Твоё

      В воскресенье днем стояла невероятная духота, и по прогнозу ближе к ночи должен был пойти сильный дождь. Дачники зря времени не теряли и дружно решили отправиться на их персональный маленький пляж у озера.       Хидан не любил загорать и спрятался от солнца в тени раскидистого дерева ивы. Он сидел на складном стульчике, глядел на озеро и тихо отстукивал монотонный ритм на барабане-джембе. Кисаме расположился в гамаке рядом с Хиданом и дремал. А на самом берегу в шезлонгах, возле которых стояли огромные пляжные зонты, отдыхали остальные парни. Итачи читал книгу, Дей просто лежал и маялся, время от времени поглядывая на Сасори и Нозоми. Последний уже успел натереть Акасуне спину кремом от загара, при этом хорошенько облапав кукольника. Так, по крайней мере, казалось распаленному ревностью мозгу блондина. Иногда между Сасори и Нозоми происходил какой-нибудь простой диалог, и снова наступала тишина.       Нозоми весь день ловил взгляды Сасори направленные на Тсукури. Особенно часто кукольник поглядывал на блондина, когда тот был в одних плавках на пляже. Шатен внутренне бесился от ревности. Он чувствовал, что между этими двумя всё же что-то было. Но уступать кому-то Акасуну был абсолютно не намерен. ***        Ужин сегодня готовили Дейдара и Итачи, которые решили пораньше развести костер и приготовить вкусняшку, пока не полил дождь.        Когда парни поужинали, они убрали с большого пластмассового стола еду и посуду и сели играть в карты. На улице стало темнеть, хотя лучи закатного солнца время от времени всё же умудрялись пробиваться сквозь набегающие тучи. Поиграв какое-то время, Итачи отправился на кухню доделать мелкие бытовые дела. Кисаме сославшись на головную боль, ушел в особняк. Хидан рассказывал Нозоми какую-то кровавую историю. Акасуна поднялся из-за стола и пошел в дом, предупредив шатена, что скоро вернется. За столом остались Хидан, Дейдара и Нозоми. По лицам парней, Хидан понял, что им не интересно слушать его болтовню про ритуалы и кровь и решил притащить из дома свой барабан, намереваясь поиграть в шамана и разогнать тучи. Нозоми же не упустил шанс, чтобы пообщаться с Тсукури один на один. - Слушай ты, мачо недоделанный, ты какого тут перед Сасори задом своим крутишь? - Чего? Ты попутал что ли? – Тсукури прихренел от такого наезда и решил поиздеваться. – А что, ты небось уже ревностью извелся? Он ведь сам постоянно пялится на меня, ибо однажды познав вкус моего молодого невинного тела, Сасори уже не может остановиться. – Пафосно разглагольствовал Дей. - Ты че несешь, б*ять? Сам же слышал тогда, что ты для него никто. И я уверен - между вами ничего не было. - Я бы на твоем месте не был так уверен. – Тсукури коварно ухмыльнулся. - Ты же сам видишь, как он на меня слюни пускает. - Ты его провоцируешь, сволочь! - А ты не нервничай, Нозоми и оскорблять меня тебе тоже право никто не давал. - Да что ты о себе возомнил, мальчик с пальчик!? – Нозоми ужасно раздражало то, что этот блондинистый индивид сейчас так спокойно издевался над ним. – У нас с Сасори всё было серьезно и я это верну. А ты ему на хер не нужен. Если только поиграть и не более. Я знаю это, он сам сказал, что ты просто никчемный жалкий мальчишка, который никогда не смог бы всерьез его заинтересовать. - Что? – У Тсукури будто всё оборвалось внутри. Он знал, что Нозоми это не выдумал. Ведь Сасори сам говорил ему эти же самые слова и не раз. И для Тсукури они были словно красная тряпка для быка. Дейдара не ожидал, что Акасуна будет обсуждать его с Нозоми, и вот это сейчас было обиднее всего. Неужели Сасори всё-таки играл с ним и продолжает играть и забавляться, мучая, понимая, что блондин к нему неравнодушен. Да, он вытащил его тогда из лап Шина, но а с чьей подачи? Конечно, это был Учиха, кто позвонил ему и сообщил о похищении. А перед друзьями мордой в грязь падать Сасори не стал и поехал весь такой крутой выручать новоявленного братца. Сейчас стало очень обидно и больно. Зачем тогда Акасуна рассказывал ему про своё детство и про Мэя… Голова Тсукури раскалывалась от накативших лавиной неприятных путающихся мыслей. Захотелось сейчас же всё бросить и уехать, куда глаза глядят. Но сначала надо было проучить этого хама Нозоми, за то, что посмел о нем судить и оскорблять его. Кулаки блондина давно уже чесались на этого типа. - Что замолчал, жалкая малявка? Съел? Вот так то! – Злорадствовал Нозоми. - Давай очисти горизонт и вали домой к мамочке. Нечего тебе делать здесь! - Заткни свой поганый рот, мудила! – Вскричал Тсукури, и быстро поднявшись со стула, со всего маху двинул Нозоми кулаком в нос. У того от резкой боли непроизвольно выступили слезы из глаз, а из носа хлынула кровь. Нозоми попытался в ответку стукнуть блондина по лицу, но Тсукури увернулся и опрокинул на противника стол. На улице грянул гром и начался мелкий дождь. Парни сцепились в драке. Телосложением Нозоми был крупнее Дея, но блондин был настолько зол, что умудрялся наносить шатену удар за ударом, от которых тот еле успевал увернуться или блокировать. Когда пыл Тсукури немного остыл, преимущество в драке перешло Нозоми, и теперь уже шатен старался посильнее вдарить ненавистному оппоненту. ***        Акасуна нашел Итачи на кухне. - Что у вас с Дейдарой? – Начал он без предисловий, будто пытаясь предъявить что-то Учихе. - А что у нас с Деем? И смени тон. - Он сказал мне, что вы встречаетесь. – Продолжил Акасуна уже более спокойно. С кем угодно он мог разговаривать так, как считал нужным, но только не с Учихой. Однажды тот спас ему жизнь и с тех пор всегда был ему преданным и, наверное, самым близким другом. Акасуна не хотел ссориться с Итачи, но ревность ела его буквально поедом. - Ну, допустим, встречаемся. А что, какие-то претензии? - Ты ведь… ты ведь понимаешь, что… - Акасуна осекся. Что он мог предъявить сейчас Учихе и что сказать, ведь сам себе не хотел сознаваться в том, что влюблен по уши в блондинистого мальчишку. - Что я должен понимать? – Продолжил за него Итачи. - Что ты влюбился в Дея и постоянно е*ешь мозг себе и ему? Зависаешь с Нозоми и теперь пытаешься мне за что-то предъявить. И знаешь, я, по крайней мере, не побоялся признаться ему в своих чувствах. Прямо дал понять о них, не стал водить его за нос и строить из себя надменное величество, а тем более, я не стал бы ровнять себя с парнем, который младше на 4 года и ни черта не может разобраться в своих чувствах. Честно, я тебя не узнаю, Акасуна.       Сасори молчал. Он понимал, что Итачи прав во всем. - Я…сам себя не узнаю уже. – Кукольник вздохнул и провел ладонями по своему лицу. - Я просто боялся снова с кем-то сближаться. - Тогда и нечего было дурИть парню голову. Мы с ним не встречаемся, к твоему сведенью. И я думаю, ему очень на пользу пойдет отъезд в Америку. Завтра он уезжает домой. - Завтра? – Акасуна стал о чем-то напряженно размышлять.       Прогремел гром. Со двора послышался дикий смех Хидана и странные приглушенные крики. Сасори ринулся на улицу практически одновременно с Итачи. Там под дождем дрались Дейдара и Нозоми, причем Тсукури явно проигрывал тому в силе, но дрался как в последний раз. - Вот это нах*уй блокбастер! – Потешался Хидан. – Давай Дейка, давай, держись, блять!       Сасори с Итачи кинулись разнимать парней. - Да пусть пи*дятся, хули! Я на блондинчика поставил, в качестве моральной поддержки. – Всё не унимался Хидан.       Но парням было не до смеха, особенно в тот момент, когда уже практически подбежав к дерущимся, они увидели как блеснул металлическим блеском нож в руке Нозоми. От первого удара ножом Тсукури чудом смог увернуться, кончик лезвия полосонул по рубашке в районе груди блондина, не задев его тела. Шатен замахнулся для следующего удара, но его руку перехватил Акасуна и вывернул ее так, что нож выпал и воткнулся лезвием в землю. В это время Итачи уже прикрыл собой Дея, на всякий случай. - Я убью тебя, мелкая мразь! – Орал в гневе Нозоми, пытаясь вырваться из хватки Акасуны. - А ты, сука, я смотрю прямо герой с ножом в руке! – Парировал Тсукури. Всё его тело трясло от яростных эмоций. Итачи потащил парня за руку в дом, но, уже подходя к особняку, Дейдара вырвал от него свою руку и пошел сам. Учиха отправился за ним. Поднявшись в спальню, блондин нашел свою походную сумку и стал в спешке запихивать в неё вещи. - Итачи, у меня к тебе большая просьба. – Он повернулся к Учихе. – Отвези меня домой сейчас. - Я могу отвезти, но может, подождешь до завтра? У тебя нехилые ссадины на лице, надо обработать. Да и успокоишься пока. - Прошу, отвези сейчас! – Едва ли не в истерике просил блондин. - Хорошо. Собирайся. Жду тебя внизу. – Брюнет вышел из комнаты.       В голове Тсукури крутилась только одна мысль – уехать и про всё забыть, как о нелепом дурацком сне. Внезапно позади себя парень услышал щелчок закрывающегося замка двери. Обернувшись, блондин увидел Сасори. - Далеко собрался? – Взгляд Акасуны был серьезным и напряженным. - Не твоё дело! – Бросил Дей и продолжил собирать вещи. – Слушай, отстань уже, а? Очень прошу! - Пока не поговорим, не поедешь. – Строгим тоном отрезал кукольник. - Да не хочу я тебя слушать! Зачем? – Практически закричал Тсукури, подхватил сумку и, закинув ее на плечо, попробовал обойти Сасори и открыть дверь. Но его с силой отпихнули назад и вырвали сумку из рук. - Я сказал, ты меня послушаешь! – Угрожающе настаивал Акасуна. - А кто ты б*ять мне такой, чтобы приказывать и чтобы я тебя слушал! Отдай сумку и уйди с дороги! – Дей снова попытался метнуться к двери, но Акасуна крепко схватил его за руки и потянул на себя. Тсукури стал активно вырываться. - Какого хрена ты натрепал этому уёбку обо мне всякой *уйни! –Закричал Тсукури прямо в лицо кукольнику. – Ненавижу тебя, б*ять! Урод! - Да остановись ты хоть на минуту! – Теперь в голосе Акасуны уже не было требовательных нот. Последняя фраза была скорее просьбой. - Просто. Дай. Мне. Выйти. – Отчеканил каждое слово Дейдара, и, воспользовавшись коротким замешательством Сасори, практически вырвался из сдерживающих его рук. Но не тут-то было. Акасуна перехватил паренька покрепче и, сделав подсечку, попытался свалить блондина на пол. Тот же, дабы не навернуться, вцепился в Сасори как клещ и, не удержав равновесия, парни повалились на жесткий деревянный паркет. Теперь Тсукури пытался отцепить от себя руки кукольника, чтобы подняться. Но слишком много сил он потерял, когда дрался с Нозоми и теперь они уже были на исходе. Не давая Дейдаре новой возможности вырваться, Акасуна резко потянул паренька на себя, перевернулся и прижал его своим весом к полу. Тсукури бессильно выдохнул, и не успел еще ничего сообразить, как в его губы впились жадным горячим поцелуем, на который Дейдара не смог не ответить. Орать и вырываться сил уже не было, как впрочем, и не было сил сопротивляться своим истинным желаниям. Поцелуй затянулся, и Тсукури стало не хватать воздуха. Сасори и сам уже чувствовал нехватку кислорода и наконец, оторвался от губ блондина. Сейчас у него появилась возможность хоть что-то объяснить ему. Однако отпускать Дея из своей хватки он не торопился. - Я был просто в бешенстве, когда ты объявил, что вы с Итачи встречаетесь. – Прерывисто дыша после их страстного поцелуя, начал кукольник. - И я знал, что Нозоми при встрече с тобой наверняка передаст, то, что я ему наговорил о тебе. Мне хотелось посильнее уязвить тебя в отместку за Итачи. И черт, это было реально глупо! – Акасуна глядел в ярко-синие глаза блондина, и ему так не хотелось больше никаких разборок и недомолвок, хотелось просто взять и утонуть в этом синем омуте. - Прости. - Хватит уже играть со мной.– Тихим севшим голосом проговорил Тсукури и отвел взгляд. – И отпусти меня. - Ну, я же кто? - Снова обратился к Дею кукольник. – Гнусная извращенная сволочь! И я буду играть с тобой пока, не наиграюсь от души. Считай, ты крупно попал. - Чего? – От великого возмущения к Тсукури даже силы вернулись, и он изо всех сил попытался оттолкнуть Акасуну. Но тот крепко прижимал его к полу и не позволил этого сделать. Разведя в стороны руки блондина, он навис над ним. - Я влюблен в тебя, несносный ты мальчишка! Люблю, б*ять, ты понял? И не игра это! – Горячо заявил Акасуна, глядя в глаза Тсукури. - Самое романтичное признание, которое я когда-либо слышал! – Огрызнулся Дейдара, но тут же осёкся. «Что? Что он только что мне сказал??» - Блондин неверяще и даже отчасти шокировано смотрел в глаза кукольника. Акасуна любит его? Дейдара глубоко вздохнул и снова отвел глаза, испытывая самое жуткое за всю его жизнь смущение. Сасори тоже выдохнул. Нелегко далось ему это признание. - Ну, это… Я поехал. – Не поднимая хитрого взгляда на Сасори, выдал Дей. - Не пущу! – Чуть ли не прорычал Акасуна, и снова навалившись на парня, накрыл своими губами его губы, сминая их в жестком, подчиняющем поцелуе, врываясь языком в его рот. Тсукури охотно отвечал ему, и теперь они целовали друг друга так, что казалось, даже конец света их не остановит.       Продолжая страстно целоваться, парни тесно сплелись телами, с голодной страстью прикасаясь, сжимая, изучая друг друга руками. Акасуна стянул с блондина влажную от дождя рубашку и стал покрывать горячими поцелуями его тело, прикусывая кожу, заставляя Дейдару вздрагивать. Пальцы Тсукури путались в его волосах, скользили по телу кукольника, вызывая в нем дрожь безумного возбуждения. Сасори поднялся и, подхватив Дея на руки, понес на кровать. Тот хотел было возмутиться, что его тащат как барышню, но не успел, так как рот его был снова накрыт жарким требовательным поцелуем.       От жадных прикосновений, горячих губ, и укусов у обоих голова шла кругом. Хотелось разрядки. Акасуна стянул с Тсукури штаны с бельем и, чуть разведя ноги Дейдары в стороны, устроившись меж ними, стал медленно ласкать ртом его возбужденную плоть. Вскоре от такого удовольствия блондину уже сносило крышу по полной. Руки снова вцепились в волосы Акасуны. Тихие стоны вырывались из груди. Когда же блондин был почти у самого пика наслаждения, Сасори прервал ласки, встал с кровати и стал снимать свои джинсы. Тсукури со злобным недовольством уставился на кукольника. Тот ему коварно улыбнулся и снова потянулся за поцелуем. Но в ответ Дейдара ощутимо сильно прикусил ему нижнюю губу. Блондин был разочарован тем, что Акасуна не довел «дело» до конца и к тому же понимал, что сейчас его собираются трахнуть и не то, чтобы Тсукури боялся боли, он боялся, что теперь это всё станет гораздо более серьезным. Он ведь считай, собирался отдаться этому человеку, доверится ему полностью, наплевав на принципы. - Думаешь, если признался мне, то я так тебе и отдался? – Вопросил возмущенно блондин. - А куда ты денешься, дорогой мой. Не этого ли ты желал, когда звонил мне посреди ночи неделю назад!? Или когда на следующий день в комнате снова провоцировал меня?       Блондин стал краснее красного. Сасори меж тем избавился от своей одежды, и снова подобравшись к Дейдаре, легко и практически невесомо коснулся его припухших от поцелуя губ своими губами. От этой, казалось бы, незатейливой, но нежной ласки, по позвоночнику блондина будто прошел легкий разряд тока. Сасори сжал парня в объятиях, наклонился и слегка прикусил напряженный сосок блондина. Дейдара резко вдохнул, выгнулся в руках кукольника и медленно выдохнул. Отрицать было нечего - они оба безумно хотели друг друга.       Сасори снова целовал блондина, покрывая его тело влажными сводящими с ума поцелуями. - Оближи. – Хрипло проговорил Акасуна и попытался сунуть два своих пальца в рот Дею, но тот воспротивился. - Я тебе герой порно-фильма что ли? Лижи сам.       Сасори усмехнулся и так эротично облизал свои пальцы, что у Тсукури едва не вырвался тихий стон от такого зрелища. Оставив пару ощутимых укусов на груди и животе блондина, Акасуна спустился ниже и снова стал посасывать головку члена парня. Дейдару накрыло новой волной возбуждающего удовольствия. Рука Сасори скользнула по внутренней стороне его бедра, касаясь гладкой кожи, вызывая во всем теле блондина крупную дрожь, и вскоре Дей ощутил, как внутрь него протолкнули один палец. Блондин напрягся, а кукольник стал сильнее ласкать его плоть ртом, то глубоко забирая его член, то выпуская изо рта и касаясь языком головки, одновременно с этим разрабатывая анус блондина пальцем, к которому вскоре присоединился и второй. Дейдара был слишком возбужден, чтобы оттолкнуть красноволосого гада, который сейчас мучал своими пальцами его задний проход. Сасори продолжал растягивать парня, сгибая пальцы внутри него и к своему удивлению Тсукури даже стал получать от этого определенный кайф. Он тихо постанывал от смеси болезненных и приятных ощущений внутри. Лицо Дейдары выглядело сейчас весьма развратно: горящие желанием потемневшие синие глаза, большие припухшие от поцелуев губы, тихие стоны, срывающиеся с них… Сасори едва терпел, чтобы резко не заменить пальцы внутри блондина своим ноющим от возбуждения членом. Дейдара глухо стонал и снова готов был прийти к разрядке, но кукольник и на этот раз его обломал. Он перестал ласкать ртом его плоть, вытащил из парня пальцы и, приставив свой член к уже порядком разработанной дырочке, стал медленно входить. Тсукури скривил лицо от болезненных ощущений и крепко ухватился руками за плед, с силой сминая его. Акасуна склонился к парню и стал ласкать губами его шею, обводя языком маленькую родинку на ней и довольно ощутимо покусывая тонкую кожу. Когда Сасори вошел в него до упора, Тсукури негромко вскрикнул, закусив губу. Акасуна хрипло застонал от удовольствия, которое сейчас дарила узость желанного тела. А секундами позже парни уже двигались в одном ритме, уносящем их к долгожданному пику наслаждения. Благо апартаменты блондина находились дальше от всех остальных комнат, и была небольшая вероятность того, что стоны их страсти услышат соседи по даче.       Когда Сасори немного сменив угол, стал задевать особо чувствительную точку внутри блондина, Дейдара уже никак не сдерживал громких стонов. Акасуна просто сгорал от возбуждения, его слух невероятно услаждали пошлые стоны блондина. Он казался ему сейчас девственной шлюхой. Такое, казалось бы, невероятное несочетаемое сочетание… Долго оба продержаться не смогли и, придя к долгожданной разрядке, бессильно повалились на кровать.        За окном бушевала гроза. Парни некоторое время просто лежали молча, отходя от ярких немыслимо приятных ощущений. Дейдара перевернулся на бок, спиной к Акасуне. Возбуждение прошло, эйфория отпускала, и хотя Тсукури ни о чем не жалел сейчас, ему всё равно было отчасти стыдно за то, что он тут вытворял совсем недавно, осознавая как он бесстыдно стонал и выгибался в руках Акасуны. - В следующий раз я сверху! – Выдал Тсукури. - Ты уже согласен на следующий раз? – Изумленно и отчасти с иронией вопросил красноволосый. - Пошел ты. – Незлобно огрызнулся блондин и завернулся в плед. – Не будет следующего раза. - Ага. – Сасори улыбался как довольный котяра. Его рука потянулась к волосам блондина и, некоторое время, перебирая их пальцами, кукольник не заметил, как погрузился в сладкий сон.