Шлак

      Сложно сказать, что происходило в активированном процессоре молодого трансформера, которого вытащили из подпольной лаборатории. Наверное, ничего. Он слабо соображал, вряд ли он вспомнит, как его принесли.        Как только они поднялись на борт, их уже встречали. Ферстэйд с передвижной платформой. Но возникла проблема: бот никак не хотел покидать теплых манипуляторов Рэтчета. Когда тот стал его выкладывать, мех начал жалобно скулить, не желая, чтобы его вновь клали на плоскую поверхность. Ему было страшно: вдруг его опять прикуют, только уже в другом месте, ведь такое было не раз. Остатки сил он потратил на то, чтобы его не выложили на ненавистную платформу.        - //Что будем делать, Рэтчет?// - молодой медик связался по внутренней связи, чтобы не сказать лишнего при пациенте.        - //Его нужно отмыть. Это достаточно трудоемкий процесс. Надо опустить его в очиститель, чтобы вымыть это все. Я сейчас его отнесу в мойку, побуду с ним, постараюсь начать, а ты должен будешь незаметно отправить его в оффлайн.// - Медики внесли пострадавшего в ремблок корабля. Остальные удалились по своим делам. Родимус собрался выступить с речью и передать Магнусу кое-какую информацию о находке пока ещё неопознанного меха. Вскоре его идентифицируют и нужно будет прокатить его по базе. Но об этом потом, вернемся в ремблок.        Несчастного перетащили в мойку. Рэтчет вместе с ним присел на одно колено и из тонкого шланга начал промывать фейсплейт. Будучи ещё в сознании, спасенный трансформер подставлял лицевую под струи очистителя, безмолвно радуясь тому, что хоть какая-то часть его корпуса будет отмыта. По мере того, как смывался слой за слоем скопившейся грязи, его лицевая приобретала очертания. Губы были разрезаны по бокам, на левой металлической щеке было высечено скальпелем "Шлак", а на правой - "Шлюха". Преемник помогал медику и в какой-то момент незаметно вколол найденному меху в шейную магистраль какой-то препарат, после чего тот медленно погрузился в оффлайн. Все же нужно было - опустить его в очиститель, чтобы промыть как следует. Так они и поступили, как только убедились, что мех в отключке.        - Никогда не встречался с такой жестокостью... ему придется заменять почти все, от брони до проводки.       - Я видел подобное, но, признаюсь - такой случай впервые. Невероятная жестокость. - Первым делом медики отделили всю внешнюю броню, которая уже не подлежала починке, оставляя лишь хрупкий эндоскелет трансформера. Самым сложным было снять шлем. Процессор был пробит до мозгового модуля. Заржавевшая рана утягивала за собой важные провода, пришлось их сначала подпаивать. Избавившись от брони, меха поместили в очиститель. Там он пролежал около груна, после чего его вытащили совершенно чистым. Система очистки работала безотказно.        Теперь, когда все нечистоты были смыты, нужно было переходить к следующему, самому трудоемкому процессу - восстановлению систем. Тяжелая, кропотливая работа. Пока Рэтчет занимался ей, Ферстайд сделал сканирование меха, прогоняя его по базам. Вскоре ему удалось найти сходство. Это был Ипсилон, командующий тем самым потерянным отрядом. Молодой бот смотрел на его фотографию и поражался, как за два года изуродовали его корпус, до неузнаваемости. Даже лицевая была слишком повреждена, что бы уловить хоть какие-то черты сходства.       Над чем, собственно, пришлось работать? Да практически над всем. Процессор был поврежден, грудная вся исполосована, впоследствие Рэтчет нашел в ней даже посторонние предметы в виде игл. К тому же мех, по всей видимости, очень долго голодал, медики почти сразу же ввели искусственным способом ему энергон, чтобы системы стали хоть как-то работать. Манипуляторы пришлось ампутировать и установить новые, потому как пальцы были просто в ничто, такое ощущение, что по ним били молотком, пока они не превратились в плоские пластинки. Позже было обнаружено, что у меха перерезаны тяжи, из-за чего его серво не двигались не только ниже коленных сочленений, но и начиная от тазобедренных.        Скорее всего, он пытался сопротивляться, и чтобы он не дергался, ему обрезали все. Важные опорно-двигательные провода были просто выдраны. Мех был практически полностью лишен подвижности. Починка основных систем заняла около пяти грунов, в четыре манипулятора. И это было только меньше половины.        Спайка и замена мелких проводов утомляла, и медики пару раз прерывались, чтобы хоть немного отдохнуть от монотонной работы и выпить энергона.        Следующим пунктом была починка внутренних, принимающих систем. Рэтчет мог с точностью сказать, что такого он раньше не встречал. Порт меха по конструкции должен быть раза в два, как минимум, меньше. Как и из грудного отсека он извлек мелкие иглы. Какую же невероятную боль должен было испытывать трансформер во время контакта! Но тут медик с облегчением выдохнул: нейросистема была повреждена и, похоже, последние пару месяцев Ипсилон ничего не чувствовал. Работы было невероятно много.        К вечеру был восстановлен весь внутренний корпус, оставалась лишь броня.        Пока медики восстанавливали несчастного по частям, для него отлили новые детали. Из базы данных была снята 3D-модель каждого отдельного сегмента и корпус был восстановлен по образцу. Испытывая невероятную жалость к найденному меху, броню даже сразу покрасили в те цвета, предположительно в которых она была до заключения.        С этой задачей Рэтчет и Ферстэйд справились быстрее.        И вот наконец, спустя долгих 17 грунов, трансформер был полностью восстановлен, полностью функционален. Ни царапинки, лицевая была бережно зашпаклевана и отполирована; рассматривая даже под микроскопом, вы вряд ли заметите микроскопические швы, что отполированы до полного исчезновения.        Посмотрев на него, вы не представите ту картину, которая была на самом деле. В этом была заслуга исключительно Рэтчета, автобота, который спас несчастного Ипсилона от ужасной смерти. Благодаря его опыту и навыкам этот трансформер сможет начать жить заново.        Стоит заметить, что во время восстановления брони в ремблок наведался Ранг. Он расспросил медика обо всех реакциях и попросил его после окончания оставаться поблизости со своим пациентом, потому как Рэтчет был первым, кого увидел пострадавший и его это немного успокоит, нежели он увидит кого-то другого.        Совет психолога был взят на заметку, а Ипсилон, будучи еще в оффлайне и на стадии починки, был записан в пациенты Ранга. Это ему будет действительно необходимо.        Как и было решено, Рэтчет остался с мехом, отправив Ферстэйда отдыхать.        Медик ушел в спящий режим прямо на стуле возле платформы, облокотившись на спинку, и с датападом в манипуляторах, по которому читал новости. Он провозился достаточно долго с этим мехом и неплохо было бы уйти на перезарядку, но он не мог оставить пациента одного.        Неважно, сколько точно прошло времени, но медик пришел онлайн, услышав какое-то копошение. Активировав оптику, Рэтчет сразу же обнаружил пропажу меха. Тот куда-то делся. Ремблок был достаточно большой, а двери медбот специально заблокировал, чтобы Ипсилон, когда придет в себя, не наделал глупостей. Какое-то время понадобилось на поиски бота, но вскоре медик его нашел. Тот сидел забившись в угол, свернувшись и обхватив шлем манипуляторами. Его корпус содрогался и стал трястись, как только Рэтчет подошел к нему. Медик, тяжело выдохнув, присел на одно колено и аккуратно коснулся пальцами манипулятора бота. На удивление, мех не дернулся.        - Ипсилон, ты в безопасности. Ты находишься на корабле Лост Лайт, под командованием Родимуса Прайма. Все хорошо, тебе больше не нужно бояться. - Пальцы бота обхватили пальцы медика, а после он снял манипуляторы со шлема, глядя на Рэтчета. Лицевая меха выражала потерянность, страх и тревогу. Он тяжело вентилировал, температура корпуса ощутимо повысилась. Он долго смотрел на медика, прямо в оптику, как тогда, когда он поднял его впервые, а потом задал один единственный вопрос:        - Кто такой Ипсилон?