Conflictu ex contrariis, или тайны рабочего стола

      Негатив ненавидела таких людей.       Сидящий напротив неё молодой, лет где-то 19-20, парень с симпатичным светлым лицом вызывал жуткую боль в животе, а съеденный ранее пирожок с мясом усиленно просился наружу.       Если честно, работа в Потустороннем Департаменте в отделе по переносу душ была совсем даже не пыльной. Люди приходили, в основе своей, отчаявшиеся, потерявшие надежду, озлобленные или наоборот замкнутые. Иногда они возмущались, иногда отказывались верить, но почти всегда с ними не было никаких проблем. Покричали, да и взяли справку о смерти, и дальше с ними уже разбирались ребята из Цветущих Садов или Пустых Земель. Все, что должна была делать Негатив, это делать краткую оценку о проведенных ими жизнях и отправить соответствующий запрос либо в Сады, либо в Пустоземья.       Негатив работу эту не любила. А кому охота возиться с этими надоедливыми душами, а приносили в отдел по переносу именно самые непереносимые. Причем в буквальном смысле. Светлые Ангелы и Мрачные Всадники имели строгие правила отбора переносимых ими душ. Если ты был добрым человеком с большой буквы и прожил достойную счастливую жизнь, то со Святошами под ручку шагай на "поля злачные и реки полноводные" в Цветущих Садах, а если ты был порядочной тварью и жизнь свою прожил как последняя сволочь, то тебя, как тому полагается, за шиворот потащат прямиком на самые нижние уровни Пустых Земель. Ну, или повыше. Кому как.       Казалось бы нет ничего сложного, но, увы, слишком часто встречаются такие люди, о которых не сразу сообразишь, кто и куда должен тащить. Сначала, в самые ранние века существования Департамента, Ангелы и Всадники устраивали целые побоища за души таких неопределенных личностей. Хотя было бы за что. Но! Потом они сообразили, что так дела не делаются, и решили, как все разумные существа, найти кого-то третьего и скинуть на него весь этот геморрой. И разумеется, под руку обязательно должны были попасться такие вечные, даже не существа, а сущности, как Негатив и Позитив. И если Позитив решили припахать для совсем другого рода работы, то вся головная боль досталась Негативу. Как всегда, впрочем. Но видит Бог, у неё почти никогда не возникало особых проблем или трудностей, кроме охрипшего от громких переругиваний со Светлыми Ангелами голоса. До этого дня.       Негатив как раз ругалась с очередным Светлым Ангелом, принесшим к ней на смотр какого-то зашуганного в край коммерсанта.       - Слушай ты, курица неощипанная, - раздраженно прошипела Негатив, глядя в красное от возмущения лицо молоденькой девушки-ангела, - Этому поганому коммерсу место в Садах, и мне насрать на то, чем он там занимался.       - Но этот человек - вор! - возразила Ангел, в пылу спора ударив по столу хрупким кулачком, который чуть ли не разбил крепкий образец столярного произведения искусства напополам. Во всяком случае, трещина разрослась уважительная.       - Милочка, Робин Гуд тоже был вором, но дети его любят, - зло хохотнула Негатив, смотря на слегка стушевавшуюся девушку, слегка виновато косящуюся на красивые изгибы избороздивших весь стол трещин. Такие сцены происходили здесь почти каждый день.       - Но...       - И к тому же, этот человек был хорошим мужем(для четырех жен, - в сторону пробормотала Негатив), прекрасным отцом и заботливым сыном для старых родителей, - веско рассудила темноволосая и, опустив взгляд на пачку бумаг под своим носом, добавила, - И денежные махинации его были совсем несерьезны, а тот маленький процент своей личной выгоды он потратил на операцию для больной матери. Это ты считаешь преступлением, Ангел?       Пристыженная девушка поникла, молча взяла справку и повела пребывавшего до сих пор в прострации грузного среднего возраста мужичка к выходу. По дороге она прошлась яростным взглядом по прислонившемуся к стене у двери Мрачному Всаднику, который как раз и привел этого человека сюда. В ответ он проводил глазами удаляющуюся Светлую с неизменным скучающим выражением лица.       Эти двое были давно знакомы. Сколько бы не видела Негатив кого-то одного из этой парочки, то рядом всегда ошивался другой. Сначала это слегка её озадачивало, ведь все знают, что Светлые Ангелы и Мрачные Всадники недолюбливают друг друга. Но потом понаблюдав за ними, Негатив начала кое-что понимать.       Атрей, так звали Всадника, был холоден, безразличен и немногословен, как и многие другие Всадники, но было в его глазах нечто, отличающее его от тысяч его сородичей. В них была вселенская пустота, почти осязаемая твердость духа и даже яркий блеск жизни, почти полностью затмеваемый пеленой апатии. Негатив как-то даже выразилась про себя:"В них горит широкая, но пустая душа". И лишь при взгляде на одно существо они оживали. Горели не от ненависти, но от нежности. Этим существом была Миа.       Про Миа же Негатив могла бы многое рассказать, даже почти не матерясь. Миа была большой пернатой занозой в заднице. Причем она доставала не одну Негатив. От её конфликтного, взбалмошного, упрямого характера страдали все, и другие Ангелы, и Всадники, и души людей. Даже Позитив старалась не показываться ей на глаза. Ангелы вообще были довольно... сложными натурами, но Миа определенно была... выдающимся представителем сей... пернатой расы.       Миа со многими не могла поладить. Да что там, ей легче было искать врагов, чем друзей, и самого своего злейшего врага она нашла в Атрее. Это была абсолютно безответная ненависть. Все в Атрее выбешивало Миа до пара из ушей, вплоть до того, как он дышит. Если он вообще дышит. По ним всегда трудно догадаться живое ли это существо или каменная статуя.       В общем, Миа из перьев вон лезла, чтобы спровоцировать Всадника на поединок. Атрей всегда же спокойно относился к её придиркам, лишь иногда с тоской смотря в след удаляющейся со скоростью пушечного залпа злющей девушке, у которой никак не мог найтись более или менее достойный повод начистить его морду.       Позитив, с недавнего времени начавшая встречаться с Негативом, очень переживала за судьбу этой парочки, часто капая на мозги темноволосой позывами "сплотить этих двоих узами крепкой любви". "Ага, любви, - ядовито соглашалась Негатив, - прям до гроба и милой братской могилки". И ведь серьезно, насколько любил Атрей эту... строптивую девушку-ангела, настолько Миа ненавидела холодного Всадника. Нет, ну и впрямь, они сошлись, волна и камень, стихи и проза, лед и пламень. Но, увы, даже не друзья.       С минуту посмотрев на грустную серую моську Мрачного Всадника, Негатив повернула голову к... наверное, это можно было назвать окном, а на деле это было Зеркало, за которым можно было увидеть бескрайние мертвые равнины Пустоземий, над которыми всегда стоит безмолвная луна, а резкий сухой ветер гонит холодный как снег пепел. Негатив всегда любила верхние уровни Пустых Земель. И пусть там не было жизни, но все говорило о ней. Мертвые деревья натужно скрипели:"Мы были живы", пересохшие реки хрипели:"Мы были живы", даже пепел завывал голосом ветра:"Мы были живы". Сами Пустые Земли кричали в исступленном отчаянии:"Мы были живы!". И только луна тихо застыла на месте, освещая все ровным мертвенно серым светом. Романтика. Вздохнув, Негатив повернула голову к противоположному "окну"-Зеркалу. Сады.       Нет, Негатив не имела ничего против Цветущих Садов. Просто, глядя на них, никогда нельзя было увидеть что-то одно. Цветущие Сады - это рай для каждого человека, а точнее у каждого попавшего туда человека был собственный Сад - персональный кусочек рая. Все они, Сады, были собраны в абсолютно бессистемную кучку планов, а в центре был Вечный Рим - город Светлых Ангелов. Что есть Вечный Рим? Ну, это можно понять, если переиначить знаменитую поговорку "Все дороги ведут в Рим". Получается, из Вечного Рима можно попасть в каждый Сад, коих великое множество.       Понимаете теперь, какой калейдоскоп мест и образов плывет в глазах смотрящего в не настроенное Зеркало Леди. Зеркала Леди, или Белые Зеркала специально созданы, чтобы наблюдать за планами Цветущих Садов, а без настройки на что-то определенное Зеркало так и будет стараться охватить все планы этого места, что просто невозможно, и вызывает разве что головную боль, ну, или приступ эпилепсии. А Зеркала Лорда, или Черные, всегда спокойно показывают одну и ту же картину, мертвые пустоши и бледную луну. Таковы Пустые Земли - земли, где-то даже время мертво.       Разумеется, существуют нижние уровни Пустых Земель, но для того, чтобы их увидеть нужно либо туда отправиться, что грозит вам если вы не Мрачный Всадник, или хотя бы не Светлый Ангел, ну или совсем в крайнем случае бессмертная в своей сути сущность, как Негатив, вечным заточением и мучительной смертью, либо использовать третий вид Зеркал. Зеркала Зверя, или Кровавые. Но поверьте, видок там совсем уж не для туристов, а коренные жители разительно отличаются от Мрачных Всадников. Страшные, кровожадные существа, если хотите, можете называть их демонами. С ними даже Мрачные Всадники предпочитают не связываться. Это тюремщики для сотен тысяч грешников, чья бессмертная душа обречена вечно испытывать муки ужаснее смерти без права на возрождение.       Впрочем это не мешает самим демонам пытаться вырваться на свободу. Благодаря этим мерзким тварям, каждый, мать его, Ангел или Всадник носили оружие. Правда, против Всадников Негатив почти ничего не имела. Они были спокойными, к тому, опять же, первая оборона на случай, если демоны решат забить на свою работу и уйти в загул. Но. После уже третьего разбитого горшка с подаренным Позитивом фикусом по имени Альфред, и двух дней активного успокаивания вышеупомянутой Позитива от траура, Негатив серьезно задумалась о том, чтобы попросить высокое начальство запретить одной определенной пернатой заднице, пардон, личности носить любого вида оружие, а особенно конкретный такой двуручник. Но скандал утрясла постная мина Атрея, протягивающего изможденной после утешения убитой горем девушки Негативу новый горшочек с уже посаженной там ромашкой. Тут же взбодрившаяся Позитив назвала растение Альбертом. Негатив же по-тихому иногда заваривала себе успокаивающий чаек из цветочков нового питомца. Чем не компромисс?       Потерявшись в мыслях, Негатив не заметила, как дверь её кабинета открылась, впуская очередного серолицего Мрачного Всадника, но удивительно было, что он никого не тащил. Обычно даже Светлые Ангелы приводят души людей, держа их за ручку, как маленьких детишек, а уж тем более Мрачные Всадники едва ли не заносят какого-нибудь бедолагу на своем могучем плече. За этим же радостно семенил какой-то молодой парень. За Мрачным Всадником. Семенил. Радостно...       Негатив вдруг ощутила противный холодочек внизу живота.       "Может быть Светлый Ангел попросил занести эту душу ко мне? Ага, Ангелы часто любят сваливать свою работу на чужие плечи. Чертовы ленивые пернатые задницы". Так сказала себе Негатив, пытаясь унять в себе плохое предчувствие.       - Суицид.       Холодный и безэмоциональный голос Всадника громом прошелся по кабинету. Негатив вздохнула.       - Свободен, - коротко кивнула Негатив сотруднику, и он, положив папку с данными об этом парне на стол, поспешил удалиться.       Негатив молча посмотрела на оставшегося посетителя. Он приветливо улыбался "во все 32".       Девушка взяла в руки папку, открыла, пролистнула пару страниц и преувеличенно медленно положила обратно.       Она опять посмотрела на парня. Он улыбался.       Негатив с шумом вдохнула воздух.       - О ЧЕМ ТЫ, МАТЬ ТВОЮ, ДУМАЛ, ИДИОТ!!!       Негатив ненавидела таких людей.       Сидящий напротив неё молодой, лет где-то 19-20, парень с симпатичным светлым лицом вызывал жуткую боль в животе, а съеденный ранее пирожок с мясом усиленно просился наружу.       - Послушай сюда, ты, идиота кусок, нахрена? Нахрена ты полез на нож? Острых ощущений захотелось? По биологии двойки были, и ты решил узнать какого цвета твоя кровь? Ну, так иди сюда, я тебе живенько напомню! - сейчас Негатив сдерживали лишь прибежавшие на крики Атрей и Миа, которые держали её за руки и за ноги. Атрей - за руки, ухватив за подмышки, а Миа - повиснув на одной ноге, другой же Негатив страстно желала отбить дохлому пареньку печень и яростно ей размахивала.       - Ничего подобного я не хотел, - все так же улыбаясь, усмехнулся парень и начал слегка покачиваться на стуле.       - Ты наркоман? Хренов обдолбаный подросток? Щас я из тебя всю дурь выбью! Отпустите, гады!       "Гады" отпускать не хотели. Причинять вред душам было величайшим преступлением в Департаменте. Конечно, они не знали действует ли запрет на такие сущности, как Негатив, но рисковать не хотели.       - Я его убью! - надрывалась темноволосая, едва не заехав кулаком по макушке Миа.       - Он уже мертв, - спокойно констатировал факт Атрей.       - Я его повторно убью, да так, чтобы ближайшие пару тысячелетий не появлялся!       - И что это изменит? - спросила Миа, пытаясь одержать верх над очень сильными ногами Негатива.       Негатив вдруг резко расслабилась. У неё очень сильно болел живот, кружилась голова, во рту пересохло, а чертов пирожок, приготовленный заботливыми руками Позитива спешил вырваться, словно отбывающий срок преступник.       У Негатива была своего рода аллергия на таких людей. Людей счастливых, радостных и беззаботных, и кончающих смертью от отчаяния. Самоубийством.       Человек, как и любое другое живое существо, имеет одно приоритетное желание - выжить. И себя человек будет защищать до последнего, но если вдруг на него нападает такое отчаяние, что он сам накладывает на себя руки, не найдя другого выхода. Это же... прекрасно. Это венец самой сути Негатива. Истинное, самое вкусное темное чувство человека - смертное отчаяние. Никогда не бывает веселых суицидников. Они убивают весь этот чудесный вкус, отравляют прекрасный аромат. Это совершенно неправильно. Тошнотворно. "Этот... человек вызывает у меня несварение желудка," - самое приличное, что пронеслось в ворохе мыслей и трехэтажного мата у Негатива.       - Однозначно... буэ... в Сады его... буаа... - прикрывая рот рукой, простонала Негатив, едва справляясь с приступами рвоты, - Быстро!       Повинуясь окрику сущности Атрей и Миа отскочили от неё, быстро подхватили под руки незадачливого парня и бумажку с отчаянного выбитой красной печатью "САДЫ" и резво выбежали в распахнутую дверь.       Негатив устало рухнула в свое кресло и начала медленно покачиваться взад-вперед, убаюкивая расшалившийся организм. Душа хотела отдыха, разум нуждался в покое, а расшатавшиеся нервы требовали позвонить той, в чьих силах либо успокоить, либо в конец порушить тонкую душевную организацию Негатива. Короче, ей срочно нужна была Позитив, и её рука уже осознано ползла к телефону.       Когда в трубке послышался веселый голос Позитива, Негатив успела мысленно сказать ставшей привычной фразу, которую часто повторяла со дня начала их отношений.       "Прощай, моя крыша".       Атрей не любил шум, но только до того момента, когда этот шум не начинала производить любовь всей его жизни. Тогда каждый гневный крик, каждый звук её голоса, каждый вздох, каждый шумный взмах прекраснейших белоснежных крыльев, перья с которых казались мягче облаков, западал в сердце, заставлял его замирать и снова биться с чудесной мыслью:"Я слышу мою Богиню".       Атрей видел в своей любви воплощенное совершенство. Пускай Миа по сравнению с другими своими сородичами была весьма невзрачной. Короткие светлые волосы, в которые так хочется зарыться рукой, перебирая пряди, мягкие черты лица, которые так хочется обводить легкими прикосновениями губ, и большие голубые, как небо, глаза, в которых хочется утонуть. Её тело хрупкое, словно бесценная фарфоровая ваза, но может выдерживать долгие часы полета под сильнейшими ветрами. Руки такие тонкие, нежные, но с легкостью держат тяжеленный двуручный меч, а из длинных аккуратных пальчиков вылетают молнии способные сразить любого противника. А эти ножки, она не бежит - летает: как они легки и быстры. Нет, его Богиня совершенна.       Атрей не видел в своей любви изъянов. Он признавал её боевой характер, но это только больше возносило Миа в его глазах. Эти недостатки, с его стороны, были достоинствами, делающими его любовь совершенно неповторимой личностью. У неё была гордость, она никогда не боялась высказать свое мнение и яростно его отстаивать. И пусть Атрей не всегда может согласиться со своей Богиней, но она всегда остается верной своему решению, если считает его правильным, но если она ошибается, то понимает свою неправоту. Она растет в духовном плане, совершенствуется. Ведь нет предела совершенству. Тем более совершенству его Богини.       Атрей видел в словах и поступках своей любви свет истины и торжество разума. И действительно, Миа была очень даже не глупым Ангелом, но очень по-своему. Например, она в идеале знала философию Северных Ветров, время, когда молния кристаллизуется в прекрасный камень рилидий, течения воздушных потоков, но помогало ей это только в небе, да в магии. Её знания об обычной жизни были скудны, ведь до вступления в Потусторонний Департамент она росла в клане полуодичавших Штормовых Ангелов в очень отдаленном месте Цветущих Садов - Небесной Земле, где все было подчинено яростным ветрам, да грозным бурям, а редкие парящие островки земли были населены злобными тварями. Там выживали сильнейшие. И зачастую Миа скучала по безумному ветру, толкающему тебя вперед. Здесь, в более мирных частях Цветущих Садов, все было слишком медленно. Но пусть она почти ничего не знала о жизни, её разум все же был открыт для нового, что восхищало Атрея до глубины души. Его Богиня совершенна, ибо самый совершенный разум - это тот, что всегда учится чему-то новому.       Атрей, не смотря на свое практически обожествление своей любви, все же знает, что его Богиня - простое смертное существо, как он или каким была та душа, которую они сейчас сопровождали в Цветущие Сады. Ведь даже сейчас его Богиня проявляет самое естественное для всех живых существ качество - любопытство.       - Так, все-таки зачем ты решил склеить ласты? - голосом словно нежные переливы флейты спросила Миа у души почившего в столь юном возрасте молодого человека.       Они пролетали над Бездной Снов, ужасным местом, куда сбрасывали падшие души, и где они попросту стирались из анналов сотворения. Душа покончившего суицидом посмотрел вниз, едва ли не впервые испытав ужас, и покрепче уцепился за бока Мрачного Всадника, не желая упасть с его Сумрачного Скакуна, жуткой на вид помеси дракона с могучим конем.       - Не знаю, - честно ответил парень, - Я никогда даже и не думал об этом, но тогда, словно я вдруг понял, что забыл почистить зубы, настолько это было... естественно. И глазом моргнуть не успел, как на руках оказались раны, а на пол стекло уже порядочное количество моей крови. И знаете, я даже, когда начал терять сознание, не чувствовал паники или страха.       Ненадолго повисла тишина, нарушаемая лишь редкими взмахами крыльев.       - Ну, знаешь, у нас тут очень мило, - вдруг весело сообщила Миа, подлетев вплотную к Сумрачному Скакуну, - А если соскучишься по Миру Живых, можешь поговорить с любым Светлым Ангелом, и он отправит твой запрос на рассмотрение на Высшем Суде. Там решат смогут ли включить тебя в список душ на возрождение.       Атрей только что снова наблюдал, как его Богиня проявила очередную естественную, но такую редкую в эти времена черту - бескорыстную доброту. Его Богиня совершенна телом, характером, душой, умом и сердцем. Она истинное воплощение совершенства...       - Атрей, ты как-то слишком странно на меня смотришь, - подлетев к Всаднику на расстоянии ладони от его лица, Миа заглянула ему в глаза, подозрительно сощурив глаза. Очаровательно.       - Не замечал, - как всегда холодно произнес Атрей, смотря в ответ типичными для всех Мрачных Всадников абсолютно черными глазами с золотыми радужками и вертикальным зрачком с таким же холодным выражением.       - Ну, как знаешь, - сказала Миа, пожав плечами, и отлетела от Сумрачного Скакуна.       Они уже приближались к Вратам, ведущим в Цветущие Сады.       Атрей не врал, когда сказал, что не замечал странностей в своем взгляде на Миа. Ведь именно так он должен смотреть на свою Богиню. С затаенным океаном чувств, заледеневших в своей обжигающей совершенной природе. Любовь холодная как лед.       Негатив относительно спокойно попивала чаек. Относительно, потому что кое-кто обнимал её сбоку за плечи одной рукой, а другой гладил чувствительные колени. А еще, потому что вокруг летали очищенные души и норовили выбить чашку из рук. Кабинет Позитива. Они сидят на диване для гостей, хотя гости тут не предусмотрены, ведь Позитив работает только с этими мелкими хвостатыми огоньками. Фикусы и остальные представители флоры в глиняных горшочках тут явно не задерживались.       - Господи, и как ты их терпишь? - каким-то чудом допив чай, спросила Негатив и отложила чашку, повернув голову к Позитиву.       Та смотрела не отрываясь на Негатив так, что у неё побежали мурашки по позвоночнику. Не подумайте ничего лишнего, просто Негативу стало вдруг очень жутко.       - Но они же такие миленькие, - вдруг улыбнулась Позитив и подозвала к себе одну из летающих "змеек"-душ, - Идеальные в своей чистоте души, готовые к новым открытиям в Мире Живых. Это так очаровательно!       Негатив не могла не согласиться. Это было поистине прекрасно. Душа человека, живя долгие годы в Цветущих Садах или в Пустых Землях очищается, возвращается к своему истинному облику и снова отправляется придавать себе новую форму. Неважно хорошую или плохую, но душа имеет возможность прожить жизнь по-новому. И спустя много лет все начинается сначала. Это идеальный механизм Мироздания. Круговорот Душ во Вселенной!       Негатив даже слегка завидовала Позитиву. Пускай "чистые" души были проказливы, но это было все же лучше, чем иметь дело с душами, полными сожалений о не сделанных делах или забытых тапочках.       - Ну, как ты себя чувствуешь? - неожиданно ласково спросила Позитив, перейдя от поглаживания колен к животу.       - Нормально, - честно ответила Негатив, прислушавшись к себе. И правда, живот не болел, тошнота не подкатывала, и даже голова не гудела.       - Странно, а по-моему ты слегка бледновата, - покачала головой Позитив и быстро пересадила Негатива себе на колени, - Дай-ка, померим тебе температуру.       Пока Негатив тихо фигела, Позитив быстро чмокнула темноволосую в лоб.       - Горячий, - растянувшись в чеширской улыбке, поведала она.       - Меряй лучше, - пробурчала Негатив, отчаянно краснея и протирая место поцелуя.       - С удовольствием, - промурчала Позитив и приложилась к губам своей девушки.       Через некоторое время Негатив не без ехидства заметила.       - Температуру меряют не на губах, горе-медик.       - А какая разница? - усмехнулась Позитив, уткнувшись Негативу куда-то в шею и щекоча её жарким дыханием.       - Большая, - вредно покривилась Негатив, но отбиваться от ласк не собиралась. Не помогает - проверяла.       - Кстати, как там наши голубки? - не отрываясь от исследования чужой кожи, спросила Позитив.       - Как обычно, - задумавшись, протянула пессимистка, - А ты вообще уверена, что у них все будет хорошо?       Лично Негативу казалось, что ничего хорошего из этого не выйдет. Уж слишком они были разные. Полные противоположности друг другу.       Позитив загадочно улыбнулась, но памятуя о том, что спутница жизни эту улыбку не видит, сказала:       - У этого Всадника чувства к той Святоше, чем-то похожи на мои к тебе.       - Правда? - вспоминая о потеплевших глазах отмороженного по сути Атрея, слегка смутилась Негатив.       - Ну, разумеется, - заглянув в глаза своей судьбе, рассмеялась Позитив, - Только вот мои чувства намного больше и сильнее.       - Знаешь, меня почему-то это слегка пугает.       Тревогу, которая Негатив чувствовала своей... кхм, точкой "жэ", быстро заглушили теплыми, ласковым поцелуями.       В конце-концов, что с ними может еще случиться?