Танец теней

      Чени крутился в кровати, не в силах унять дрожь в теле и неприятную ломоту. Сон не шел, а боль все разрасталась. Грудь жгло, а ноги ныли. Такое физическое состояние было непривычно. Голову словно окутывал туман, а внизу живота страшно тянуло, вызывая то ли рвотные позывы, то ли ощущение эйфории. Такими темпами можно просто съехать окончательно с катушек. Парень подскочил и рванул к окну, жадно вдыхая свежий ночной воздух, что принес ветер. Такой глобальный отстой, как этот голод с посасывающим ощущением под ребрами, вызвал нервный смех и судорожное сглатывание слюны, которой уже просто не было в пересохшем горле.       - Будь ты проклята со своим халатом… - ворчание было под нос, но в тишине спальни оно, казалось, разнеслось по всему помещению, отражаясь от стен и словно насмехаясь над столь унизительной слабостью теневого мага. Недовольно тряхнув длинной шевелюрой, Роуг выдохнул и попытался опять сглотнуть в попытке прогнать комок, что стоял в горле вот уже целый день. Походу надо выбраться на прогулку. Выгулять «истощенный» организм, а то так можно и одичать…       В виде расслабляющего упражнения теневой дракон глубоко вобрал в грудь аромат цветов и травы, что доносился из распахнутого окна. Запахи природы всегда приносят гармонию. Главное успокоиться и не суетиться. Не ему жаловаться на потерю контроля. Легко! Щелчком пальцев и… ничего подобного! Как был бардак, так и остался. Такое раздражало и выбивало из колеи привычного поведения.       Посторонний шорох в саду заставил драгонслеера напрячься и прислушаться. Кто-то крался, судя по всему, мимо его окна, раздавливая сухие листья и совершая глобальную ошибку, опираясь вначале на носок. Крадутся, переступая с пятки на носок. Чени прокрался к самому подоконнику и незаметно выглянул, всматриваясь в темноту. Было жутко интересно, кто решил испытать судьбу. «Шпионом» оказался молодой парень лет двадцати, с черной шевелюрой чуть ниже плеч и приторно модельным лицом. Чуть испуганные глаза невинного девственника и нервное подергивание трусливого «маменькиного сынка». Плюнув на столь ничтожное недоразумение в виде этого насекомого в теле человека, Чени намеревался уже отойти от окна и попробовать опять улечься, но его слух потревожил голос парня, что свистящим шепотом протянул:       - Люси…       «Обалдеть…» - теневой маг опять стоял возле окна и грел ухо. Какие тут страсти!       - Люси… это я, – стук камешка в окошко. – Привет…       Роуг уже даже представил туповатую улыбку на этом женоподобном личике. Захотелось вмазать, дабы удалить все зубы, что явно были лишними. Интересно, а этот «секс-символ» хоть знает, с какой стороны у девушек грудь? Или свято верит в духовную любовь?       Голосок заклинательницы неприятно залил в душу топлива для розжига очередного приступа тошнотворной неприязни к девушке с золотыми волосами. Сука! Мало того, что посмела ударить, так еще и походу мужиков таскает ночью… Что за проститутская привычка встречать «любимого» под окном, а потом страстно падать с ним в близлежащие кусты?       Молодые люди, тем временем, тихо переговаривались. Любовь-морковь, люблю-куплю и полетели… Восторженные щенячьи визги. Какая прелесть. Роуг фыркнул и отошел от окна, возвращаясь в кровать. Кто бы сомневался, что у блондинки есть ухажерчек. Стандартный «правильный мальчик».       На молодого дракона напала странная апатия, что была спутницей лишь в начале его «славного» пути. Положив руки под голову, Чени смотрел в потолок, на котором плясали тени, что отбрасывали предметы в комнате. Они все такие «правильные», почти «святые»… Только вот не замечают в своей слепой вере того, что, стараясь сделать как лучше, делают только хуже. Примером является банальная лесть. Подбадривают друг друга, что все будет хорошо, что ты сильный и справишься. Ложь! Мерзкая наглая ложь. Никогда слабый не станет сильным. А непутевое везение той же заклинательницы, что оберегает Драгнил, когда-нибудь кончится, и девушка, что не готова встретиться с жестокой реальностью, просто станет легкой добычей. Сейчас этот ее жених клянется в верной любви и там в чем-то еще. Ноет, что она его единственная и неповторимая. Смех. Они имеют хоть малейшее понятие, что такое настоящая любовь? Не вот эта сопливая и слюнявая пародия кучей слов и жаркими постельными сценами. Да нет, дорогие мои идиоты… То чувство совершенно иное. Оно проносит ощущения страшной зависимости и требует колоссальных жертв. Например, твою жизнь. В прямом и переносном смысле. Быть святым – значит быть обманутым не только окружающими, но и самим собой.       Воркование за окном продолжилось. Судя по всему, заклинательница выпрыгнула в сад, так как теперь слышалось еще и хихиканье вперемешку со звуком поцелуев и шуршания одежды.       - Отлично… может, они еще тут оргию закатят?! Чего стесняться?!       По-хорошему хватило бы одного его слова, чтобы испортить парочке вечер. А с другой стороны… Да какая вообще разница! Пусть наслаждаются его милостью и счастливым неведением своей несусветной глупости, вселенского кретинизма и глобальной ограниченности.       Роуг перевернулся на противоположный от окна бок и накрыл голову подушкой. Они реально там решили закатить постельную сцену?!       Как назло перед глазами возникла заклинательница в своем полураспахнутом халате и зарумянившимся от смущения лицом. Грязно выругавшись, драгонслеер посильнее уткнулся в простынь, дабы заглушить злобный рык, что рвался наружу. Ну а теперь главный вопрос. Чени – ты последний придурок, если пожелал данный вид женской особи к себе в кровать? Куда девалось чувство собственного достоинства?       «Да иди ты уже прибей их! Чего они там куролесят!»       Однако драконья гордость заставила продолжать лежать дальше и ухватить зубами угол подушки. Выползти наружу – расписаться в собственной слабости, что вылезла сегодня в столь странной форме бешеного, неконтролируемого желания. Надо перетерпеть. Завтра это наваждение спадет.       Роуг прекрасно осознавал, что если сейчас Люси попадется ему на глаза, то на его душу ляжет еще два греха: убийство неизвестного полупидора, что его мало волновало, и, как бы противно не было в этом признаваться, жестокое изнасилование одной туповатой блондинки.       Утро началось с суетливых сборов и однообразного Стинговского:       - Вставай… Подъем… Да подними же ты свою задницу!       - Да отвали! - Роуг недовольно отвернулся и закутался в одеяло. - И так полночи не спал.       Белый дракон потянул за край одеяла с намерением раскрутить «рулет» с начинкой из дракона.       - Стинг, - Люси влетела в комнату, на ходу пристегивая ключи. – Поезд через полчаса! Мы опаздываем!       - Какого ты не спал всю ночь?! – Эвклиф продолжал стоять и нудить над ухом теневого мага, попутно вытягивая из-под Чени простынь и подушку.       - Потому что кто-то полночи удовлетворял свои животные потребности у меня под окном! – подушка была водворена на место, а из-под одеяла выглядывали только пятки злодея.       - Кто? – Эвклиф сердито сложил руки на груди.       - Действительно… кто? - Роуг ехидненько протянул эту фразу и, вытащив один глаз из-под одеяла, взглянул на вмиг покрасневшую заклинательницу, что пулей вылетела из номера.       Настроение теперь прямо-таки подскочило вместе с намерением испоганить кому-то жизнь. Тяга к Люси ушла вместе с этой поганой ночью, и теперь Роуг готов был к новым свершениям. Стинг странно поджал губы и, резко развернувшись, вышел из номера следом за блондинкой, но от Чени не ускользнуло то, как белый дракон подавил в себе рвущийся наружу смех.