Нет проблем

Стоя в тени, Бамбли наблюдал за тем, как Оптимус, прихрамывая, с трудом продвигался к своему отсеку. На треснувшей ротовой пластине выступил свежий катализированный энергон. Настроение у Бамблби упало еще больше. Оптимус опять бился с Мегатроном. Он всегда возвращался домой с новыми травмами, когда сталкивался с Десептиконами. Приглядевшись повнимательнее, Би заметил новые выбоины на правом плече Оптимуса и правой стороне его грудной пластины, идущие глубоко внутрь металла, открывающие сложную проводку под ним. Это выглядело так, как будто кто-то впивался в него когтями. Коленный шарнир Прайма заклинило, и когда с громким щелчком он вернулся на место, Бамблби содрогнулся. Со страдальческим стоном Оптимус наконец добрался до своего отсека и закрыл дверь. Увидев лидера в таком состоянии, Бамблби решил действовать. Расправив плечи, он приблизился к комнате Прайма, постучался в дверь и сделал шаг назад. Через несколько секунд дверь открылась. Оптимус выглядел измученно; энергон на его ротовой пластине начал засыхать. - Чтобы это ни было, может ли это подождать… - Ты знаешь, что. Мне это надоело, - перебил его Бамбли, прозвучав смелее, чем он чувствовал себя на самом деле. Плечи большого меха опустились, и, вздохнув, он вернулся внутрь, оставляя дверь открытой, чтобы Би смог последовать за ним. - Надоело что? - Оптимус медленно сел на кровать, прикрыв оптику от усталости. Он открыл ее снова, когда Бамблби фыркнул. - Я знаю, что все это время ты уходил, чтобы встретиться с Мегатроном, – выпалил он. - Я имею в виду, что у тебя плохо получается скрывать свои повреждения. Рука Прайма неосознанно прошлась по бороздам на его груди, притягивая к себе взгляд Би. - Какое оправдание у тебя будет на этот раз – очередной несчастный случай на тренировке? Потому что в этом месяце ты уже дважды использовал эту отговорку, и мне кажется, эти раны немного глубже для просто ежедневных занятий. Оптимус упорно молчал, поэтому Бамблби продолжил давить на него. - Почему ты продолжаешь напрасно тратить на них свое время? На него? Он никогда не поймет причину, также как и ты не… – он резко остановился. Его процессор заработал активнее. В темноте он не смог сначала рассмотреть такие же борозды, охватывающие грудную пластину, с левой стороны Оптимуса. И вдруг все сразу дошло до него, и на мгновение он подумал, что сейчас отключится. -Ты… Ты занимаешься с ним интерфейсом? - воскликнул Бамбли, прежде чем смог остановиться. Фейсплет Оптимуса потемнел, и, нахмурившись, он взглянул на более молодого меха. -Я не думаю, что это твое дело, - сказал он без всякого выражения. Так, значит, да… Бамблбли показалось, что его искра сейчас погаснет. Это вот так себя чувствуешь, когда отключаешься навсегда? Он уже набирался смелости, чтобы, наконец, сказать лидеру автоботов, что он чувствует, а все это время Оптимус был с Мегатроном. Он уходил, чтобы потискаться с лидером десептиконов, когда они должны были ненавидеть друг друга. И судя по всему, Мегатрон был довольно груб с ним. - Это Мегатрон с тобой сделал? – спросил Бамблби, показывая на треснувшую ротовую пластину. Прайму стало неловко. - Нет. Это была случайность. Исключительно моя ошибка, - пробормотал Оптимус. Не удовлетворившись ответом, Би скрестил руки на груди. - Конечно, случайность, - сказал он с сарказмом. Фейсплет Оптимуса исказился от неприкрытой ярости, и с некоторым усилием он поднялся на ноги. - Ты действительно хочешь знать, что случилось? Ок, превосходно. Я ударил себя коленом в лицо и разбил свою ротовую пластину, когда мы занимались интерфейсом с Мегатроном. У меня была перезагрузка, которая длилась целых 30 нано-кликов, и я пришел в себя, даже не помня своего имени. Это то, что ты хотел услышать, Бамблби? Ты хочешь услышать все грязные подробности моих отношений с мехом, который, вообще-то, считается нашим главным врагом? - к этому времени он уже кричал, окончательно разозленный надоедливыми расспросами. Тем не менее, увидев, как Бамблби смотрел сейчас на него - шок с примесью страха - он заставил себя снизить обороты, проводя рукой по фейсплету. -Извини меня, Бамбли… Это не похоже на меня. Прайм сел опять, выглядя более уставшим, чем когда-либо. Бамблби находился в нерешительности, но затем сел рядом с ним, смотря вниз на свои руки. Оптимус никогда так раньше не кричал на него. Никогда. Это потрясло его даже больше, чем он хотел себе признаться в данный момент. - Он когда-нибудь делал тебе больно? – спросил Бамблби, стыдясь себя за продолжение развития темы даже после того, как босс накричал на него за это. - Я имею в виду, не во время наших боев с десептиконами? - он был рад, что Оптимус не издал разочарованного вздоха перед тем, как ответить. - Нет, почти никогда. Иногда он как будто забывает, что мы не на поле битвы… - он сделал паузу. –Когда мы только вдвоем, он другой… Не знаю, почему, но другой... И, - Прайм смотрел куда угодно, только не на Бамблби, - это тяжело. Я не знаю, какой Мегатрон настоящий – тот, с которым мы деремся, или тот, которого я вижу, когда мы наедине. Бамблби хотел разозлиться, правда; хотел разозлиться так, чтоб дышать огнем, но он не был на это способен, и Оптимусу злящийся и ревнующий Би был сейчас не нужен. -Это, должно быть, трудно, - только и смог сказать Бамблби, немного сожалея о выборе слов. Оптимус продолжал пристально смотреть на стену. - Прости меня, Бамблби. Мне не следовало тебя загружать этим. Мне просто нужна хорошая подзарядка, чтобы у меня голова встала на место. Я зайду к Ретчету завтра насчет этих царапин, - его рука снова прошлась по бороздам, и Бамблби знал, что он сделал это не потому, что они его беспокоили. - Могу я задать еще один вопрос? - медленно проговорил Би. Оптимус наконец взглянул на него. Оптика Прайма тускло светилась, ему определенно нужна была подзарядка. Выглядел он ужасно, и это разъедало Бамблби изнутри. Он не мог перестать думать о том, что Оптимус прокричал тогда… Он правда испытал такую сильную перезагрузку? Он быстро пресек эти мысли, чтобы не ляпнуть ничего глупого. -Как долго ты с ним встречался? - спросил Би, – и почему ты вернулся к нему? - С формальной точки зрения, это два вопроса, - улыбнулся Оптимус, что заставило Бамблби улыбнуться в ответ. - Мы встречались до падения Кибертрона, время от времени… Но все закончилось после того, как он и десептиконы предали нас. Потом мы прибыли на Землю, и я увидел его снова… Я не знаю, это… просто произошло, - Прайм пожал плечами. – Было легко снова окунуться в это. Похоже, все секреты, которые хранил Оптимус, начали открываться. Он продолжил говорить, и Бамблби внимательно слушал. - Мне надо было остановить это. Мне следовало сказать нет, но я не мог. Я не могу. Только не ему. Не могу, когда дело доходит до этого. Я не смог бы остановиться, даже если бы захотел. Бамблби сглотнул, его искра затрепетала. -Ты не хочешь останавливаться… - грустно сказал он. Оптимус покачал головой, смотря куда-то вниз. - Я не могу. Бамблби также, как и Оптимус, опустил взгляд; его искра разрывалась на части из-за их лидера, потому что Би никак не мог сказать, что он чувствовал; разрывалась, потому что Оптимус выбрал Мегатрона, выбрал его, неизвестно, насколько давно; разрывалась, потому что это было нечестно. Это было глупо, да, по-детски. Но что он мог сделать? - Все нормально, босс, - мягко сказал он. - Я никому не расскажу, если ты не захочешь. Оптимус кивнул и, улыбаясь, нежно положил руку на плечо Би. - Буду тебе признателен. Спасибо за понимание, Бамблби. Молодой мех выдавил из себя улыбку, которая, как он надеялся, выглядела достаточно искренней. - Нет проблем. Но проблема была. Она была просто огромной, и теперь Бамблби должен был жить с этим знанием.