Две жизни

- Это просто невозможно! – восклицал мужчина средних лет. – Как так может быть, чтобы у моего родного сына не было чакры?! - Прошу прощения, - причитала молоденькая медсестра, - но она не обнаружилась при доскональном осмотре. - Вы понимаете, что у сына Хокаге обязательно должны быть чакра и сила, чтобы защитить родную деревню?!- кричал разгневанный Минато. - Хокаге, прекратите сию же минуту кричать на невинную девушку! – прикрикнула пышногрудая блондинка. - Цунаде, - в голубых глазах мужчины появилась надежда, - что мне делать? Женщина тяжело вздохнула, поправила свои хвостики и сильнее прижала папку с документами: - Я не имею никакого представления, - довольно грубо и резко ответила та. Ей было действительно очень жалко своего правителя, но она ничем не могла помочь, из-за чего злилась на себя и на свою беспомощность. Минато же только пригладил свои пшеничные волосы, грустно улыбнувшись. У него нет другого выхода: в скором времени его сына, Наруто, будут презирать и дразнить потому, что он не такой, как они. Как бы горько и тяжело на душе ни было, но от позора надо избавляться. Мужчина вздрогнул, поняв, что он назвал своего ребёнка «позором». А так ли это на самом деле? Важней ли ему сейчас своё положение? « А что будут говорить люди, когда узнают, что у Наруто нет чакры?» - задался вопросом он, но так и не понял: он зависит от чужого людского мнения. В этом и есть проблема Минато. Но винить его не стоит, ведь он – четвёртый Хокаге, правитель Конохи. Передёрнув плечами, мужчина хотел уже уйти, как его остановила Цунаде: - Погоди! – очень серьёзно сказала она, забыв даже о вежливости. – Что ты собираешься с ним делать? – нахмурившись, спросила та, в душе уже понимая, чем обернётся это решение для ребёнка. - От позора, - покривил душой, - нужно избавляться, - сталь и ледяной взгляд заставили блондинку проглотить слова, которые так и порывались наружу. - Ты… - голос пропал на несколько секунд. – Ты же не собираешься его выкинуть?! Это было сказано громко и с нотками истерики, но мужчину не остановило состояние Цунаде. Он лишь холодно взглянул на женщину и, развернувшись, ушёл. Врач долго ещё смотрела в пустой коридор. Минато шёл по улицам Конохи и размышлял: а правильно ли он поступает? Несомненно, он старается во благо деревни. Ведь его небольшому государству не нужен слабый правитель, да? Следовательно, надо от него избавиться. Где-то на сердце появилась тяжесть, которая становилась сильней и росла с каждым шагом. А что скажет жена? Не известно. Пройдя в свой кабинет, на Минато тут же набросилась Кушина. - Ну что? – с тихой и робкой надеждой в глазах спросила женщина. - Моя дорогая… - вздохнув, он посмотрел на неё. Не нужно было и слов, чтобы понять, что её дитя не прошёл эту проверку. Сердце матери чувствует всё. – Ему не место среди нас. Женщина поджала губы, упрямо не желая, чтобы слёзы катились по щекам. Её сердце разрывалось от тоски и боли. Все её надежды разрушились, разбились на мельчайшие осколки, которые теперь валяются без надобности. Но ведь можно из осколков собрать новое стекло. Или всё же нет? Понимая, что она дала жизнь этому ребёнку, что она вынашивала его в себе, сердце матери разрывалось, огромный ком страданий выпал на долю несчастной. - Как же так… - тихо прошептала Кушина, заваливаясь на диван, смотря пустым взглядом перед собой. - Мне самому тяжело это принять, - с огромной горечью проговорил Минато, наблюдая за супругой. Красивые красно-вишнёвые волосы лежали на плечах, серо-зелёные глаза будто бы ничего перед собой не видели, а на прекрасном чистом лице появились небольшие морщинки. - Нет, - прошептала она, - я не отпущу его, он будет со мной! Я обязана его защищать! – явно срываясь, говорила та. Не было ни слёз, ни рыданий – ничего. Лишь огромная пустота и беспощадная боль, которые поселились в душе. - Я понимаю твои чувст… - но Минато не дали договорить. - Да ничего ты не понимаешь! Это не ты его рожал, не ты давал, чёрт возьми, ему жизнь! Да что ты вообще можешь знать?! – истерика. Громкая, звонкая и долгая. – Наруто для меня самый родной и дорогой человек. Он дороже даже тебя! – крича, говорила Кушина. – Я люблю его сильнее всех. Даже сильнее Мамору! - Кушина… - тихо прошептал мужчина, заключая женщину в крепкие объятия, которые ей так были необходимы. Ночь. Деревня Скрытого Водопада. Два силуэта – женщина и мужчина – еле виднелись в непроглядной тьме. В руках у женского силуэта был младенец, который сладко посапывал у неё на руках. Он был замотан в белые пелёнки, которые были видны в темноте намного лучше, чем любой огонь. Силуэт наклонился, положив ребёнка на зелёную траву возле деревни скрытого водопада. Две тени постояли ещё пять минут возле белого пятна, а потом растаяли в самой тьме. Прошло десять минут. Ветра не было, а яркая луна скрылась за облака, даже не приглядывая за ребёнком, который мирно спал. Но вдруг из-за поворота выглянула женщина, её словно что-то звало, манило по направлению ворот. Выйдя, она осмотрелась по сторонам: мало ли на неё кто-нибудь нападёт, - но нападения не было. Всё было чисто, и лишь тишина убаюкивала всё живое. Осмотревшись ещё раз, взгляд её наткнулся на белый свёрток. Подойдя, она увидела личико маленького ребёнка, который тихонечко сопел. Прямо возле него лежал конверт, который женщина тут же раскрыла. « Прошу вас, позаботьтесь о моём сыне. Дайте ему жизнь, которую не могу дать я. Не покидайте и не оставляйте его. Я прошу вас от всего материнского сердца! Зовут его – Наруто, оставьте ему это имя, пожалуйста». Прочитав письмо, женщина наклонилась и, посмотрев своими фиалковыми глазами на малыша, мягко улыбнулась, подняв того на руки. - Надеюсь, что Хикаро будет не против, - погладив осторожно дитя по голове, прошептала та и скрылась за воротами деревни. Так и началась новая история.