My wishes

Открываю глаза, потому что из глубоко сна меня вырывает звонок будильника. Уже семь утра. Вот и настал день переговоров. Вылезаю из постели и иду прямиком на кухню, чтобы сделать себе кофе, и пока кофемашина шипит в процессе приготовления, решаю принять душ и умыться. Включаю воду в душе и встаю под теплые струи, мою голову шампунем, который пахнет ванилью. Я принимаю водные процедуры, как мне кажется, не менее пятнадцати минут, и выйдя из душевой кабины, заворачиваюсь в пушистое полотенце. Включаю телевизор, сажусь на диван в гостиной с чашкой кофе, до выхода еще два часа, поэтому я никуда не спешу и могу посмотреть новости или что-нибудь еще. Через полчаса допиваю вторую кружку кофе и начинаю собираться. Открываю шкаф с платьями, и мой взгляд сразу же падает на черное строгое платье по колено, с вырезом — лодочкой. С полки беру черные плотные колготки и кладу все это на диван. С ванны приношу сумку с косметикой и думаю, что мне сделать? Ответ не заставляет себя ждать, мне всегда нравилась Мерлин Монро. За пятнадцать минут до выхода, собираю в сумку все нужные бумаги и документы, наношу последние штрихи в макияже, а именно крашу губы красной помадой, брызгаюсь духами «Clive Christian No. 1» (ну что сказать? Я люблю запах ванили!) обуваюсь, надеваю пальто и выхожу из квартиры.

***

В полдень отрываю голову от бумаг по переговорам и иду к Оле. — Оль, я никогда не спрашивала у тебя, ты знаешь английский? — Ну, я конечно не в идеале его знаю, но если надо, то пару слов сказать смогу. А что? — Мне надо чтобы ты встретила людей и провела их в переговорную комнату, я хочу перед их приходом позвонить Артуру, уточнить пару мелочей. Сможешь? — Конечно, смогу, не вопрос! А как ты будешь с ними общаться? Ты знаешь английский? — Oh my god, Olga, of course I know English. I teach it as I can remember*. Английский, почти как мой родной язык теперь! — Ну это же хорошо. Не переживай, вижу как ты волнуешься, у тебя все получится. Положи, уже конец неумению вести переговоры. Это хороший шанс! — я понимаю, что Оля совершенно права, но ничего не отвечаю и просто киваю. Положи, уже конец неумению вести переговоры! _________________________________________________________________________________ * (англ.яз) «О Боже, Ольга, конечно же я знаю английский. Я учила его, насколько я помню»

***

Звонит мой рабочий телефон, смотрю на определитель «Ольга Зайцева». — Да, Оль? — Они приехали! — почти шепчет она в трубку. — Спасибо. Предложи им чай, кофе и скажи, что я скоро подойду, только Артуру наберу. Дозвонившись Артуру, обговариваю последние детали, беру все нужные мне бумаги и выхожу из кабинета в фойе. — Они тебя уже ждут, тебе принести что-нибудь? — спрашивает Оля и хитро улыбается. Не к добру это. — Нет, спасибо. Почему мне кажется, что ты не просто так хитро улыбаешься. В чем подвох, они слишком ужасны? Или им всем под 90 лет? — Оу! Иди к ним и сама все узнаешь! Уверена, что у тебя все получится. Ты главное улыбайся им и будь милой! — Легко сказать! Но ты все-таки что-то недоговариваешь, — я просто чувствую, что она что-то скрывает! Убью ее, если это «что-то» собьет меня с толку, и на переговорах я буду мямлить как неуверенная школьница на экзамене. Я подхожу к дверям переговорной комнаты, но меня отвлекает Оля. — И еще, Лин, не тупи слишком долго! — после чего подмигивает мне. Что же с ними такое? Начинаю открывать дверь и приветствовать гостей… — Добрый день, господа! — произношу я и ловлю на себе взгляд трех пар глаз. Глаз, которые принадлежат трем невероятно красивым парням. Да им же на вид не больше 25! Черт! Ну и как мне теперь вести переговоры? Я убью Олю, за то, что не предупредила меня! Один из парней, поднимается со стула и протягивает мне руку — Здравствуйте, вы должно быть Ангелина? — говорит он с явным ирландским акцентом. — Добрый день, да, я Ангелина, а вы, Мистер Хоран, верно? — отвечаю я — Приятно познакомится с вами! И, пожалуйста, называйте меня просто Найл. — Хорошо, Найл! Добро пожаловать в Москву! — я выдаю свою «улыбку на миллион», а Найл улыбается мне в ответ, и я замечаю, какие у него прекрасные глаза, цвета сапфира. — Позволь мне представить тебе остальных, — говорит Найл и указывает на двух парней. — Это Зейн Малик, — указывает Хоран на поднимающегося со стула парня. — Приятно познакомится, мистер Малик, — улыбаюсь и протягиваю руку. — Просто Зейн, взаимно, Ангелина, — отвечает кареглазый парень. — А это Луи Томлинсон, — продолжает Найл. — Можно просто Луи, — говорит парень, с такими же голубыми глазами, как у Найла и протягивает руку. — Ангелина. Рады приветствовать Вас! Мы садимся за стол, и Оля приносит напитки для Найла, Зейна и Луи. — Благодарю, Ольга. Знайте, что как только переговоры закончатся, я убью вас за то, что не предупредили о том, какие они молодые, да еще и красавчики! — говорю я на русском, но улыбаюсь, как будто не убить ее хочу, а хвалю за что-то. — Договорились, Ангелина Сергеевна, — подмигивает Оля и выходит из помещения. Закатываю глаза и улыбаюсь, она сводит меня с ума! — Итак, Найл, Зейн, Луи, прежде чем приступить к переговорам, я бы хотела, чтобы вы ознакомились с условиями. Вот, — я раздаю им тоненькие папки со всей нужной информацией. И пока они ее изучают, у меня есть время изучить их Голубоглазый Найл одет просто, по-уютному, но ему это очень идет. На нем светло — серые джинсы, черный вязаный свитер и высокие кроссовки, не для погоды в Москве, но я уверена они приехали на машине, и могут позволить себе так одеться. На его левой руке красуются часы. И невооруженным взглядом видно, что они нереально дорогие. Найл показался мне очень милым и добрым, надеюсь, он такой и есть. Кареглазый Зейн, одет более строго, черные лаковые туфли, темно — бордовый костюм по его фигуре и черное поло. И только сейчас я замечаю татуировку на руке Зейна, которую не скрывает костюм. В такое одежде он выглядит горячо. Я всегда испытывала слабость к парням в костюмах и с татуировками. Запихиваю подальше такие мысли и сосредотачиваюсь на следующем парне. Такой же, как и Найл, голубоглазый Луи, показался мне просто обаяшкой и человеком с большим сердцем. Он одет в подвернутые черные джинсы, белое поло и черную не застегнутую рубашку. Все выглядит прекрасно. Но я не могу рассмотреть его обувь, так как он убрал ноги под стол. Через пятнадцать минут мы приступаем к детальному обсуждению каждого пункта договора. Я ловлю себя на мысли, что абсолютно не стесняюсь, и, кажется, прекрасно веду переговоры. У меня получилось?! Я преодолела страх! Уже вечером, в начале шестого, мы заканчиваем переговоры и договариваемся о следующей встрече, к которой подключатся еще два молодых человека. Я и Оля провожаем их улыбаясь. — Найл, я буду ждать от вас подтверждение даты следующей встречи. Еще раз, добро пожаловать! В документах сделки указан наш рабочий телефон, так что вы будете знать, как со мной связаться. — Спасибо! Я перезвоню! Как только за ними закрывается дверь офиса, я поворачиваюсь к Оле. — Твою мать, Оля, почему ты не сказала мне, что они такие… такие красавчики?! — возмущаюсь я. — Ну, во-первых, от этого все равно ничего не изменилось бы. А, во-вторых, ты бы начала нервничать и все провалила. А так потупила чуть-чуть и перестала! — Я тебя когда-нибудь убью! — Ага, ты уже это говорила мне, и не раз, — отвечает Оля, и мы начинаем смеяться. — Кажется у меня получилось. Я смогла преодолеть себя. — Поздравляю! Я же говорила, что все будет супер! Это надо отметить. Ты за? — Я за, но не сейчас. Не стоит спешить. Скоро еще одни переговоры, а потом подписание. Если все сложится хорошо, тогда отметим! Договорились? — Заметано! Уже приехав домой, решаю позвонить Артуру и все рассказать, но он не берет трубку и я решаю пойти спать.