Если бы...

Гермиона быстро оделась и пошла наверх. Драко шел немного впереди, показывая путь. В принципе, ничего такого страшного не случилось. Но она так долго прожила с Беллой, что понимала, что она могла порой проигнорировать что-нибудь серьезное, а потом устроить целый скандал из-за глупой мелочи. Гермиона надеялась на первое, но ничего заранее сказать нельзя было. А вот и каменная горгулья. - Пароль? — спросила она, подозрительно поглядывая на их слизеринские галстуки. Гермиона было растерялась, но тотчас дверь открылась, и на пороге показался Дамблдор, выглядел он слегка усталым. Кивком головы он пригласил их войти. Гермиона раньше не была в кабинете директора, и не могла не признать даже на первый взгляд, что тут было красиво и очень просторно. В углу комнаты стояла клетка, из которой выглядывал феникс, ведущий себя неуклюже, ибо был еще мал и только недавно возродился из пепла. Она отвела взгляд от феникса и посмотрела на старинный стол, который стоял в самом центре кабинета. Подле него стояла ее мать. Вид у нее был вполне спокойный. Гермиона вздохнула с облегчением, и не спросив разрешения, грохнулась на красный пуфик, который стоял неподалеку. Мать укоризненно на нее посмотрела, но ничего не сказала. Наступила неловкая пауза, затем директор кашлянул, и сказал: - Мисс... Лестрейндж. Мы поговорили тут с вашей матерью, и пришли к выводу, что это вы вино... что вы спровоцировали ученика на нападение. Я в течение года получал много жалоб о том, что вы плохо ладите с другими факультетами, часто влезаете в драку... Это, конечно, его не оправдывает, мы будем стараться всеми своими силами найти виновника, но, мне кажется, что вам просто нужно наладить отношения с другими факультетами. Я очень взволнован этим, и надеюсь, что в течение года увижу, что вы благополучно станете общаться не только с людьми с вашего факультета. У Гермионы отвисла челюсть. Она весь год просто из кожи вон лезла, чтобы общаться с другими факультетами. И что за ложные слухи про драки? Просто прекрасно! Но ввязываться в спор ей сейчас не хотелось, так как у нее голова просто раскалывалась. Она кивнула и поспешила выйти из кабинета, чтобы не разговаривать с Беллатрисой, но не успела Гермиона повернуть за угол, как Белла схватила ее за локоть и прошипела: - А что ты вообще делала у самого входа в гостиную Гриффиндора? - Я? Мимо проходила, — спокойно ответила Гермиона. - Не ври мне! Мерлин, ты что, с ними общаешься? — все сильнее сжимая руку Гермионы, грозно говорила Белла. - Ты что, директора не слышала? Он сам сказал, что я на каждого из-за угла нападаю! - Да старый шмель просто не хочет своих драгоценных львят подставлять! Слушай, не нарывайся! Когд... Если Темный Лорд вернется, он тебя за это по головке не погладит! Я даже не знаю, простит ли он меня, и оставит ли тебя в живых! Последние две фразы она прошептала. Гермиона кивнула, давая понять что она прекрасно понимает, что отныне с гриффами ей общаться не рекомендовано. Белла сделала глубокий вдох, а затем повернулась и ушла, оставив свою дочь одну. Уже наступала ночь, и слизеринка спустилась в подземелье. В мрачном коридоре, освещенном только факелами, промелькнула чья-то тень, но Гермиона ее проигнорировала, и, свалив все на Пивза, школьного полтергейста, пошла дальше. Вот, еще немного, один поворот на право, другой налево. Гостиная Слизерина совсем недалеко, как вдруг Гермиона услышала усмешку у себя за спиной: - Ничему тебя жизнь не учит, Лестрейндж!

***

Темное помещение, всхлипы. Трое людей, две фигуры. -Круцио! — произносит холодный голос, явно будучи в эйфории. - Мой лорд, прошу вас... — всхлипывает профессор Квирелл. Третья фигура стоит неподвижно, на лице ни капли сожаления. Лишь холодное безразличие. Насладившись агонией своего слуги, Темный Лорд обратился к до сего момента стоявшему неподвижно человеку: - Все понятно? Надеюсь, ты не подведешь меня. - Да, мой Лорд, — отвечает неизвестный и удаляется из помещения.