимого и прикрывая глаза, вместе с ним поглаживая засыпающих сыновей. Перепугались они. Ведь им всего по три года исполнилось.       — Ну, что тут поделаешь? Хотя признайся, что от меня они много хорошего взяли. К примеру, невероятную харизму и боевой характер.       — Да-да. Микаэль, мне порой страшно за них становится вплоть до того, что хоть в доме их запирай. Они же сейчас большую часть времени так и остаются зверятами, — омега вздрогнул, но альфа нежно поцеловал его в щёку и улыбнулся. Дилан не увидел этого, но почувствовал.       — Мы справимся. Вырастим из них здоровых, крепких и дружных мальчишек. Самых лучших альф. Ты в курсе, что Теренс и Эшли к ним нешуточный интерес проявляют? Чуется мне, что мы с тобой лет так через пятнадцать можем породниться с Джейми и Остином.       — Было бы неплохо. Они хорошие омежки. Но это уже нашим сорванцам решать. Когда подрастут хорошо. Но… Микаэль, ты обещаешь?       — Что?       — Что у нас всё будет хорошо, и что мы всегда будем вместе.       — А ты просто поверь мне. Просто поверь.       — Верю.