Во что бы то ни стало

"Все будет очень хорошо. Но не сразу." В эту ночь Румпельштильцхен не мог сомкнуть глаз, всё размышляя над тем, что несколько часов назад натворила Лейси. Естественно Крюка видели в городе и будут задаваться вопросом, где он, а первое подозрение падет на его семью. Мужчина вздохнул, в полутьме спальни разглядывая тонкий силуэт супруги, и зажмурился. Раньше только с его стороны шла угроза жене и детям, его постоянные сделки, бесчисленные полчища врагов, которые росли ежедневно, стоило ему высунуть нос из дома. Но сейчас, сейчас угрозу создала Белль, неосознанно или осознанно было неважно, главное – она существовала, и с ней необходимо было что-то делать. Женщина на соседней половине кровати заворочалась и лениво перевернулась на другой бок, открывая глаза. Ее горячие от тепла руки прошлись по гладкому животу мужа, а губы потянулись к его щеке. Мистер Голд напрягся, прекрасно понимая, что ей надо. - Не сейчас, да? – с раздражением поинтересовалась Лейси. Того, что случилось в доках после убийства Крюка, ей было явно мало. - Иногда я думаю, что мы только и делаем, что занимаемся любовью, – ответил ровным голосом ростовщик, открывая глаза и поворачиваясь лицом к супруге. - Фу, нет, мы просто трахаемся и всё, – сгримасничала миссис Голд, оседлав мужа. – Прибереги свои красивые слова для клиентов, Адди. Ох, как он возненавидел это «Адди», кожей не принимая это прозвище, гневаясь и пытаясь понять, почему его горячо любимая жена вдруг стала такой холодной и расчетливой. - Белль, почему бы нам не устроить завтра семейный ужин? – поспешил сменить тему мужчина, накручивая мягкий каштановый локон на палец и наблюдая, как жена с урчанием выгибается навстречу. - У нас эти вечера каждый день. Не надоело? - Я имел в виду, мы могли бы пригласить Бе... Нила и Эмму. Ее семью. Познакомиться поближе, так сказать, – заметив, что она собралась возразить, мужчина быстро добавил. – Вино, разумеется, скрасило бы наш вечер. - Кхм, возможно я соглашусь, – театрально призадумалась Лейси, – но при одном условии. - Что ты хочешь? - Чтобы на оставшийся вечер и ночь ты был только мой и ничей больше, идёт? - Вынужден согласиться, миссис Голд, – Румпельштильцхен властно сжал тонкое тело жены в руках и перевернулся, подминая ту под себя. – А пока завтрашний день ещё не наступил, желаете ли потрахаться? *** Она довольно быстро выучила все его привычки и пристрастия, как и его сыновей, не утруждая себя ухаживать за ними и помогать, когда те просили. Мадам Тёмная не обладала никакой чудовищной славой в родных или далёких землях, не владела магией, не внушала страх и не так часто мелькала в обществе, чтобы про неё стали говорить. Всё, чем ограничилась молодая девушка на долгих и счастливых двенадцать лет – это её семья. Кроме её отца и нескольких давних друзей никто в Зачарованном лесу не знал, что у могущественного Румпельштильцхена есть те, к кому он спешил после своих сделок, кого боялся потерять или ранить, кого сторожил и боготворил. Это было сделано для безопасности и большой неохоты афишировать свою личную жизнь. Единственной «сказкой», ходившей про него в народе, была история о потерянном сыне, которая с каждым днем всё больше растворялась во времени. - Сколько бы ему было сейчас? – осторожно поинтересовалась Белль, положив маленькие руки на острые плечи супруга. Он сосредоточенно расставлял цветные свечи на именинном торте. – Я насчитала триста сорок семь, но не совсем уверена... - Триста тридцать один, – мягко поправил колдун, закончив свою работу и повернув голову к жене. – Ты никогда не питала особой любви к математике. - Ну, я больше люблю литературу и историю... – заулыбалась женщина, даже не думая обижаться. – Можно уже будить их? - Да, немного погодя, – мужчина потянул супругу на себя, усаживая на колени. – Я хочу ещё раз обсудить наши планы. - Когда Реджина собирается наслать проклятье? - До этого ещё далеко, но родить ты всё же не успеешь. - И хорошо, – выдохнула Белль, обвив руками шею мужа. – Не хотелось бы все двадцать восемь лет пеленать младенца. Я, конечно, люблю детей, но это, по-моему, слишком. - Согласен, – с улыбкой кивнул маг. – Возможно, мы даже не будем вместе. Не будем помнить друг друга и даже не будем знакомы. - Я переживу. - Я попытаюсь, как только появится возможность найти вас и взять под опеку, но... - Всё в порядке, Румпельштильцхен. – беременная женщина осторожно коснулась щекой щеки мужа и добавила. – Это того стоит. - До конца дней я... - Не стоит волноваться об этом. Если бы я не была согласна на всё, то никогда не вышла за тебя замуж. Я люблю тебя, Румпель, и пойду за тобой куда угодно. *** - Могла бы надеть что-то менее короткое, – буркнул мистер Голд, когда заметил взгляд Прекрасного принца на груди своей супруги. Его взгляд скользнул по темно-синему платью, задержавшись на декольте и крае подола. – Боюсь, если поднимешь руки, то все увидят твои трусики. - На мне их нет. Адам с открытым ртом проводил супругу взглядом и прикрыл входную дверь. Сыновья накрывали на стол, любезно приняв помощь Эммы и Мери Маргарет. Девид, Генри и Бей уже заняли места, попутно осматривая столовую. Юта мирно спала в своем коробе в гостиной, чему несказанно радовалась Лейси. Она всё-таки не переоделась, как бы не упрашивал Румпельштильцхен и села по правую руку от него за стол. Ужин начался в неловком молчании, но после пару бокалов вина гости и хозяйка дома, пытавшаяся развлечь родственников своей болтовней, всё же нашли тему для разговора. Дети переговаривались и улыбались друг другу, несмотря на явную разницу в возрасте, они легко обсуждали как этот мир, так и сказочный. Генри с восхищением слушал рассказы дядей о драконах и рыцарях, о редких кореньях и травах, о громадной библиотеке Тёмного Замка. Девид и Нил обсуждали в основном городские проблемы и старательно избегали темы взаимоотношений Эммы и Нила. Мэри Маргарет, Эмма и Лейси, наверное, были единственными, чей разговор едва клеился в силу возраста и склада характеров. Румпельштильцхен, быстро уяснивший для себя, что и без него гостям будет неплохо, направился к проснувшейся дочери в гостиную и пробыл с ней до тех пор, пока за ним не пришел Бей. - Я... – Бей замолчал, наблюдая, как его отец укачивал шелковый сверток, – ...не ожидал увидеть тебя таким. Думал, ты погряз во тьме и ненависти, но... - Я рад, что не оправдал твоих ожиданий, Бей, – мистер Голд повернулся к старшему сыну, всё ещё держа младшую дочь на руках. – Спасибо что пришел. Надеюсь, ты делаешь это не только ради Генри и Эммы. Молчание повисло меж ними, но в этот раз Румпельштильцхен сам его нарушил. Он с осторожностью приблизился к коробу, чтобы уложить Юту, но рука Бея остановила его. - Я только уложу... - Можно мне её подержать? – голос дрогнул, эхом отозвавшись в груди мага. Похоже, Бей не так уж сильно ненавидел его. - Разумеется, – мужчина аккуратно передал дочь сыну и с усилием улыбнулся ему. – Мне очень жаль, Бейлфаер, что ты вырос без меня. Каждый день я искал способ, как всё вернуть назад, искал тебя и... - И встретил её. - Верно, – согласился колдун, наблюдая, как потерянный ребенок качает на руках успокоившуюся сестренку. – Мне крупно повезло, что такая женщина полюбила меня, хоть я того и не заслуживаю... - Никто не должен быть один, папа. Даже такой, как ты... - Чего притихли?! – хрупкую и почти идеальную минуту испортил до тошноты высокий голос миссис Голд, которая показалась в дверном проеме, с бокалом красного вина наперевес. – Малышку разглядываете? Уснула или опять чего-то хочет? - Не шуми, прошу тебя. Я сейчас отнесу её наверх. - Поскорее, пожалуйста, а то она портит мне всё веселье!.. – чуть растрепанная, Лейси неприлично повисла на плечах у Бея и пьяно улыбнулась. – Привет... - Здрасте... – Нил был сильно удивлен, потому как по рассказам Эммы миссис Голд была уравновешенной и воспитанной женщиной, верной и скромной. – Может, вам уже хватит? - А ты, почему не пьешь, Нил? Всё ещё обвиняешь отца в том, что твоя мать шлюха? Не стоит, я уже разобралась с её любовником, а она так тем более уже расплатилась... ахаха! - Что здесь происходит?! – раздался голос Эммы Свон, и Лейси, не поворачиваясь, поняла, что лицо молодой женщины нахмурено. – Нил, она же пьяна... - Мам, дай-ка мне свою руку... – начал вдруг Майкл, подходя ближе. - Лейси! – голос Румпельштильцхена мгновенно заставил всех повернулся к нему и замолчать. – Выпей это, прошу тебя. - Что это? - Очень редкий напиток, тебе станет лучше, – женщина бросилась к нему, обвив руками шею, и припала губами к бокалу, что был в руках мага. Какой бы пьяной или безбашенной она не была, Лейси всегда продолжала доверять мужу. – Я объясню вам всё немного позже... В тот же миг женщина в его руках громко выдохнула, будто очнувшись после долгого сна, и приложила ладонь ко лбу. Она заморгала, потрясла головой и чуть не упала, пошатнувшись на непривычно высоких каблуках. Её голубые, такие чистые и добрые глаза нашли лицо мужа, и губы женщины дрогнули. - Румпель... Мистер Голд обнял её, тяжело вздыхая, понимая, что зелье сработало. Он укачивал её, успокаивая, совершенно забыв о гостях и о детях, сосредоточившись только на женщине в своих руках. Она плакала, дрожала и цеплялась за лацканы его пиджака. Белль помнила всё, помнила каждый день, что прожила как Лейси и едва сдерживала крик отчаянья. Она уронила бокал, и тот бы разбился, если бы не Тео, одной силой мысли растворивший его в пространстве. - Всё хорошо... Ты со мной, всё хорошо... Майкл смущенно отвел глаза и жестом пригласил всех вернуться в столовую. Он, как и всегда, прекрасно чувствовал родителей и чуть ли не поклонялся им, поэтому редко перечил и довольно часто брал на себя серьезные обязанности. Сейчас же он решил оставить их наедине и дать матери прийти в чувства после тяжелых для обоих супругов дней «разлуки». - Что произошло, Майкл? - Всё в порядке, – добродушно ответил мальчик старшему брату и добавил, вложив в свои слова больше таинственности. – Просто мама вернулась домой.