В гости к Первому поколению Вонголы

Pov Тсуна Итак, очередное утро. Сегодня я проснулся без помощи Хибари и необычайно рано. Ну раз уж я встал, пойти в столовую, что ли? Я спустился по лестнице, ни разу не споткнувшись. Прогресс. Но недолго я радовался. На входе в помещение меня встретило непреодолимое препятствие — порожек. Упал я громко. На этот звук повернулся уже находившийся в столовой и что-то уплетающий за обе щеки Джотто. Он сочувственно посмотрел на меня и вернулся к трапезе. Недолго думая, я присоединился к нему. — Доброе утро, Джотто-сан. — Доброе, Тсунаеши. Ты чего так рано? — Не спалось что-то. А вы? — Да Алауди во сне локтем толкнул, — Примо поморщился, будто все еще ощущал этот подлый удар под дых. — А я очень чутко сплю, и если уж проснусь, то после не усну. — Понятно… — я немного помолчал и задал волнующий меня вопрос. — О! А как вы начали встречаться? У Джотто так задергался глаз, будто я спросил невесть что. — Ну, знаешь, Тсунаеши, это довольно-таки долгая история… — Ничего, — отозвался я. Еды много, можно и послушать. Да и время зря не пройдет. *** — Ахахахах! — я просто не мог остановится после услышанного мной. — И как он отреагировал? Дующийся Примо пробубнил: — Он согласился. Мой истерический ржач вышел за рамки всех допустимых децибелов. А Перый босс Вонголы надулся еще больше и стал напоминать хомяка. С тех пор, в мыслях, я окрестил его вышеупомянутым животным. Решив поделиться своей «бедой» с Алауди, Джотто направил свои стопы в спальню, но… На выходе из злополучной столовой его ждал облом в виде небезызвестного порожка. Он брякнулся прямо под ноги решившего перекусить Хибари. — Оу. Так Савада не один любит все ступеньки и пороги целовать? — я не ослышался? В голосе Кеи проскользнула нотка… веселья? Но лицо бывшего ГДК оставалось бесстрастным. — Вы все-таки родственники. Теперь я в этом уверен. И тут с пола послышался всхлип. Мы его все-таки довели. Откуда-то с лестницы мы услышали голос Алауди: — Что здесь происходит? И вот тут мне стало по-настоящему страшно. Глаза Первого Хранителя Облака метали молнии. Он подошел ко все еще всхлипывающему «боссу» и спросил: — Что случилось-то, зверек? Кто-то тут что-то про наследственность говорил? Вот оно вам, пожалуйста. Послушав минуту-другую бессвязные бормотания Джотто, Алауди поднял его на руки и унес в неизвестном направлении. У Хибари был такой вид, будто его сейчас стошнит. *** За ужином Джотто, похоже, решил мне отомстить. Они с Алауди появились в столовой вместе и позже всех. Хранитель окинул присутствующих своим ледяным взглядом, нашел Хибари и, кивнув ему в сторону двери, вышел. Кея последовал за ним. Интересно, к чему это? За столом было так же весело и шумно, как и всегда. Все Хранители, вскоре, поели и ушли по своим комнатам. Остались только мы с Примо. — Тсунаеши, — начал он, — а я смотрю, ты тоже неровно дышишь к своему Облаку. Вот так вот. Без всяких увиливаний и прямо к интересующей его теме. — С-с чего э-это вы взяли, Д-джотто-сан? — был бы здесь Хибари, опять бы завел свою песню про наследственность. — Да так, — небрежно ответил он. Разговор мы так и не закончили, в столовую вошли Хранители Облака. Хибари при этом был какой-то взъерошенный. Они невозмутимо прошли на свои места и приступили к еде. Поев, мы разбрелись и направились каждый в свою сторону. Нам с Кеей было по пути. Пока мы шли, я незаметно покосился на своего Хранителя. И чего это Джотто в голову взбрело? Как он может мне нравится? Да и вообще, я парень, как никак.  И, может, освещение в коридоре было какое-то особое или еще что-то, но Хибари показался мне… Красивым? Ну, хомячок… — Чего уставился, зверек? Я спохватился, что все еще разглядываю его и поспешно отвел глаза. Я что, еще и покраснел?! Вот, блин! Когда мы, наконец-таки, дошли, я быстро прошмыгнул в свою комнату и закрыл ладонями горящее лицо. Джотто, злобный и толстый хомяк, чтоб тебе икалось!