Если бы...

Джинни Уизли встала с табурета. К слизеринскому столу ее сопровождали громкие хлопки Гермионы и Драко, и еще нескольких слизеринских первокурсников, последовавших их примеру. Лицо у нее было искаженно ужасом, а ноги дрожали. Весь Гриффиндор смотрел на нее с неприкрытым шоком. Начался шепоток. Макгонагалл шикнула, и церемония продолжилась. Вся семья Уизли будто по команде отвернулась от нее. Джинни села рядом с Гермионой и закрыла лицо руками. Но слез не последовало. Наконец Малфой спросил то, что хотели знать все: — О чем шла речь, если не секрет? — Ну я подумала, что шляпа сразу распределит меня на Гриффиндор. Просто потому, что я Уизли. Поэтому когда я ее надела, я сразу мысленно крикнула: «Только не Гриффиндор!». Шляпа, видимо, не так меня поняла, и, не заморачиваясь, распределила меня сюда. Моя жизнь ведь кончена, да? — Ну почему... — задумчиво протянула Гермиона, — Попав на Слизерин, ты, пусть и не официально, но избавилась от титула «Предателя крови». Теперь, если ты выйдешь замуж за чистокровного, то ты получишь наследство Певереллов, которого лишил твою мать ее отец, за то, что она вышла за Уизли, который для него переводился как «Предатель крови». Лицо Джинни озарилось, а затем снова потухло: — Но из чистокровных тут нет никого привлекательного... — Я не обиделся, — сообщил Малфой, и отвернулся. — Это намек? — хихикнула Джинни. Пока Малфой подбирал слова, Гермиона скептически подняла бровь: — Я так понимаю, ты забыл, что помолвлен? — А, ну да, точно... — Малфой почесал затылок. — Ой, вы помолвлены? — восторженно спросила Джинни. То, что последовало после этого, надо было видеть. Малфой выплюнул тыквенный сок, который он взял в рот, не ожидая такого подвоха. Гермиона начала судорожно глотать воздух. Пока Малфой плевался соком, Гермиона попыталась доходчиво объяснить девочке ошибку, но получались лишь обрывки фраз, вроде: «Я... Он? Неееет... ЧТО?!» — С чего ты вообще так подумала? — когда все успокоились, спросил Малфой. — Ну вы постоянно вместе ходите, и мне Джордж рассказывал, что ты в прошлом году поссорил его с Гермионой, потому что ревновал. — А часть про то, что я ее ревновал как брат, он соотвественно пропустил? — прошипел Малфой и кинул неприязненный взгляд в сторону гриффиндорского стола. — Что за извращение? Мы же брат и сестра! — возмутилась Гермиона. — Да, но двоюродные, и впрочем даже не кровные, — пожала плечами Джинни. — Откуда ты знаешь? — Ну мой отец работает в Министерстве, и еще он чрезвычайно разговорчив. Все уже знают. К тому же Маргарет де Клиффорд была стариной подругой моего отца. Во время войны точно. Она боролась за права магглов, хотя сама была из темномагического чистокровного рода. — А почему ее не было в списке чистокровных фамилий? — засомневался Мафой. — Они прямо рядом с нами, в списке предателей крови. — Такого списка не существует, — покачал он головой. — Именно, — кивнула Джинни, — Да и я пошутила. Я знаю что ты не в курсе с кем обручен. Вам это говорят, когда вам исполняется 16 лет, а в 18 вы уже женитесь. — А ты не такая дурочка, какой кажешься! — присвистнул Малфой, — Может, Слизерин для тебя – самое то! Джинни хитро улыбнулась. — А теперь прекратим обсуждение вашего жалкого романчика, — два злобных взгляда, — И начнем обсуждение меня! Дайте пару советов о поведение в Слизерине. — Урок первый. Нужно быть циничной, это точно, — начала Гермиона, и загнула один палец. — Бред, — покачала головой Джинни, — Цинизм – это лишь притворство. Ведь вы могли заметить, что люди относятся цинично ко всему, кроме самого цинизма*. — Отлично, — одобрил Малфой. — Урок второй. Отмена эмоций. Ни-ни на публике. — Учту! — с каменым лицом ответила Джинни. — А так же никакого общения с предателями крови и магглорождеными. Это был третий, и последний урок. Тут Джинни замялась. — Моя семья... — Не обязательно их ненавидеть. Просто общайся по-минимому. — Ты весь прошлый год общалась с гриффиндорцами! — возмутился Драко. — Мне можно. Я – Лестрейндж. — Есть, капитан. Вдруг в Большой Зал вошли Гарри и Рон, и сели за самый край стола. Рон начал оглядываться, и не найдя взглядом Джинни, начал искать ее за столом Пуффендуя, а затем Когтеврана. Он с опаской посмотрел и в сторону Слизерина. Джинни крепко сжала бокал, и старалась не поддататься соблазну нырнуть под стол. Взгляд Рона излучал разочарование. Еле выдержав до конца, она первой ринулась за старостой. Слезы готовы были литься ручьями. Но она помнила второй урок. После пламеной речи Снейпа, все наконец отправились спать.