Сегодня — гуляем!

— Какие-то претензии, дозорный? — холодно спросил Игнат, когда смущающийся парнишка-темный, с растрепанной копной пшеничных волос, видимо, совсем недавно поступивший в Дневной дозор, попытался с ним заговорить на улице. Мальчишка покраснел ушами и пробормотал: «Нет». Его напарница смерила Игната неприязненным взглядом. * — Как хоть тебя зовут, спаситель? — поинтересовался Игнат, когда смутно знакомый светловолосый парень притормозил свою машину на трассе и махнул рукой, чтобы Игнат забирался в салон. В модном пальто было и так-то не жарко, а к ночи ударил мороз. Первый час Игнат согревал себя заклинанием, потом силы кончились. …Он «обрабатывал» фигуранта, а в это время на дачу внезапно вернулась жена фигуранта, как оказалось, довольно сильная ведьма. Вот тут Игнат и узнал, что такое «разнесет клочки по закоулочкам». Какая-то неведомая сила подхватила его и вышвырнула из дома любовника в стылую подмосковную ночь. Он еле выбрался из сугроба и побрел к шоссе. Ботинки промокли через минуту… — Дима, — смутился парень, и внезапно Игнат вспомнил, где его видел. В патруле Дневного дозора год назад. * Игнат возвращался с очередного задания, измочаленный и злой, а тут, как назло, в толпе у метро к нему прицепился какой-то мужик с сальным взглядом и потным лицом. В данную минуту одна только мысль о сексе вызывала у Игната тошноту, а искатель приключений не отставал. Игнат в сердцах послал в него легкий заряд реморализации, и тут двое темных патрульных выскочили как из-под земли. Один был незнаком, а вот второй оказался тем самым кудрявым Димой, что зимой подвез его, замершего, до дома. — Применяете незаконное воздействие, Светлый? — ехидно поинтересовался незнакомый дозорный. Игнат только вздохнул. Ему бы умение Городецкого зубы заговаривать, но, увы, Игната держали в Дозоре за другие таланты. — Вадь, давай его отпустим, — сказал вдруг Дима. — Не видишь, человек на последнем издыхании? А у нас дежурство пять минут назад формально закончилось. Давай, а? А я за тебя в среду отдежурю. Напарник хитро ухмыльнулся, посмотрел на часы и кивнул: — Будешь должен. Пока, Ромео. И ушел. Дима смотрел на Игната, как щенок, ищущий хозяйской ласки. — Опять спасаешь? Это уже становится традицией… — криво улыбнулся Игнат, мечтая лишь о том, чтобы упасть в постель и проспать часов сорок подряд. — Но только ничего тебе не светит. Я с темными не сплю. Принципиально. За полтора года мальчик не разучился краснеть. «И где они только берут таких?» — подумал Игнат, почему-то чувствуя себя виноватым. * Это дело не понравилось Игнату с самого начала. С фотографии на него смотрела блондинка с умными глазами. Вдохновения он не чувствовал, и интуиция громко кричала Игнату, что в данном случае у него ничего не получится: девушка явно предназначена кому-то другому. Подталкиваемый плохим предчувствием, Игнат попытался спорить: — Это не мой профиль. Не самая симпатичная мне ориентация! — С кем спать, ты будешь выбирать в нерабочее время, — отрубил шеф. И Игнат, конечно же, едва не сорвал план. Воронка резко увеличилась. Его спешно отозвали, а вместо него к Светлане Назаровой отправился Городецкий. * Гесер был им недоволен, это еще мягко сказано. — Уйди с глаз моих, болван! — бросил он Игнату. Худощавый маг с пронзительным взглядом, сидевший на корточках в углу, противно хихикнул. Игнат вышел вон. В соседнем помещении расположились наблюдатели Дневного дозора. Игнат хотел пройти мимо, но взгляд зацепился за кудрявую макушку. — Дим! — громким шёпотом позвал он. Парень обернулся. В глазах застыл испуг. Видимо, рядовые Темные не особо надеялись, что уцелеют, если инферно все-таки прорвется. Игнат кивком показал ему, мол, разговор есть. Дима что-то сказал другому темному и вышел в коридор. — Что? — спросил он, моргая белесыми ресницами, и Игнат подумал, как, должно быть, обидно умирать в таком возрасте. «Да пропади все пропадом!» — решил Игнат, схватил Диму за руку и потащил его за собой. Затолкал в ванную и закрыл за собой задвижку. Дима непонимающе глядел на него. — Ты же сам сказал, что не спишь с темными, — чуть обиженно сказал он. — Принципиально. — Сегодня можно. Сегодня — гуляем! — прошептал Игнат и впился ему в губы.