— Что ты делаешь со мной? — шепчет мне на ушко он.
— Я-я-я?.. — я растерялась.
— Что? Скажи мне…
— Я… Я-я-я… — я вновь теряюсь и забываю обо всём. Пытаюсь отодвинуться и отдалиться, но моё тело будто парализовано.
— Говори, — уже более громко произносит он, при этом постепенно отодвигая прядь волос, которая нависла над моим лицом.
— Не знаю…
— Тебе не уютно? Почему пытаешься уйти? — он фактически вдавил меня в стену, мне некуда было деваться.
— Слушай, что ты творишь? Отойди уже.
— Зачем? И что мне будет, если продолжу? — шептал он, наматывая на палец прядь моих волос.
— Отойди… — я хотела крикнуть, но не смогла, мой голос меня не слушался. Получилось лишь отчаянно пискнуть, как будто я запуганная девчонка.
— Что? Я не слышу. Повтори! — он, похоже, издевается.
— Отойди! — уже всё-таки кричу я, но я понимаю, что как бы я не пыталась отрицать, я не хотела… Наверно, не хотела, чтобы он отходил…
— Почему? Раньше ты любила игры, что же теперь?
— Из-за тех игр пострадал любимый для меня человек… — я еле сдерживаю слёзы.
— Неужели? Ты хочешь плакать? Ты уже сожалеешь? Прогресс, Мия, — Джекс оттолкнулся от стены, а я выдохнула. Он начал ходить по комнате.
— Я не буду что-то доказывать тебе, но, да, я сожалею! — чувствую, что всё внутри пылает, и я вот-вот впаду в истерику.
— Я не думаю, что ты его любила или хотя бы уважала. Ты врала ему и поступала с ним очень подло, поэтому, я не думаю, что твои сожаления сейчас к месту, — спокойно, сев на диван, продолжил обвинять меня.
— Я всё знаю, но почему ты так жесток? Для чего ты играешься со мной, хотя знаешь, что это тяжело для меня? Я уже допустила ошибку, пойдя на поводу своего желания играть! Почему? Почему?! — уже срываюсь на крик.
— Потому что ты не заслуживаешь пощады, — внезапно подошёл он и схватил меня за руки, снова вдавив в стену, доставляя ощутимый дискомфорт.
— Ты делаешь мне больно… — стараясь не заплакать от боли, произношу я.
— Ты и не подозреваешь, сколько боли ты причинила другим, — уже немного успокоившись, выдал он, ослабив хватку.
— Хорошо! Хорошо! Я — чудовище! — кричу я, не обращая внимания на то, что по моему лицу текут слёзы, я просто кричу и не могу успокоиться, — в тот вечер он увидел нас, все твои прикосновения и убежал на улицу, а после и на дорогу, он не видел, куда бежал, в конце ещё это машина… Почему это случилось? Почему спустя два долгих и тяжёлых месяца ты всё ещё напоминаешь мне, а я всё ещё плачу? Тут есть и твоя вина! Почему ты вынуждал меня идти на такую войну с тобой, ведь знал, что я не могу сдаться, почему провоцировал? Тебе, ведь, это нравилось? Ты ещё хуже, чем я, — солёные капли стекали на подбородок.
— Я не лгу близким людям, я лучше уйду от них, чтобы не делать больно… Я хотел проверить, на что годиться богатенькая мамина доченька, и я узнал.
— И на что я гожусь?
Он просто молчит, отпускает меня, садясь на диван.
— Я на самом деле люблю Мэтта, может не как парня, но как друга, как лучшего на свете друга. Я не знаю, какие именно это чувства, но я дорожу им, дорожу как и Элисон. Это самые родные и близкие люди для меня в этой жизни. И я также знаю, что не заслуживаю их прощения.
— Если ты так дорожишь ими, то почему так поступаешь с ними? Докажи им вновь, что тебе можно доверять, и что ты хочешь быть с ними рядом всё время, что ты не можешь их потерять, почему ты не пойдёшь к ним? — он сказал то, что я не ожидала услышать от него.
— Тебе не понять…
— А, ну да… Лучше быть лживой трусихой, — уходя в свою комнату спокойно, не оборачиваясь, произносит Джексон.
— Почему? Почему, каждый раз когда я думаю, что всё налаживается, и ты начинаешь понимать меня, всё оборачивается вот так, и мы ссоримся? — сегодня меня так и прёт задавать те вопросы, которые я бы никогда не решилась задать…
— Сегодня ты задаёшь много вопросов, — доносится голос из его «любимой» комнаты.
***
POV Мэтт
Сейчас я будто прохожу по другим коридорам, по другой школе и вижу других учителей и учеников. Всё стало иным и теперь уже не вернётся в свой прошлый вид.
Я не могу подойти к ней, не могу улыбнуться и обнять, не могу сказать, как она прелестна, как когда-то. Но я потерял не только былую Мию, которая могла делиться со мной многим с самого детства, я потерял и лучшую подругу, которая всегда была на моей стороне и никогда не бросала меня. Сколько бы она не кричала, что она со мной и никуда не уйдёт, я не могу это принять…
Элисон для меня самый родной и понимающий человек, она лучшее, что было у меня в жизни, но я не могу продолжать давать ей возможность страдать из-за меня, я причинил ей столько боли, заставил неоднократно плакать, грустить в одиночестве. Она не заслуживает такого, она девушка, которая заслуживает всего, только самого лучшего. Если я позволю быть ей рядом с собой, то буду эгоистом по отношению к ней. Но как, как посмотреть в эти искренние и преданные глаза и сказать «уйди», как мне сказать ей, чтобы она бежала скорее и не причиняла вновь себе боль. Это так сложно и тяжело…
— Мэтт! — услышал, как меня зовут и оборачиваюсь на оклик Элисон.
Я иду ещё быстрее.
— Мэтт! Стой! — кричит вновь Элисон, я не могу игнорировать этот голос и всё-таки останавливаюсь.
— Какого чёрта ты избегаешь меня? — впервые вижу её такой, впервые вижу, чтобы она кричала, а тем более на меня и в школе перед всеми.
Я ничего не могу ответить и просто молча смотрю на неё.
— Если тебя не будет рядом… — начинает она вновь через несколько минут, но я её перебиваю.
— Элисон, — хочу я перебить, но она всё равно не даёт сказать и продолжает.
— Я не смогу без тебя… — выкрикивает она.