Глава 13
6 февраля 2015 г., 22:12
Этим новым утром царь впервые за долгое время позвал Гефестиона к себе.
Мужчина испытывал легкое возбуждение. Во дворце было тихо. Видимо, о смерти Багоя еще никто не знал.
Гефестион имел искусный талант к театральным способностям. Он выглядел абсолютно спокойным, словно прошлой ночью ничего не было.
Александр лежал в своей ванной, откинув голову назад и закрыв от удовольствия глаза.
Лучи палящего солнца играли на влажной коже царя, превращая капли воды, точно в драгоценные камни. Золотые кудри, что стали значительно длиннее, колыхались при дуновении легкого ветра.
Гефестион вошел в покои, и у него перехватило дыхание от увиденного: даже принимая ванну, Александр оставался таким же величественным и прекрасным.
Воин пробежался взглядом по обнаженным участкам кожи своего друга и пришел в восторг. Как же он тосковал по своему Александру!
— Мой милый Гефестион, мы давно с тобой не виделись, я скучал, — произнес золотоволосый, не открывая глаза. — Почему ты ко мне не приходил?
Гость ощутил некий укол вины и смущения.
— Прости, ты был занят и...
Александр открыл свои большие ясные голубые глаза и выразительно посмотрел на своего возлюбленного.
— Для тебя всегда открыты двери моих покоев.
— А где Багой?
— Наверное у себя.
— Многие недовольны тем, что ты так увлечен этим юнцом, — Гефестион едва смог скрыть свое пренебрежение на последнем слове.
— А мне всё равно, — беззаботно ответил царь, вновь закрывая глаза.
Воин сделал вид, словно речь Александра ничуть его не затронула.
— Подай мне мою одежду, — попросил царь.
Гефестион поспешил выполнить просьбу. Золотоволосый стал на ноги, и кареглазый воин был не в силах отвести своих глаз.
Его возлюбленный, действительно, был богоподобен, иначе и не объяснить его безупречность.
— Что с тобой? — спросил Александр, заметив замешательство товарища.
— Ты — совершенство, — выдохнул Гефестион.
Царь подошел к другу и взял его за подбородок.
— Мой милый друг, единственное совершенство здесь, так это ты.
Александр прильнул к мягким губам своего возлюбленного. Нет, ни один человек не был способен заменить царю Гефестиона.
В последнее время Александр сильно тосковал по своему другу. Он чувствовал, что они значительно отдалились, и это причиняло ему невыносимую боль.
Александр не мог понять причин, по которым они стали такими чужими.
Царь сжал возлюбленного в крепких объятиях и желал никогда больше его не отпускать.
— Почему мы стали такими далекими? — прошептал Александр, целуя Гефестиона в шею.
— Не знаю. Не хочу об этом говорить, просто будь со мною рядом.
Царь плавно принялся снимать с мужчины одежду, целуя его плечи, ключицы. Естественный запах тела Гефестиона опьянял Александра.
Он не хотел больше ждать, но и жаждал, чтобы этот момент длился как можно дольше.
Гефестион лег на постель и поманил Александра за собою. Царь разделся и лег рядом. Несколько долгих мгновений они смотрели друг на друга, упиваясь желанием, что отражалось в их глазах.
Александр убрал со лба Гефестиона прядь волос и неторопливо поцеловал.
— Прости меня за грубость и равнодушье, что я проявил к тебе, — прошептал царь, проводя пальцем по гладкой коже живота своего друга.
Гефестион в возбуждении содрогнулся и попытался совладать со своим телом.
— Не нужно извинений, — едва слышно произнес он.
Александр вновь поцеловал возлюбленного и стал между его ног. Он всматривался в лицо Гефестиона на расстоянии вытянутых рук.
Эти чувственные губы так и манили царя. Прекрасные карие глаза блестели в свете солнечных лучей. Казалось, что время замедлило свой ход, и вокруг ничего нет, кроме них двоих.
— Твоя неземная красота и светлый ум не перестанут меня восхищать, даже если я буду на волоске от смерти.
— Не говори о смерти, одна лишь мысль о том, что тебя не будет рядом, приносит мне боль.
— Мы будем вместе всегда, слышишь? И, даже если тебе покажется, что я тебя не люблю или не уделяю должного внимания, то знай - всё это неправда. Моя любовь к тебе будет жить вечно, несмотря ни на что.
Александр провел ладонью по щеке Гефестиона. Возбуждение уже достигло той крайней точки, когда начало приносить боль, и царь, больше не в силах ждать, вошел в своего возлюбленного.
Гефестион вцепился в плечи Александра и всем телом напрягся. Он уже отвык от их близости, поэтому испытывал некое неудобство.
Царь почувствовал это и замер.
— Что с тобой? — золотоволосый мужчина нахмурился.
— Всё хорошо. Просто... Просто я отвык от этого, — Гефестион отвел взгляд в сторону.
— Прости, обещаю, этого больше не повторится, — Александр поцеловал друга в висок и сделал первый толчок.
Гефестион глубоко вздохнул и сжал плечи царя так сильно, что костяшки на его пальцах побелели.
Александр двигался очень осторожно, боясь причинить боль. Заметив на левом плече шрам от персидской стрелы, он не удержался и поцеловал его.
Вершина наслаждения постигла влюбленных абсолютно внезапно. Царь замер и, закрыв глаза, предался объятиям удовольствия.
Гефестион тяжело дышал, сжав простыни. Он буквально слышал, как громко стучат их сердца и это, поистине, было чудесным.
Александр, обессилив, лег на спину. Его широкая грудь длительное время часто вздымалась, а по вискам скользили капельки пота.
Наслаждаясь всей этой эйфорией и экстазом, Гефестион, действительно, стал счастливым.
Он ужасно боялся, что Александр остыл к нему, но как глубоко он ошибался!
Они по-прежнему преданны друг другу, несмотря ни на что. Гефестиона грела мысль о том, что, каким Александр бывает с ним, он не будет ни с кем другим, даже с Багоем.
