Ты проиграл Или Первый раз всегда больно

Когда это ходячее бедствие ворвалось в мой кабинет с криком «Брагинский, ты проиграл!», я не сразу понял, в чем дело. -Ты проиграл, проиграл! – визжал Альфред, сияя голливудской улыбкой и приплясывая вокруг меня. – Мой проект взяли, а ты остался ни с чем! При взгляде на этот вопящий ужас во мне проснулось непреодолимое желание пристрелить его на месте. Черт бы побрал этого парня! Как он смог обойти меня? Как я, Иван Брагинский, мог так опозориться? Я руководитель одной из крупнейших в мире финансовых компаний. Неделю назад директор конкурентной фирмы, Альфред Ф. Джонс, поспорил со мной, что выиграет предстоящий тендер. На кон была поставлена честь всего предприятия и моя собственная гордость. У меня не было никаких сомнений в собственной победе. Ох, как же я ошибался… И вот теперь Альфред бесился в моем кабинете. Из его криков я сумел понять, что все-таки проиграл. Конечно, репутация моей компании – вещь очень важная. Но это было не самым страшным в сложившейся ситуации. На карту была поставлена моя собственная честь. И я проиграл. Теперь я должен… -Хочу свой приз. Здесь и сейчас! – заявил Альфред, нагло улыбаясь. Я не смог вымолвить ни слова. Что, прямо в офисе? -Да-да, прямо здесь, — кивнул Фред, видя мое изумление. -Но…— только и смог сказать я. -Или ты хочешь, — он повысил голос, — чтобы вся твоя компания узнала, что ты спишь с плюшевым мишкой по имени Пусик? Из-за двери послышался тихий смех моего секретаря. Тут уж я не выдержал. -Ты совсем сдурел? – заорал я. – Закрой рот, Джонс! Выметайся отсюда! Ал развернулся и направился к выходу. Я облегченно вздохнул: наконец-то в нем проснулся здравый смысл. Однако радость была недолгой. Джонс высунулся за дверь и прокричал: -А еще ваш босс носит мягкие тапочки в виде коров. Одну зовут Марго, а другую Мари. Я покраснел до ушей. Ничего не оставалось, как схватить это существо за галстук и втащить обратно в кабинет. -Ну как, ты согласен? Скрепя сердце, я кивнул. Вот за что я ненавижу американцев. Своей наглостью они, кажется, могут горы свернуть. Мне снова пришлось пойти на поводу у этого исчадия Ада. Вспомнив суть спора, я содрогнулся. Я даже предположить не мог, что проиграю. Но Ал всего за неделю кардинально поменял проект, и заказчик, естественно, выбрал его. Только вот теперь…я должен быть снизу! Я медленно начал раздеваться. Пуговка за пуговкой расстегивал свою рубашку, пока Альфред с криком «да сколько можно?!» не сорвал ее с меня. Затем кое-как расправившись с ремнем и ширинкой, он спустил мои брюки до колен вместе с трусами. С жаром меня поцеловал. Осталось ощущение, что меня уже трахнули, только в рот. Ал чуть толкнул меня, и я перегнулся через стол. Мой стояк упирался в гладкую деревянную поверхность. И вдруг я почувствовал язык Фреда в своей заднице. Его прикосновения были обжигающе приятными. Я не смог сдержать стон, но поспешно закрыл себе рот рукой, опасаясь, как бы кто не услышал. По моему телу словно пустили ток. Я перестал понимать, что происходит. Единственное, что я чувствовал, — прикосновения Ала. Щекотно, жарко, влажно и неимоверно приятно. Никогда раньше я не испытывал ничего подобного, а потому сейчас и сам не заметил, как начал стонать во весь голос. Я был настолько возбужден, что плюнул на все возможные последствия и полностью отдался процессу. Внезапно все закончилось. Альфред прижал меня к столу, укусил за ухо. -Сейчас будет немножко больно, первый раз все-таки. Будь добр, потерпи, — тихо проговорил он. -Да знаю я, сам тебя не раз трахал, — зашипел я на него. Его теплое дыхание щекотало мне кожу за ухом. Почему-то это вызывало мурашки по всему телу. Я почувствовал что-то большое и твердое возле заднего прохода и инстинктивно весь сжался. Мне было страшно. Альфред засмеялся. -Брагинский, расслабься, я пошутил. Можешь пока посчитать овечек, — сказал он и отошел. А я так и остался стоять раком над столом. Что я такого сделал? Почему все кончилось, даже не начавшись? -Я, что, недостаточно хорош для тебя? – спросил я разочарованно. -Просто ты слишком боишься. Перестанешь трястись – приходи. Я подскочил к нему и прижал к стене. -Какого черта ты вообще сюда приперся? Посмеяться? -Я пришел трахнуть тебя, — спокойно ответил Альфред. Мне не верилось, что я скажу это, но я все-таки произнес: -Ну так сделай это уже! Ал расплылся в улыбке. Вот зараза! Он просто хотел, чтобы я сам попросил его. -Повернись и встань на колени, — скомандовал Фред. Кажется, у меня просто не осталось выбора. Я опустился на колени и принял самую развратную, на мой взгляд, позу. Взору Джонса открывался великолепный вид. Не долго думая, он уперся головкой члена в мое отверстие и вошел. Чтобы не заорать, мне пришлось собрать в кулак все свое мужество, а еще сильно прикусить язык. Боль была действительно адская. Видимо, Альфред мстил мне за что-то. И это было ужасно. Как можно получать удовольствие от ощущения, что у тебя в заднице ручка швабры? По крайней мере я чувствовал именно так. Было больно, неприятно, хотелось либо устроиться поудобнее, либо вообще избавиться от этой гадости внутри себя. Я ерзал, что доставляло еще большую неприязнь. И Ал, видимо, решив, что я готов, начал двигаться. У меня сложилось впечатление, что во мне туда-сюда возят горлышком от бутылки шампанского. Неудивительно, что Фред хотел быть сверху. Я даже не понимал, что значит, когда тебя трахают. Как же это мерзко! И вдруг Ал задел какую-то точку внутри, простату, видимо. По всему телу разлилось тепло и мягкость. Я внезапно ощутил непередаваемое блаженство. Хотелось насадиться на член Альфреда посильнее, чтобы приятное ощущение проникло еще глубже. Я стал двигать бедрами, пытаясь получить еще больше удовольствия. Стоны Фреда сливались с моими собственными. Он коснулся рукой моего члена, стер капельку с головки, поднес руку к моему рту. Я обхватил губами его пальцы, ощутил собственный вкус, солоноватый с чуть заметной горчинкой. Свободной рукой Альфред стал ласкать мой член в такт своим движениям. Не выдержав, я кончил прямо на ковер. Через несколько секунд я почувствовал, как по бедрам стекает что-то вязкое и горячее. Фред, тяжело дыша, прижал меня к полу. -Вот видишь, Брагинский, все не так страшно, — произнес он счастливо. В который раз я понял, за что все-таки люблю его: об его упорство ломаются даже мои принципы и предрассудки. Единственное, что не всегда хорошо, — Ал никогда не думает о последствиях своих действий. Вот и тогда, лежа на полу, я, не в силах справиться с нахлынувшей нежностью, заорал: -Джонс, ты придурок! Ты хоть иногда думаешь, что творишь?! Ну и как я теперь пойду домой?! У меня все тело перемазано спермой! А душа здесь нет. И вообще, слезь с меня, идиот!!! *** Свежее осеннее утро. Я зашел в двери своей компании. Все тело болело после вчерашнего. Ох, встречу этого идиота, он пожалеет, что родился на свет! Проходя по коридору, я здоровался с подчиненными. Хм…какая-то у них странная реакция. Кто-то хихикал украдкой, кто-то краснел и отворачивался, кто-то разочарованно вздыхал, кто-то провожал меня печальным взглядом… Неожиданно из двери моего кабинета вылетел Джонс и закричал: -Ну что ты так долго, идем, я требую продолжения! Я почувствовал, как начинают трястись руки. Хочу убить этого кретина. Немедленно! Не дав ему ляпнуть еще что-нибудь, я затолкнул Ала обратно в кабинет. -Какого хрена ты делаешь? – рявкнул я на него. Вместо ответа он повис на мне и впился в губы поцелуем. И именно в этот момент дверь открылась, и в кабинет вошел мой секретарь. Кое-как отлепив этого идиота от себя, я просто не представлял, что можно сказать в свое оправдание. -Эй, Брагинский, я еще не закончил, — протянул Фред, явно ничего не заметивший. – Помнишь, одним из условий было, что если ты кончишь первым, то… Договорить я ему не дал, зажав рот рукой. Кажется моей безупречной репутации пришел конец… Секретарь с каменным лицом наблюдал за происходящим. Затем развернулся и направился к выходу. -Я зайду попозже, господин Брагинский, — сказал он и, задержавшись в дверях, добавил, — это, возможно, не мое дело, но в следующий раз перед тем, как заняться непотребством в офисе, не забудьте выключить микрофон. Вчера вас с господином Джонсом слышало все здание. Приятного времяпрепровождения! Дверь за ним захлопнулась, а я так и остался стоять, разинув рот. М-да…кажется, самое интересное только началось…