Увидеть и повторить

От брызнувших на лицо света и пыли Локи морщит нос, жмурится – и звонко чихает. Он открывает глаза пошире, смотрит на Старка, переводит взгляд на окруживших воронку в асфальте Мстителей, облизывает пересохшие, неприятно запыленные губы и ехидно заявляет: - Ну что, все успели воспользоваться возможностью сделать мне искусственное дыхание? Тони вздрагивает, замечая, как стремительно наливаются кроваво-алым теперь уже зеленые глаза Бога Обмана. Его кожа приобретает темно-синий цвет, по лбу и щекам растекаются неширокие светлые полосы. Очень знакомо – и в то же время, словно чужое – лицо Локи вытягивается в удивленной гримаске: - Что ты смотришь на меня, как на монстра? Даже воды глотнуть не дашь, а, Тони? А то в горле совсем пересохло… В тот же момент он закатывает глаза и отключается. Надолго. *** Капитан замечает в конце коридора до боли знакомую нежно-рыжую курчавую макушку и прибавляет шаг. Уже несколько дней по всем базам данных, по всем архивам ЩИТа и даже – с помощью Старка – по засекреченным базам спецслужб он ищет этого человека. Выуживает из множества имен и совпадений единственно важную информацию и пытается понять. О, это сложнее всего! особенно когда оказывается, что человек, неторопливо идущий перед ним, на самом деле не существует. Человека – нет, но что же мешает Стиву строить различные догадки и предположения? Тем более, когда совершенно случайно на него падает тонкая брошюра под названием "Скандинавская мифология", непонятно как оказавшаяся на верхних полках в архиве ЩИТа. - Том! - Да? – он оборачивается так, словно ждал. Ждал, что его окликнут, положат руку на плечо и ненавязчиво заведут в ближайшую темную палату. После памятной битвы с читаури небольшая больница под особым надсмотром ЩИТа была переполнена, но сейчас, через уже почти четыре месяца, в ней остался только один постоянный пациент. *** Первые пару недель Старк стойко проводит у постели Локи, не допуская и мысли о том, что тот может не проснуться. Как вообще мог бог из Асгарда впасть в банальнейшую человеческую кому?! Впрочем, обычный человек на его месте скончался бы сразу, одномоментно. От этой мысли Тони становится дурно, но когда он переводит взгляд на дьявольски спокойное лицо своего божества, всё так же раскрашенное разными оттенками синего, на оплетенные множеством проводов запястья, на совершенно поблекшие, словно подернувшиеся инеем волосы – ему становится еще хуже. Тор вначале собирается забрать брата с собой, но потом получает какое-то сообщение от Одина и резко передумывает. Он отправляется в Асгард один, и довольно быстро возвращается. Теперь он официально присматривает за Мидгардом, хотя Мстители и предполагают, что истинная его цель – следить за мятежным Богом Обмана. Тони изредка пытается выведать, что же сообщил сыну Один, но безуспешно – Тор на удивление крепко держит язык за зубами, ограничиваясь кратким: "Так необходимо". *** - Т…Трикстер, - катает на языке непривычное для себя слово Роджерс. Том удивленно вскидывает брови, затем улавливает в голубых глазах напротив серьезную уверенность и со вздохом складывает руки на груди. – Честно говоря, я был удивлен. - Ты умен, солдат из прошлого, - древнее божество с легкостью снимает со своих плеч руки Капитана, тихо проходит вглубь палаты и садится на койку. Лунный свет из неприкрытого окна падает на него как-то половинчато, заставляя едва серебриться волосы и, одновременно, ярко выделяя на лице рот широкой темной полосой. – Так, может, ты и сам догадаешься, почему он не может проснуться? Почему ему нельзя проснуться? Стив молчит долго. Он знает, по крайней мере, предполагает правильный ответ, но озвучить его отчего-то… нет, не страшно. Скорее, неуютно. - Если он окажется на нашей стороне, может появиться другой, куда более опасный враг. И тогда не факт, что и в нашем мире не разразится Рагнарёк. - Ага. - Но зачем тогда здесь ты? - Проследить, чтобы он очнулся тем, кем нужно. По ту сторону портала, в Локи проникла самая темная часть его натуры. В этом мире – со стороны ледяных великанов. - Ты же сам… - Древнее. Куда древнее. Они мне скорее двоюродные братья. Младшие. Не перебивай! Падение и удар о землю – слишком опасные ранения, он жив сейчас только благодаря собственной родовой магии. Но это толкнуло его на грань – очень легко сорваться. - Хочешь сказать, что всё-таки есть шанс, что проснется белый и пушистый Локи? - Почему же нет? Этому человеку, Тони Старку, удалось его изменить. Изменить его сознание, даже подчиненное собственному безумию и власти тессеракта, - Том усмехается, в полумраке сверкает яркая белая кромка верхних зубов. – Нет, конечно, до белого и пушистого, как ты сказал, ему далеко. Но это в любом случае будет не бездушное озлобленное создание, готовое на убийство из мести и ради забавы. - Ты. Ты же можешь это сделать, - Стив снова хватает собеседника за плечи, не задумываясь уже о том, сколь могущественное создание он сейчас так бесцеремонно трясет. Том смеется. Смеется громко, запрокидывая голову и счастливо жмуря глаза, в широком завораживающем оскале растягивая кроваво-красные в полумраке губы. И резко обрывает смех, притягивая Роджерса к себе и прижимаясь ледяным лбом к его лбу, заглядывая в полные решимости глаза. - Я не буду спрашивать, зачем конкретно тебе это надо. Ты задумал нечто, верно, Кэп? *** Негромко сопит Тони Старк, сидя на стуле около больничной койки. Попискивают и жужжат приборы, чьи длинные лапы гадко опутывают тело Бога Обмана. Локи дергает плечом, пытаясь освободиться, потом на ощупь хватает некий проводок, тянущийся по запястью, и сильно дергает. Вены на сгибе локтя отдаются пронзительной короткой болью… капельница. Асгардца передергивает от отвращения. В него посмели воткнуть жалкое приспособление для продления жизни людей! Еще некоторое время Локи ворочается на постели, стаскивая с себя всякие медицинские принадлежности, и, наконец, находит в себе силы открыть глаза. Темнота. Он очнулся ночью. Самое лучшее время, черт возьми, для такого, как он. Локи оглядывается, пытаясь уловить, в которой стороне окно, но оно, кажется, слишком плотно задернуто занавесками, а его способность видеть в темноте еще не восстановилась. - Старк? Грохот свалившегося со стула тела. Неужели, правда, спал? Горячая ладонь стискивает пальцы правой руки с такой силой, что Бог Обмана шипит от боли: - Аккуратнее! - Прости, я не подумал, что ты всё еще слаб, - тыльную сторону ладони покалывает щетиной, а затем – на такой короткий миг, что Локи предпочитает думать, что ему показалось – кожи касаются обветренные сухие губы. Что-то новое. - Я не слаб! Старк, включи свет. Тут слишком темно. Пауза. Локи чувствует на своем лице внимательный взгляд, моргает и делает скептическую физиономию. - Теперь ты должен сказать, что сейчас день, комната полна света, и у меня что-то не так с глазами. Тони сначала кивает, потом соображает и отвечает вслух. - О, боже мой… да. Всё именно так.