В уголках памяти

Глава 4. Пока я сидел там, на окраине, я успел о многом поразмыслить. Не только о том, что случилось днем, но и о жизни в целом. Я бы просидел там до глубокой ночи, я думаю, если бы в мою голову не пришла мысль, насколько глупо я сейчас выгляжу. Я, как героиня сопливого фильма, приехал к выезду из города, чтобы сбежать от всех, побыть в одиночестве и придаваться угнетающим мыслям, которые посещают меня. Что? Нет, нет. Я мигом встал с травы, окинул взглядом трассу, тянущуюся за пределы моего города, сел в машину и поехал обратно. Рука уже не болела, внутри все не вскипало при мысли о том, что произошло. Хоть злость на Стайлса и притаилась в одном из уголков моего разума, я больше сжимал так яро руль в руках, да и вообще, меня это будто не волновало. Только красное пятно на тыльной стороне моей ладони, напоминало мне об этом. Вечером Лиам занес мою сумку, заботливо осмотрел мою руку и пообещал, что «наваляет этому придурку», как только его увидит. Я только покачал головой, послал все это к черту и уговорил Ли смотреть со мной Мстителей. Точнее, пересматривать в какой раз, потому что я был в восторге от этого фильма. Сегодня ночью он ушел раньше, чем вчера и я сразу же завалился спать. Все, как обычно. Утро. Подъем. Первая пара. Болтовня Эль. Настороженный взгляд Лиама, будто я могу в любую секунду сорваться и накинуться на вчерашнего обидчика. Не скажу, что я уже не думал об этом, но и не могу сказать, что произошедшее не выходило у меня из головы. Оно занимало определенно место в моем мозгу, и я уделял ему какое-то время своих размышлений. Я лишь раз увидел его сегодня. Когда Элеанор тараторя что-то о том, как в прошлом году она была на самой незабываемой вечеринке, где-то у своих друзей. Даже не знаю, как мы пришли к этой теме, ведь последнее, что сказал я, было то, что вчера я смотрел фильм с Лиамом. Наверно, она хотела сказать этим, как любит развлекаться и показать, насколько она веселая, супер - оптимистичная, милая девушка. Это все не важно. В ее руках было небольшое зеркальце, в которое она неустанно смотрела, разглядывая свой пробор и каждый миллиметр своего смазливого личика. Я поднял глаза, глядя в отражение. Позади Эль сидел вчерашний засранец, все на том же месте, все также, не изменяя своим принципам, что-то черкая в тетради. Я мысленно послал его так далеко, куда только знал и, бубня в негодовании себе под нос, взял черную гелиевую ручку и начал закрашивать клеточки в своей тетради по философии. На ланче я медленно опустошал банку колы, сидя в компании парней из моей команды и изредка комментируя некоторые темы. И все же, меня волновало мое туманное состояние, в котором я находился с вечеринки Лиама. Это было не похоже на меня. Откуда столько мыслей в моей голове, когда обычно их заменяют пустые действия. На тренировке я отвлекался от них. Я вел мяч, полностью погруженный в игру. Это было моим делом. Это было тем единственный, в чем я чувствовал себя по-настоящему свободным. Поле окутано прохладой, хотя я смутно ощущаю ее, сквозь тяжелое дыхание от постоянного бега. Оно полностью принимает меня, как море. Я расслабляюсь морально, в то время, как мое тело напряжено. Решительно настраиваюсь на то, что сейчас забью второй гол. Бегу, ведя перед собой мяч и без особого затруднения, забиваю его прямо в ворота. Удовлетворительно киваю, упираюсь ладонями в колени, глядя вниз, и выдыхаю, распрямляясь и поднимая голову к густым серым облакам на потемневшем небе. Поле освещают фонари, где-то позади, гудят машины, когда к ним присоединяется свисток тренера. -Свободны, - кричит он, и ребята плетутся по направлению к входу в раздевалку, - не расслабляемся и не пропускаем тренировки, девочки. И захожу последним, подхожу к своему шкафчику, снимая футболку и закидывая ее на полку. Лиам стоит рядом, облокотившись на свой шкафчик плечом. -Ты в порядке? – С насмешкой спрашивает он, но я знаю, что он правда может беспокоиться. -Да, - отвечаю я, кидая на него взгляд, он стоит в одном полотенце, обмотанном вокруг его торса. -Выглядишь хреново, - констатируя факт, протягивает он. -Рука еще нарывает, - я слегка приподнимаю перемотанную бинтом руку, после чего стягиваю с себя шорты и кидаю их вслед за футболкой. Лиам меняет позу, переворачиваясь с плеча на спину и складывая руки на груди. Он смотрит куда-то вперед себя, и я уже знаю, что последует после. В этом весь Лиам, которого я знаю. -Если ты вдруг хочешь поговорить… - начинает он, но я перебиваю его. -О чем? Он быстро поворачивает ко мне голову, хмуря брови, когда я закрепляю на себе полотенце, шагая по направлению к душевой. -Я не знаю, чувак, - Лиам раскидывает руки и шагает ко мне, - это у тебя какие-то проблемы. -Нет у меня проблем, - как-то слишком резко отвечаю я. Он махает рукой и, обгоняя меня, скрывает в одной и кабинок душа. Я смываю с себя пот и грязь, проводя ладонями по лицу и упирая взгляд в стену. Я и, правда, выгляжу хреново. Хреново веду себя со своим лучшим другом, когда тот, просто пытается мне помочь. Я, как баба при пмс. Как же это начинает меня раздражать. Закрываю воду, встряхивая темными волосами и обернувшись полотенцем, выхожу из душа. Он практически пуст. Прохожу в раздевалку и останавливаюсь около Лиама, который застегивает джинсы. Открываю дверцу и достаю свою обычную одежду. -Извини, чувак, - выпаливаю я, когда уже натягиваю майку, а сверху синюю бомберку. -Да пошел ты, - закатывает глаза Лиам, но ждет, пока я застегиваю сумку и перекидываю ее через плечо, - педик. Мы ударяемся кулаками и выходим на улицу. Самый лучший друг, которого я мог пожелать. Первая половина следующего дня, ничем не отличается от первой половины предыдущего. После последней пары, мы договариваемся большой компанией пойти в Макдональдс. В основном, это моя команда и несколько их знакомых парней и девчонок. Весь наш стол забит горой картошки фри и разными соусами. Отличная футбольная команда, обжирающаяся фастфудом. Если бы тренер увидел нас сейчас, мы бы уже наматывали сотый круг, умирая от жажды и изнеможения. Но никто не думает об этом. Гул стоит на все заведение. Мы болтаем, кто в разнобой, кто, поддерживая общую тему, смеясь и чавкая, потягивая колу через трубочку. Я уже постепенно схожу с ума от всех этих звуков, но стараюсь не вникать в болтовню каждого, настраиваясь только на одного человека, тогда не замечаешь десяток других голосов. Кажется, это и правда отвлекло меня на сегодняшний вечер, как и планировал Лиам. Я снова чувствую себя, как обычно, яро обсуждая с парнями футбол, ухмыляясь девушкам за соседним столиком, ко мне даже вернулся мой хваленый юмор. И это радует меня намного больше, нежели депрессия, которая с каждым днем захватывала меня в свои объятья. После того, как нас выставили из мака ребята, чуть старше нас, видимо, не выдержав больше издевательства над своим мозгом, мы отправились гулять, по дороге, провожая некоторых домой. Первыми разошлись девушки, смущенно улыбаясь нам напоследок, целуя своих парней из команды и по-девичьи хихикая, удаляясь от нас. После и остальные начали постепенно расползаться по домам, желая друг другу удачных выходных. Вскоре, мы с Ли и еще некоторыми парнями, жившими в кампусе, попрощавшись, ушли каждый в свою комнату. Лиам сказал, что хочет сегодня, как следует выспаться, потому что завтра, он собирался на очередную вечеринку. Не смотря на то, что ему удалось меня растрясти, перспектива быть в хлам, меня пока еще не начала снова привлекать. Я зашел в свою комнату, включая настольную лампу и сев за стол, открыл перед собой ноутбук. На аске высвечивалось уведомление о том, что мне задали три вопроса. Я открыл вкладку и, пробежавшись по ним глазами, бегло настрочил ответы на два, особое внимание, уделяя третьему. «Твоя любимая песня, которую тебе пели перед сном в детстве?» Серьезно? Никто, никогда не спрашивал меня о таком. Здесь не написано, «которую пела мама», что тоже немного удивляет меня. Мне всегда пела Шеррон, я вообще не помню, чтобы мама когда-нибудь укладывала меня спать. Я прокручиваю в голове отрывочные воспоминания, которых осталось совсем малая горсточка. Помню, в тот день был дождь, даже очень сильный гром и у нас замкнуло электричество.В доме были только я и Шеррон. Я прибежал к ней на кухню, вжался в ее ногу, крепко жмуря глаза. Она так тепло рассмеялась, сжала мою ручку в своей нежной ладони и повела в зал, где мы забрались под теплый плед. Она дозвонилась мастеру, но он сказал ждать до утра, поэтому, Шеррон лишь обняла меня двумя руками, укачивая в своих объятьях. Ее тихий, как легкий порыв ветра, сладкий, как крем на пирожных, ласковый, как мое шелковое полотенце, голос, до сих пор звучит у меня в ушах. Но кому может быть интересна песня, которую мне пели, когда я был маленьким сопляком? Я печатаю ответ, светясь детской улыбкой на лице. «My Favorite Things» Закрываю ноутбук и ложусь в кровать, мысленно, слушая, как пение Шер растекается по моему сонному телу.