Ничего невозможного нет

POV Гарри Я многое могу простить своим друзьям, но это уж чересчур. Гермиона перегибает палку, она явно не понимает, что это сын Люциуса Малфоя, того самого человека, из-за которого Джинни чуть не умерла, который мог ее саму убить прошлым летом. - Гарри, пойми, он даже жил в другой стране и не виноват, что у него такой отец. Родителей, в конце концов, не выбирают, - тут она укоризненно на меня посмотрела. - Вот мои родители - магглы, но это же не мешает тебя общаться со мной. Да, признаю, аргумент весомый, но все равно это ничего не доказывает. Вот Рон на моей стороне, я уверен. - Мы общаемся с тобой, потому что ты классная, и плевать нам кто твои родители, - излишне эмоционально ответил Рон.  - Вот именно, Рон. Это не имеет никого значения. С заданием по трансфигурации он справился, между прочим, лучше тебя. К тому же, он знает нового преподавателя ЗОТИ. - Герм, вот именно это и смущает. Долохов явно неуравновешенный маньяк, судя по тому, что о нем пишут в газетах. А твой Малфой с ним близко знаком. Тебя не наводит это на мысли? - Ты же тоже близко знаком с оборотнем, - вот этого я стерпеть уже не смог. - Ремус не имеет НИЧЕГО общего с этим буйнопомешанным с нездоровыми нервами, - зло выкрикнул я в ответ на ее обвинения. - Дамблдор не стал бы брать его на эту должность, - перешла на крик Гермиона, - если бы он представлял хоть малейшую опасность для окружающих. - Да, и Крауч-младший хотел нам только добра, - упоминание Дамблдора окончательно вывело меня из себя. - Каждый человек может ошибаться, Гарри, но, согласись, что у Долохова мы можем многому научиться. И, мне кажется, в этом случае риск оправдан. Ты же сам говоришь, тебе придется сражаться с Тем-Кого-Нельзя-Называть, а Николай, как никто иной, сможет тебя подготовить к реальному бою с противником, превосходящим по силе. Ты же сам читал сегодня в газете, что он и девять его друзей организовали налет на главную тюрьму в СССР, отвлекая тем самым внимание противника, пока основные силы Белой Армии брали Лысую Гору.  - Да, он крутой вояка, но это не доказывает, что он не служит Волдеморту. Рон, да, прекрати уже вздрагивать при упоминании Волдеморта. Даже если я произнесу это имя тринадцать раз подряд, то ничего не случится! - Как же меня раздражает, что мои друзья отказываются понять очевидные вещи. - Герм, ты просто девочка и тебе не понять. Ты придумала себе в голове романтический образ борца за честь и свободу. А на деле он просто псих. Да, в той же статье было написано, что он сын проститутки. Да, он чуть ли не с гордостью рассказывает об этом. Конечно, это ни могло не повлиять на его психику, вот он и свихнулся, - это замечание Рона как будто окатило меня с ног до головы холодной водой, напомнив о моем страшно "счастливом" детстве. - То есть, дело все в том, что я девочка, и не умею, по этой причине, адекватно оценить действительность? Носители ущербной У хромосомы, - на прощанье сказала Гермиона, и, задрав нос, прошествовала мимо нас. Видимо, ушла в библиотеку. - Ну, что на сей раз, я сказал не так? – грустно спросил Рон. И почему Рон вечно хочет, что бы я решал его проблемы? Если она ему нравится, так пусть подойдет к ней и объяснится, а не стоит, как памятник оскорбленной невинности. Пойду лучше подышу свежим воздухом. Да, Поттер, хреново начался этот год, ничего не скажешь. Вот зачем этот белобрысый приперся сюда? Учился бы себе своим темным искусствам в Дурмштранге и мозг мне не парил. Вот, например, сегодня с утра он старался быть милым и даже не отреагировал на мой выпад о его отце. Ему же явно что-то надо. Недаром же он вчера и сегодня приставал к нам.  А еще этот новый преподаватель – борец за свободу. Вот если он так любит свою Родину, что ж там не остался? Понаехали тут всякие и расхаживают как у себя дома. Ну, не верю я, что двое детей самых влиятельных Пожирателей оказались в Хогвартсе просто так. Не бывает таких совпадений. Ладно, если мои друзья предпочитают закрывать глаза, я сам все выясню.  А на обеде Гермиона пришла под ручку с белобрысым. Он даже сел за наш стол, потому что они, видите ли, не могли прервать увлекательнейшее обсуждение какой-то задачки по нумерологии. Ну, неужели такая умница, как Гермиона, не понимает, что Малфой хочет ее использовать? - Малфой, твой стол находиться дальше, - первым не выдержал, конечно же, Рон. У блондинчика сделалось такое удивленное лицо, прямо загляденье.  - Прости, Рональд. Я не знал, что это запрещено правилами, - Малфой уже собирался встать, но его удержала Гермиона. - Нет, не запрещено, просто как-то не принято обедать за столом другого факультета, но, думаю, мальчики и девочки не буду возражать, если ты останешься с нами. - Спасибо за приглашение, но я, пожалуй, пойду к своему факультету. Милисента должна знать, как решать эту задачку, - с этими словами Малфой встал из-за стола. - Буллстроуд умеет решать задачи по нумерологии? – не смог скрыть я своего удивления. - Конечно, - с полнейшим непониманием смотрит на меня Малфой. Похоже на этот раз непонимание действительно искреннее, - а почему ты сомневаешься? - Гарри, Малфой прав, Буллстроуд действительно разбирается в нумерологии, - ну, и куда я попал? В мир зазеркалья? Ущипните меня, может, я сплю? Буллстроуд умеет считать, Гермиона якшается со слизеринцами. Кошмар какой! Тем временем Малфой наконец-то отвалил от нас, и девочки, естественно, принялись его обсуждать. Что самое ужасное, я заинтересовался их разговором. Не в той части, где они обсуждали его задницу, конечно. А вот обсуждение его материального положения мне показалось увлекательным. Оказывается, у этого засранца одно из самых больших состояний в Англии. И, вроде, он сам управляет всем имуществом, в то время, как мать его спешно укатила на лазурный берег, поправить, пошатнувшееся после ареста мужа, здоровье. В принципе, в отъезде Нарциссы ничего удивительного не было – Волдеморт, наверное, был готов ее убить после провала мужа в Отделе Тайн. Хотя, там и он сам тоже не хило облажался. А вот то, что блондинчик сумел за прошедший квартал даже сделать какую-то прибыль, меня сильно удивило. Зато теперь, по крайней мере, понятно, почему к нему приходит так много писем. И это, между прочим, еще раз доказывает, что он не так прост, как пытается показаться.