Не ожидал, правда?

Энди и Эшли впились в губы друг друга, пьяно улыбаясь и иногда посмеиваясь сквозь поцелуй. Ди уже не был похож на измученного почти до смерти мальчика, каким его видел Эш вначале. Впрочем, Перди это нравилось. Нравилось, что теперь его парень такой податливый, если не сказать даже похотливый. Эш сам бы трахал его хоть весь день, но боялся, что Бирсаку это надоест, что он психанет и уйдет от него. Эшли нравилась узкая задница Энди, ему нравилась его тоненькая фигурка, ножки-палочки, пальчики, сравнимые с трубочками... Да зачем я все это говорю? Все, что было в Ди было очень узким, маленьким и сухим. За исключением роста- вот по этому параметру он превосходил весь класс. Эшли был крупнее и решительнее, но ниже, но это не мешало всем парням и девушкам хотеть его. Каждая шлюха мечтала стать парой короля. Каждый изгой мечтал быть значимым. Каждый хотел безбедного существования под крылышком Эшли. И ему это нравилось. Нравилось его могущество и всевластие. Для его возраста школа была целым миром, которым правил именно он. Пёрди-старший давно оплатил для сына место в престижном институте, купил ему машину и собственный дом, ожидая того момента, как Эшу исполнится двадцать один год, и он сможет официально жить отдельно от семьи. Для Эшли жизнь была простой и безбедной, и он мог позволить себе все. У Энди же все было иначе. Его отец ушел из семьи, когда родился второй ребенок. Первое чадо- сына- он терпел и пытался любить, потому что сын, в его понимании,- это будущее. На самом деле, Бирсак-старший вообще не любил детей как таковых. Он любил свою жену. Но правдивыми ли были его чувства? Сомневаюсь. Как только она родила во второй раз, и как только отец узнал, что это девочка, он молча ушел из дома, чмокнув маленького Энди в лоб и оставив на тумбочке пятьдесят долларов пятью десятидолларовыми купюрами. - Они твои, Эндрю. Возьми их и никому не давай. - Папа, куда ты? Сегодня же воскресенье! Это выходной, папа, ты говорил, что мы пойдем гулять..,- немного растерянно и чуть не плача произнес трехлетний сын. - Папа должен пойти погулять сам. Скажи маме, что я ее любил..,- на этом месте отец замялся. Он тихо прошептал: - Или не любил.. И ушел. Энди остался сидеть дома и разглядывать бумажки, на которые можно было купить его любимых конфет или яблок, и ещё бы осталось очень много. Вечером его одолело чувство голода, но он просто ушел спать, веря, что утром папа с мамой вернутся и снова все будет хорошо. Он не понимал, что ни отец, ни мать прежними не будут. Сейчас же Бирсак-младший считал папу предателем и пахал, как бык... До того, как встретил Эша. Теперь Энди не нужно было стирать кожу на руках на работе или давать каждому встречному-поперечному за деньги. Теперь Ди был облюбован богатым королем школы. Мать постоянно хотела, чтобы ее сын наконец завел девушку, а потом и детей, как будто не думая о том, что семью еще нужно содержать. Вопрос только один: на что? На теперешний частый вопрос матери- "Откуда у тебя столько денег?" Энди отвечал, что все-таки у него появилась богатая девушка, которой совестно, что ее благородный рыцарь отдает последнее на ее содержание и обрадование. Мама искренне верила в это и была рада за сына. Ее не так сильно волновала средняя дочь, послужившая яблоком раздора в, казалось бы, дружной и любящей семье. И ее не волновали два близнеца, тоже девочки, которые были рождены от второго ее мужа, который впоследствии упер от туберкулеза. Ее волновал только старший ребенок. Но она не догадывалась, что на самом деле эта загадочная "девушка"- парень. Джейк докуривал восьмую за вечер сигарету. Пустыми глазами он наблюдал за происходящим на его барной стойке. Иногда, когда стоны были особенно громкими, или когда Эш, закусывая губу, шлепал Ди по заднице, на его бессмысленном лице появлялась ухмылка, но и она в скором времени исчезала. "Где она, где боль?"- единственная мысль, осевшая надолго в его голове. Ди и Эш разорвали свой поцелуй. * * * Десятью годами ранее. - Мамочка! Доброе утро!- весело засмеявшись, вбежал в комнату заболевшей матери семилетний Кристиан. - Как тебе спалось, мамочка?- чмокнул он ее в щечку. В ответ он услышал лишь молчание. Вы можете сказать, что мочание услышать невозможно, однако, я опровергну ваше убеждение. Молчание слышат тогда, когда ты ждешь ответа. Ты ждешь, а этого самого ответа все нет. Тогда ты и слышишь молчание. - Мама, я не хочу шутить,- немного обиженно произнес Кома, надул губки и сложил ручки на груди.- Мама, я сделал тебе подарок, я нарисовал красивую картину, где мы и папа еще!- он выжидающе смотрит на бледное, тощее лицо матери. В комнату заходит отец, пошатываясь и хватаясь стертыми ладонями за стены. Этой ночью он пил. С первого взгляда он понял, почему мамочка не отвечает Крису. Он осознал это не потому, что не было слышно дыхания или не было видно подергивания черных ресниц. Не потому, что она была неестественно бледной. А потому, что его сердце, большое и теплое, принадлежало ей. Она же его и остановила. - Малыш..,- тихо сказал он, едва сдерживая слезы.- Мама хочет спать, очень хочет. Она устала. Она еще долго-долго будет спать. А потом Боженька захочет, чтобы мама проснулась. И мы будем снова все вместе. Будем кушать мороженое и ходить гулять, обниматься и смотреть кино, все будем. Только когда мамочка выспится. Подождешь?- отец состроил на своем лице улыбку и получил ее в ответ от маленького сына. - Да, папочка, подожду. - Сука! Блять, Джи, ты вконец ахуел?!! Ты понимаешь, что мне тоже бывает стыдно или нет?!! Ты хотя бы соображаешь, что делаешь, мелкий ты ублюдок??!? - Мама, я хотел помочь Тиму, его обижали,- весь в слезах пытался оправдываться Джерард, которому только-только исполнилось семь. - Пошли, блять, нахер все это!! Ты думаешь, мне приятно наблюдать, как мой ребенок бьет сына мэра??!!- Джерард получил, наверное, десятый увесистый подзатыльник за вечер и был уведен в чулан- думать. Слезы не переставали течь из его глаз, а затылок не заканчтвал нещадно болеть. Прости, мама, что мир несправедливый. Наверное, я виноват. Для тебя, мамочка, виноватым могу быть только я. Прости, прости меня за то, что я не делал. Прости за то, в чем я не виновен.