Тёмное прошлое

Ещё три месяца спустя. Этим вечером в Каменке 05 был праздничный ужин. Праздник заключался в том, что назавтра Каменку покидали Макар и Димка. Девять месяцев пребывания на секретном объекте пролетели почти как один день, хотя поначалу Макару казалось, что время будет тянуться бесконечно. Но в один прекрасный день майор Белоголовцев зашёл в библиотеку, где Димка строчил очередной реферат, а Макар просто читал и сказал: - Ну что, ребятки, готовы возвращаться в обычную жизнь? - Уже? – удивился Димка. - Ну да, - улыбнулся Белоголовцев. – Учить вас нам больше нечему, вы знаете и умеете всё, что знают и умеют ваши наставники, а задерживать вас слишком долго – нецелесообразно, да и глупо. У вас должна быть своя жизнь, твои родные, Макар, о вас беспокоятся, хоть и виду не подают. Так что завтра с утра Мозголом отвезёт вас на станцию. Документы тебе, Макар, я уже выправил – комар носа не подточит, вся твоя служба там зафиксирована, денежное довольствие за девять месяцев получите у меня же, так что на первое время у вас на руках будет вполне приличная сумма. Ты, Макар, не передумал иностранный язык изучать? - Языки, - сказал Макар. – Я теперь на понятийном уровне многое воспринимаю, вы же знаете. Нужно только словарный запас и произношение пошлифовать. - Да ради Бога, - хмыкнул Белоголовцев. – Преподаватель говорит, что с английским у тебя всё отлично, с немецким немного похуже, но вполне на уровне, а ещё ты начал изучать итальянский, испанский и шведский. Не многовато ли? - Так одна ж языковая семья, - ответил Макар, – индоевропейская. Я ж говорю, главное словарный запас пошлифовать, а то такой суржик получится. Но чем сложнее, тем интереснее. Я потом планирую ещё и с восточными языками познакомиться – японский, китайский… - Вот это правильно, - кивнул Белоголовцев. – Это тебе может пригодиться. Молодец, думаю, что скучать тебе не придётся. А ты, Дима, можешь восстанавливаться на дневном отделении своего колледжа – вопрос с этим урегулирован. Так что живите, учитесь, но не забывайте, что вы можете понадобиться. - И скоро? – спросил Макар. - Не знаю, - вздохнул Белоголовцев. – Обстановку международную вы на занятиях анализировали. Так что сами знаете – есть скрытые факторы, которые могут сработать в любой момент. И сработать не в нашу пользу. Так что необходимо будет эти факторы блокировать. Но это вопрос будущего. Возможно, достаточно отдалённого будущего. Пока я могу сказать только это. - А Сашка с Филом? - Саша и Филипп останутся здесь как минимум на полгода ещё. Да, сейчас Саша на диво стабилен, но мы должны исключать любые случайности. И если всё в порядке – они тоже смогут зажить обычной жизнью. Родители Саши очень скучают по нему, но думаю, что всё будет хорошо. - Скучно им будет… - вздохнул Димка. - Да уж, - хмыкнул Белоголовцев, - на какое-то время персонал вздохнёт спокойно. Вы вчетвером – просто страшная сила, что касаемо всяческих каверз. Но, думаю, что их отдых долго не продлится. Через трое суток сюда привезут девочку… Сложный случай. - Ребёнка? – удивился Димка. Теперь он знал, что были способы вычислить в ребёнке будущего Генератора, но таких детей никогда не отрывали от семьи. Приглядывали, вели, следили, но не тревожили. И тут вдруг… - Видишь ли, Дима, - отозвался Белоголовцев. – Тут особый случай. Родители девочки состоят в церкви адвендистов седьмого дня. А у неё – редчайший случай – некоторые способности стали проявляться в неактивированном состоянии. - И какие же? – поинтересовался Макар. - Телекинез. Пирокинез. Левитация. * - В неактивированном состоянии? – недоверчиво спросил Димка. Белоголовцев только руками развёл – мол, за что купил, за то и продаю. - Что ж она после активации может устроить? – поразился Макар. – Атомный взрыв? - Наша задача, - сказал майор, - чтобы она могла управлять своими способностями и не была опасна. Хотя родители уже постарались внушить ей, что в неё вселился бес, она исчадье Ада и на ней печать греха. - А сколько ей лет? – спросил Макар. - В том-то и беда, - развёл руками Белоголовцев. – Ей семь лет. И из неё неоднократно изгоняли беса. - Как? – скрипнул зубами Макар. - Отчитывали, обливали холодной водой, связывали, пороли, ставили коленями на горох, заставляли по сто раз подряд читать «Отче наш» и «Богородицу»… Так, как советовал пресвитер общины. Мы вынуждены были сработать через социальную службу и забрать девочку – они бы её просто замучили, причём с полным убеждением, что творят добро, беса изгоняют. - И теперь она будет жить здесь? – спросил Димка. - Я не вижу другого выхода, - вздохнул Белоголовцев. – В обычном детском доме ей делать нечего, обычную школу она вряд ли сможет посещать, пока не научится себя контролировать. Понимаю, что база – не лучшее место для пребывания ребёнка, но здесь она, по крайней мере, будет в безопасности. Беда в том, что до активации долго, и никого подходящего на роль Резонатора в её окружении нет. А здешний персонал до сих пор не имел дела с таким маленьким детьми. Я надеюсь, что общение с Сашей пойдёт на пользу им обоим и найдётся хоть какой-то выход… Но пускать всё на самотёк нельзя – девочка мала и может принести вред прежде всего себе самой. - А если я поговорю с бабой Фаней? – неожиданно просил Макар. – Она любит детей, и она – Резонатор, оставшийся без пары. Может быть, она сможет помочь, хотя бы временно? - Но они не смогут запечатлеться друг на друга, - возразил Белоголовцев. - И не надо, - ответил Макар. – Но баба Фаня сможет помочь, я чувствую. Кроме того… Ей нужно о ком-то заботиться, а я уже взрослый. Так бабулечка совсем вкус к жизни потеряет, а тут… - Это может помочь, - согласился Белоголовцев, - но как ты себе это представляешь, Макар? - Очень просто, - ответил Макар, - пусть баба Фаня здесь поживёт. С малышкой познакомится. А когда всё будет в порядке – вернётся с ней в Питер. Девочка будет ходить в школу, а мы с Димкой за ней приглядим. Не дело это, когда дитё в лаборатории растёт. - Что ж, - протянул Белоголовцев. – Даю добро. Переговори с Фаиной Борисовной. Меня только одно беспокоит – её возраст и здоровье. Потянет ли она всё это физически? Хотя, судя по всему, со здоровьем у неё всё в полном порядке… Это ж надо умудриться, в её-то возрасте на Крещение в прорубь нырнуть… И ведь хоть бы чихнула после этого. - Это она от скуки, - ухмыльнулся Макар. – И ведь Крещение – праздник не иудейский, хотя бабе Фане вся религия глубоко по барабану – советское воспитание, куда денешься, она и в синагоге-то ни разу не была. А вот поди ж ты – в прорубь потянуло. Я потом спрашивал – зачем? А баба Фаня в ответ: друзей, Макарушка, важно иметь на любой стороне. - Железная женщина… - с некоторой долей восхищения высказался Белоголовцев. На том и порешили. А вечером был накрыт праздничный стол, очень похожий на новогодний – жареная курица, салат оливье, торт, шампанское. Обитатели базы веселились вовсю, на время отбросив железные рамки режима. Макар смотрел на Сашку – тот за последние месяцы выровнялся и просто невозможно похорошел, волосы отросли до плеч густой блестящей волной, глаза сияли, они с Филом смотрелись потрясающе красивой парой, Сашка тоже улыбался, смеялся шуткам, хотя порой в его взгляде проскакивала грусть. Обе пары Генераторов и Резонаторов успели подружиться, и Макару не нужно было слов, чтобы понять, что Фил с Сашкой будут скучать по ним. Особенно Сашка. Но жизнь не стоит на месте, Сашка сумел справиться со своими демонами, а то, что Белоголовцев ещё оставляет их с Филом на базе – просто перестраховка, привычка хорошо делать порученное дело. Макар знал, что у Сашки с Филом всё будет хорошо, и что они ещё встретятся, и Сашка это знал, поэтому хоть и грустил, но грусть свою не показывал. Так что прощальный вечер прошёл хорошо. А наутро Миша-Мозголом отвёз Макара с Димкой к раннему поезду. *** Жизнь потекла своим чередом. Фаня, выслушав правнука, согласилась с тем, что на базе ребёнку не место и приняла предложение Белоголовцева, а через неделю собралась и уехала знакомиться с будущей воспитанницей, которую звали Лариса. Фаня часто звонила Макару, рассказывала о девочке… и, судя по голосу, она нашла общий язык с малышкой и здоровье её не подводило. Макар поступил на факультет иностранных языков, на экзамене он вновь попал к Владимиру Петровичу Воронину, но на сей раз старый вредный препод отнёсся к Макару более чем благосклонно и поставил ему едва ли не единственную в своей жизни пятёрку. Димка восстановился в колледже, а поскольку он не потерял год, обучаясь дистанционно, он оказался в своей прежней группе, в которой без Золотова жилось куда спокойнее и легче. Да и обидеть сейчас Димку было весьма и весьма затруднительно кому угодно. Макар таки вызнал все подробности истории с похищением Димки Игорем Золотовым и нехорошо прищурился. Но ничего не сказал, правда, Димка всё-таки на всякий случай насторожился. И, как выяснилось, не зря. В один прекрасный день, придя в колледж, он обратил внимание на странное шушуканье, в которое вплеталась фамилия Золотов. Димка расспросил старую подружку Соню Сотникову, и рассказанная ею история заставила его ржать, хоть это было и не слишком красиво. Оказалось, Игорь Золотов, благополучно обучавшийся за океаном на папочкины денежки, не столько учился, сколько кутил и гулял, благо банковский счёт папы это позволял… до недавнего времени… Но в одночасье деньги с папиных счетов вдруг стали исчезать неизвестно куда, и папа-Золотов, спасши жалкие остатки, решил выгодно женить сына. Но с этой надеждой пришлось расстаться, ибо при встрече с потенциальной невестой и её родителями, Золотов повёл себя, мягко говоря, неадекватно. Нет, сначала всё было мило и чинно, но когда потенциальный жених решил навестить комнату с белым другом, оттуда вдруг донеслись жуткие крики: «Помогите! Змея!» и звон битого стекла. Обалдевший отец невесты, бросившись на крик, узрел разгромленный сортир и потенциального жениха, который с силой лупил себя по самому дорогому, орал от боли, но не останавливался, в перерывах между воплями поясняя, что к нему в штаны забралась змея, и что её нужно убить, а то она вылезет и всех покусает. Бедолагу увезли в психиатрическую лечебницу с диагнозом «острый реактивный психоз», но надежда на исцеление ничтожна, благо папа-Золотов теперь далеко не так богат и уважаем, как раньше. Димка понимал, что Макар вполне мог сгенерировать ментальное воздействие такой силы на большом расстоянии, но спрашивать его ни о чём не стал, зато устроил любимому волшебную ночь. Может, это и нехорошо, но Игоря Золотова ему нисколько не было жаль. *** Макар возвращался с лекций в университете, настроение было прекрасным, дома уже ждал вернувшийся Димка, Лия испекла пирогов и отправилась в театр с новым знакомым – недавно переехавшим в квартиру этажом ниже немолодым солидным мужчиной, вдовцом со взрослыми детьми в другом городе. Фаня с Ларисой должны были вскоре приехать – пока только погостить, но девочка оказалась умненькой и неплохо начала контролировать себя. Доброе слово и понимание сделали то, чего не могли добиться поркой и наказаниями. В общем, всё складывалось великолепно, но нехороший холодок предчувствия уже бередил душу. И Макар ничего не мог с этим поделать – обострённая интуиция Генератора предвещала, что приближается новый тур вальса с новыми танцорами. И предчувствия не обманули его. Когда Макар вернулся домой и снял рюкзак, из бокового кармашка неожиданно показался уголок узкого коричневого конверта. Макар похолодел, потом аккуратно достал конверт и сказал Димке: - Принеси красный фонарь ** из кладовки. Там где-то были принадлежности для фотографии. Димка кивнул и исчез, через минуту появившись с фонарём в руках. Потом они вошли в ванную, Димка выключил свет, и Макар осторожно вскрыл конверт и достал узкую полоску бумаги. На ней изящным почерком с завитушками, немного старомодным и похожим на женский, были написаны вполне ожидаемые слова: «Это вторая. В день третьей я приду к тебе». КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ *Телекинез - умение перемещать предметы в пространстве усилием воли. Пирокинез – умение создавать пламя усилием воли. Левитация – умение парить или передвигаться в воздухе. **Когда-то ещё до эпохи цифровой фотографии проявление и печать были очень трудоёмким процессом. Красный фонарь был необходим, чтобы не засветить плёнку. Уважаемые читатели! Как вы поняли, приключения Макара и Димки на этом не окончились, будет вторая часть. О судьбе «Руслана» автор не забыл, а умолчал умышленно, поскольку в любой хорошей пьесе на сцене непременно должно быть ружьё. Вторая часть будет писаться немного позже, а что будет следующим – пока сюрприз. Спасибо всем, кто меня читал, комментировал и поддерживал, особая благодарность моей бете – Ехидной Заразе и читателю Ко-Дама за ПБ. Ваш(а) РавиШанкаР