Огонь и Лед

Три часа над операционной горела лампочка, а это значило только одно: врачи борются за чью-то жизнь. Ежедневно в этом помещении оказываются десятки людей - десятки спасенных жизней. Вот и сейчас за этими дверьми снова решается судьба человека. Решается судьба Марты. Моей Марты. Передо мной до сих пор стоял взгляд ее заплаканных глаз, по-прежнему чистых и добрых. Она расплачивается за счастье собственной жизнью. Но почему? Почему именно так? Из-за чего должен страдать ни в чем не повинный человек, когда по земле расхаживают сотни маньяков, пьяниц и наркоманов? Почему все эти падшие люди доживают до старости лет, а молодые и добрые уходят слишком рано, не познав истинного наслаждения, которое может преподнести жизнь. Почему смерть забирает лучших? Почему именно Марта? Девушка, которая сбивала руки и ноги в кровь, добиваясь своих целей. Девушка, чье сердце по-настоящему любило и смогло перенести предательство самого дорого человека. Девушка, которая одна борется за свое существование. Это милое создание должно жить. Жить и радоваться каждому новому дню, улыбаться теплым солнечным лучам и слушать пение птиц. Она должна наполнять меня прекрасным и неописуемым чувством, ведь я ее люблю. Я люблю ее детскую улыбку, глаза цвета полной Луны. Мне до боли нравятся ее белокурые локоны, которые водопадом спадают с плеч, развиваясь на ветру. Приятный голос и жизнерадостный смех. Прикосновение ее рук заставляет кровь с огромной скоростью бежать по венам, разнося тепло. Сладкие губы дурманят, действуя как наркотик. Чем больше их целуешь, тем меньше хочется от них отрываться. И теперь всего этого может не быть. Все может просто рухнуть в одночасье, словно карточный домик: такого расклада мне хочется меньше всего. Чем она заслужила эти муки? За что Бог так ее ненавидит? Складывается впечатление, что нет никакого всевышнего - все это сказки и байки для детей. Мы одни в этом чертовом и проклятом мире, который давно прогнил насквозь. Лживые люди, предатели и раздолбаи - вот кто бродит по этой планете, бесполезно существуя. Но лишь единицы - такие прелестные, словно ангелы. Встретив их, больше не радует прежнее существование. Вся жизнь складывается только вокруг этих созданий. Марта - одна из них. Она действительно ангел. Может поэтому ее так рано забирают? Она должна была наполнить мою жизнь красками, показать, что значит полюбить человека больше жизни. Она сделала свое задание и покидает меня? Но где весь смысл? После испытанного тепла она приносит невыносимую боль, от которой хочется кричать. За что? Все эти размышления отключиться меня от реальности. Вернулся я в нее не сразу и понял, что просидел еще пару часов, а лампочка так и горела, заставляя нервничать еще больше. Голова ужасно болела, мне хотелось спать. Я был измотан, но продолжал сидеть в коридоре больницы, не сводя взгляда с дверей в операционную. -Дженсен... - Меня окликнул знакомы голос, но я даже смотреть не стал в сторону гостя. Было плевать на все и всех. - Эй... Дженс... - Спустя пару минут я понял, что просидел в таком положении достаточно долго, не отвечая на голос. Подняв глаза я увидел Джареда и Джен. Оба они были очень испуганны: в глазах брюнетки застыли слезы, но ни капли не потекло по щекам. В отличии от жены, Джаред уже успел порыдать: его выдавали дорожки от слез, которые не успели высохнуть. А это говорило об одном - Падалеки только что смог успокоиться. Не стоит винить человека в проявлении своих чувств. Кто вообще сказал, что мужчины не плачут? Кто придумал этот бред? Как можно не плакать, когда на твоих глазах лишают жизни любимого человека? Когда боль, исходящая из глубины души, заставляет ныть сердце, выворачивая наизнанку весь внутренний мир. И эта душевная боль становиться физической. Она заставляет умирать все. Никто не решался разорвать эту тишину. Слова каждого зависли в воздухе, смешиваясь с запахом лекарств и хлорки. В глаза мутнело от слез, меня начинало подташнивать. Странно, как я сам еще не умер. -Сколько часов прошло? - Тихо спросила Джен, садясь рядом со мной. -Около пяти... Не знаю... Я потерял счет времени. Ее рука сцепилась с моей, что отчаянно рвала джинсы, делая большую дырку. Я чувствовал как трясет брюнетку. Джаред так и ничего не сказал: он просто стоял рядом, шмыгая носом. Все мы сейчас теряем близкого нам человека. Но что самое страшное - об этом не знает Роза. Шатенка просто не выдержит новости о гибели своей любимой подруги, тем более Марта упомянула - Роза беременна. Ей никак нельзя нервничать, но долго скрывать всей правды не получится. Господи, за что нам все это? -Все будет хорошо... Она сильная, справиться. - Прошептала Джен, после чего ее голос дрогнул, а с глаз, наконец-то, потекли слезы. Дрожь набирала силы, давая путь истерики, которая незаметно подкрадывалась к подруге. Джен уткнулась в мое плечо, стараясь плакать как можно тише, но это было глупо. Очень глупо держать в себе накопившуюся боль. Я прижал хрупкую девушку к себе, стараясь утешить, но сам начинал рыдать, осознавая серьезность ситуации. -Если вы здесь, то с кем Томас? - Решил немного разрядить обстановку. Молча я накручиваю себя, проигрывая в голове различные концовки предстоящего. И все они - трагические. -Он с няней. - Оторвавшись от меня, Джен подошла к мужу, который обнял ее, целуя в макушку. Давящая тишина снова обрушилась на нас, как снежная лавина. По коридорам бегали мед сестры, входили и выходили из операционной. Движение проносилось как в замедленном кино, слова тянулись, словно магнитофон заживал кассетную пленку. Это резало слух. И только спустя еще час из операционной вышел врач. -Что с ней? - Я подорвался с места, причем так резко, что закружилась голова. В глазах потемнело, еще чуть чуть и я бы повалился на пол, но сильные руки Падалеки смогли меня удержать. -Вам лучше присесть. - Тихо произнес врач, заставив признать самый страшный исход событий. -Она жива? Жива? - Голос почти сорвался на крик, а с глаз потекли слезы, щипавшие кожу. Но врач молчал. Мужчина стоял, уставившись в пол. - Нет... Она не могла умереть... -Она жива. - Эти слова заставили меня выдохнуть. Моя малышка справилась, смогла. - Пока. -Что значит пока? -Нам удалось избежать внутреннего кровотечения. Однако, она поступила в весьма тяжелом состоянии. У девушки ушиб головного мозга, а так же повреждены некоторые внутренние органы. Очевидно - от сильных ударов. - Я убью этого подонка. Я прикончу его, как только выберусь из больницы. Заставлю расплатиться Макара за мою любимую блондинку. Он будет молить о пощаде, однако ее не будет. -И что теперь? - Поинтересовалась Джен, чей голос вывел меня из мира, где я мщу этому гаду. -Теперь все зависит от Марты. - Произнес врач. Он уже готов было уйти, но так просто я его не отпустил. -Что значит зависит от Марты?! Как так? Вы вообще врач или кто? - В душе бушевал неистовый гнев, смешиваясь с любовью и чувством мести. В голосе появилась злость, я практически рычал, произнося каждое слово. -Мистер Эклз, прошу вас, успокойтесь. -Успокойтесь? Вы просите меня успокоиться, когда там умирает девушка, которую я люблю? - Показав на дверь операционной я начал кричать, разрушая тишину в коридоре больницы. -Дженс, не надо... -Заткнись, Джаред. - Прошипел я, после чего снова обратился ко врачу. - Но шансы ведь есть? - Голос стал мягче, но внутри продолжал блуждать ураган. -Есть, но они ничтожно малы. Мне очень жаль, мистер Эклз. - Мужчина положил руку мне на плечо, глядя прямо в глаза. И он не лгал. Столько боли я не видел еще ни разу. Врач действительно сожалел о случившемся. После пары секунд он снова направился в операционную, но у деверей застыл. - Она сказала, что любит Вас. -Что? - Я не верил своим ушам. -Во время операции сердце девушки несколько раз останавливалось, а потом снова начинало биться. Мы не делали ничего, оно просто само заводилось. А перед последней остановкой она сказала, что любит Вас. - Врач удалился из коридора, оставив меня и Падалеки. Упав на стул, я схватился за голову, начиная стонать. Стонать от боли, которая разрывала, проникая в каждую клеточку тела. Ее сердце останавливалось... Она же умирала... Буквально за соседней стенкой, пока я сидел здесь, моля Бога, что бы Марта справилась. Выкарабкалась... -Я приехал как только смог. - Я услышал голос Миши, который явно запыхался, добираясь сюда. - Как Марта? -Плохо...Врачи говорят, что шансы на жизнь малы. - Пояснил Джаред -Она меня любит... - Повторил я, вытирая лицо от слез. - Любит меня. -Дженсен, если хочешь, ты можешь остаться сегодня у нас. Да и не только сегодня. - Предложила Джен, снова садясь рядом со мной. Она невероятная, очень добрая и понимающая. Совсем как Марта. Джареду очень повезло с женой. -Нет, спасибо. Я в порядке. -Точно? -Да, Джен. Все хорошо. Мне просто нужно выспаться и отдохнуть. - Я сжал ее руки, посмотрев на брюнетку. Мне очень не хватало родного тепла, лучезарной улыбки и серых глаз. Все вместе мы покинули стены больницы. На улице было довольно темно. Небо затянула огромная черная туча, в воздухе пахло сыростью. Ветер жестоко колыхал ветви деревьев, стучал по крышам и поднимал огромный столб пыли, хотя еще днем сияло солнце и пели птицы. Погода сходила с ума: она знала, что я чувствую, и улица, кажется, в этот момент могла показать, что твориться у меня на душе. В салоне автомобиля было прохладно. По спине пробежались мурашки, я поежился от холода. Очень долго не решался завести машину. Я не мог... Что-то держало меня у этого места. Вернее не что-то, а кто-то. И причем один конкретный человек. Марта. Как же я могу уехать, оставив мою малышку одну? Просто взять и бросить ее среди холодных стен больницы? Но более здравая часть моего сознания настаивала на поездке домой. Мне нужен отдых и сон. Нормальный здоровый сон, которого, похоже, не будет очень долго. Еле добравшись до дома, я не спеша проходился по дорожке, выложенной серой садовой плиткой. Холодный ветер обжигал кожу, превращая скатывающиеся по щекам слезы в маленькие льдинки. Состояние оставляло желать лучшего. Чувствовал себя ужасно, словно меня накачали каким-то наркотическим веществом. Действия были заторможенными. Так же неторопливо я скинул с себя рубашку: довольно приятный серый цвет ткани портили огромные багровые пятна крови. Джинсы, футболка и даже ботинки - все было испачкано этой жидкостью. На моих руках была кровь Марты. Как же я мог такое допустить? Горячие струи воды касались моего тела, пар наполнял просторную ванную, урезая количество свежего воздуха. В голове проносились все последние события и действия. Память до сих пор мучает меня, заставляя вспоминать этот удар. Удар холодного и грубого металла ножа, что пронзил хрупкое тело блондинки. Готов поклясться, на мгновение мое сердце остановилось. Я не чувствовал ни единого удара, но после оно застучало так сильно, что смогло заглушить мой звериный крик. И казалось бы, в шоковом состоянии ты не можешь двигаться, просто стоишь и смотришь. В тот момент мной что-то двигало: адреналин заставлял подскочить к почти бездыханному телу Марты. Она боролась, боролась до конца. Теряла сознание, но снова возвращалась ко мне. Кровь покидала вены, губы девушки бледнели, а кожа словно становилась прозрачной. Марта не сдавалась. Никогда. И в тот момент она находила в себе силы делать вздох, который мог стать для нее последним. На автомате я поднимал блондинку с пола и нес к машине скорой, пока по коридорам, сломя голову, неслись сотрудники полиции и ФБР. Я практически бежал, боясь опоздать. Опоздать так же, как с Кейт. И если тогда не было возможности спасти любимую, то теперь я старался приложить максимум усилий. -Дженсен... - Тоненькая струйка крови скатилась с уголка рта измученной блондинки. Она иногда вздрагивала, постоянно теряла сознание, но что-то держало ее в этом мире. - Дженсен... -Тише, ангел... Все хорошо... Хорошо... - Повторял зеленоглазый, спеша по бесконечно длинным коридорам, ища выход на улицу. -Не оставляй меня, прошу... Мне страшно, Дженсен... - После каждой фразы Марта повторяла имя своего любимого: для нее это словно глоток свежего воздуха. Только его имя заставляло девушку дышать. Она знала, что он рядом и не позволит смерти приблизиться к ней. - Не оставляй меня... -Никогда. - Прошептал Эклз, прижимая блондинку к себе. Марта говорила, что ей не больно. Что она ничего не чувствует... Но я то понимал - это обман. Блондинка успокаивала меня, начиная врать самой себе. Я видел, как она морщилась от этого неприятного чувства... Слышал ее тихие стоны. Она кашляла, тяжело сглатывая. Марта не давала крови пути наружу, боясь напугать меня. Думала - я не вижу и не замечаю... Но... Как же она ошибалась. Я действительно не хотел бы этого видеть. Не хотел бы нести умирающую девушку на руках, насквозь пропитываясь кровью... Однако, судьбу не обмануть.

***

-Я слушаю. - Взяв с тумбочки телефон, хриплым голосом ответил на звонок. -Привет, Дженсен. Это Роза. - Довольно мелодичный голос заставил меня очень быстро проснуться и снова окунуться в океан боли. -Привет. -Ты спишь что ли? -Да... Прости, просто я до ночи пропадаю на съемках. - Врать у меня получается довольно не плохо, однако шатенка давно вскрыла ложь, если бы находилась рядом. -Понимаю. Мне нужно поговорить с Мартой. Она рядом? Можешь дать ей трубку? - Эх, Роза, если бы ты только знала... -Эм... Она в душе. У тебя что-то срочное? -Нет. Просто она уже несколько дней не отвечает на звонки и на письма, я подумала, вдруг что случилось. - И интуиция ее явно не подводит. -Все хорошо. Мы в порядке. Слушай, не могла бы ты дать трубку Стасу? - Через несколько мгновений я услышал довольно радостный голос мужа Розы. - Привет. - Я поприветствовал друга, стараясь держаться, но лишь одна мысль о том, что я соврал шатенке, утвердив, что Марта в порядке, заставила тело дрожать, а голос сорвался. -Дженс, все хорошо? - В горле образовался огромный ком, мешающий выходить словам. Слезы снова начинали меня душить. - Дженсен, все в порядке? -Нет. - Выдохнул я, приподнявшись на кровати. - Не в порядке. Роза рядом? - Услышав четкое "Да", я попросил друга отойти подальше от его жены. - Все ужасно... И ты не представляешь, на сколько... -Рассказывай! - Потребовал взволнованный голос на другом конце провода. -Марта... -Что произошло? -Марта в больнице... Она умирает... -Подожди... Как это? - Растерянный и встревоженный голос выдавал те же чувства Стаса, которые терзают меня уже несколько дней. - Что с ней случилось? -Макар... Нашел ее... Он выкрал Марту буквально у меня из-под носа. Он лишает моего ангела жизни... -Я ничего не понимаю. - Для описания всей ситуации у меня просто на просто не хватит сил. Я стараюсь не думать о произошедшем, но память-предательница заставляет это делать. - Объясни. -Он нашел Марту... Похитил ее... Требовал, что бы она осталась с ним. Бросила меня... Марта не согласилась и теперь расплачивается за это жизнью. Он пырнул ее ножом. -Господи... - Я услышал, как тяжело вздохнул Стас. - Это... И что теперь? Что говорят врачи? -Шансы малы. Она не сможет долго бороться. Не сможет. Я прошу, не говори Розе. Я знаю - она беременна. Марта мне все рассказала. -Дженс, ты же понимаешь, мы не сможем долго скрывать от Розы гибель ее любимой подруги? -Понимаю, но не сейчас. Может все обойдется... Я верю в это. -Наша девочка сильная. Способна справиться. Я верю в нее. Если что, звони. И пожалуйста, держи меня в курсе. -Хорошо. - Я отключился, уронив голову на подушку. Я проспал несколько суток подряд, после того как провел еще часов двадцать не отходя от Марты. Постоянно сидел рядом и просто смотрел на нее. И вот теперь голова ужасно болит а тело ломит. Меня бросает то в жар, то в холод. Найдя в себе силы, я перевернулся на бок, смотря на пустую половину кровати, где обычно спит моя любимая девочка, иногда морщась от длинных волос, которые лезут к лицу и щекотят ее. Но теперь я совершенно один. Распахнув серые глаза, девушка первым делом взглянула на сопящего Дженсена. Он был так прекрасен. Длинные реснички подрагивали, дыхание было тихим и ровным, и блондинка слышала его. Чуть раскрытые пухлые губы манили Марту, заставляя бороться с желание поцеловать Эклза, ведь так не хотелось его будить. Вместо этого кончики ее длинных пальчиков коснулись щеки, девушка не торопясь проходилась по коже зеленоглазого, нежно улыбаясь. -Доброе утро. - Тихо прошептала Марта, продолжая свои манипуляции. -Доброе утро, малышка. - Изумрудные глаза медленно открылись и одарили блондинку очередным зарядом легкого тока. Она любила смотреть в них не отрываясь. Наслаждаться зеленью радужки, находить там что-нибудь завораживающее и невероятное. Приблизившись к Дженсену, Марта прижалась к его груди. Ладонь покрывала щеку, которая начинала пылать от прикосновений бархатной кожи девушки. Губы блондинки поцеловали кончик носа зеленоглазого, после чего она впилась уже в его губы жадным поцелуем. Как же мне этого не хватает. Простых поцелуев, осторожных касаний и серых глаз. Я всматривался в эту пустоту, прокручивая в голове каждое прекрасное утро, начинавшееся с поцелуя и улыбки. Этого ведь может не стать. Не стать Марты. Я не переживу еще одной гибели. Просто не смогу... Поднявшись с кровати, я поплелся на кухню. Меня словно камнями набили: тело было тяжелым, передвигать ноги я не мог, не приложив больших усилий, что уж говорить об остальном... Одинокая кухня встретила меня тишиной и холодом. Но в воздухе, кажется, еще витал невероятный запах приготовленных Мартой блюд. -Дженсен! - Воскликнула Марта, слегка ударив деревянной лопаточкой по руке зеленоглазого. -Ну я же чуть чуть. - Жалобным голосом произнес тот, откусывая дольку от яблока. -Я так понимаю, ты будешь есть пирог без яблок? -Нет уж. - Запротестовал Эклз, кладя откусанную дольку обратно. -Доедай! - Приказала блондинка, запихивая в рот остаток от вернувшегося фрукта. Как она мило злилась, когда я мешал ей на кухне. Меня это забавляло. А теперь я чувствую пустоту... Мне одиноко. И даже несмотря на довольно теплую погоду, меня ужасно знобит. Холод пробирается настолько глубоко, что, кажется, кровь становиться очень вязкой, начиная превращаться в лед. Земля уходит из под ног при мысли, что я один останусь в этом доме. Навсегда. Чувствую, как падаю в пропасть. В пропасть душевной боли и страданий. Все возвращается. Уже несколько дней я не могу нормально есть. Просто кусок в горло не лезет. Постоянно думаю о плохом, хотя надеяться нужно на лучшее. Единственное, что меня более менее отвлекает -съемки. Но лишь часть сознания забывается: вторая, усердно роет воспоминания, доставая оттуда отснятые сцены с участием Марты. А после... Несколько сорванных дублей. Несколько попыток переснять и снова провал. Даже на площадке витает траурная обстановка: вся группа видела как я крушил декорации, после разговора с этим Макаром, а узнав шокирующую новость... Многие не могут прийти в себя. Фелиция несколько дней подряд рыдала, обрывая мой телефон, прося сказать, что это шутка. Мишу словно подменили. Радостный и вечно смеющийся, теперь он поникший и разбитый. Про Джен и Джареда вообще молчу... Я видел глаза друга: ему больнее не меньше моего. Джен уже плакать не может, потому что слез больше не осталось. Брюнетка около трех дней не могла разговаривать, просто сидела и рыдала, крепко обнимая Падалеки. Марта для всех нас стала частью чего-то большего. Частью нашей души. Блондинка стала одной из тех, кого запросто можно назвать членом нашей огромной семьи. Тем временем в Москве. -Дженс, ты же понимаешь, мы не сможем долго скрывать от Розы гибель ее любимой подруги? -Понимаю, но не сейчас. Может все обойдется... Я верю в это. -Наша девочка сильная. Способна справиться. Я верю в нее. Если что, звони. И пожалуйста, держи меня в курсе. -Хорошо. - Стас закончил разговор, нажав на кнопку "Завершить". Парень сидел в оцепенении, облокотившись на перила лестницы в подъезде своего дома. Как такое могло случиться - он не понимал. Стас прекрасно знал эту историю с подкатами начальника к Марте. Роза не раз приходила домой и рассказывала мужу о произошедшем на работе. Он и сам предлагал начистить этому индюку морду, но шатенка всячески отговаривала его. Сейчас же он не раздумывая бросился бы на Макара, покромсав его на части. Тело постепенно заполнял гнев. Он любил блондинку: как сестру и хорошую подругу. Марта всегда приходила им на помощь. В любой ситуации, откликалась на все их просьбы. И вот теперь Стас узнает ужаснейшую новость... Новость, которая сбивает его с толку, путая мысли, сбагривая их в огромную кучу непонятно чего. На место гнева постепенно пришла боль. Все, абсолютно все чувствовали ее. Без исключения. Каждого заботила судьба маленькой блондиночки, отчаянно боровшейся за личное счастье. В своих мыслях Стас вернулся в квартиру, громко хлопнув дверью. Сейчас он был похож на зомби: побледневший, поникший и абсолютно обессиливший. Роза сидела за столом, попивала чай и рассматривала очередной журнал с оформлением детской комнаты. Ничего не подозревающая, счастливая и беззаботная. "Как же я ей обо всем расскажу?" - подумал парень, наливая в стакан воды. -Все в порядке? - Поинтересовалась шатенка, не отрываясь от просмотра картинок. -Да. Все хорошо. - Столько сил понадобилось, что бы не выдать себя дрожащим голосом. -Точно? -Да, Роза. Точно. -Ммм. О чем с Дженсеном разговаривали? - Жена никак не унималась, закидывая Стаса вопросами. Парень мог еще здраво мыслить и контролировать себя, поэтому отвечал спокойно и ровно. -Просто о жизни. Он рассказывал как у него дела. -То есть только для этого нужно было уйти в подъезд и говорить именно там? - Стас привык к постоянным переменам настроения Розы. Интересное положение давало о себе знать, но муж любил ее, поэтому терпел все. - Давай выкладывай. Что произошло? -Роза, все в порядке. -Да? Именно поэтому у тебя так трясутся руки? - Вот тут то Стас и спалился. Наливая в стакан воду из графина, грохот стекла проносился по всей кухне, но за раздумьями парень ничего не замечал. - И что это вы должны от меня скрывать? -Роза... -Отвечай! - Шатенка подскочила с места, таща мужа в гостиную. - Что с Мартой? -Роза, тебе не стоит... -Я спрашиваю, что с ней? Чего я не должна знать? С чем должна справиться Марта? -Тебе показалось. Ты беременная, у тебя гормоны шалят и все такое. -Стас, в том то и дело, что я беременная, а не больная. Я слышала ваш разговор с Дженсеном. А теперь повторяю свой вопрос. Что с Мартой? -Макар. Он... - Парень задумался, подбирая правильные слова, что бы удар был не настолько сильным. Однако, как он может быть не сильным, если речь идет о самой любимой и дорогой подруге? -НУ! - Крикнула шатенка, оглушая своего мужа. -Он нашел Марту в Ванкувере. Он знает о ее отношениях с Дженсеном. И теперь она в больнице. Он пытался убить ее. Закончив предложение, которое с трудом ему далось, Стас взглянул на жену. Роза пару секунд стояла неподвижно, после чего ноги подкосились. Шатенка схватилась за живот, муж вскочил с дивана, успев поймать ее. -Милая, все хорошо? Ничего не болит? - Стас был очень обеспокоен. Розе нельзя волноваться, но та старательно выпытавала информацию. -Болит. -Где? -Вот тут. - Она показала рукой на сердце. - Максимов, я тебе жена или кто? Какого черта ты скрываешь от меня такие вещи? -Тебе же нельзя волноваться, для ребенка вредно. -Такие вещи я должна узнавать первой! - Роза повысила голос, уставившись на мужа. От плохого состояние не осталось и следа. - Собирайся. -Куда? -На Мальдивы, блин! В Ванкувер, тугодум. Ванкувер. Больница. Пройдя по длинному белому коридору, я оказался около палаты. Стены больницы для меня стали вторым домом. Но это последнее место, куда мне хотелось возвращаться снова и снова. В стене располагалось большое прозрачное стекло, сквозь которое я смог рассмотреть всю комнату. Ничего необычного: светло-кремовые стены, белый пол и аппараты, находящиеся рядом с больничной койкой. Мне требовалось много усилий, что бы перебороть себя и войти внутрь. Каждый раз я набираю побольше воздуха в легкие, стараясь не разрыдаться и не упасть на пол, крича как ненормальный. Открыв дверь с номером 163, я вошел внутрь палаты. Снова этот тошнотворный запах лекарств, приводивший меня в бешенство. По сути, меня раздражало все. Я не был тут уже три дня, по причине съемок, которые должны закончиться. И вот, все снова повторяется. Держа в руках огромный букет белых лилий, я прошел к койке, усаживаясь на кресло, расположенное рядом с ней. Глаза бегают по палате, стараясь на что-то не наткнуться, они чего-то избегают. Я боюсь смотреть на искалеченное тело Марты. Но меня все предательски подводит: сердце, начинавшее ломать ребра; боль, рвущая душу и выворачивавшая меня на изнанку и взгляд, который снова и снова падает на Марту. Отложив цветы на тумбочку, я осторожно взял маленькую ручку блондинки, словно боялся потревожить ее сон, крепко сжимая ее. -Привет, малышка. - Поцеловав холодную руку, я не отрывал от нее губ, стараясь растопить лед, сковавший тело моей девочки. Мне не нравилось смотреть на нее. Смотреть на такую Марту. Несколько аппаратов стояли рядом с ее кроватью, один из которых противно пищал, давая знать, что маленькое сердечко все еще бьется. Множество проводов торчали из-под больничной одежды; капельницы, иголки которых входили глубоко в тоненькую ручку блондинки. Марта была очень бледная: на милом личике все еще красовался порез от ножа, не думая заживать, напоминая мне тот роковой день. Девушка словно спала, и я надеялся, что она вот вот проснется и согреет меня своей детской улыбкой. Серые глаза разожгут в душе неистовый огонь любви, который начинает угасать, но любовь не пропадает. Она забирается в глубь сердца и каждый день напоминает о себе острой болью в груди. -Я так скучаю по тебе, дорогая. Мне безумно тебя не хватает. - Это может и глупо, но я знаю, что люди в коме слышат, когда с ними разговаривают. Они все понимают, нередко даже приходят в себя. И на это я очень надеюсь. - Я прошу, не покидай меня. Мы же не просто так встретились... Ты помнишь нашу первую встречу? Ты тогда так смешно с машиной разговаривала. - Я засмеялся, вспомнив этот случай. - Честно сказать, и правда думал, что ты не очень умная. Однако смогла доказала мне обратное. И ведь каждый миг рядом с ней запоминался мне до мельчайших подробностей. И та, самая первая встреча, самые первые взгляды, которые встретились совершенно случайно, начинали меня колотить. Колотить в хорошем смысле. Я же ведь думал, что больше никогда не увижу эту забавную девушку, которая обижалась на меня из-за машины. Но все оказалось совершенно иначе. Встреча в кафе, безумно веселый отпуск и прогулки теперь делают мне больно. Я же никогда этого не забуду. Слишком тяжело будет. Тяжелее чем с Кейт. -Господи! - Прокричала блондинка, ища место под которым можно укрыться. - Эклз, ну почему ты вечно меня вытаскиваешь гулять в такую погоду? После оглушительного удара грома, глаза Марты тут же наткнулись на козырек магазина, под которым можно хоть немного переждать дождь. -Я погоду не предсказываю. - Заявил зеленоглазый, вставая рядом с девушкой. Холодный ветер бушевал по всей улице, но ни Марта ни Дженсен не замерзали. Их грела любовь, это прекрасное чувство, в котором каждый еще не осмелился признаться. Обоих что-то останавливает или требует подходящего момента. Но каждый догадывается об этом, зная все наперед. После десять минут стояния по укрытием, Марте надоело топтаться на месте: как только выглянуло солнце, сливаясь лучами с огромными каплями весеннего дождя, образуя еле заметную радугу в воздухе, блондинка выбежала на улицу. Прохладный вода касалась ее кожи, она подняла лицо кверху, наслаждаясь этой погодой. Дженсен не оставался в стороне: подхватив свою девушку на руки, он начал кружить ее. Капли дождевой воды скатывались по лицу зеленоглазого задерживаясь на губах, которые всегда привлекали глаза блондинки. Она осторожно коснулась их, слизывая капельки. Оба промокли до нитки, но не спешили покидать дождливую улицу, а просто наслаждались этим прекрасным поцелуем. -Помнишь как мы продрогли в тот день? Я потом неделю ходил с диким кашлем, а ты усердно меня лечила. - Я снова засмеялся, рассказывая ей историю, которую Марта наверняка помнит, и может быть сейчас прокручивает в своем сознании. - А тебе хоть бы что. Эх, малышка... Почему же сейчас? Почему именно мы? В голове не укладывается. Я не в силах с этим смириться. Не могу. Пол дня я провел в палате, не выходя и не покидая Марту ни на миг. Она в любой момент может прийти в себя, может очнуться, и я должен быть рядом. Я обещал ей, что не оставлю ее, и слово сдержу. Откинувшись на спинку кресла, продолжал держать холодную руку блондинки, нежно поглаживая ее. Ладонь никак не хотела согреваться, кажется она еще больше леденела. Прикрыв глаза я начал постепенно засыпать, но какие-то непонятные звуки прогнали мой, и без того тревожный, сон. -Дженсен... - Еле слышный голос прохрипел мое имя. - Дженсен... -Эй, эй... Малышка, я здесь... Здесь... - Господи, неужели... Она приходит в себя. Моя маленькая девочка справилась. Смогла. - Давай, милая. Открой глаза, прошу тебя. - Умолял я, готовясь увидеть необычайно красивые серые глаза. Я так скучал по ним. -Помогите... Дженсен... Помогите... -Марта, все хорошо... Марта? - Я не понимал, что происходит. Почему она не произносит ничего, кроме моего имени? Что твориться? Аппараты начинали сходить с ума, издавая непонятные звуки. Ресницы Марты дрожали, а по щеке покатилась слеза. Она громко дышала, сжимая мою руку. Что происходит? Почему она не открывает глаза? Я почувствовал мелку дрожь, которая пронизывает тело малышки. -Марта. Марта, что с тобой? -Дженсен, помоги мне... После этих слов хватка ослабла, а маленькая ладошка выскользнула из моей руки. Шумное дыхание прекратилось, а один из аппаратов издал противный протяжной писк. Ее сердце остановилось. ОСТАНОВИЛОСЬ! -Марта? Марта, очнись! Прошу тебя, очнись! - Прорычал я, начиная трясти ее за плечи, но все было бесполезно. - Кто-нибудь, на помощь! - Выбежав в коридор, я начинал кричать, прося помощи у персонала. - Помогите! У девушки остановилось сердце! Врачи и мед сестры не заставили себя долго ждать. Через пол минуты палата наполнилась людьми, меня вывели в коридор, попросив подождать там. Я наблюдал за происходящим через стекло. Врачи пытались завести маленькое сердечко моей любимой девочки, и по их лицам я понимал, что им это не удается. Сердце защемило при одной мысли, что я смотрю как умирает девушка, которую я обещал защищать. Обещал сделать ее самой счастливой. Это безумие какое-то, похожее на страшный сон. Может это и есть сон? Я просто сплю, а где то рядом находиться она и крепко обнимает меня? В какой то момент я почувствовал холодок, пробежавшийся по спине, и непонятное прикосновение, словно кто-то касается рукой моего плеча. Обернувшись, я никого не увидел и снова уставился в окно. -Пожалуйста... Ты справишься, малышка. Я верю в тебя... Борись, милая. - Шептал я, продолжая наблюдать за происходящим.