Танец теней

      - Итак, что нам известно? – мастер Макаров внимательно посмотрел на молодого блондина.       - Эти твари не могут жить без поддерживающего заклинания, но лишь три месяца, потом все...       - Месяц потерян. Значит, у нас в запасе всего два, как понимаю.       - Вы правы, – Стинг нахмурился.       После произошедшего на ВМИ, «Хвост Феи» и «Саблезубый Тигр» плотно сотрудничали. Недавно в совет мастеров гильдий пришло письмо от Магического Совета. В депеше говорилось, что где-то в горах, в некоем Храме секта фанатиков пошла на отчаянный шаг, решившись воскресить существ, по некоторым сходным признакам приближенных к драконам. Эти твари имели меньшие размеры и не обладали такой магической силой, однако их свирепость и желание все уничтожать были поистине безмерны. По сведениям, что «любезно» предоставил Роуг, эти существа в течение трех месяцев должны поддерживаться заклинанием и также подвластны воздействию магии манипуляции драконов. На данный момент мастер «Хвостатых» и Стинг как представители сильнейших гильдий решали вопрос о совместном задании. Увы, теперь на одного драконоборца меньше.       - Не густо… - почесал затылок Макаров, – очень не густо. Можно ли их победить обычным волшебством драгонслееров?       - Не знаю. Но, как помните… с обычными драконами… у нас, – парень откашлялся, – возникли трудности. Хотя, из полученной информации ясно, что они не так сильны.       Мастер «хвостатых» внимательно посмотрел на Эвклифа и опять отметил, что парень выглядит еще хуже, чем при первой встречи после «гибели» Роуга. От того самоуверенного, жизнерадостного юноши не осталось и следа. Стинг за несколько месяцев повзрослел словно лет на десять. Светлые волосы потускнели и под глазами залегли круги. Некогда горевший подобно ясному небу взгляд, потускнел, теперь он напоминал лишь лед. Застывший и безжизненный.       Дреер прикрыл глаза. Ситуация принимала серьезный оборот. Единственный, кто сталкивался с драконами-демонами, был Роуг Чени, но проблема в том, что Стинг не может выпытать из него что-то существенное по причине ненависти к бывшему напарнику. С другой стороны, темный драгонслеер смог подчинить одного из них. Может, и магия убийц драконов на них действует?       - Мы не можем рисковать и полагаться лишь на удачу. Думаю… - Макаров опять посмотрел на Стинга, – я должен поговорить с… с Роугом.       Эвклиф даже мускулом на лице не повел, но в глазах пробежал ток.       - Нам необходима развернутая информация, он может ее предоставить. Тебе, Стинг, тяжело с ним общаться, тогда пойду я.       - Не думаю, что он станет с вами откровенничать. Если идти, то опять мне.       - Ты уверен? – Макаров с сомнением смотрел на союзника.       - Абсолютно. Ему доставляет превеликое удовольствие со мной общаться, – выдохнул белый дракон.       Роуг смотрел перед собой. Совсем недавно он корчился от боли на полу своей камеры. Некоторым выродкам жабьего отродья нравилось пытать пленников. Кристаллы, что были созданы для усмирения заключенных, применялись и для развлечения охраны. Ведь это так весело, когда страшный темный маг корчится в муках и не может добраться до твоей шеи. Чени уже в деталях продумал, как он будет убивать этих жаб… Душить собственными руками. Он растащит их внутренности по всему Совету. Сделает фонтан себе дома из их крови.       Парень облизнул и растянул пересохшие от обезвоживания губы в улыбке. Он теперь всегда улыбался. Ведь это же забавно…       Переставив ноги и откинув голову назад, окунулся в воспоминания. Победа была близка. Она уже опаляла своим горячим дыханием кожу, даря наслаждение. Он упивался страданиями тех, кто отказался покориться предначертанной судьбе. Глупая оплошность… как могло это произойти?       Яркий свет от волшебных ламп бил по глазам, раздражая слизистую и заставляя гудеть голову, что до сих пор не оправилась от пыток служащего Совета. Ее пронзали множество кинжалов, и она словно стремилась разорваться от напора крови и боли. Он не любил свет. Куда приятнее тень. Такая окутывающая и успокаивающая. Но здесь ее нет. А жаль…       Боль прокатилась по телу, заставляя пальцы на руках дрожать. Чени с силой сжал кулаки и тут же расслабил. Он не выносит слабости. Кожа на руках потрескалась, и теперь кисть покрывали мелкие ссадины. От сжатия в кулак потрескавшийся слой эпидермиса лопнул, словно изношенная ткань, и по рукам потекли тоненькие полосочки крови. На такие мелочи он не обращал внимание. В прошлом было и хуже. Физическая боль ничто по сравнению с моральной.       Заключенный заснул. Сны были мерзко однообразны. Гибель Фро, четыре стены комнаты, в которой он метался. Он тогда сошел с ума, разбивал кулаки в кровь, даже голову себе пару раз вроде проламывал. Он не управлял своим сознанием. Эвклиф боялся, что напарник может просто совершить попытку суицида, пытался успокоить, но жестоко просчитался. Чени, потеряв того, о ком надо было заботиться, того, кто в нем нуждался, сначала впал в депрессивное состояние, а после в апатию с дальнейшим переходом в стадию ненависти и отторжения мира. Ведь теперь он не нужен никому, как и его помощь и забота. Картинки сменяли одна другую: Фро, Стинг, Лектор. Фро убит… Он убивает Стинга, смеясь последнему в лицо. Белый дракон еще был жив, когда Чени прикончил Лектора. Эвклиф умирал долго, около пяти минут, а лучший друг наблюдал за тем, как стекленеют глаза напарника, а струйка крови, что стекала с уголка рта, застывала багровой полосой, как угасала жизнь в том, кто никогда не сдавался и нес свет. «Твой свет послужит отныне моим целям!» - последнее, что услышал Стинг. Светлый драгонслеер тогда ухмыльнулся в последний раз и, сказав: «Посмотрим... До встречи…», затих. Никакой жалости, лишь очередной приступ злобы на лучшего друга и приятного ощущения вседозволенности. Запах крови наполнял легкие, и адреналин поступал по венам, пути назад нет. Тут же перед глазами девушка с золотыми волосами, которую пронзил теневой клинок. Она плакала, но улыбалась. Странно. Ведь у него была возможность прикончить Хартфилию, но опять же что-то остановило его руку. Видимо, слишком был шокирован появлением последней из «хвостатых». В голове опять вспыхнул бой на драконе. Мазегрея и Атлант. Нацу, а после он видит самого себя…       Сквозь сон Роуг слышал, что его зовут по имени, но не удостоил внимания столь незначительный факт. Не хотелось открывать глаза и наблюдать стены своей тюрьмы. От них воротило. Приходилось расписываться в собственной глупости, что так получилось. А ведь было же предупреждение.       В чувство его привел окрик надзирателя и последовавший за этим ток, что опять пронзил тело.       Вскрик от невыносимой боли был заглушен бешеным рыком теневого дракона. Опять он лежал лицом в пол. Тело сотрясала дрожь, и слабость не давала поднять даже голову, но он все так же ухмылялся. Он не доставит удовольствия этим тварям видеть его муки. Грудь тяжело вздымалась.       - Р-ро-оу-уг! – хныкал котенок; его голосок прорезал слух, заставляя опять улыбаться, но уже более теплой улыбкой. Фро опять пугается. Смешной и… забавный…       Следом послышался другой, знакомый, но более резкий.       - Зачем вы это сделали?!       - Он должен знать, что здесь ему не курорт! – рявкнул надзиратель. – И отвечать по первому требованию!       Роуг перевел взгляд и посмотрел на бывшего напарника, что сжал кулаки и зубы, дабы не нахамить служителю Совета. Забавно… А ведь он, мать вашу, рад, что Стинг отправился к Вайслогии, пока только в его сне.