Переливы

      - Билл! Ты здесь?       Диппер тяжело дышит после бега и смотрит по сторонам, выходя на берег небольшого озера. Лесная громада расступилась, растворяясь в ночной, холодной мгле. Хвойные деревья пронзают чёрную пустоту неба, где высоко-высоко искрятся далёкие звезды, словно богатые каменья, рассыпанные по нежному шёлку.       Тишина, лишь ветерок легонько касается лица. Шаг, ещё шаг, осторожный, волнительный.       - Я здесь, Сосновое Деревце…       Иллюзорный голос мягко достигает ушей, отзывается эхом и замолкает. Он здесь. Всегда рядом, словно вторая тень или покровитель. Да, покровитель. Величественный, могущественный и властный. Но есть одна вещь, заставляющее жестокое сердце демона сжиматься от смешанных чувств. Этот человек...       - Прости, что заставил ждать. Уже так темно. Я с трудом сбежал, чтобы никто не заметил. Особенно, сестра, - виновато произносит Пайнс, опуская взгляд. Сайфер улыбается, не слушая более сбивчивую болтовню. Он слишком скучал.       - Все в порядке, дитя. Вечер так прекрасен, давай позабудем все тревоги…       Пайнс чувствует тесноту объятий и ему становится хорошо на душе. И тепло, как никогда. Чужие пальцы заботливо гладят по волосам, шёпот касается уха, щекоча.       - Оглянись, Сосновое Деревце…       И он поддаётся этому велению, не задумываясь. И замирает от восторга. Эта ночь прекрасна и принадлежит лишь двоим. Она щедро дарит свои красоты тем, кто остаётся под мерцающими звёздами в столь поздний час.       Шорохи, трескотня сверчков, перекатывающиеся волны и плеск воды, едва слышный на расстоянии от глубокого озера. Запах хвои и лёгкой сырости, теряющиеся в тумане тропинки и невесомая прохлада чистого, лесного воздуха...       - Не хватает только музыки, правда? – улыбается демон, отстраняясь от Пайнса и отходя на шаг.       - Ты сыграешь? Снова? Для меня?       - Только для тебя…       Под его ловкими пальцами появляется позолоченная флейта. И нежная мелодия не заставляет себя ждать, она льётся, словно по волшебству. Диппер не отрывает взгляда, наслаждаясь каждой нотой, каждым переливом и трелью.       Звуки рождаются и затихают в сумеречной мгле, заставляя сердце замирать от восхищения. Красиво, нежно, завораживающе. Магия ничто по сравнению с этой чудесной мелодией, она блекнет и опадает прахом под звучанием инструмента в руках непревзойдённого мастера.       Когда демон заканчивает, и золотистый глаз останавливается на поражённом слушателе, его лицо озаряет улыбка. Не клыкастая, а лёгкая, едва заметная. Пайнс умиротворён и не скрывает эмоций, едва заметно смущаясь.       - Билл, это было так красиво… У меня нет слов!       - Ты так забавен, Сосновое Деревце. Я готов услаждать твой слух, когда захочешь. Только скажи…       Тепло снова сближает двоих, пальцы переплетаются в порыве. А губы касаются губ в едва ощутимом прикосновении.       И так ночь становится ещё более прекрасной…