Волшебная рубашка умников Уизли

Поттер появился следующей ночью, часа через два после того, как Драко ушел с заключительного банкета. Все бумаги были подписаны, на утро заказана серия портключей в Лондон с промежуточными остановками в Канаде и Исландии. Не зажигая света, Малфой уселся с ногами на подоконник — привычка, которую приобрел в год вынужденного отсутствия отца в Малфой-Мэноре. С высоты 20-го этажа двухэтажные маггловские домишки с той стороны Потомака, украшенные к Рождеству, выглядели россыпью блестящей мишуры. Здание отеля представляло собой букву Г, и из окна Драко видел еще гигантские буквы "Мэйфлауэр", светящиеся на крыше второй части здания. Он думал посидеть так, пока голова не перестанет кружиться, а потом пойти в постель. Еще он думал о слове "никогда" и о том, что, что бы ни говорил Блейз, в рифме "любовь — кровь" нет ничего пошлого. Посередине этих тягучих пьяных размышлений и раздался хлопок аппарации. Поттер возник буквально в двух шагах, и Малфой испытал обычный прилив радости. В школьные годы с этой радости от встречи с Поттером начинался учебный год. Он много раз объяснял сам себе, что не должен ее чувствовать. По крайней мере, не так сильно. И уж точно не после того, как Поттер в очередной раз показал, насколько Драко ему безразличен. Поттер перетаптывался с виноватым видом. Драко откинулся спиной к стеклу, сложил на груди руки, саркастически поднял бровь, скривил губы — и с замиранием сердца следил за тем, как Гарри знакомо взлохмачивает волосы и прячет в карман палочку. — Как-то мы хреново вчера расстались, — сказал Поттер, разводя руками. — Ты так быстро аппарировал, что я не успел снять Следящее. Сам виноват, — добавил он быстро. — Это для твоей же защиты, хотя я, конечно, был рядом все время, под Мантией-невидимкой, но, знаешь, просто вдруг что? Так и по Регламенту положено, всегда накладывать Следящее на возможного...потенциальную... К завтрашнему вечеру бы рассосалось. И это, я, эмм, решил, что, раз ты еще тут, и я еще тут, надо, ммм, поговорить, извиниться, и вообще... Ты так резко исчез. Мне показалось, ты... может, Гермиона и права! — вдруг закончил он сердито. Драко постарался изобразить бровями как можно больший сарказм, хотя не очень понимал, о чем Поттер толкует в принципе. — Ты нормально? Шея не болит? Схимник меня весь день пилил, — пожаловался Гарри, тоже подходя к окну. Разноцветный отсвет рекламы лег поперек его лица. Глаза остались в тени. — Со мной все просто замечательно, — ответил Драко. Голос прозвучал неожиданно хрипло. Перед его мысленным взором возникли строгие лица декана и отца, и он послал обоих к Мерлину. — В чем именно права Грейнджер? — спросил он, соскальзывая с подоконника. — Она говорит, что я за тебя отвечаю, — сказал Поттер, отворачивая морду. Драко погладил его плечи. — Говорит, что после того, как... — Поттер, — спросил Драко шепотом, — ты же понимаешь, чем это закончится? — Нет, — удивленно дернулся Поттер, и дальше они уже все время шептались. — Ты меня извинишь? У него не должно было быть удавки, вообще никакого магического оружия. И это не значит, что мне на тебя плевать, честно. Я не планировал тебя подставлять, в смысле, так подставлять. Ты ведь ничего не... ничегонесделаешьссобой? — Не покончу ли я с собой от любви к тебе? — переспросил Драко, прижимаясь к Гарри животом. — Ты слишком большого о себе мнения. — Я серьезно, — напрягся Поттер. — О, а я все это время шутил! — пробормотал Малфой, примериваясь к торчащему из-под черных лохм уху. Гарри попробовал отодвинуться, чтобы испытующе взглянуть Малфою в глаза, и обнаружил, что не может. Проклятое изобретение близнецов Уизли прилипло к Малфою намертво. И даже, кажется, обняло его полами, притягивая ближе. — Малфой! — предупреждающе сказал Гарри. — Малфой!!! — Фу, плохая собака? — предположил Драко, дорвавшийся наконец до поттеровской шеи. Это просто праздник какой-то, подумал он смутно. Хорошо, что он не принял предложение того мулата, решив насладиться страданиями в одиночестве. Ситуация казалась сбывшимся сном. ** Иногда Гарри казалось, что с ним действительно что-то не так. Ситуация, когда его страстно обнимают, требуя взаимности, а он стоит столбом, пытаясь сообразить, как выпутаться из этого с наименьшим ущербом, повторялась в последние два года с удивительной регулярностью. — Бесчувственный чурбан! — рыдала Ромильда. — Я ждала тебя десять лет! — негодовала Джинни. — Я думала, мы встречаемся! — била об пол тарелки девушка-с-обложки-за-сентябрь. — Я все сделаю сам, — предлагал Симус. — Вам нужно пройти обследование, Поттер, такая невосприимчивость в вашем возрасте ненормальна! — шипел Снейп. Беда была в том, что, если Гарри соглашался на свидание, выходило только хуже. Люди были чертовски хрупкими. Как бы он ни мучился, подбирая слова, в конце они все равно оставались разочарованы. Он относился к ним по-дружески, он любил их всех, и отдал бы жизнь за то, чтобы они были счастливы! Но почему-то так выходило только хуже. Драко обсасывал его шею, и это было щекотно и мокро. — Кхм, — сказал Гарри, чувствуя себя на редкость глупо из-за того, что он собирался произнести. — Знаешь, это ведь не я тебя обнимаю, это всё близнецы Уизли. Потом они сидели на кровати. Подлая рубашка лежала на полу, из последних пуговиц изображая невинность, а Драко ругался. — Сволочь ты, Поттер! — говорил он, размазывая по лицу слезы. — Чертова бесчувственная гадина! Вот уйдешь, а я брошусь с двадцатого этажа, так и знай. — Это эмоциональный шантаж, — отвечал Гарри с сомнением. Но не уходил. Потом они пили на брудершафт взамен на обещание не бросаться с балкона. Потом Гарри смотрел в потолок, на котором мерцали разноцветные буквы, и ему было неловко, неплохо, хорошо, очень хорошо и потрясающе. Потом Малфой улегся ему на живот, вытер губы о его плечо и сказал: — Тебе понравилось? Потом Драко изнасиловал его руку, и Гарри ему это позволил, потому что если хочешь, чтобы все были счастливы, нужно быть готовым к жертвам. К тому же это была левая рука. Потом Гарри думал, как уйти так, чтобы не обидеть Малфоя. — Знаешь, — сказал Малфой, — если ты сейчас думаешь, как уйти так, чтобы я не обиделся, так такого способа нет. — Ты все время пытаешься откусить больше, чем тебе готовы дать, — ответил Гарри. Малфой хмыкнул и обхватил его обеими руками. Гарри подумал — аппарировать в ночь было лень — и остался до утра. Кингсли был доволен отчетом. Он считал, что им удалось утереть нос американцам. В апреле Драко женился на Астории Гринграсс, а Поттер стал встречаться с девушкой-с-обложки-за-март. В мае Гарри убил инкуба, которого призвала в мир некая милая пожилая леди из Кардиффа. Демон начал с того, что до смерти замучил саму леди и всех ее соседей, а к тому времени, как Гарри до него добрался, вырос размером с десятиэтажный дом. Инкуб успел задеть Гарри огненным ногтем за миг до того, как Гарри отправил его назад в преисподнюю, и Поттер провалялся в Мунго больше месяца, погруженный в бесконечные и весьма красочные сексуальные кошмары. Странным образом, эти кошмары наконец помогли ему расслабиться. Ощущалось это так, словно на сердце лопнул обруч. ** — Он все еще без сознания? — сказал кто-то рядом с ним шепотом. Со сна он не мог разобрать, кто шепчет, мужчина или женщина. — Он влюбится в первого, кого увидит, когда откроет глаза? Вы уверены? — Это моё предположение, — веско ответил второй голос. — Магия инкубов мало исследована. Но в любом случае будет лучше, если в момент пробуждения рядом окажется та, кто... Тут Гарри снова уснул, а когда проснулся, не мог понять, приснилось ему это или нет. В комнате было тихо, и он решился приоткрыть веки... Впрочем, это стало началом совсем другой истории. Fin Автор посылает виртуальный утешительный букет роз тем читателям, кто все-таки ждал классической гарридраки — > *виртуальный букет*