Клептоманка

Горячий душ смывал грязь и кровь, но никак не напряженность и чувство потерянности. Ким стояла под струями воды добрых десять минут, пытаясь понять, что ей делать дальше. Тело била мелкая дрожь, а ноющая рука начинала нещадно печь, как только вода попадала на рану. Она боялась смотреть на укус, просто боялась понимать, что пути назад нет. Скотт нашел ее почти сразу. Он учуял запах чужака и крови и пришел на эти запахи. МакКолл не сказал ничего, ни слова, хотя Ким понимала, что он явно шокирован и эмоции, смешанные с юношеским максимализмом, бьют через край. Парень просто взял ее на руки и отнес домой, к счастью Мелисса была на дежурстве, и ей не пришлось объяснять, что случилось. Все равно из-за шока она не могла вымолвить ни слова, просто не могла выдавить из себя хотя бы какой-нибудь звук. Усадив апатичную сестру на диван, Скотт ухватился за телефон. Звонок был короткий, и единственное, что сумела разобрать Купер — это четко выделяющейся из текста имя оборотня, за которым она так скучала на протяжении недели. Дерек. Ким посмотрела на брата с нескрываемой благодарностью. Он всегда знает, что ей нужно, а в данный момент ей нужен Дерек. Скотт всего лишь кивнул в ответ. Он видел, как крепнут их отношения, и вовремя сообразил, что Дерек научит ее жить с волком в мире как никто другой. Выйдя из душа, девушка тупым взглядом осмотрела комнату. Молча сев на кровать, она достала из тумбочки пластырь и, стараясь не заострять внимание на укусе, прикрыла его от своих глаз. На часах три часа утра, в голове бардак, страх перед неизвестностью угнетал обстановку до предела. Ким не готова быть оборотнем, морально не готова. И что самое страшное, что она была в тот момент настолько разобрана, что не могла даже говорить. Как заставить себя собраться в одну кучу и что-то сделать? Хоть что-то! Просидев в одной позе больше часа, бессмысленно теребя в руках пояс от халата и обдумывая происходящее, Ким вдруг поняла, что шок понемногу отступает и ком в горле больше не мешает говорить. Разрушенные частички души начинают собираться воедино, и вот снова хочется жить. Поднявшись с койки, Купер метнулась к шкафу, доставая оттуда первую попавшуюся одежду, и быстрыми рывками надела ее на себя. Сцепив волосы резинкой, Ким совершенно неуместно отметила, что они у нее слишком длинные и ей не мешало бы подстричься. Такая мысль впервые появилась в голове девушки за долгие годы. Спустившись вниз, Кимберли тут же встретилась с темными, красными от недосыпа глазами брата, который покорно ждал пока она придет в себя. — Раз изменить ничего нельзя, мне понадобиться твоя помощь, — сиплый, севший голос был совершенно нехарактерен для нее, и девушка даже не сразу поняла, что эти слова сказала она. — Конечно. — Коротко кивнул Скотт, понимая, что засыпать ее бессмысленными утешениями будет не уместно, да и не любила она их. — Ты что-нибудь чувствуешь? Ким отрицательно мотнула головой, и у парня упало сердце. Когда его укусили, первые признаки обращения он почувствовал уже через четыре часа. Со времени укуса Ким прошло уже три с половиной. Сослав все на индивидуальность обращения, он призвал себя успокоиться. Сейчас не время для паники. — Через некоторое время твои чувства усилятся, температура поднимется, не пугайся этому, это часть превращения, потому что организм воспринимает укус как болезнь и пытается с ним бороться. — Хорошо. После длительной лекции от брата, о том, что ее ждет в ближайшее время, Ким перебывала в смятении. Нет, она больше не была напугана, потому что вовремя поняла, что легко не будет. Даже больше, она была уверена, что выдержит все это достойно. Укус был неожиданным, и выбил все силы из девушки. Но довольно стойкая натура, закаленная рано начатой самостоятельной жизнью, не дала упасть духом, и помогла относительно быстро прийти в себя. Не то, чтобы Купер строго настрого не хотела становиться оборотнем, но и желания особого не испытывала. Она вообще толком не успела рассмотреть такую перспективу как вытье на луну. И неудивительно, что это был как удар под дых, который выбил воздух из легких, но через некоторое время можно снова вздохнуть полной грудью. — Спасибо тебе, Скотт, — неожиданно для себя выпалила Ким и отметила, что она слишком часто стала произносить это слово. — За что ты меня благодаришь? — изумился парень, так как явно не понял ее предложения. — За то, что рядом, когда мне это нужно, — Кимберли невзначай провела рукой по темным густым волосам парня и заглянула в темные омуты его глаз. — И прости за то, что злилась, наверное, я была неправа, хотя я в этом не уверена! — самоуверенно закончила она, и отхлебнула немного виски из бутылки, которую привезла вместе с собой из Бостона. Почему-то ей показалось, что сейчас самое время ее выпить, ведь если верить Скотту, то через некоторое время, такая роскошь, как пьянство, станет ей не доступна. Оборотни ведь не могут напиться. Скотт тихо хихикнул, вдруг понимая, что Купер говорит совершенно серьезно, даже несмотря на опьянение от виски. — Брось, ты же моя сестра, кем бы я был, если бы оставил тебя сейчас? — МакКолл вспомнил свой постыдный побег несколько недель назад и на душе невольно заскребли кошки. Выхватив из рук девушки бутылку, он сделал несколько глотков, пытаясь «утопить» этих кошек в янтарной жидкости. Ким только фыркнула в ответ словам Скотта. Ну сестра она ему, ну и что? Разве это делает его к чему-то обязанным? Такое понятие как настоящая семья было стерто из ее памяти многими годами безразличия со стороны отца. Она не понимала, что такое семья. Ким появилась на его пороге спустя шесть лет после последней встречи и, откровенно говоря, не ждала никакой поддержки со стороны брата, в какой-то момент она даже засомневалась, помнит ли он, что она существует. Просто надеялась, что ее примут на некоторое время, пока она не обустроится где-нибудь. Но неожиданно для себя, Кимберли осознала, что нашла поддержку со стороны Скотта и Мелиссы, и в какой-то мере они стали для нее важны. Они больше не были для нее просто родственниками, которых она видит раз в несколько лет, они стали для нее семьей. И она больше не позволит никому отнять их у нее. Виски дало по мозгам, и Купер оставила философию позади. Положив голову на плечо брата, она отхлебнула еще немного янтарного напитка. Их обоих ждет очень напряженный день. Спустя несколько часов, Ким почувствовала странное ощущение: ей было жарко, но в то же время ее и знобило, будто она больна гриппом. Достав из ящика градусник, она измерила температуру — 38,9. Вспоминая слова Скотта о повышенной температуре во время превращения, Кимберли немного успокоилась, но странное предчувствие не прошло. Либо все идет хорошо, и она превращается, либо же все плохо и она умирает. Глянув на настенные часы, Ким отметила, что уже полдень. Скотта она все же заставила пойти в школу, у него и так слишком много пропусков, Мелисса еще не пришла, так что Кимберли будет дома одна еще как минимум два часа. Отогнав плохие мысли, Купер снова подумала о Дереке — за последние десять часов она часто думает о нем. Посчитав приблизительное время полета самолета от Нью-Йорка до Лос-Анджелеса и дорогу от Лос-Анджелеса к Бейкон-Хиллс, Ким понадеялась, что вечером Хейл уже будет с ней рядом. Натянув теплый свитер и вязаные носки, чтобы хоть как-то избавиться от озноба, Купер завалилась на диван, надеясь хоть немного поспать. Радуясь, что додумалась позвонить Дитону и отпроситься, Ким под действием горячего чая и усталости уснула чутким и поверхностным сном. *** Дневной сон никогда не сказывался на Ким хорошо, после него всегда болела голова, и было ужасное чувство растерянности. Но в этот раз все было по-другому. Купер проснулась с необычайной легкостью во всем теле, да и жара больше не было. Взглянув на часы, Ким поняла, что проспала больше шести часов. Странно, что ее никто не разбудил. — Наконец-то ты проснулась, — вдруг послышался голос тёти из-за спины, — как ты себя чувствуешь? Скотт мне все рассказал, — засуетилась женщина, протягивая племяннице стакан воды, и присаживаясь рядом. — Нормально, спасибо, — невнятно прохрипела девушка и залпом выпила всю воду. Мелисса тихо вздохнула и провела рукой по кудрявым волосам Кимберли, заправляя непослушные прядки за ухо. В ее взгляде читалось не скрытое сожаление и печаль. — Все будет хорошо, Ким, ты справишься, — заверила она, приобнимая девушку за плечи. Ким немного напряглась от неожиданной близости, но потом, когда Мелисса снова провела рукой по ее волосам, расслабилась вовсе. — Я должна справиться, у меня нет выбора, — Ким улыбнулась, пытаясь убедить тётю, что все хорошо и ей не нужно утешение. — Я обязана научиться жить с этим. Она не видела лица Мелиссы, но точно уверенна, что она улыбнулась. — Ты очень похожа на свою мать, Ким, такая же упертая и стойкая, как и Оливия. Когда Мелисса заговорила о своей сестре, у Ким екнуло сердце: разговоры о матери были запретной темой для нее, она не любила говорить об этом, потому что это всегда было, есть и будет очень больно. Больно понимать, что она ее никогда не увидит. Но Купер не стала перечить тёте и просто молча проглотила ком в горле. Женщина, казалось, поняла, что заводить разговор о своей покойной сестре не наилучшая идея и быстро перевела тему. — Ты же, наверное, голодна? — получив положительный кивок, Мелисса поднялась с дивана и, тряхнув пышной копной кудряшек, пошла на кухню. Кудряшки.… Было в этом жесте что-то до боли знакомое. Кудри были одним из немногого, что Ким унаследовала от матери, только вот цвет волос достался от отца — темно-русые, когда у мамы были, как и у Мелиссы, черные как ночь. Пойдя на кухню, Ким уселась за стол и с жадность набросилась на тарелку разогретого тётей рагу. Длительная голодовка все же дала о себе знать. Как вдруг Купер услышала что-то странное, будто стук сердца, стук многих сердец. Но не успела она это осознать, как входная дверь отворилась, и на пороге показались Скотт и вся его стая. Она и опомниться не успела, как Стайлз вручил ей в руки воздушный шарик, а Кира обняла ее за плечи. Кто-то отнял у нее такую желанную в тот момент тарелку с едой, повел в гостиную и усадил на диван. — Будете теперь выть на луну вместе! Только, чур, не кусаться! — уже привычно тараторил Стайлз. — А это уже как получится, — хмыкнула Ким, вдруг понимая, что нахождение «среди своих» ее постепенно расслабляет. Компания подростков явно была настроена подбодрить депрессивную Ким и показать ей, что она не одна. И им это удалось. Спустя несколько часов непринужденных разговоров, после десятого извинения Лиама за нападение во время полнолуния, Ким окончательно успокоилась и позволила себе расслабиться. Она чувствовала себя счастливой. Рядом со стаей она не ощущала одиночества, и в какой-то миг в ней будто что-то щелкнуло. Осознание того, что она наконец-то нашла свое место, пришло нежданно. И это место рядом с братом, не замолкающим Стайлзом и всеми этими людьми. Просто в один момент они все стали ей дороги. Они стали ее стаей. Стрелка часов медленно переползла за полночь, но никто и не собирался уходить. Скотт, Стайлз и Лиам обсуждали дела в школе, а Кира, Ким и Малия увлеченно слушали рассказ Лидии о симпатичном помощнике шерифа в участке. Все были довольны, и никто не хотел думать о том, что будет завтра. Все просто наслаждались минуткой спокойствия среди океана событий. Тихое урчание мотора, которое смогла уловить Ким с помощью новоприобретенного супер-слуха, заставило ее сорваться с места. Она не спутает этот звук ни с чем, он невольно смешивался с учащенным и громким сердцебиением парня, который уже не первый день занимает ее мысли. Ким не разбирая дороги, выскочила на улицу и бросилась к Камаро, из которого уже вылезал запыхавшийся Дерек. На уставшем мужском лице расцвела улыбка, когда Хейл увидел целую и невредимую Ким. Поток чувств захлестнул с головой, и Ким, не раздумывая, прибавила шагу. Дорога к нему казалась ей вечной, но Дерек уже шел к ней на встречу. И только оказавшись в его объятиях, Купер почувствовала, насколько она была напряжена все это время. Как же ей не хватало его объятий, его дыхания, его глаз. Его. Дерек испытывал не меньший вихрь эмоций, чем Ким. Облегчение, радость, смятение, злость на себя за то, что уехал и непреодолимый страх потерять. Всю поездку в голове крутилась одна мысль: лишь бы все было хорошо, лишь бы она ничего не натворила. Но звонок Скотта оборвал все. В голове сразу же пробежали давние воспоминания о Пейдж и Дерек осознал, что не переживет этого снова. И теперь, держа Ким в своих руках, такую счастливую и красивую, Хейл чувствовал неописуемое счастье. Он будто бы держал в руках целый мир. Опустив Ким на землю, и разжав объятия, Дерек почувствовал сильное желание коснуться ее губ своими, но стая, которая явно не поняла, куда рванула Ким и побежала за ней, прервали его мысли. Получив одобрительный кивок от Скотта, Хейл снова прижал к себе девушку. Ким же сейчас было плевать абсолютно на все кроме Дерека. Она просто уткнулась носом в его шею и прислушивалась к его громкому сердцебиению. — Поехали отсюда… — выдохнула она, испытывая непреодолимое желание побыть с ним наедине. *** — Здесь очень красиво, — улыбнулась Ким, глядя на ночной город. Вид, который открывался с обрыва в лесу, возле которого уселись Ким и Дерек, был действительно волшебным. Пучки света вселяли всю долину словно рой больших светлячков, а черные грозовые тучи, которые скапливались над Бейконом, предвещая скорую грозу, красиво контрастировали с городскими огнями. Кимберли перевела взгляд на Дерека пытаясь понять, что же его тревожит. — Дерек, что случилось? — прямо спросила она, не тратя время на отступление. Хейл грустно усмехнулся, пытаясь не выдать смятения и тревоги. — Тебя укусили. — Но я же в порядке. Я живая, целая и даже нога не болит, — Ким не понимала о чем беспокоится Дерек, но спустя минуту ответ нашелся сам по себе: — это из-за Альфы? Дерек положительно кивнул. — Для чего-то же он тебя укусил. Ты нужна ему, а это значит, что скоро он придет за тобой, — тревожно молвил оборотень и провел рукой по лицу. — Я себя в обиду не дам, — смело заявила Ким, — я не пойду за ним, ни за что! — Он заставит тебя это сделать, и даже если ты сможешь перебороть подсознательное подчинение, он наверняка будет угрожать Скотту, Мелиссе и всем твоим близким! — Тогда нам придется убить его! — уверенно молвила Ким. — Что?! — Дерек явно был в шоке от такого ответа. — А что? Сейчас не время для великодушия и благородства, Дерек. Если он вздумает угрожать моим родным — я убью его, — уверенно заявила Ким, совершенно забыв, что случится, если Бета убьет Альфу. Повисла тишина. Дерек не знал что сказать, с одной стороны Ким была права, но с другой… Убийство это не выход, это слишком тяжело и страшно для такой девушки как Ким. Пусть сама Ким этого пока не понимала, но он знал это наверняка. Его руки уже по локти в крови, и это поганое ощущение испорченности будет преследовать его вечно. Он не хотел такой участи для нее. — Я скучала по тебе… — тихо молвила Купер, удобно усаживаясь рядом с оборотнем. Дерек глянул в ее глаза и увидел, что она абсолютно спокойна. Она не врет. — Я тоже… — выдохнул он, решая поддержать настрой Ким и оставить мрачные мысли позади. — Ты не сдержала обещание, — напомнил парень, хотя сейчас это уже не имело никакого значения. — Прости, — усмехнулась девушка. — Мне жаль. — Врешь, — он знал это, она никогда не жалеет о том, что случается. — Вру. — Согласилась она. Взгляд серых глаз остановился на его губах и сердцебиение Ким участилось. Она безумно хотела только одного. Хотела попробовать каков на вкус этот поцелуй. Хотела почувствовать неизведанные чувства. Но что-то ее сдерживало: то ли страх остаться не понятой, то ли что-то еще — она понять не могла. Вцепившись пальцами в края куртки, Купер с трудом подавила нарастающее возбуждение и отвела взгляд. Небо очередной раз прогремело оглушительным громом, и первые капли дождя предстоящей грозы упали на лица пары. — Идем, я отвезу тебя домой, — Дерек уже хотел взять ее за руку, но Ким выскользнула и подошла к обрыву. — У меня есть идея получше, — хитрая улыбка на девчачьем лице не предвещала ничего адекватного, и Дерек сложил руки на широкой груди ожидая очередной выходки. Но то, что последовало дальше, заставило его сорваться с места. Развязав неаккуратный пучок волос на голове, Ким расставила руки в стороны и с разбега прыгнула с обрыва. — Ким! — на автомате выкрикнул оборотень и бросился к обрыву, но испуг сошел на нет когда он увидел невредимую Кимберли внизу. Она довольно улыбалась, смотря на него снизу вверх. — Так и будешь там стоять?! — выкрикнула она, призывая его тоже спрыгнуть с десятиметровой высоты. — Сумасшедшая, — прошептал Дерек, понимая, что так могла сделать только она. Поставив Камаро на сигнализацию и сняв тесную кожанку, Дерек тоже с разбега спрыгнул вниз. Но его посадка не была такой же мягкой, как и у девушки, пошатнувшись, Хейл шлепнулся на землю, пачкая футболку в грязи. Но Ким это абсолютно не взволновало, казалось, она вообще не обратила на это внимания, только кратко улыбнулась, когда Дерек поднялся на ноги. — Догоняй, пенсионер! — весело прокричала она, переходя с поспешного шага на бег. И Дереку снова не оставалось ничего, кроме как бежать за ней. Он всегда будет следовать за ней. Грязь неприятно хлюпала под ногами даже когда Ким выбежала с тропинки на асфальт, но она даже не думала останавливаться. Впервые в своей жизни она чувствовала такой сильный дух свободы в своей груди. Ни малейшего намека на отдышку, тело полно сил, а травма ноги и вовсе забыта. Через несколько секунд начался настоящий проливной дождь, но что Купер, что Хейлу было одинаково плевать. — Сюда, — Дерек свернул в сторону, и Ким побежала вслед за ним. Забежав в какой-то переулок, Хейл с разбега вскочил на пожарную лестницу и принялся подыматься вверх. Вовремя сообразив, что задумал Дерек, Ким без слов последовала за ним. Промокшая до нитки, но совершенно не чувствующая холода, она покорно подымалась на крышу многоэтажки. — Потрясающе! — взволновано молвила она, пытаясь хоть как-то перекричать шум дождя и ветра, которые на крыше еще сильнее, чем внизу. Оттуда был виден весь Бейкон-Хиллс как на ладони. Прогремел оглушительный гром и Дерек взял Ким за руку. — Нужно прыгать! — он указал рукой на соседнюю крышу, которая как раз оказалась крышей лофта. Ким крепче сжала руку парня и нервно сглотнула. Вот теперь ей начинает становиться страшно. — Доверься мне! — он отпустил ее руку, позволяя отступить назад. Она набрала скорости и без единой мысли перепрыгнула через щелину глубиной в девять этажей. На этот раз твердая посадка ожидала Ким. Перекинувшись через голову, она угодила прямиком в лужу, которая образовалась в выемке. Но этот никак не повлияло на настроение девушки, и она залилась звонким смехом. — Нам срочно нужно в душ! — сказал Хейл, оглядывая Ким, которая была грязная, словно поросенок. Звонко смеясь и хихикая пара спустилась в лофт. — Это было чудесно! — между смехом заверила Ким, сбрасывая со своих плеч куртку. — Чур, я первая! — Хорошо, грязные вещи сбросишь в корзину, которая рядом со стиралкой, и… — Хейл подошел к шкафу, достал оттуда свою футболку и бросил ее Ким, — держи, должна же ты в чем-то ходить пока одежда будет сохнуть. — Спасибо. Быстро приняв душ, Купер послушно уступила ванну оборотню, и пока Хейл принимал душ, Ким решила, что им обоим не помешает чашка горячего чая. Во время отсутствия Дерека, Кимберли успела изучить лофт и теперь точно знала, что где лежит. Заварив две большие кружки крепким черным чаем, она поставила их на стол и уселась на стул, ожидая Дерека и размешивая сахар в своей чашке. Терпкий, но приятный запах, который исходил от футболки, успокаивал, а еле различаемый среди шума воды стук сердца будто заверял, что все будет хорошо. Шум воды стих и через минуту из ванны вышел Дерек. Черные мокрые волосы и обнаженный загорелый торс заставил узел в низу живота Ким затянуться еще туже. После обращения чувства усилились, и теперь привычная привязанность переросла во что-то гораздо большее. Хотелось просто повалить его на диван, и… Пока Ким справлялась со своими эмоциями, Дерек успел надеть чистую футболку и сесть напротив нее. — Эй, Ким, ты в порядке? — он клацнул пальцами перед ее лицом, пытаясь вернуть ее в реальность, и Купер вздрогнула. — А? Что? Я в порядке, — протараторила она, пытаясь перебороть возбуждение, но ничего не получалось и она только обожгла язык горячим чаем. — Уверена? — Да. — Точно? — Я же говорю, что да! — голос повысился против воли. — Прости, я просто не знаю, что со мной творится. Поднявшись на ноги, Ким подошла к окну, пытаясь хоть на минуту забыть о вихре чувств. Руки дрожали, а сердце выпрыгивало из груди. Поставив кружку с недопитым чаем на тумбочку, она просто скрестила руки на груди и уставилась на струйку дождевой воды, что торопливо стекала по стеклу. Внезапно нахлынувшее тепло и скольжение шершавой ладони по руке. Дерек не говорил ни слова. Да и не нужны были слова, они бы только все испортили. Одно желание — чтобы не отходил. Никогда. Цепкие пальцы робко касаются талии, сминая ткань футболки и проводя незатейливое движение по ребрам. Ким еле сдерживалась, чтобы не бросить в оборотня чем-то тяжелым. Какого он ее дразнит?! Он же прекрасно слышит, как колотится ее сердце и как прерывисто она дышит. Кажется, проходит вечность, прежде чем она поворачивается и заглядывает в затуманенные глаза. Кровь шумит в ушах, и она не в состоянии услышать хоть что-то кроме стука своего сердца. Судорожный вздох в унисон и осмелевшие руки уже прижимают ее к окну. Сильно. Больно. До темноты в глазах. Тихое страстное рычание обжигает кожу на щеках, и Ким искренне не понимает, чего же он медлит. Ждет, пока она оттолкнет его?! Ну уж нет! Неожиданно для себя Купер подымает руку и касается его колючей щеки, проводя большим пальцем по нижней губе. Казалось, совсем незатейливое движение, но этого хватает, чтобы крышу снесло окончательно. Требовательный поцелуй пьянит и пробуждает самые потайные желания. Поцелуй, который такой страстный, болезненный, жесткий, но в то же время такой долгожданный и желанный. Дерек сдавленно зарычал, прижимая ее к себе. Наконец подымая руки и прикасаясь к ее лицу. Запуская пальцы в мокрые волосы, потом спускаясь все ниже и приподнимая футболку, а потом и вовсе стаскивая ее одни рывком и благодаря богов, что она не додумалась надеть лифчик, с которым так ненавидел возиться оборотень. Руки сжали упругую грудь, и Ким покорно охнула, будто прося уже наконец-то перейти к делу. Ким ничего не могла с собой поделать, и словно безмолвная кукла повисла на его руках, разрешая делать с собой все, что вздумается. Вездесущие руки скользнули под ягодицы и подбросили вверх, словно Купер не весила вообще ничего. Ким не оставалось ничего, кроме как обхватить ногами корпус, чтобы не упасть на пол. Дышать становилось все трудней, и только приятная прохлада от стекла позволяла хоть немного соображать. Но и этого не осталось, когда Хейл отстранил ее от окна и понес куда-то, но уже на полпути спотыкаясь. Ким пошатнулась и приготовилась к жаркому поцелую с полом но, то на что она упала, оказалось гораздо ближе. Стол. Ну что же, видимо, не суждено им сегодня дойти до кровати. Ким заскулила от неудачных попыток справиться с ремнем на Хейловских штанах. Злобно фыркнув, Дерек отбросил ее руки и принялся торопливо скидывать с себя одежду. Оглядев взглядом совершенное тело, Ким в предвкушении закусила губу и потянула руки к торсу, неторопливо спускаясь ниже. Дерек уже не церемонясь на нежности, с силой присущей оборотню порвал по швам ее трусы и быстро раздвинул ноги. Первый толчок — больно, тяжело, мокро. Второй — легче, быстрее, жестче. Третий, четвертый, и одно желание — пусть это не заканчивается никогда. Резкие, но такие приятные движения заставляют Купер метаться и стонать во весь голос. Где-то бьется чашка с остывшим чаем, которую кто-то из них задел рукой. Засосы и укусы тут же заживают, и Дерек уже не обращает на них никакого внимания. Но вдруг происходит что-то, чего он совершенно не ждал. Кожа на спине вспарывается под напором острых когтей, и он чувствует, как теплая кровь стекает между лопаток. Оргазм постигает внезапно и бьет с такой силой, что пара на минуту выпадает из реальности. Когда перед глазами перестают мигать фейерверки, а кровь перестает шуметь в висках, Дерек аккуратно приподымается, давая отдышаться еще и Ким, которую он нечаянно придавил своим весом. Он все еще чувствовал капли крови, стекавшие по его спине, и отчетливо видел кровь под ногтями девушки. Хейл подымает глаза на довольное лицо Ким и видит яркие янтарные глаза вместо привычных серых, которые смотрят на него с нескрываемым счастьем.