Торнадо

— Омерзительное местечко, — сказал Рон, с отвращением вглядываясь в мутнеющий за окном пейзаж. Грейс поднялась с дивана и подошла посмотреть, он встал за ее спиной. Снаружи, сколько было видно глазу, тянулась унылая равнина, покрытая мелкими желтыми цветами. Сад вокруг дома казался заброшенным, в его дальнем углу, еле видном из окна, кривилось полуразрушенное строение — бывшая сторожка или сарай. Кроме нескольких изогнутых яблонь, вблизи никаких деревьев видно не было. Только хмурые луга, спускавшиеся к сереющему на самом горизонте лесу. Черные быстрые птицы скользили над садом. Грейс на секунду прислонила лоб к стеклу и отшатнулась. — Что? — Рон никогда не считал себя трусом, но голос дрогнул, и вопрос прозвучал испуганно. Он откашлялся и спросил уже медленней. — Что такое? — Я словно проваливаюсь в него. Рон тронул стекло рукой. Через мгновение оно подалось под пальцами, и ладонь прошла насквозь, будто вместо стекла перед ним было прозрачное желе. Он дернул руку обратно и стиснул зубы. — Ночью оно было твердым. Я трогал. Грейс задумчиво кивнула. — Может быть, оно становится таким от света? Или было... запрограммировано именно на нас вместе? — принялась она размышлять вслух. Потом повернула голову к Рону. — Расскажи с самого начала, как ты здесь оказался. Рон снова описал Эванса, бабку, парк, жару, валявшийся на земле ранец. Грейс слушала с таким собранным видом, будто готовилась писать контрольную на тему «подозрительное место, куда мы с Роном попали непонятно как». — Что за чертовщина здесь происходит? — сердито произнес Кейсли в пространство, закончив рассказ. Грейс сделала странную вещь: отошла от окна, закрыла глаза и принялась глубоко вздыхать и выдыхать. — Дыхательные упражнения, — наконец объяснила она, вновь открывая глаза, — попробуй, помогает успокоиться и сосредоточиться. Думаю, нам нужно осмотреть дом, потом все обсудить и решить... — Дом с окнами из прозрачного киселя, — пробурчал Рон горестно, — по-моему, надо просто как можно скорее отсюда убраться. Хотя снаружи немногим веселее... Грейс улыбнулась, подошла ближе. Положила ладошку ему на плечо. — Мы справимся! Девочка-скаут, всегда готовая поддержать и ободрить. Поколебавшись секунду, Рон обхватил ее за талию и прижал к себе. Просто убедиться, что она настоящая... он замер, вдыхая запах ее волос. Упф. Пфуф. То, как они щекотали нос, здорово успокаивало. Грейс была теплой, ее грудь, притиснутая к его, давала... ну, давала какие-то ориентиры в жизни. Во всяком случае, это объятие умиротворяло лучше любой дыхательной гимнастики. После вязкого оконного стекла ему необходимо было нечто безусловное, неизменное, чтобы снова почувствовать себя в реальном мире. Что-то объективно хорошее. Вроде Грейс. — Рон, ну все уже, хватит. — Ммм? — Кейсли виновато скосил вниз глаза, но рук не отпустил. — Я хорошо к тебе отношусь, честное слово, но я не Лора! Могу понять, что ты привык обращаться с девушками, как ты там говорил... по-мужски, — она фыркнула и подняла на него взгляд. Слишком близко для того, чтобы он мог всерьез вслушиваться в то, что она говорит, поэтому он принялся рассматривать тонкие короткие реснички, — но тебе придется держать себя в руках. Мы должны вместе выяснить, что здесь происходит, а не, — в сером заоконном свете она выглядела усталой и хрупкой, только карие в крапинку глаза сияли упрямым огнем, — Рон? Ты слушаешь? Не заставляй меня драться с тобой! Драться. До чего детское слово. Рон провел рукой по ее волосам, еще раз стиснул и наконец отпустил, чувствуя, что может продолжать жить. — Я и так напугана, — сказала Грейс, отступая на шаг и по-учительски поднимая вверх указательный палец, — нечего пугать меня еще больше. — Да что тут такого, — пробормотал Рон, одновременно испытывая и досаду, и нежность, — нельзя обнять, что ли? Это просто успокаивает. Знаешь, тут все такое мерзкое, кроме тебя... — Хватит, — Грейс энергично встряхнула головой, — займемся делом, пока светло. Она оглянулась, одним взглядом окинула комнату и ринулась к книжному шкафу, стоявшему в углу между камином и вычурным резным креслом. Спустя секунду он расслышал восторженный выдох. Удивительно, в нынешней ситуации что-то еще способно ее радовать. — Они такие старые! Тут половина на латыни, — крикнула она оттуда. Рон подошел к ней. Темные, словно вылизанные временем, доски под ногой не издавали ни единого скрипа. — Ты знаешь латынь? — Немножко. Учила в начальных классах. — А, — кивнул Рон, — ну и что за книжки? — Вон те на староанглийском, — пробормотала девушка, переходя к следующей полке, на которой в одиночестве стоял небольшой том, — а вот эта... ой! — Что?! — Она меня укусила, — Грейс растерянно показала ему ладонь с маленькой ранкой сбоку. Рон протянул руку к книге. — Подожди, надо ее взять сквозь что-нибудь. — Грейс, тебя ничего не удивляет? Идиотское окно, кусающиеся книги. Я просто не понимаю... Тем временем Грейс обернула руку подолом юбки (Рон честно хотел отвести глаза, чтобы не глазеть на ее ноги, но не успел), ухватила вредоносный том за угол и кинула на стол. Книга взвыла. — Повежливей, принцесса! Тысяча тысяч лун сменилась в небесах с тех пор, как я была создана! Рон решил тоже перестать удивляться. — Вам не может быть столько лет, — серьезно сказала Грейс, — у вас на обложке печать типографским способом. Казалось, она не в первый раз беседует с книгой. — Ты пришла из простого мира, — проворчала книга, — и не можешь знать. Это магический оттиск. — А это какой мир? — тут же встрепенулась Грейс. — Ты не умеешь задавать вопросы, принцесса. — Зато мы можем вас сжечь! — угрожающе сказал Рон, чувствуя, как наливаются тяжестью кулаки. Врезать бы этому идиотскому тому. — Я слышу голос героя, — сказала книга, недружелюбно хмыкнув. — Ради всего святого, объясните нам, куда мы попали? — повторила вопрос Грейс. Книга молчала. Грейс протянула вперед руку и тронула корешок. Ее лицо еще больше побледнело, и Рон, сообразив, что происходит, толкнул ее от стола. — Ты слишком быстро отдергиваешь руку, — недовольно произнесла книга, — так я не смогу вспомнить. — Что ты делаешь! — Кейсли держал девушку за локти, — хочешь, чтобы эта тварь тебя загрызла? — Ты слышал, что она сказала? Надо дать ей еды, тогда она вспомнит! — С чего ты взяла? — Это же классические легенды... — О, черт, — простонал Рон, — ну, давай лучше я. Книга присосалась к нему с довольным урчанием и оторвалась не раньше, чем у него начала кружиться голова. — Вы собирались высосать меня досуха? — Не так часто сюда попадают живые, герой. — Вы вспомнили? — взволнованно спросила Грейс. Гигантская тень закрыла окно. Когда Рон выглянул, он увидел только огромную черную птицу, улетавшую к далекому лесу. — Приблизьтесь, — книга раскрылась, мелькнув пустыми желтоватыми страницами. Через секунду на них стали проявляться четкие черные письмена. — Я плохо знаю латынь, — сокрушенно призналась Грейс после пятиминутного изучения текста, — нас учили всяким поговоркам... я понимаю вот это — victis — это значит побежденные... Книга издала неприятный смешок. Единственным желанием, которое теперь испытывал Рон, было вырывать по странице, пока чертов том не признается, как им с Грейс выбраться обратно. — Люди из простого мира, да еще и неучи! Скажи мне, кто вы такие, принцесса? Кому могли понадобиться здесь? — Грейс Харт, десятый класс школы «Стоунволл Хай», Йоркшир, Англия, — сказала Грейс послушно. — А ты, герой? — спросила книга тоном завуча. — Рональд Кейсли, оттуда же, — пробурчал Рон. — Питаетесь из одного источника знаний, а? Довольно мутного, если судить по результатам. Ну что ж, условие соблюдено, хотя и странным образом...впрочем, не все условия соблюдаются буквально. Вы в Лимбе, принцесса, на грани миров, где встречаются души сомневавшихся. Кое-кто называет его «сумеречной зоной», но я не люблю этих новомодных... — Какое условие? — спросила Грейс. — И кто вы? — В вашей крови есть любовь, — сказала книга, и Рон мог бы поклясться, что при этих словах она плотоядно облизнулась, — если говорить об условиях. Я тот, кто помогает умеющим спрашивать... Не торопись, принцесса, обдумай вопросы. — Как нам попасть обратно? — спросила Грейс. — Выход лежит с обратной стороны, — нараспев ответила книга, — но только отважный, любящий и хитроумный пройдут через лес. Ты могла бы узнать больше, если бы знала хоть один мертвый язык, — добавила она недовольно, — меня можно читать на латыни, древнегреческом, санскрите, древнеегипетском.... — Почему мы здесь оказались? — спросила Грейс. — Я могу только предполагать, принцесса. Вы пытались совершать магические обряды? — Нет. Я собиралась в школу и.. — Значит, кто-то вызвал вас сюда. — Кто? — Рон очень хотел увидеть этого урода, загнавшего их в местность с непонятным названием. Книга негромко усмехнулась. — История ходит по кругу. С кем сражаются герои? — С драконами! — сказал Рон, чувствуя себя на уроке литературы в пятом классе. — Со злыми волшебниками, с великанами, со старыми ведьмами... с фашистами, — добавил он, вдруг сообразив, что речь могла идти не об одних только сказочных персонажах. Серый свет заливал комнату. Солнце так и не появилось на небосклоне, и в ровном неярком освещении предметы казались лишенными тени. Голова все еще немного кружилась. — Герой сражается со Злом, — нравоучительно заметила книга, выдержав паузу. — И Зло ждет вас. Камин за их спинами полыхнул зелеными искрами.