Mercury

Дорогой дневник, У меня и Люка всё хорошо. Мы действительно в порядке, мы всё ещё разговариваем, хотя он осторожен со мной, будто я маленькая. Словно я в синяках и следах от побоев. Он боится прикоснуться ко мне. "Я не фарфоровая, Люк" - сказала я ему. Он лишь кивнул в ответ. "Я не хочу относиться к тебе так, но я не хочу видеть, что тебе больно, потому что от этого мне тоже больно" Я ничего не ответила. Я рассказала ему всё о своей жизни, об отце, матери, письмах, объяснила, что случилось в лесу, обо всём. Ему нечего было сказать. "Дерьмово, чувак" Я рассмеялась. Он тоже рассмеялся, и это было, словно наши сломанные жизни не имели никакого значения. Я была спокойна, и мне даже не приходилось больше курить, чтобы успокоиться. Даже несмотря на всё то, что происходило вокруг меня, благодаря ему я оставалась спокойной. Он не никотин, он намного лучше. Мы выпускаемся через два месяца. Он планирует поступить в колледж на другом конце страны, а я даже не знаю, хочу ли поступать в колледж вовсе. Я имею в виду, да, я хочу в колледж, хочу стать кем-то, но в то же самое время я хочу остаться здесь и курить сигареты сидя у гавани, и плакать о парне, которого я не заслуживаю. Я не заслуживаю Люка. Он слишком хорош. Мы сидели у гавани (это место стало особенным, намного более успокаивающим чем кусочек газона за школьными автобусами) и молчали некоторое время. Моя голова лежала на его плече пока он перебирал траву под ногами, и это заставило меня задуматься о том, кем мы чёрт подери были? Я любила его. Я знала это, но любовь чертовски трагична. Я и это знала. Мы оба знали. Может это из-за того, как он накручивал траву на пальцы, или из-за нашего дыхания, так гармонично звучавшего, а может просто из-за запаха воды и земли навеваемого ветром, но что-то вдруг заболело у меня в груди, а пальцы онемели. Я не хотела, чтобы это слетело с трассы моих сумашедше несущихся мыслей, но это случилось. "Я люблю тебя" Он перестал выщипывать траву, и ветер перестал навевать запах воды и земли, и мы оба перестали дышать одновременно на несколько секунд. А потом он накрыл мою руку своей и посмотрел на вниз, меня. Я взглянула вверх на него, и он улыбался. Я улыбнулась тоже, потому что знала. Он не сказал ничего в ответ, но я знала. И после этого боль исчезла. С любовью, Меркюри