Вечность на двоих...

      Я стою и смотрю на Грин. То, что она перешла на Ты со мной сулит мне еще больше проблем и неприятностей, что были вообще когда-то. Ее недоброжелательный взгляд направлен в упор на меня, руки непринужденно покоятся в скрещенном состоянии на груди, дыхание ровное, хоть и видно как ноздри злостно расширяются, придавая при этом ее лицу угрожающего вида. Она медленно опускает взгляд на пол и качает головой, от чего волосы осыпаются из прически, что сделана на скорую руку, но достаточно элегантна, как раз под стать ей.       Я стою и молча смотрю на Грин, ведь мне даже нечего ей сказать. В голове ужасающе пусто, ни каких мыслей или раздумий, совершенно пусто. Я слышу собственное дыхание и сердце, что готово выпрыгнуть из груди, которое настолько бешено стучит, что отдается в голове эхом.       Я резко вдыхаю воздух ртом, от чего Грин поднимает голову и снова смотрит злостным взглядом, но несколько секунд спустя снова отводит взгляд и тяжело вздыхает.       - Мистер Грей, давайте не будем ходить вокруг да около, - сдержанным и достаточно официальным тоном, что заставляет меня содрогнуться, начинает она. – Вы же понимаете, что то, что сейчас происходит достаточно плохо для Миссис Грей, я бы даже сказала, что это опасно для ее жизни.       - Как мне вас понимать? – резко спрашиваю я, от чего она вновь обращает на меня свой взгляд, но глаза затуманены и отрешенно смотрящие куда-то вдаль.       - Вероятность того, что ваша жена останется живой меньше десяти процентов. – Вздыхает она и подходит к столу, за которым совершенно недавно сидел доктор МакКибенн. Я просто не понимаю как это возможно. В моей голове это не укладывается. Несколько часов назад меня заверяли в том, что с моей женой и ребенком все хорошо, что их жизни ничего не угрожает. – Поймите меня правильно и не впадайте в панику, сейчас это не к стати. Никто, слышите меня, ни кто не должен знать о том, что Ана стоит над пропастью. Вы должны понимать, что люди, которые работают здесь, явно не сталкивались с такой проблемой, а всего лишь читали про такое в книгах, но ущерб нанесен и нам остаётся только надеяться и ждать.       - Как ждать? – я опешил. Меня будто окатили холодной водой, причем достаточно резко и неожиданно. – Но я думал, что именно вы не заставите меня ждать, а предпримите какие-то методы, что бы она осталась жить.       - Мистер Грей, в данной ситуации, после выведения Аны из комы, мы только и можем, что госпитализировать ее в мою поликлинику, где я обеспечу надлежащий уход для вашей жены, и смогу проконсультироваться с моими коллегами. – Она сдержана, а ее лицо все так же непроницаемо, как и некоторое время назад.       - Она нужна мне, – отчаянье шепчу я. – Не позвольте ей умереть.       - Я сделаю все зависящее от меня, - Грин вздыхает и судорожно сглатывает.       - Когда ее можно будет госпитализировать? – мне важно это знать, важно, что бы с ней все было в порядке.       - Если капельница с магнезией была поставлена именно в то время, что я просила, то через час Ана уже будет госпитализирована в мою больницу. – Отвечает она и огибает стол, направляясь к выходу. - Нужно проверить, как обстоять дела, так что я вас покину, но разговор не окончен. Через минут десять я вернусь и мы обсудим самый главный вопрос.       - Могу ли я увидеть Ану? – тихо, ели слышно спрашиваю я.       - Да, - кратко отвечает она. – Но не более пяти минут, после чего вы покинете палату, и я обследую ее.       - Но я бы хотел остаться с ней и при осмотре. – Прошу я, а голос похож на скулеж щенка, что потерялся.       - Нет, это исключено. – Снова короткий и лаконичный ответ дает Грин, и я понимаю, что эту битву я проиграл.       Она легким шагом покидает кабинет и направляется к толпе родственников, что оккупировали дверь в палату Аны. Здесь все, кто и был изначально, все также молчаливо стоят и смотрят куда-то вдаль. Вот только нет Кэйт и Элиота, наверно она все еще в шоковом состоянии и Элиот старается ее успокоить и привести в чувство. Единственное, что меня беспокоит помимо Аны и ребенка, это то, не дошли ли слухи до моей мамы, потому как она не простит такой оплошности и уж точно будет на стороне Каваны, что так жаждет меня убить.       - Кристиан Тревельян-Грей. – голос убийственно смиренен и в тоже время до жути страшно становится от того, что этот голос принадлежит моей маме.       Я разворачиваюсь и вижу как ее везут в коляске, а рядом медсестра везет штатив с капельницей. Я пытаюсь выдавить из себя улыбку, но со всей уверенностью я могу сказать, что это явно было не похоже на радушную встречу, я бы даже сказала, что на моей лице скорее было написано, что с Аной не все так хорошо. Немного помешкав я направился навстречу к матери. Сократив дистанцию между нами в два шага, я опускаюсь перед ней на колени, чтобы наши глаза были на одном уровне. Она смотрит на меня ласковым и нежным взглядом, как тогда, в детстве, и я понимаю, что не смогу от нее скрывать то, что сейчас могу лишиться моей семьи.       - Кристиан, - ласково дотронувшись до моей щеки, окликает меня. – С ней все будет хорошо, она сильная девочка.       Я не в силах сказать что-либо, дар речи будто отняло, и я забыл, как говорить. Мне было так стыдно перед ней, так нетерпимо больно обманывать ее, а еще тяжелее было хранить в себе тайну о настоящей опасности и о том, что может случиться непоправимое. Я лишь нежно прижимаюсь щекой к ее руке давая понять, что я в отчаянье, что боюсь, что мне нетерпимо больно.       - Кристиан, - вновь окликает мне Грейс. – Посмотри на меня. С ней все будет хорошо.       - Я знаю мамочка. – Впервые после стольких лет я снова называю ее ласково. Мое сознание пронзает воспоминание о том, когда Ана сказала мне, что беременна. Если бы я тогда не вспылил, то никогда бы не случилось ни этого случая, ни того, что случился в прошлом. От этих воспоминаний хочется выть волком, но я стараюсь сдерживать самообладание и не выдавать своим поведением, что все на много хуже, чем то, что все знают. Крепко сжимаю кулаки и поднимаюсь с колен, чтобы поцеловать маму в щеку.       Грейс остается сидеть, а я вновь направляюсь к палате Аны. Доктор Грин нигде не видно, наверно она уже в палате. Прохожу мимо всех родственников и тянусь рукой к ручке двери, чтобы войти внутрь, но меня останавливает чье-то прикосновение по плечу. Я оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с отцом. Никаких слов, только взгляд отца, что дает понять, что все поддерживают меня и желают скорейшего выздоровления Анастейше. Я безмерно благодарен отцу за понимание и лишь кивком отвечаю на все его невысказанные слова, и скрываюсь за дверью палаты.       Ана лежит на койке в стерильно чистой комнате на белых простынях, рядом с ней стоит доктор Грин и по все видимости проверяет пульс, делая заметки в свой блокнот с приборов. Лицо Аны расслаблено, словно она просто спит. «Так стоп Грей! Ты, что хоронить ее уже собрался?» - довольно неожиданно всплывает мое подсознание, где-то с темных глубинок моей головы. Невольно отгоняю от себя тяжкие мысли и стараюсь думать о светлом будущем с моей женой и ребенком.       - Как она? – интересуюсь я, когда подхожу ближе к койке.       - Сейчас состояние стабильное и она просто спит. – Легко и непринужденно отвечает она. – Через час приедет скорая помощь, и мы госпитализируем Ану в мою больницу.       - Хорошо. – Отвечаю я. Подойдя вплотную к своей жене, я беру ее руку и кладу в свою ладонь. Она теплая и нежная, а кожа бархатистая. Я наклоняюсь и целую ее руку, ощущая пьянящий аромат, но от этого действа меня отвлекает доктор Грин.       - Нужно обсудит один очень важный вопрос мистер Грей. – Голос деловой, а речь четкая без каких-либо запинок.       - О чем? – как робот отвечаю я.       - О вашем воздержании от секса. – Выпаливает она, а я просто каменею от этих слов. Это как?