Если бы...

— Скука. Гермиона Лестрейндж лежала в своей комнате и пыталась взглядом просверлить потолок. Астория и Панси давно ушли, чтобы, как они сами ей сообщили, взять автограф у Локонса. Девочка лишь одарила их скептическим взглядом, когда ей предложили присоединиться. А сейчас она просто не знала, чем заняться. Надо же – вечер субботы, а она жалуется на жизнь. Скучать в выходные! До чего довела ее эта школа. Она вздохнула и сменила позу, перевернувшись на живот. — Скука! — взвыла слизеринка. Малфой сидел в гостиной и, насколько знала Гермиона, обсуждал с другими представителями мужского пола Дуэльный клуб. И, хотя ей идея тоже сначала понравилась, узнав, что курировать его будет сиятельный Лорд-идиот, она потеряла надежду чему-то там научиться. Терри Бут был на дополнительных занятиях Флитвика, которые он давал особо одаренным. Близнецы убежали в Хогсмид, а Гарри и Рон пропали неизвестно куда. Про себя проклиная свою экстравертность, которая не позволяла ей развлекаться в одиночестве, девочка снова перевернулась на спину. — Давай! — сказал внутренний экстраверт Гермионы, — Нам нужно человеческое общение! — Но все люди – идиоты! — буркнула она. — Быть гением тяжело, да? — вздохнул экстраверт и покачал головой. Выждав паузу, он добавил: — А призраки тоже идиоты? — Да! Но это не важно, — улыбнулась Лестрейндж, и кинулась в туалет плаксы Миртл. *** Гермиона тихо открыла дверь в туалет, и сразу услышала тихий шепот. — Растертый рог двурога и шкура бурмсланга? Их нет в ящике ингредиентов! Нужно будет украсть это из личных запасов Снейпа, вы понимаете? — слизеринка узнала голос Парвати Патил. Гермиона остановилась и прислушалась. Парвати и те, к кому она обращалась, не заметили ее присутствия. — Да еще и частицы того, в кого хочешь превратиться! — страдальчески простонала гриффиндорка. — Что-что? — раздался голос Рона Уизли, — Какие еще частицы? Стану я глотать ногти Крэбба! — Послушай, сколько же всего придется украсть! Шкуры бумсланга в школьном шкафу нет, так что же, взламывать личные запасы Снегга? Это уж как-то… — прошептал Гарри Поттер. Патил не выдержала и громко захлопнула книгу. — Ну, как хотите. Раз вы трусите, — щеки у нее вспыхнули, глаза сверкнули, — Я тоже не буду нарушать правила. Только как иначе спасти бедных маглов? Зелье — единственное спасение. Но я вижу, вам все равно, кто их враг. Я прямо сейчас иду и верну книгу в библиотеку… — Вот это да! Сама Парвати уговаривает нас нарушить школьные правила. Ладно, так и быть, я согласен на все… — махнул рукой Рон, — Только хорошо бы все-таки без ногтей! Девочка успокоилась и снова раскрыла книгу. — А долго готовить это зелье? — спросил Гарри. — Водоросли собирают в полнолуние, златоглазки настаиваются три недели. Значит, примерно месяц — если достанем все необходимое. — Месяц? Да за месяц Нотт добрую половину маглов изведет! — вскричал Рон, а Гермиона подавилась воздухом. Все трое гриффиндорцев повернулись к ней. — Гермиона? — воскликнул Гарри. — Вы считаете, что это Тео наследник? — без прелюдий спросила Лестрейндж. — Ты махом пропустила всю часть, где говорят привет, — презрительно бросила Патил, — И подслушивать не вежливо. — Привет. Вы считаете Теодора Нотта наследником? — повторила Гермиона, возвращая Парвати презрительный взгляд. — Да. — Но... Но... Это же Тео! Вы его подозреваете просто потому, что он к вам придирается? Внутри девушки бушевало недоумение, и немного ярости. Тео – ПРИДУРОК. Это знали все слизеринцы, и давно смирились. Он никогда не упустит момента, если есть шанс поддержать свой имидж богатенького сноба. Постоянные придирки Нотта к гриффиндорскому трио скорее смешили. Слишком глупо, слишком очевидно. И они всерьез думают, что ОН наследник Слизерина? Хотелось смеяться. Тут до нее дошло. Оборотное зелье. Вот что они хотят сделать. — Вы спятили! — вскрикнула Гермиона, перебивая Гарри, который хотел ответить на ее первый вопрос, — Оборотное зелье? Вы понимаете, что если что-то пойдет нетак, то вы пострадаете? А если Снейп узнает, то вам вообще умереть в страшных муках! — Нотт сказал, что Рон будет следующим! — вмешался Гарри, — Дословно – «Ты будешь после нее, предатель крови». — Теодор Нотт – идиот! — попыталась донести до этих идиотов Лестрейндж. Тщетно. — Но... — Я не буду с вами спорить. Или говорить кому-то. Пока. Но если узнаю, что вы продолжаете, лично поведу к Снейпу на казнь. Она развернулась и поспешила уйти. И хотя она была к этому готова, все равно обидно было слышать шипение Рона: — Мерзкая змея... *** — Гермиона! Проснись! Лестрейндж закуталась в одеяло, игнорируя крики Малфоя. К сожалению последнего, он не мог подняться в спальню к девочкам и выпихнуть эту соню с постели. Приходилось орать у подножия лестницы. — Пожар! — крикнула староста, Джемма Фарли, проходившая мимо. — Спасибо! — улыбнулся Малфой. После крика старосты наверху послышалось страдальческое кряхтение, и из комнаты вышла Гермиона. В ночнушке, с вороньим гнездом на голове. Драко тихо захихикал. — Надеюсь, у нас и вправду пожар, иначе кто-то умрет... — пробормотала Лестрейндж, массируя виски. А какие еще мысли могли возникнуть, когда тебя будят в 7:30 утра, да ещё в воскресенье? — Одевайся, Лестрейндж. Сегодня первый матч! Слизерин - Гриффиндор. Мне нужны объятья и валерьянка, — хмыкнул Драко. — Валерьянки нет, а вместо объятий могу тебя немножко задушить! — крикнула ему Гермиона, но одеваться пошла. Через полчаса она была готова. Спустившись, она застала Малфоя сидящим в гостиной. — Давай, идиот, — слизеринка хлопнула его по спине, — ты победишь! — Ага... — тот слабо улыбнулся. — Я на трибуны, а ты – не вздумай проиграть! — она приобняла брата. Важный день же! Можно позволить себе немного телячьих нежностей. Гермиона направилась в сторону стадиона. Гарри прекрасный ловец. Слизерин точно проиграет. Драко хорош, но не достаточно. Это было немного обидно, но так как Гермиона ненавидела метлы и все с ними связанное, было немного легче. Когда она поднялась на трибуны, все уже были там - ждали игроков. Стоял солнечный, но холодный день, и все с нетерпением ждали зрелища. Наколдовав вокруг себя согревающее заклинание, Гермиона начала весело болтать с Панси. Команды вышли на поле. Зрители встретили гриффиндорцев восторженными криками: за них болели не только свои, но и Когтевран и Пуффендуй. Впрочем, и слизеринцы не сидели молча: встретили противника свистом и улюлюканьем. Судья мадам Трюк пригласила Флинта и Вуда обменяться рукопожатием. Ну они и обменялись — чересчур крепко и метнув друг в друга грозные взгляды. — По свистку! — крикнула мадам Трюк. — Три… два… один… Подгоняемые ревом толпы, четырнадцать игроков взмыли в небо. Гарри мчался впереди всех, как Гермиона и ожидала, по большому счету. — Эй, Гарри! — крикнул Малфой, — Осторожно! На Поттера летел большой черный мяч, и тот едва увернулся. Поттер пробормотал что-то вроде благодарности. — Едва не попал, — крикнул Джордж, пронесся мимо Гарри и сильным ударом биты послал бладжер в Эдриана Пьюси, но на полпути мяч повернул и снова устремился к Гарри. Прибавив скорости, Гарри помчался на другой конец поля, мяч со свистом за ним. Что происходит? Драко удивленно присвистнул, глядя как мяч следует за Гарри по пятам. Пошел дождь. Малфой не без усилий уворачивался от второго, правильного, бладжера. Его уже в который раз посылал в него Фред Уизли, пытаясь вывести слизеринского ловца из игры. Было неясно, кто выигрывает, пока Ли Джордан не крикнул: — Шестьдесят — ноль, ведет Слизерин. Ничего удивительного, метлы-то у них быстрее, да еще этот мяч гоняется за Поттером как безумный. — Кто-то… заколдовал… этот… мяч… — тяжело дыша, крикнул Фред, очередной раз отправляя бладжер подальше от Гарри. Малфой только закатил глаза. Как будто это и так было не очевидно. — Берем тайм-аут, — крикнул Вуд. Что-то обсудив, гриффиндорская команда вновь взмыла в воздух. Близнецы отлетели подальше от Гарри, защищая Алисию Спинет. Гарри же продолжал улетать от бладжера. — «Идиоты», — констатировал Малфой. Дождь усилился. Гарри носился над полем, как на американских горках. Бладжер уже собирался сшибить гриффиндорца с метлы... — С меня хватит! — воскликнул Малфой и понесся в сторону Гарри. Замахнувшись, Драко отбил Бладжер. Отбить-то отбил, но в правой руке Поттера что-то хрустнуло. Он закричал от боли и едва не соскользнул с мокрой метлы. Рука бессильно повисла, и выглядела... Крайне непривлекательно. Малфой отвернулся, сдерживая рвоту. Вдруг он почувствовал, как здоровая рука Гарри проносится у его левого уха. — «Он меня ударить хотел?» — не понял Малфой. Но нет. Левая рука Поттера держала Снитч. Черт. — Выиграли, — простонал он и потерял сознание. Гриффиндорец соскользнул с мокрой метлы и упал на поле. Но тут же очнулся. Драко спустился посмотреть, что происходит. Над Гарри склонился Златопуст Локонс и приветливо улыбался. — Это вы? Уйдите, пожалуйста, — прошептал Гарри. — Что это он? — удивился Локонс и глянул на собравшихся вокруг гриффиндорцев,— Не волнуйтесь. Я сейчас его вылечу. — Не надо! — возразил Гарри, — Я пойду к... Гарри попытался сесть, но не вышло. Неожиданно щелкнула фотокамера. — Зачем снимать его в таком виде, Колин? — запротестовала Гермиона, которая, как оказалось, уже успела спуститься. Она обеспокоено смотрела на Гарри. — Лежи, лежи, — заботливо посоветовал Локоне, — сейчас я произнесу заклинание, — он проигнорировал синхронный протест Гарри и Гермионы, — Не бойся, мне не впервой. — Я лучше пойду в больницу, — сквозь стиснутые зубы прошептал Гарри. — Правда, профессор, — заметил Драко, — Мадам Помфри... — Отойдите подальше, — попросил Локонс, закатывая зеленые рукава. — Может, не надо… — выдохнул Гарри. Слишком поздно. Гарри, зажмурившись, отвернулся, кто-то в толпе вскрикнул, а Колин Криви защелкал фотоаппаратом со скоростью пулемета. — M-м. Ну, ничего, — Локонс не терял присутствия духа, — Такое бывает! Но перелома-то больше нет! А это главное. Сможешь доковылять до больничного крыла? Мистер Уизли, мисс Патил, проводите его, пожалуйста, а там мадам Помфри приведет его в надлежащий порядок. Из рукава Гарри выглядывало что-то вроде надутой резиновой перчатки цвета сырого мяса. Локонс не вылечил перелом, он просто удалил из руки все кости.