Я не дам тебе упасть...

На протяжении всей нашей жизни рядом с нами должен находиться человек, который всегда выслушает и поможет. Вы называете их лучшими друзьями, братанами, корешами, как угодно... Но мне кажется друзья, именно настоящие друзья, а не лицемеры, которые рядом когда им удобно и исчезают, не удосужившись, как твои дела, это такие, же частички нас, как любовная половинка. У меня никогда не было много друзей, пальцев одной руки хватит, чтобы их посчитать, но зато какие они были... Я был частью их, а они частью меня и это прекрасно. С весёлым другом - я был серьёзным, с дерзким - наивным, с серьёзным - беззаботным, и всего лишь с одним самим собой, не пряча каких-то сторон. Все они для меня дороги, ведь с одними я раскрывал свои стороны и лишь с одним не забывал, кто я есть. Лучший друг это тот с кем ты можешь поплакать, напиться горячительных, спеть все ретро песенки, начудить и, протрезвившись обрести душевный покой. Я ведь действительно так думаю, лучшего друга важно найти, ровным счётом так же, как и любовь... Остаток вечера наша дорогая троица провела в прекрасном расположении духа. Никлаус сделал много набросков картин. Они много смеялись, разговаривали, играли в азартные игры, в общем, о недавнем происшествии будто и забыли. На утро Ник уже собрался уезжать, т.к. работы всегда много и никому доверить её он не может. Кол, как благодарный брат пошёл его провожать до парома. - Спасибо, что приехал, - сказал на прощание Кол, обнимая брата. - Я чувствовал, что нужен вам, - нагло ответил Ник. - Ну, что ж прощайте. Ждите от меня картины, - заходя в поезд, крикнул он. Кол помахал рукой, засунул руки в карманы брюк, немного постоял на месте, раздумывая, что будет, когда он придёт домой, достал пачку сигарет из кармана пиджака, закурил и медленно пошёл домой... Он медленно брёл по тротуару и размышлял о том, как примет его Каллиста, стоит ли к ней прикасаться, или пока не стоит, когда к нему подъехал чёрный «Кадиллак». Окно заднего сидения опустилось и из тёмного, прокуренного салона послышался мужской голос. - Доктор Майколсон? - Да, - удивлённо ответил Кол. - Что нужно? - наклонившись к окну, спросил Кол. Он старался разглядеть собеседника, но кроме шляпы, дыма и сигареты ничего не увидел. - Садитесь в машину, - спокойно ответил незнакомец. - Кто вы? С какой стати я должен садиться к вам в машину? - рассердился Кол. - Я убедительно вас прошу, садитесь в машину, - сзади подошли три амбала и, прислушавшись к здравому смыслу Кол сел в машину. Не успел он усесться, как машина тронулась с места, незнакомец предложил ему сигару, Кол её принял. Теперь он смог разглядеть своего собеседника, это был мужчина лет 50-60, седой, сероглазый, с длинным прямым носом и вытянутым худым лицом. Одет он был в серый костюм, шляпу в тон костюма и чёрные, начищенные туфли. Он курил сигареты марки "Мальбора", Колу они показались слишком терпкими. - Куда же вы меня везёте? - Не могу сказать, - не поворачивая головы и смотря вперёд себя, ответил незнакомец. - Чёрт возьми, я могу хоть что-то узнать?! - разозлился Кол. - Нет, не можете, - всё тем же спокойным тоном ответил незнакомец. Кол сильно нервничал, но не подавал вида и старался разглядеть в затонированых стёклах, куда же его везут, что ему не удавалось. Прислушиваясь, он понял, что они выехали за пределы города и едут по просёлочной дороге, на долю секунды его сердце сжалось от страха: " Мы едем домой? К Калли?", но поразмыслив, он понял, что они едут куда-то гораздо дальше их поместья. В пути они пробыли где-то полтора часа. Машина остановилась, Кол открыл дверь и вышел на улицу, запахло пряностями – они были у побережья. Перед ним стоял огромный замок, с высоким каменным забором и коваными воротами. Напоминал его поместье, но в несколько раз больше и величественнее. Поместье было совсем недавно отремонтировано, похоже, даже электричество проведено. Кол в сопровождении незнакомца и охраны, прошёл через ворота и по каменной дорожке немного поросшей травой прошёл к входу в замок. В прихожей, которая между прочем была шикарно отремонтирована, встретил дворецкий. - Скажи Господину, что мы пришли, - буркнул незнакомец и дворецкий откланявшись, ушёл прочь. Прихожая была довольно просторная с ковром на полу и огромной люстрой на потолке. Из мебели был только небольшой столик из красного дерева, на котором стояла корзина полевых цветов. В прихожей находилась лестница на второй этаж и две арки, одна из которых вела в просторную гостиную с камином. - Ступайте за мной, доктор Майколсон, - монотонно проговорил незнакомец и пошёл к лестнице. Они прошли на второй этаж, дальше свернули в западный холл и вошли в третью дверь слева. Комната была довольно большая, в ней стояло несколько шкафов с книгами, рядом стол, заброшенный разными бумагами, с обеих сторон стола стояли два удобных обтянутых кожей стула, немного поодаль стоял диван с креслом и журнальным столиком, на котором красовалась бутылка виски. Но особое внимание Кола привлёк глобус, стоящий около стола, он не мог понять, зачем он нужен. При этой комнате находился балкон. Когда Кол с незнакомцем зашли в комнату, на балконе находился какой-то человек. Это был мужчина лет тридцати, высокий, спортивного телосложения, весьма приятный внешне, шатен, с лёгкой щетиною на лице, кареглаз и весьма импозантен. Он был одет в серые брюки, белую рубашку и красную жилетку. Он стоял, засунув руки в карманы брюк, и о чём-то размышлял и будто не заметил, что кто-то зашёл. - Господин, я привёл вам доктора Майколсона, - громко, по-военному сказал незнакомец. - Доктор!? - насмешливо произнёс мужчина с балкона, - Луиджи, да это просто богатенький балабол! - Кол прищурился, этот голос ему знаком! Тут мужчина обернулся, и Кол не смог сдержать смеха - это был его старый - добрый друг Дон Сальери. Сальери подошёл к Колу, они обнялись, похлопали друг друга по плечу. - Сальери! Ах... ты неугомонный мафиози! Не мог просто приехать ко мне или позвонить? Обязательно нужно было так пугать?! - смеясь, возмущался Кол. - Ты же знаешь, я люблю эпичные появления, - усмехнувшись и развалившись на диване, ответил Дон Сальери. - Присаживайся, - кивнул он Колу в сторону кресла. В это время растерянный Луиджи стоял у двери и совершенно не понимал, что происходит. Он думал, что они везут Кола, что бы подарить ему пулю в лоб, а оказалось, что они друзья. - Луиджи, можешь быть свободен. Никому ни слова. - Хорошо, господин, - быстро ответил он и удалился. Вы, наверное, хотите знать, что же это за фрукт Дон Сальери? Так я вам отвечу, что знаю о нём очень мало. Он глава итальянской мафиозной группировки, которая распространилась по всему миру. Начал он ещё до войны, но в роли умелого торгаша - поставлял оружие. После войны власть, деньги и знакомства с нужными людьми остались, и он сформировал свой клан. О его детстве, происхождении, даже о настоящем имени ничего не известно. Мафиозный клан - тайная организация, о которой все знаю, да и такое бывает в этой жизни, поэтому местонахождение штаба, имена союзников и т.д. строго засекречены. Как же наш малец умудрился познакомиться с самим главой мафиозного клана? Это случилось, когда Кол проходил практику, будучи студентом психологического факультета. Он был помощником у одного психолога в Англии. Мужчина он был не плохой, но охладевший к своей работе, и поэтому Кол зачастую принимал его клиентов в качестве специализированного врача, а не студента. В это время Дон Сальери был в Англии, у него были какие-то дела с морским флотом, и хоть он был занят работой, но страшно влюбился в одну интересную особу. Её звали Кейт, она была стройна, умна, невероятно мила и застенчива. Дон Сальери познакомился с ней в книжной лавке, где она работала. Она в мгновение ока очаровала его, но было одно "но". Очаровательная Кейт два раза в неделю посещала психолога, что Дону Сальери, как мужчине импульсивному и ревнивому очень не нравилось. Тогда он решил записаться к этому "чудесному" психологу, им и оказался наш Кол. И Сальери был в дальнейшем приятно удивлён, т.к. Кол оказался прекрасным психологом. Потом он стал приходить всё чаще и чаще и они стали обсуждать всё, что происходит и происходило с ними, так они и подружились. В дальнейшем Дон Сальери вернулся обратно в Италию, и их дружба сохранялась на протяжении пяти лет редкими письмами. - И когда ты собирался мне сообщить, что переехал во Флоренцию? - разливая виски по рюмкам, спросил Дон Сальери. - При других обстоятельствах я бы первым делом нашёл вас, дорогой мой друг, - усмехнувшись и выпив виски, ответил Кол. - Наслышан я об твоих "обстоятельствах", - подливая виски, улыбнувшись, ответил Сальери, - кто она? - Ты следил за мной? - спокойно спросил Кол, совсем не удивившись и даже не рассердившись. Ведь слежка, для Дона Сальери обычное дело. - Да, как только вы ступили на итальянскую землю, - усмехнулся Сальери. - Ну, сам подумай дорогой мой псих! Вдруг, ты приезжаешь во Флоренцию, об этом ничего мне не сообщив, потом оказывается, что у тебя тут поместье. При этом с тобой приехала чудеснейшая девушка, по документам являющаяся твоей приёмной дочерью. Когда я узнал это, я не мог поверить своим глазам! Вы меня страшно шокировали! Вот, я и поставил за тобой слежку. Я волновался за вас, - с неким возмущением говорил мафиози, отчего виски выплёскивалось из его стопки. - Мог бы просто придти к нам в дом. Ты же знаешь, от тебя у меня нет секретов, - с тёплой улыбкой и как-то по особенному произнёс Кол, будто отец говорит сыну. - Ну так рассказывай, - раздражённо ответил Сальери и зазвонил в колокольчик, лежащий на столике. Через несколько минут в комнату занесли подносы с морепродуктами и разными закусками. - Оперативненько, - вскинув брови к верху, проговорил Кол. - Придётся рассказать всё с самого начала, прошу не перебивай меня, - Дон Сальери молча кивнул. Их взгляды стали серьёзными, Кол отвернулся от друга, отпил виски и начал повествовать. - Насколько ты знаешь, когда я был в Англии, я работал в психиатрической лечебнице Номбери. Одним утром мне позвонил коллега и сказал, что привезли девочку с концлагеря, что она должна заинтересовать меня. Приехал и увидел ужасно напуганного шестнадцатилетнего ребёнка невероятной красоты. Номбери собрался её лечить уколами и таблетками, потому что она пряталась от людей и буянила, а она ведь была просто ужасно напугана. В конце концов, благодаря Никлаусу, моему старшему брату, ты ведь помнишь его? - Да, он замял мне одно дело, - ответил Сальери, подливая виски. - Ну, и вот, благодаря нему, я забрал её к себе. Дал ей имя. Помыл, обработал раны, забинтовал порезы, уложил в тёплую постель. Наутро она чуть ли не вонзила кухонный нож мне в спину, пока я спал. - Вот, те раз, - присвистнув, вскрикнул Сальери, от удивления, - и что дальше? - Кол немного помолчал и, осушив стопку, продолжил. - Я сорвался и поцеловал её, а потом увёз в больницу, где, как я думал, ей будет хорошо, но я ошибся. Тогда я подумал, что не смогу ей помочь, потому что она стала у меня вызывать не профессиональные чувства. Через день или два, точно не помню, я приехал к ней и обнаружил её избитую и снова решил забрать, дал сам себе слово, что буду сдерживаться. Несколько месяцев всё шло хорошо, мне помогала сестра, мы научили её читать, писать, даже готовить, у неё прекратились приступы истерии. Она стала другим человеком, хотя даже когда я только-только её забрал, она не была глупа и умела разговаривать. Она стала настоящей леди, я был очарован ею. И когда всё было так прекрасно, когда я был ей как отец, как старший брат - я всё испортил, - и он опять замолчал. - И что ж ты сделал? - подливая виски и ёрзая от любопытства на месте, спросил Дон Сальери. - Я изнасиловал её. Подумать только, она с рождения жила в концлагере и никто не мог до неё добраться, а тут - я. Такой добрый и хороший, как она говорила, взял и лишил её невинности. На утро, пока мы спали, вломился докторишко, который мучил её в больнице. Он хотел убить меня и забрать её. Пока мы дрались, Калли взяла пистолет и выстрелила в него, поэтому нам пришлось покинуть Англию. - Калли? - спросил Сальери. - Так её зовут, - прошептал Кол и достал пачку сигарет из кармана пиджака. - Фу, что это? - брезгливо поморщившись, спросил мафиози. - Мои сигареты, - сдвинув брови, ответил Кол. - Пф, я не позволю, чтобы в моём доме курили подобную дрянь, - он встал с дивана и подошёл к столу, выдвинул ящик и достал оттуда коробку кубинских, запрещённых сигар. - На вот, настоящие сигареты, контрабанда в чистом виде! - Кол засмеялся и принял сигару, они вместе закурили, - Чувствуешь? Чувствуешь, как этот чудесный дым прожигает твои лёгкие? - Я чувствую, что они уже прожигают мою печень, - старые друзья засмеялись, а для Кола и вправду сигары оказались крепковаты. - Так значит, ты любишь её? - выпуская клубы дыма, спросил мафиози. - Да, - с грустью ответил Кол. Ему не было грустно от того, что он испытывает это чувство. Нет. Он был огорчён тем, что в их отношениях снова разлад. Раздумья Кола нарушил дикий смех Дона Сальери. - И чего ты ржёшь? - с усмешкой спросил Кол. - Кол Майколсон дамский угодник - влюбился в подростка! Вот анекдот! - и он всё смеялся и смеялся, согнувшись пополам и обняв живот. Кол состроил недовольную и в тоже время обидчивую гримасу и отвернулся, от Дона Сальери, прихватив бутылку виски. - Прости, Кол, - просмеявшись, сказал Сальери, - просто я помню, когда ещё был в Англии, как проезжал по центру города на своей новенькой машинке и увидел, как по карнизу, в одних портках и с бутылкой коньяка, крались вы из окна очередной мадам. - Ох, молодость моя молодость, - как старичок проговорил Кол, оба засмеялись. Дон Сальери потянулся за бутылкой, но она оказалась пуста. - Какие мы всё-таки быстрые, - смеясь, весело проговорил мафиози. - Не говори мне, что у тебя закончилась выпивка, - выпрямившись испугано, сказал Кол. - Обижаешь, - тут Дон Сальери подошёл к глобусу и снял верхнюю часть - северное полушарие, - мы только начали. Мы ещё совсем трезвые, - внутри стояло шестнадцать бутылок монастырского кагора. - С каких это пор ты пьёшь кагор? - Это от моего давнего друга, - откупорив бутылку и достав два фужера из стола, сказал Сальери, - мы знакомы со школы. - И откуда у него монастырский кагор? - спросил Кол, отпив вина. - К тому же такой прекрасный! - Он сам его делает, он пастор при опустевшем монастыре в Северной части Италии. Раньше был мужским монастырём, с виноградником, теперь же монастырь опустел и остался только Иосиф. Года два назад его попросили вести службу, проповедовать и прочее, теперь вроде, как церковь, всё как полагается. - Ты общаешься с церковнослужителем? Ты и церковь? - Кол был шокирован. - Ты что? Мы сегодня утром вместе пекли булочки! - засмеявшись, ответил Сальери. - Иосифа нельзя назвать простым священником! Он хоть и знает библию, читает заповеди, верует, но ведёт себя практически, как я. - О, как! Грешный святой отец, значит? - мафиози одобрительно кивнул, Кол попал в яблочко. - Знаешь, Кол, я сам не из правильных людей, но я не могу тебя не осудить. Нельзя так… Ты с ней, как с любимой игрушкой, - уже спокойно и серьёзно говорил Дон Сальери, - хотя Иосиф бы тебя не попрекнул, - усмехнувшись и отпив вина, прошептал мафиози. - Сальери, я не горжусь собой. Я призираю себя, - выпив залпом, фужер вина, сказал Кол. Ну, что ж эти слова слишком громкие, чтобы описать чувства Кола. Он всего лишь сожалеет о совершённом и может чуть-чуть призирает себя, за ужасное обращение с Каллистой. - И какие сейчас между вами отношения? - усевшись поудобнее спросил Сальери, после недолгого молчания. - Мы вроде, как вместе, - сказал он это, как мальчик подросток у которого только-только появилась дама сердца, и он ничего не понимает в отношениях. - Так да или нет? - иногда Дон Сальери становился прямо таки изувером. Взгляд его становился холодным, вопросы нескончаемы, а хватка, как у вора. - Мы были вместе, любили друг друга, но нарисовался её воздыхатель. Он застукал нас за занятием любовью и я... - он сглотнул слюну, - убил его. Мы поругались, я, конечно, извинился, приехал Ник и мы втроём хорошо провели время, но я не знаю, как она меня встретит дома одного, да и встретит ли вообще... Она сказала, что я её спаситель и убийца... - он совсем опустил голову. - Хлебни винца, - но чаще всего Сальери был весёлым, дружелюбным, компанейским парнем. А когда пьяненький, ведёт себя, как Наполеон - всё ему надо, всех он изловит, он самый главный и самый ужасный, при этом говорит на еврейский манер. Вот такая вот особенность, забавная. - Она приняла тебя после того, как ты изнасиловал её, почему же ты сомневаешься теперь... - С тех пор, она изменилась. Теперь она сильная девушка, теперь она может дать мне отпор, - с печалью произнёс Кол. - Знаешь, она такая стервочка, когда злиться и смотрит так с прищуром. Она много читает, сама попросила меня научить её готовить, и всегда полна решимости. А как она робеет, когда я приближаюсь к её губам… А как она гримасничает... Знаешь, она ведёт себя иногда, как ребёнок, и я не могу не улыбаться в эти моменты... Знаешь, она делает меня счастливым... Знаешь, она мне говорила, что я добрый, хороший, и все мои решения только во благо, как же я её предал... - Кол отвернулся от Сальери и смотрел куда-то вдаль и думал о ней. - Просто поговори с ней. Нет ни одной проблемы, которая не решилась бы искренними словами и добротой в сердце. - Так вот, как ты решаешь свои дела, - засмеялся Кол, обстановка стала разряжаться, собеседник тоже засмеялся. - За это я тебя и люблю Сальери, твои советы так просты и так полезны. - Я хочу познакомиться с ней, - улыбнувшись и похлопав, Кола по плечу прошептал Сальери, - я же должен узнать ту, что нашла твоё сердце, - усмехнувшись и долив вина, весело проговорил мафиози. - Так ты её ещё не видел? - Кол выпрямился, и удобно расположился в кресле, обернувшись к мафиози. - Вид с машины через дорогу и вид лицом к лицу - разные вещи, - разведя руки в стороны, ответил он. - Я, конечно, вас познакомлю, - тепло, улыбнувшись, сказал Кол. Этого ему не хватало - душевного разговора, чёткого совета, без разъяснений и прочей воды, дружеского плеча и простых только им понятных шуточек, которые так грели душу. - Чем же вы занимались, после того, как покинули Англию? - Работал, - усмехнувшись, ответил тот, - Кол мне очень нравиться моя работа. Пока я ездил по делам, то поведал весь мир. Знаешь, тогда, после ухода Кейт на меня напала эта… Как ты её там называешь? - Сальери замахал ладонью, в знак того, чтобы Кол ему помог. - Депрессия. - И я решил заняться Японией. Дела там идут хорошо до сих пор, тогда меня так поразила красота того мира, что я подумал: " Мир так великолепен и дарует нам многое. Я не позволю ей забрать у меня это". Я стал путешествовать, побывал в каждой стране, отовсюду привёз какую-либо вещь. И когда я обошёл весь земной шар, я понял, что ни один, даже самый прекраснейший клочок земли не сравниться с нашим родным домом, местом, которое пропахло воспоминаниями, людьми которые всегда нас ждут. Я вернулся в Италию и выкупил наше фамильное поместье, которое давным-давно мы утратили. Отремонтировал его и теперь у меня появился дом. Тебе, наверное, хочется вернуться в Англию? - Да, там всё роднее, но Италия мне нравиться, но люди здесь другие. - Так вернись. В Англии никто тебя не разыскивает. А насчёт того покойного доктора, я могу разузнать. - Не помешало бы... - с лёгкой улыбкой ответил Кол. Широта тем для разговора была от личной жизни до политики. Они много разговаривали, пускали дыму, и пили кагору. Их посиделки продлились до часу ночи, но они бы сидели ещё дольше, если бы не кончился кагор. Они уже были изрядно пьяны, но держались на ногах. Кол в смысле пьянки был слабее Дона Сальери, да он и внешне был меньше ( немного ниже, и в плечах уже ), да и опыта в распитии кагора совсем нет. Закончив свою пьянку они решили поехать к Колу. Оделись они с трудом, дворецкий помог одеть Сальери пальто и поправил шляпу одетую набекрень. Мафиози, любивший всё делать с большим размахом, решил ехать на лимузине в сопровождении двух машин с охраной вооружённой до зубов. И вот они уже на пороге, но Сальери вдруг остановился. - Ну что опять? - раздражённо спросил Кол. - Дама наверняка зла и мы таки не можем явиться совсем с пустыми руками, - ну вы помните о забавной особенности Сальери. Тут он взял корзину цветов, которая ещё днём приглянулась Колу. - Таки все женщины любят цветы, - как бы оправдываясь, сказал он, обнимая корзину. Наконец они вышли из поместья, залезли в лимузин и, развалившись на сидениях, закурили. Они ни о чём не разговаривали, просто курили и смотрели в потолок. Водитель даже начал обеспокоенно поглядывать в зеркало заднего вида, вдруг им плохо станет или ещё что. Когда лимузин был в минутах двадцати до скромного поместья Кола, наши пьяницы вдруг тихо заговорили и через несколько минут молниеносно выскочили из машины, благо водитель успел сбросить скорость и они не получили серьёзных повреждений. Водитель и охрана перепугались и выскочили на дорогу помочь своему хозяину. - А ну живо залезли в свои машинки! - крикнул Сальери, вставая на ноги, - мы сами дойдём, - засмеявшись, продолжил он. Кол тоже уже поднялся, отряхнул костюм и обнял Сальери за плечо, тот сделал то же самое и они пошли вперёд, машины тихо следовали за ними. Парочка пела и смеялась на всю улицу, благо прохожих не было. Таким образом, шатаясь, они за полчаса добрались до ворот дома. - Ждать меня около дома! - грозно рявкнул Сальери своим подчинённым, те не могли его не послушать и тихо уселись в машины. Калли же всё это время пока Кола не было, не покидала стен дома, даже на улицу не выходила. Она приготовила еду и планировала встретить Кола ещё в обед и поговорить с ним, но не на обед, не на ужин, не в двенадцать ночи он не объявился. Она не стала ничего предпринимать, т.к. знала, что это в духе Кола пропасть на некоторое время, да и не могла она ничего сделать. На протяжении всего дня она очень сильно переживала, всё думала и думала: "Где же он пропадает?". А её эмоции поочерёдно сменялись то грустью и отчаянием, то тревогой, то гневом. Она поела, почитала, опять прибралась в доме, потом опять почитала, и когда солнце зашло, она просто села на кушетку в гостиной и ждала его. Часы пробили три ночи, когда Каллиста подскочила с места, услышав скрип калитки. Она ринулась к окну, быстро открыла его и наполовину высунулась наружу. Она смогла разглядеть два силуэта, которые лежали в воротах и смеялись. Гнев заполнил сознание, она закрыла окно и пошла в коридор ожидать гостей, готовая их очень горячо встретить. Почему же они лежали в воротах? Дело в том, что когда Кол открывал их, то не расчетал собственных сил и упал, потянув за собой Сальери. Вставать однако, им обоим было очень тяжко, сначала они встали на четвереньки, а потом кое как на ноги. Шатаясь, падая и при этом, напевая какие-то песни, они наконец-то добрались до входа в дом. Сальери ещё держался на ногах, а вот Кол явно нуждался в опоре. Он, оперевшись лбом о дверь, достал ключ из кармана брюк, удивительно, как он его ещё не потерял. Естественно он не смог с первого раза вставить ключ в скважину, да и со второго тоже не смог. В итоге Дон Сальери взял ключ и отпер дверь. Он под руку взял друга, и они вошли в дом. Кол практически весел на нём, его голова была опущена, он уже спал на ходу, в прямом смысле слова. Они немного прошли и у входа в гостиную встретили Каллисту. Она стояла прямо, скрестив руки на груди и не моргая, смотрела на парочку. Сальери оцепенел на месте от её вида. А Калли же ещё сильнее разгневалась, увидев неизвестного мужчину в светлых брюках, расстёгнутой рубашке с грязными манжетами и жилете, в руках которого был пиджак Кола. Хозяин дома же, как ей показалось, был в бессознательном состоянии в закатных по колено брюках и на половину расстегнутой рубашке. Она развернулась и прошла в гостиную, Сальери с почти спящим Колом прошёл следом. - Милейшая, я таки очень огорчён, что наше знакомство произошло в столь комичный момент, - придерживая Кола, который уже висел, любезничал мафиози с улыбкой на лице. - Я не разделяю вашего веселья, - её лицо выражало только злость и невероятное раздражение. Сальери немного растерялся от её фразы, поэтому ослабил хватку и Кол свалился вниз головой на диван. Калли удивлённо изогнула брови и с неодобрением посмотрела на мафиози,- я таки ни в чём не виноват. Да, подливал, но он сам пил, - взмахнув руками и поднимая, Кола начал оправдываться он. - Будь тише, Каллиста наверное уже спит, - пробурчал Кол, не поднимая головы. Губы Калли изогнулись в гневной ухмылке, теперь её взгляд прожигал только Кола. - Я уверен, что она не спит, - почему-то Сальери уже не мог язвить или шутить, уж очень его пугал её взгляд. - Что? - Кол поднял голову и тут же его пьяный, полусонный взгляд встретился с её гневным взором. - Дорогая, - улыбнувшись, прошептал он, - почему ты не спишь? - Тебя дурака жду! - она развернулась. - Помогите мне его уложить, - сказала она Сальери, повернув голову на бок. Сальери был шокирован, прежде он не слышал, чтобы хоть одна женщина, даже очень обиженная на Кола так к нему обращалась. Они прошли в спальню, Каллиста убрала с кровати одеяло и покрывало. - Кладите его на кровать. Я сама его раздену, - уже более спокойным и ровным голосом говорила она. - Пройдёмте в гостиную, я постелю вам там. - Но... - Сальери хотел сказать, что около дома его заберут, но она не позволила ему продолжить. - Я не могу позволить, чтобы вы в нетрезвом виде отправились домой, - теперь он уже не мог ей перечить. Сальери хоть был и пьян, но уже понял, почему Кол её полюбил. Хоть красота её действительно пленяет, но её характер сбивает с ног. - К тому же мне с вами обоими нужно будет поговорить утром, - с лёгкой улыбкой произнесла она, выходя из кладовки с подушкой, одеялом и простынёю. - Вам ничего не нужно больше? - постелив Сальери на диване, на котором ранее спал Кол, прошептала она. - Нет, вы и так весьма великодушны, - улыбнулся Сальери. "Как же она мила", - подумал он, смотря на улыбающуюся Каллисту, - ванну я сам найду, - добавил он. - Спокойных снов, - прошептала она и поспешила вернуться в спальню. Когда Каллиста зашла в спальню, Кол спал на животе развалившись на кровати. Она прошла в ванную, и сменила простое чёрное платье на лёгкую сорочку. - Может, ты ляжешь на спину, - крикнула она, встав около кровати. Он её не услышал, уж весьма крепко спал. Каллиста была слабой девушкой и поэтому с трудом перевернула его на спину. Сначала она стянула с него обувь, потом носки. С брюками она провозилась дольше. Руки от злости тряслись, и она не могла расстегнуть пуговицу. И тут ей показалось, что если она сядет на него сверху, то ей будет легче. Она села ему на колени, и догадка оказалась верна - брюки наконец-то были сняты. Каллиста придвинулась ближе и стала расстёгивать рубашку, большинство пуговиц были сорваны. - Мерзавец, - прошептала она и дала ему пощёчину. Злость ушла, но глаза Кола вдруг открылись. Каллиста испугалась и собиралась уже слезть с него, но не тут-то было. Кол крепко прижал её бёдра руками к паху. - И что это мы делаем? - запинаясь, прошептал Кол. Язык его совсем не слушался. - Ничего. Убери руки, - как же она злилась на него, но ещё больше на себя, за то, что оказалась в столь неловком положении. Одним движением Кол положил Калли под себя. - Ты соскучилась по мне, да? - улыбался Кол. Их лица были в миллиметре друг от друга, Калли чувствовала этот зловонный запах табака и алкоголя. - От тебя воняет, отстань от меня, - она отвернулась от него и упёрлась ладонями в грудь. Кол усмехнулся, одной рукой он взял её за запястья, а другой раздвинул ноги и лёг посередине. - Твой друг в гостиной, - шикнула она на него, извиваясь под его телом. Кол резко придвинулся к её лицу и поцеловал Каллисту. Его язык был нетороплив и нежен. Отвратительный привкус, напоминавший испорченный виноград заполнил её рот. Она вцепилась ногтями ему в плечи и попыталась, оттолкнусь, но Кол вдруг и сам отодвинулся и положил свою голову ей на грудь. - Ну, раз воняет, тогда спи, - прошептал он и запустил обе руки под сорочку Калли. Она заёрзала и хотела вырваться, однако Кол просто обнял её, - не ёрзай, а то я передумаю, - громче сказал он. Она не стала возражать, хоть ей было очень неудобно, но это всё же лучше, чем домогательства пьяного и вонючего мужика. Каллиста уже стала засыпать, когда услышала звон, бьющийся посуды. Её ладонь правой руки лежала на голове Кола, а левая рука была под головой. Кол уже заснул и слюнявил её живот. И только виновник разбитой тарелки не спал. Он полежал на диване, однако давно он не спал так – как бедный родственник. Сон всё не шёл и не шёл, но зато голод настойчиво давал о себе знать. Сальери, человек не скромный, решил подкрепиться и пошёл на кухню. Холодильник ломился от вкусностей, но Сальери не стал наглеть и просто взял жареного цыпленка и какой-то салат. Он не стал разогревать еду, т.к. это могло разбудить прекрасную хозяйку. Оставаясь человеком хоть и пьяным, но культурным, он полез за тарелкой и вилкой. Первая попытка достать тарелку оказалась неудачно, как вы уже поняли, но он не расстроился и достал вторую, забыв убрать за собой осколки. Он сел за стол, нарезал себе хлеба, разрезал цыплёнка и положил салату, и наконец-то поел. Каллиста мирно спала, под своим любимым. Кол мирно спал, уже на животе своей драгоценности. Дон Сальери тоже спокойно спал, после того, как наелся и нашёл коньяк Кола. Обитатели дома мирно спали. Но не всем так повезло... Не спали озябшие, голодные охранники Дона Сальери...