Полоса препятствий

Брайан едва успел заскочить в казарму, быстро принять душ и переодеться, и без пяти восемь уже был на мосту. Два других курсанта тоже были на месте, и буквально через минуту к ним присоединился инструктор Тейлор. Кинни смотрел на него и не мог не вспоминать, чем они занимались буквально пару часов назад. Он едва сдерживался, чтобы хотя бы не слишком широко и довольно улыбаться. От этих мыслей где-то внутри непривычно теплело, но Брайан, кажется, уже начал привыкать к тому, какое странное воздействие на него оказывал Джастин. Тот же выглядел, казалось, совершенно невозмутимым, но по напряженному голосу и несколько неловким движениям, Кинни понял, что ему тоже нелегко сдерживаться. Первым крепить веревки Джастин вызвал Руни. Тот быстро и ловко закончил работу, и Тейлор, тщательно проверив все, отпустил его. Точно так же и с Санчесом. По хитрой улыбочке на лице инструктора Брайан понял, что он специально отпустил этих двоих, чтобы хоть немного еще побыть наедине с ним. Они, уже никуда не торопясь, в четыре руки закончили готовить подвесную систему к завтрашнему экзамену, и уселись, свесив ноги, прямо на мосту, на безопасном расстоянии друг от друга. Ну что мог подумать тот, кто увидит их? Просто курсант и инструктор, отдыхающие после выполненной работы. Тем более что поблизости никого и не было видно, можно было спокойно поговорить. - А твои родственники знают, что ты гей? - спросил Джастин. Брайан передернул плечами. - Знают. Но мы не общаемся. Мать прокляла меня, сказала, что моя судьба - гореть в адском пламени. Отцу я и так-то не нужен был никогда, а уж сын-педик и подавно его не интересует. - Совсем не общаетесь? - Практически. Они появляются, только когда нужны деньги. А сейчас у меня не самые лучшие времена, так что и не звонят даже. Я с детства нормально только с дедом общался, но он жил в Небраске и умер два года назад. - А он знал? - продолжал расспрашивать Джастин. - Нет, я не сказал… Сначала боялся, что он тоже от меня откажется, потом, перед самой его смертью, не хотел вешать на него еще и свои проблемы. Представляешь, ему было девяносто шесть лет. Теперь жалею. Честнее было бы сказать. А твои? Твой дядя знает? - Нет, что ты! Я думаю, он бы этого не принял. Он же такой… правильный, что ли? Как большинство военных - прямолинейный до ужаса, у него все по уставу и распорядку. Тетя Эстер знала, но ее больше нет. Она единственная знала обо мне все - и то, что я гей, и то, что рисовать для меня - это как дышать. Мы с ней ходили в музеи, в галереи, пока я был маленьким. Потом уже стало сложнее, особенно когда стал спортом заниматься. Времени не осталось, и еще она заболела. Дафна знает, что я гей, но про то, что я до сих пор рисую - нет. Она много лет - мой единственный друг, но я все равно не хочу говорить ей об этом. Она же такая же прямолинейная, как дядя Джеймс, у нее хватит наглости пойти к нему и потребовать, чтобы он разрешил мне учиться в художественном. Странная у меня семейка, да? - невесело улыбнулся Джастин. - Не более странная, чем моя, - в ответ ему ухмыльнулся Брайан. - У меня есть лучший друг Майкл, он мне как младший брат, хотя на самом деле на полгода старше. Он тоже гей, и он замужем за самым занудным типом - профессором Беном. Его мама, Дэбби - самое большое сердце во всем Питтсе, она мне больше мать, чем та, которая меня родила. Мне было четырнадцать, когда она меня практически усыновила. И не только меня, она - наша общая гейская мама и самый главный педик Либерти, даже несмотря на то, что счастливо замужем за полицейским инспектором. А еще у меня есть сын. Его зовут Гас, ему полгода. И его растят две лесбиянки. Мы с Линдси, его мамой, дружим с колледжа. Я тебя как-нибудь потом с ними всеми познакомлю, если не испугаешься. Джастин поднял на него светящиеся счастьем глаза. - Не испугаюсь, - тихо прошептал он. В лагере быстро темнело, пора было возвращаться. Они спустились с моста и побрели в сторону казарм. - Ты иди, - сказал Джастин. - А я должен вернуться в сторожку. Завтра днем должен вернуться Том, надо все там убрать. Даже в сгущающихся сумерках Кинни увидел, как он покраснел. Брайан оглянулся по сторонам, и притянул мальчишку к себе, отступая в тень деревьев. Быстро, но крепко поцеловал его и прошептал на ухо: - Пожалуйста, будь осторожен. А то вдруг в этом лесу водятся страшные серые волки, которые не откажутся поужинать такой хорошенькой Красной Шапочкой. Джастин тихонько засмеялся и потянулся еще за одним поцелуем. Брайан крепче сжал в объятиях прильнувшего к нему мальчишку, нежно и страстно целуя. Тяжело дыша, они, наконец, оторвались друг от друга и снова разошлись в разные стороны. Ни один из них не заметил притаившуюся среди сосновых стволов тень. *** Инструктор Хоббс был необыкновенно зол. Нет, то, что это было его обычным состоянием, ни для кого в лагере Амбридж не было секретом давным-давно, но сегодня вечером он был зол сильнее обычного. Завтра чертов выпускной тест, а ему так и не удалось придумать ничего, что могло бы помешать этому мерзкому педику Кинни успешно сдать его. Да еще и в числе лучших. Надо же, блять, даже честь готовить оснащение для экзамена ему доверили. Хоббс зло пнул попавшуюся под ноги сосновую ветку. Он возвращался с пробежки, которая обыкновенно помогала избавиться от накопившегося за день раздражения, но сегодня испытанное средство не сработало. Он посмотрел в сторону моста - на нем, едва различимые издалека, виднелись две фигуры. Они явно готовили подвесную систему к завтрашнему экзамену, но почему их только двое? Заинтересованный, Хоббс решил проверить, кто это. Он сделал изрядный крюк по лесу, и уже практически в темноте увидел, как двое - один высокий и статный, и второй, такой же стройный, но гораздо ниже, медленно двинулись в лагерь. Неожиданно - и Хоббс не поверил своим глазам - высокий мужчина притянул к себе второго и поцеловал… Кинни, сволочь, догадался инструктор. Но кто же второй? Хоббс бесшумно подкрался к обнимающейся парочке, и когда они, наконец, отлипли друг от друга, с изумлением узнал Тейлора! Чертов щенок, сопляк Тейлор, племянничек директора Боудена без стыда обжимался с этим пидором! «Ах ты ж, блять, гнилушка такая! Ты тоже из этих! Ну держись, посмотрим, как быстро ты вылетишь с работы, когда твой дядюшка узнает, что из себя представляет его любимчик». Хоббс был вне себя от злобной радости. Неожиданная мысль пришла ему в голову, и он медленно повернулся в сторону моста. «Завтра, завтра я устрою тебе, Тейлор. А сегодня я еще успею приготовить сюрприз твоему любовничку». *** Джастин добрался до сторожки Тома уже в полной темноте. Он отлично знал эти места, да и взошедшая луна уже освещала тропинку, так что никаких проблем дорога ему не доставила. Он быстро отчистил покрывало на кушетке от следов их с Брайаном страсти, закидал мокрые полотенца в стиральную машину, и сел, дожидаясь окончания цикла стирки. Он медленно провел рукой по мягкому ворсу покрывала, вспоминая, как вцеплялся в него пальцами, когда Брайан целовал и прижимал к себе его обнаженное тело, то медленно скользя внутри него, то бешено вбиваясь в податливо раскрывшуюся плоть. Джастин застонал от нахлынувших эмоций, лег, свернувшись калачиком, на кушетку и вжался лицом в покрывало, все еще хранившее запах Брайана. Этот запах, уже успевший стать таким любимым, успокаивал, утешал, обещал только все самое прекрасное. Сам не заметив как, Джастин уснул, утомленный событиями этого невероятно насыщенного - и эмоционально и физически - дня. *****************************