Я останусь с тобой навсегда.

Маленький Америка проснулся от звука любимого голоса и сладко потянулся в своей кровати, потерев глаза руками. - Англия, это ты? - Ну конечно я, кто же еще? - Артур улыбнулся и погладил малыша по голове. - Пора завтракать, так что вставай, иди умываться, одеваться, а потом за стол. Сказав все, что хотел, Артур скрылся за дверью комнаты, чтобы не мешать Альфреду. Америка хотел было возразить и немного покапризничать, как полагается ребёнку, но вдруг понял, что совершенно не хочет этого делать. Он любил братика и совсем не хотел огорчать его своими капризами. Да и готовит старший очень вкусно… Поэтому, соскочив со своей кровати, мальчик поспешил в ванную комнату, чтобы умыться. Довольно быстро покончив с водными процедурами, Альфред надел свою одежду и поспешил к Артуру, который уже заждался его на кухне. - Я готов! - прокричал Америка и со всего размаха врезался в Англию, который как раз заканчивал готовить завтрак для братика. - Осторожней! - разозлился Артур и, подхватив Америку на руки, немного грубо усадил его за стол. - Как можно быть таким неосторожным?! А я если бы я пролил на тебя что-нибудь горячее? Тебе повезло, что я успел удержать тарелку в руках! Больше не произнеся ни одного слова, британец поставил тарелку с кашей перед Америкой и, одарив его суровым взглядом, развернулся, чтобы уйти. Глаза мальчика моментально наполнились слезами. Соскочив со стула, Альфред подбежал к Артуру и, схватив его за рукав, прошептал: - Англия, прости! Я не хотел! Не уходи, прошу тебя! - Америка потер глаза и разревелся окончательно. Англия почувствовал себя виноватым. Он повел себя слишком строго по отношению к младшему. Британец подхватил малыша на руки и прижал его к себе, нежно поглаживая по голове пытаясь успокоить. - Не плачь, я никуда не уйду. Прости, что сорвался на тебе... Они простояли так минут пять, десять, после чего Артур вновь усадил Альфреда за стол, а сам сел рядом с ним. - Я не хочу есть кашу, она невкусная! – закапризничал Америка, возя ложкой по тарелке. - Альфред, не выдумывай глупости, а ешь, - как можно спокойнее произнес Англия, чтобы вновь не довести малыша до слез. - Но я не люблю кашу, братик! - продолжал упираться Америка. Артур улыбнулся, ему в голову пришла небольшая хитрость. - А ради меня? Альфреду ничего не оставалось, как молча начать есть. Эта фраза действовала на него безотказно. Он не мог не выполнить такую простую и невинную просьбу. Англичанин с нескрываемой нежностью смотрел на своего брата, поедающего кашу, которую всего минуту назад и видеть не хотел. Он искренне любил своего брата. Артур вообще любил всех, о ком заботился, ему казалось, что так будет всегда: он будет проявлять заботу и получать благодарность в ответ. Но Англия еще не знал, что далеко не всех устраивает его забота и опека...