Горький вкус твоего поцелуя

***

      Мята. Запах вечности. Символ моего брата. И сейчас я нагло вхожу в твои покои, надеясь, что ты все еще спишь. Ты никогда не просыпаешься в столь так рано. Что и является моей пользой. Ты не знаешь, но и не замечаешь, как давно мне приходилось жить в твоих покоях незамеченным. Как давно я даю тебе наслаждение, не слыша твоего стона. Знаю, подло, приходить к тебе в кровать, и насиловать тебя, когда ты спишь. Но я знаю, ты бы никогда не отдался мне, а причинять тебе боль из-за моих потребностей, не хотелось бы. Тебе всегда, кажется, что мы занимаемся этим по правде, только у тебя во сне. Но это не сон. Это не сон. Это не изнасилование, а моя любовь к тебе. Скажешь: «Почему?», а я отвечу: «Любовь держит в себе тайны, которых не обуздать, привыкай.» Темная комната, как твоя душа дарит мне надежду, что ты меня не увидишь, не увидишь моих эмоции, они сейчас не к чему. Просто отдайся. Просто поцелуй меня. Ты подчиняешься, уверяя себя, что это всего лишь сон, и сам целуешь меня. Скользнув своим языком к тебе в рот, я ласкаю тебя. Горький вкус твоего поцелуя. Я продолжаю целовать тебя, и ты с распростёртыми объятиями у меня на коленях, подчиняешься мне, ведь я старше тебя. В Асгарде положено почитать старших. Осмелься только меня ослушаться! Это не угроза, это предупреждение. Провожу языком по твоей нежной шее, и вновь этот прекрасный запах мяты. Ты любишь зеленый, и все, что с ним связано. Ты непредсказуем. Ну так давай рискнем, как в старые времена! Давай на плюнем на всех, и все, и отдадимся своим плотским желаниям, ведь ты хочешь этого. Ты отворачиваешься от меня, отталкивая. Во мне кипит огонь, я очень зол. Твое поведение — это вызов. Я грубо хватаю тебя за кисти, поворачиваю к себе лицом, и вижу испуганное лицо. Сейчас меня не остановить, брат. И твои слезы не помогут. Ты уже сделал все, так не жалей об этом. Срываю с тебя одежду, что так пропахла запахом мяты. Грубо входя в тебя, наслаждаюсь твоей болью, как последний садист. Резко, грубо, дерзко, ты не можешь привыкнуть к такому повороту событий. Захлебываешься криками, слезы невольно идут с твоих изумрудных глаз падая на подушку, и стекая в твой горький рот. Я не остановлюсь. Я хочу доказать тебе за что меня все любят. Да, я сильнее. Чему ты всегда завидовал. Ты кричишь так-будто у нас с тобой это впервые, хотя я каждую ночь входил в тебя. Сейчас первый раз, когда ты знаешь, что я был в тебе. Ты пытаешься отползти, но пока не окончил. Подступает пик, и я кончаю уже в сотый раз в твое нутро, хоть ты раньше этого не замечал, зато сейчас заметишь. Отпускаю твои руки, и ты бессильным телом падаешь на кровать, все еще тяжело вздыхая. Подушка промокла от твоих слез, волосы взъерошены, на теле отпечатки моих действий. Ты мой, теперь ты мой на самом деле. Хоть, я не смог доставить тебе удовольствие, но впервые ты получаешь это не спящим. Настал час, слуги уже давно проснулись и сейчас заняты своими делами. А я не прося извинений у тебя выхожу из твоих покоев, оставляя тебя наедине с мыслями. Ты меня не простишь, увы. Но я познал вкус твоих уст, он не настолько сладок, как глаголишь ты ими так сладостно, заставляя прислушаться, и наслаждаться. Ложь поглотила тебя с ног до головы, братец. Ты мой. Теперь. Твой горький вкус поцелуя заставляет меня вздрогнуть, но охлаждает лучше, чем холодная вода.