Клептоманка

Ким ощущала, как стремительно летит в пропасть. Это продолжалось по кругу, перед глазами стояла картина взрыва, она задыхается, осознавая происходящее и падает. Руки судорожно комкают край пледа, что накинут кем-то на ее плечи, а губы беззвучно шептали что-то на подобии молитвы. Ким не была верующей, никогда не уверовала ни в каких богов и богинь, и всегда верила в то, что видела своими глазами. Но в этот раз ее мировосприятие перевернулось с ног на голову. Она готова молить и взывать к кому угодно, лишь бы то, что случилось, оказалось глупой шуткой, сном, от которого можно проснуться в его объятьях. Кто-то присел рядом с ней и всучил теплую кружку с приятно пахнущим чаем. — Выпей, тебе нужно успокоиться, — нежный голос Мелиссы прозвучал над ухом. Женщина по-матерински поправила ее растрёпанные волосы, от которых за милю воняло дымом и приобняла за плечи. Ким незаметно поморщилась словам Мелиссы. Она спокойна. Уже спокойна. А то, что творится в ее душе, не уймешь ни чаем, ни водкой, ни чем-либо еще. Купер отхлебнула из кружки, обжигая язык о травяной чай. Скотт шагал по кухне, нервно озираясь то на дверь, то в простреленное окно. После погрома, в доме теперь не помешал бы косметический ремонт. Лидия смотрела в одну точку, кажется, все еще не осознав, что произошло, а Лиам, в свою очередь, наблюдал за дерганным Альфой. Входная дверь неприятно скрипнула, и все синхронно поднялись со своих мест, только Ким продолжила сидеть, не в силах подняться на ноги. Крис открыл рот, думая, что сказать и как. Его понурый взгляд остановился на Ким и девушка все поняла без слов. Земля под ее ногами разверзлась, и она снова почувствовала, как падает в необъятную, темную пропасть. — Что там? Ты узнал что-то? — Скотт налетел на мужчину, ожидая ответов. Крис тяжело вздохнул, пытаясь подобрать слова, что не так больно ударят по парню и окружающим. Но такой удар невозможно смягчить, Ким это знала. — Склад потушили два часа назад. Живых нет, а тела… — он выдохнул, чувствуя, как кислород в легких становится тяжелее бетона. — Большинство тел… опознать невозможно. Будет расследование и экспертиза, в общем… МакКолл запустил руки в ёжик черных волос на голове, все еще не веря, что это правда. — Но ведь… — он запнулся, зная, что тешить себя надеждами глупо, склад взлетел на воздух с Дереком внутри на его глазах. — Это же… Нет! Все не может закончиться так. Это же Дерек! — изумлялся Скотт, не желая принимать действительность. Ему было больно от мысли, что он потерял друга, но еще больнее, от того, что его сестра потеряла любовь своей жизни, и он ничего не может с этим сделать. — Скотт, прекрати, — Крис коснулся его плеча, но парень сбросил его руку, шагая по комнате как ужаленный. — Это же Дерек, Крис. Он всегда выживал, и… — Скотт, прошло семь часов, если бы он выжил, он бы дал о себе знать. Мне очень жаль, но, похоже, мы потеряли его. — Но… Спор прекратил громкий хлопок дверью. Ким не выдержала, она не могла больше слушать их перепалки о том, жив он или нет. Эти надежды еще сильнее затягивали веревку на ее шее, перекрывая поток кислорода на нет. Какая тут надежда, если она не в состоянии дышать, воздух, будто отравлял, похлеще аконита. Ким села в машину, заводя мотор. Куда ехать даже не возникало вопроса. Ей хотелось немного того, что напоминало о нем, иначе она поедет рассудком в первые же сутки после его смерти. Но по приезду, Ким замерла у входа в лофт, словно каменная. Она не была здесь с того самого злосчастного дня, как сбежала. Сердце пропустило кульбит, когда руки отодвинули тяжелую дверь. Мягкий свет из больших окон заливал такой родной лофт. Пыль летала в воздухе, показываясь на особо ярких лучах солнца, а такой знакомый запах, что ударил в ноздри, подпитывал ее иллюзию, что все хорошо. Ей показалось, что Дерек сейчас сойдет по винтовой лестнице и направится к ней. Но ничего не происходило, лофт был пуст, и ей показалось, что теперь здесь холодно как никогда. Костяшки ее пальцев побледнели, когда она сжала ладони в попытке отпустить миражи в своей голове. Дебильное ожидание, что он еще с ней, что он войдет следом за девушкой со словами, что купил ее любимую пиццу с беконом, или выйдет из душа с мокрыми волосами и капельками воды на широких плечах. Ким прошла внутрь, ощущая, как с каждым шагом с ней творится что-то странное. Ее охватывает боль и жуткая безвыходность. Будто ее заперли в темной клетке и высасывали воздух, наблюдая, сколько она продержится в агонии. Будто, это чей-то злой розыгрыш. Хотелось кричать, чтобы над ней сжалились, и это прекратилось, но боль становилась все агрессивней и безжалостней. Сердце беспрестанно кровоточило, и эти адские муки не утихали, возвращая ее на несколько часов назад, в тот ад, что прервал ее жизнь вместе с его, оставляя лишь блеклый след от нее самой. Ким лихорадочно обводила взглядом лофт, ища что-то, за что можно ухватиться, чтобы не умереть прямо здесь на холодном полу. И нашла. Девушка судорожно сжала в пальцах его футболку, что была небрежно брошена хозяином на спинку стула, словно та была самым драгоценным, что есть во вселенной. Словно это все, что у нее осталось. Ким поднесла ткань, к лицу вдыхая и улавливая запах, что дурманил ее рассудок. Такой приятный и родной, он заставил яркую вспышку воспоминаний пронзить ее тело. Шелковистая ткань дарила ощущение близости любимого мужчины. На секунду, под влиянием воспоминаний, она забылась. Всего на секунду ей показалось, что он рядом. Снова. Но когда открыла глаза, реальность водопадом обрушилась ей на голову, сбивая с ног. Его нет, Дерека забрали, а ее оставили. Возник немой вопрос: «Почему?» Купер почувствовала, как слезы текут по ее лицу, но не заметила тот момент, когда начала плакать. Соленые капли впитывались в хлопковую ткань футболки, что Ким все еще держала и не отпускала, вдыхая ее запах. Его запах. Девушка снова не чувствовала земли под ногами. Теперь она всегда будет падать в эту пропасть и не будет никого, кто способен ее оттуда вытащить. Ким надела футболку, чувствуя, как тонкая ткань согревает ее, окутывает и защищает. Она забралась на кровать, скрутившись калачиком и утыкаясь носом в подушку. Так было легче, легче осознать, что она еще жива. Близость Дерека, способная внедрить в нее силы и жизнь, была так безжалостно вырвана судьбой. Ким цеплялась за подушку цепкими пальцами, слезы пропитывали одеяло, а она собирала последние крупицы сознания, думая, что может остановить ее от того, чтобы сойти с ума. Ким хваталась за образ Дерека, стараясь снова стать с ним одним целым. Раздался характерный звук открытых дверей, чьи-то шаркающие шаги раздались по тихому лофту. Мягкий шорох и дуновение оповестили о том, что кто-то пришел. Ким открыла глаза, но даже не шелохнулась, продолжая лежать, уткнувшись в подушку. Ким уверена, что это Скотт, больше некому. Шаги приближались, легкой поступью к ней кто-то приближался. У нее не было сил сказать, чтобы непрошеный гость уходил, у нее не было сил даже подняться. Тяжелое, сбивчивое дыхание эхом отдалось в пустой комнате. — Ким…. — послышался еле уловимый звук, такой невесомый и почти незаметный, казалось, что это всего лишь очередная иллюзия, но ей точно не послышалось. Ким затихла, вслушиваясь в стук сердца, в дыхание, вдыхая едкий запах гари и дыма, что вдруг заполнил лофт. Девушка нашла в себе силы подняться, чувствуя, как у нее закружилась голова. Она громко всхлипнула, не решаясь посмотреть на стоящего. А что, если это шутка, мираж, и она действительно сошла с ума. Стоит ей посмотреть, и он исчезнет, она боялась осознать, что все еще одна, но и боялась позволить себе поверить. — Ким, — он снова позвал ее, и девушка сдалась, поднимая на парня хмурый взгляд, чувствуя, как ее пустота заполняется чем-то теплым и вязким. Тем, что она и не надеялась ощутить еще когда-либо. Ким резко поднялась с кровати, вставая на ватные ноги. Она видела следы, где были ожоги и раны, разорванную одежду и засохшую кровь. Он выглядел уставшим и измотанным, зеленые глаза так и норовили прикрыться от усталости, ему не просто стоять на ногах сейчас. Но он был жив. Он здесь и пустота уже не была такой всепоглощающей. Это не забудется, не исчезнет, но Дерек был здесь, и этого хватило, чтобы сделать шаг навстречу. Шаг, ознаменовывающий продолжение ее жизни. Лицо исказил немой вопрос: «Как?». Как он выбрался? Их глаза встретились, и Ким почувствовала, как снова начинает плакать. Ей все еще не верится, что она смотрит на него, после того, как поверила в его смерть. Она смотрит на него и видит смятение. — Дерек… — его имя срывается с ее губ, и девушка подходит к нему, не отрывая взгляда от его лица. Купер протягивает руку, но отдергивает на полпути, словно боясь. Боясь, что когда коснется, он растворится. Его присутствие здесь слишком нереально. Все это слишком нереально. — Я здесь, — шепчет Дерек, видя нелегкую борьбу в глазах Ким. — Я реален, не бойся, прошу, — его магический голос успокаивал, заставлял снова протянуть руку и прикоснуться. Неуверенное, робкое прикосновение превратилось в крепкие объятья. Дерек прижимал к себе дрожащее тело, чувствуя, как ее плечи начинают содрогаться от рыданий. Ким, в свою очередь, уткнулась ему в плечо, вдыхая его запах. Ее рука нежно скользит по мягким волосам на затылке, и Ким чувствует облегчение, которое заставляет ее чуть ли не задохнутся. Дерек неохотно отпускает ее из объятий, но Ким ухватывается за его руки, не желая разрывать прикосновения. У нее столько вопросов, ей столько нужно ему сказать, но она не может вымолвить ни слова. — Как… Как ты… — девушка мямлила что-то неразборчивое, и вмиг затихла, когда оборотень взял ее лицо в свои ладони. — Ким, посмотри на меня, — своим мягким баритоном он заставил ее поднять взгляд. Хейл посмотрел на нее с долей опасение и боязни. Он вздохнул, будто решаясь, и его глаза зажглись ярким цветом. Купер от шока прикрыла рот ладонью. Что? Какого черта? На нее смотрели уже не привычные ярко-голубые глаза, а красные. Насыщеные, красные глаза. Глаза Альфы. Ким ничего не понимала, она смотрела на Дерека, не зная, что сказать и ожидала объяснений. — Он сказал, чтобы я забрал ее — его силу, — Дерек произнес это настолько виновато, будто ожидая, что Ким его сейчас ударит. Но девушка смотрела с полной растерянностью и непониманием. Что случилось на том злосчастном складе? Дерек достал из заднего кармана штанов сложенный клочок бумаги, что был скомкан и местами в саже. — Твой отец, он… — Хейл снова виновато опустил глаза. — Мне жаль, Ким. Ким все поняла по его виду. Но знала, что Дерек ни в чем не виновен, он бы не стал этого делать просто так, он не такой. Она не винила его, просто не могла. Ким снова обняла его, ощущая, как в душа поднимается вихрь, а слезы на глазах, не успевая высохнуть, появляются снова. *** Дерек слышал крики Ким, но пересилил себя и ринулся вглубь, к камере для пленных. Скотт заберет ее отсюда, и это будет правильно. Он не будет рисковать ею снова. Дерека переполняло смятение, какого хрена он делает и зачем? Почему не убегает вместе с ней от этого огня, а шагает прямо в пучину, чтобы спасти человека, который ему настолько неприятен. Но им движет совесть, преданность и доброта. Он не из тех, кто бросит человека на верную смерть, зная, что его можно спасти. Хейл заметил взгляд Ким, когда сказал ей, что Ричард здесь, что он не бросал ее снова. Этот взгляд был полон надежды. Этот мужчина всегда будет ее отцом, и даже ненавидя, Ким где-то в глубине души будет любить его. Он хотел спасти его для нее. Дерек выбыл ногой дверь, забегая внутрь. Когда Крис и Лидия пришли за ним, он снял Альфу с цепей, но тот даже на ногах не мог стоять. Дерек усадил его у стены, и Ричард так и сидел возле нее до сих пор. — Эй, пора убираться отсюда, — парень схватил оборотня за шкирку пытаясь привести в чувство и поднять. — Ричард, ты слышишь меня? Здесь сейчас все загорится! Альфа приоткрыл глаза, смотря на Дерека уставшим взглядом. Он поднял дрожащую руку, приподнимая свою рубашку, показывая рану от пули во всей красе. — Ты ведь знаешь, что это? — хрипло спросил Ричард, убеждённый, что Хейл знает. И Дерек знал. Двухлистовый аконит, редкий и безумно ядовитый. Смерть долгая и мучительная, противоядия нет. Выжигание здесь не поможет — яд давно распространился по всему телу. — Я ходячий труп, Дерек, убирайся отсюда, — Ричард легко оттолкнул парня, призывая уходить. — Позаботься о моей дочери, это все, о чем я прошу тебя. Хейл зло скрипнул зубами, у них нет времени на препирания, он слышит, как огонь подбирается все ближе, отрезая пути отхода. — Она цела? — Да, Скотт вытащил ее отсюда, — ответил Хейл, и подхватил мужчину под руки, желая наконец-то выбраться отсюда. Альфа внезапно изогнулся, и из его рта полилась черная жижа, отдаленно напоминающая кровь. Он ухватился за руку Дерека и поднес ее к своей шее. — Забери силу, Дерек, — Хейл тут же убрал руку, понимая, что тот бредит. — Твою ж мать, Хейл! Я умру, как не здесь, то снаружи. Мне не выжить. Сделай это, я не хочу сгорать заживо или корчиться от боли несколько дней. Ну же! — он повысил голос, снова заставляя Дерека сомкнуть руку на его шее. — Выпусти когти, сейчас же. Дерек смущенно уставился на Ричарда, вдруг понимая, почему он этого хочет. Это быстрая смерть, лучшая, чем его ожидает от аконита в теле. Может, так действительно будет лучше? — Прости за это. Дерек выпустил когти, вонзая их в тонкую кожу на шее, и резко потянул руку на себя. Кровь брызнула на его лицо, когда тело Альфы грузом упало к его ногам. Та искра, что потухла в его душе так давно, разгорелась снова, и он почувствовал ту энергию, что в былые времена. Энергию Альфы. Дерек кинулся прочь, перепрыгивая через огонь. Он выбыл какую-то дверь, и еле успел сделать шаг на улицу, как взрывная волна отбросила его в сторону. Он упал на землю, прибитый ударом и оглушенный. Кое-как поднявшись, новоиспеченный Альфа убежал в лес, пытаясь прийти в себя, но от переизбытка эмоций, ран, ударов и усталости просто напросто отключился прямо на холодной траве. *** Утро. Ким сковывает холод, и она подгибает ноги под себя, кутаясь в одеяло. Девушка, нехотя просыпаться, переворачивается, желая умоститься под теплым боком Дерека, но, вскидывая руку на его подушку, понимает, что парня нет рядом. Купер тревожно расцепляет сонные глаза, понимая, что матрац возле нее таки продавлен его весом. Она осматривает мощную спину с татуировкой между лопаток и томно вздыхает. Дерек сидел к ней спиной, сложив руки под острым подбородком, и удрученно смотрел в одну точку. Она знала, что он не спит уже которые сутки, с той самой страшной ночи, а прошла уже неделя. Дерек винит себя, винит перед ней. Ким постоянно замечает виноватый взгляд его зеленых глаз, что он бросает на нее, когда она как будто бы не видит его. И сколько бы Купер не повторяла, что она не злится, что не винит его ни в чем и все понимает, он все равно бичевал себя за то, что сделал. Ким приподнялась на кровати и приблизилась к Дереку, она обхватила длинными руками его мощный корпус. Девушка прижалась обнаженным телом к его теплой спине, кладя голову на плечо, целуя за ухом. Влажная дорожка поцелуев переместилась на его шею, плечо и обратно к уху. Он взял в широкие ладони ее руки, сплетая пальцы, и прижал к себе, будто ища защиты, пытаясь все забыть. Включая период, когда чуть не отпустил ее. Теперь он всегда будет рядом. — Я не виню тебя, — шепчет Ким ему на ухо, заставляя бушующие чувства на секунду затихнуть, всего на секунду. — Родной… Ее шепот и невесомые поцелуи пробуждают в нем необъятную любовь к этой девушке. Он чувствует, что Ким у него внутри, в голове, в душе, в сердце. Везде. И понимает, что так должно быть всегда, потому что они — одно целое. Две половинки, два одиноких волка, что идеально сошлись во всем. Дерек боялся. Боялся того, что будет дальше, в какую сторону завернет его жизнь теперь. Он помнил свои ошибки, что совершал в первый раз, и чего они ему стоили. Скольких жизней. Было страшно, что все повторится снова. Ким знала это, она видела и чувствовала ту бурю в его душе. Она прижалась к нему сильнее, будто пытаясь впитать его страх, разделить его на двоих. — Мы справимся, — говорила она, и Дерек почувствовал, что становится чуточку легче. С ней он справится, а с ним справится она. Только вместе они выстоят. В обед того же дня Ким поехала на кладбище. Она пинала ногами сырые листья, останавливаясь теперь уже возле двух могил. Мокрый, всколоченный грунт и маленькая табличка у могилы мамы теперь оповещала о еще одном важном для нее человеке. Через месяц здесь появится новое двойное надгробие, что Ким заказала после похорон. Теперь ее родители снова вместе. Ким стерла со щек выступившие слезы, и в который раз вытащила из кармана последние слова ее отца. Она пробежала глазами по давно заученным строкам. Ким. Это нелегкая задача быть обычным отцом для необычного ребенка. Я с этой задачей не справился. Из-за своего упрямства, жажды мести и предрассудков я подвел тебя. Мне не дает покоя мысль, что все могло быть иначе, если бы я чаще к тебе прислушивался. Для меня это конец. Для тебя же, шанс повзрослеть и однажды стать лучшим родителем для своих детей, чем был я. Я не прошу твоего прощения и не прошу тебя все забыть. Я прошу, чтобы ты верила и оставалась такой же сильной, как была всегда. Не повторяй моих ошибок и проживи эту жизнь так, как хочется тебе. Я люблю тебя. Папа. Ким сжала письмо в руках, в который раз сминая бумагу, и подавила в себе желание упасть и разрыдаться. Это еще не конец. Альфы среди погибших охотников не было, значит это только часть той легендарной стаи. И только одной судьбе известно, столкнуться ли они с ними еще. Тело Маркуса так и не нашли. Экспертиза ни одно из тел не идентифицировала, что Маркус был среди погибших. Ким хотелось верить, что парень как-то выжил, эта мысль заставляла поверить, что на ее руках не так много крови. Но, возможно, его тело просто превратилось в пепел. Вряд ли она когда-нибудь узнает. Это еще не конец. Но для нее это новое начало. Для нее и Дерека. Она подыскала неплохую квартиру в Сиэтле, а еще хороший ветеринарный колледж. Они уезжают сразу же после Рождества. Не потому что так хотят, а потому что это необходимость. Отношения Скотта и Дерека — это смесь дружбы и вражды. Они оба помнят, что творилось, когда Дерек был Альфой и как два лидера не могли ужиться на одной территории. Теперь, когда они оба Альфы, позволить им жить в одном городе чревато последствиями. Ким делает это ради них, а Дерек готов уступить и уехать. Так будет лучше для всех. Ким покидает территорию кладбища, чувствуя, что частичку необъятного груза оставила позади. Дерек ждет ее, облокотившись на излюбленное черное Камаро. Ким бросает взгляд на авто и вспоминает их первую встречу. Почему-то в конце всегда вспоминаешь о начале. Кто бы мог подумать, что все так повернется. Ким смотрит на любимого мужчину, и улыбка непроизвольно расползается по ее лицу. Его любовь — смысл ее жизни. И только с ним она готова сделать шаг в неопределенное будущее. Дерек смотрит на девушку и понимает, что она его жизнь. Ему не важно, где он окажется завтра, ему важно, чтобы она была рядом. Всегда. Это их новое начало.