Прекрасная Рихунна

Как Кёнсу ни кричал и ни возмущался, перед выходом из дома он всё же привёл опечаленную Рихунну в благопристойный вид. Покрепче затянув на тонкой талии корсет, До мстительно улыбнулся и, помахав ручкой на прощание, отчалил в неизвестном направлении. Пока О спускался к автомобилю, неловко ковыляя на десятисантиметровых шпильках, остальные участницы шоу уже собрались в микроавтобусе, который должен был их отвести на первое испытание, державшееся в режиме строгой секретности. Стоило Рихунне зайти в салон, как все шепотки моментально умолкли. Девицы, уткнувшись в телефоны, исподтишка наблюдали за тем, как длинноногая брюнетка, неловко переминаясь в проходе, пыталась выискать единственно свободное место. Наконец, найдя таковое рядом с Чиа, она встала рядом и облокотилась на мягкую спинку. — Дорогуша, сумку убери, — старательно смягчая свой голосок, потребовала Рихунна. — А куда я её деть должна? — насмешливо прошлёпали розовые губы. — Например, на коленочки поставь! — Да ты что? А может, это ты на коленочки встанешь и попросишь у меня по-хорошему? — визгливо хихикнув, предложила Чиа. Вздрогнув, О покосился на направленный на них оператором глазок камеры, и сурово поджал губы. Схватив сумку, не глядя швырнул себе за спину, и пока истерившая Чиа ползала на коленях, собирая раскатившуюся под сидениями косметику, спокойно занял освободившиеся места, пропустив к окну запоздавшую Соён. — Я что-то пропустила? — глядя на торчавший из прохода зад, фыркнула синеволосая. — Потом расскажу! — ядовито улыбнулась Рихунна, сжав ладошку подруги.

***

Молчаливый водитель доставил девушек к одному из популярных торговых центров, расположенных в Каннаме. Выгрузив их рядом с главным входом, он укатил в неизвестном направлении, а освободившееся место на парковке тут же занял массивный бронированный джип. Рихунна лишь закатила густо накрашенные глаза, когда из салона выбрался Тао. В сверкающих лакированных ботинках, ярко-синем костюме и надетых не по дождливой погоде солнцезащитных очках, он важно подплыл к О и, схватив прохладную ладошку, коснулся её обильно смазанными бальзамом губами. — Могла бы и со мной поехать, малышка, — шепнув так, чтобы слышали абсолютно все девушки, интимно поведал Хуан. — Прошу, нам пора на задание! Сехун, брезгливо взглянув на поблёскивающую от бальзама руку, торопливо подскочил к понурой Чиа и провёл ладонью по её плечу. — Прости, дорогая, за тот инцидент! — извинившись и дождавшись в ответ натянутой улыбки, О отпрянул от блондинки и едва сдержал торжествующий хохот. Вот уж точно, сделал гадость — сердцу радость! Пока их компания во главе с операторами добиралась до третьего уровня, за ними увязалась довольно большая толпа зевак со смартфонами наперевес. Они возбуждённо пищали, пытаясь привлечь внимание девушек, но модели шли напролом, ни на кого не обращая внимание. Лишь Рихунна, зябко кутаясь в шубку, изредка махала фанатам и старательно наматывала на палец длинные локоны. Благо магазин, в котором они должны были выполнить первое задание, оказался закрыт для покупателей, а стеклянные стены закрыты жалюзи. Здесь их уже поджидал стафф, Да Хэ и несколько пафосных мужиков в дорогих костюмах, главным из которых оказался Пак Чанёль — какой-то там законодатель моды, владелец множества бабских и мужских журналов и по совместительству главный член жюри нового сезона. Бросив оценивающий взгляд на моделей, этот самый Пак важно уселся в мягкое кресло и потребовал у стаффа налить себе чашечку кофе. Найдя глазами Ча Ён, Сехун облегчённо вздохнул, вот только подойти к подруге не успел — Тао перехватил его на пол-дороги и, раскинув руки, тут же сжал в объятиях. — Чего творишь? — трепыхнулась Рихунна, примеряясь, как бы удачнее врезать коленом наглецу. — Будь осторожна с Паком! Он лгун и, вообще, сукин сын! Голову вскружит, поматросит и бросит! А ты будешь потом локти кусать! — назидательно поведал китаец. — Спасибо за заботу, — приторно улыбнувшись, Рихунна схватилась за галстук Тао и со всей силы сжала узел, садистки наблюдая, как закатились от нехватки воздуха масленые глазёнки. Они бы ещё долго препирались, если режиссёр не объявил о начале съёмок. Пока Хуан, то и дело путаясь в сценарии, пытался объяснить суть задания, Сехун лишь горестно вздыхал и неловко переступал на каблучищах. Ещё и пары дней не прошло, а он уже чертовски устал — от навязчивого женского общества, показывающего себя далеко не с лучшей стороны; от прессинга Чондэ; от заигрываний Тао; от пафосного хрена Пака, который почему-то упорно следил за ним и хитро посмеивался. Да что там, он даже с Ча Ён успел поругаться! Теперь вот вымаливай прощение… Благо, хоть проживают они на одной территории и до домика стаффа от их особняка минута пути. Так и не поняв сути сказанного Тао, Сехун растерянно взглянул на разлетевшихся по всему магазину моделей и схватил за локоть пробегавшую мимо Соён. — Ты уснула, что ли? — хмыкнула синеволосая. — Ищи подходящие тряпки, создай сама свой наряд, презентуй его, а затем снимись в фотосессии! — О Боги! — картинно вознеся руки к потолку, завопила Рихунна. Ковыляя между опустевшими рядами с жалкими остатками тряпочек, О не глядя сдёргивал с плечиков любую яркую вещицу и закидывал себе на плечо. И где-то на третьем круге по магазину, он поймал себя на мысли, что знает, как поступить дальше. Ответ был до гениального прост — нужно по-крупному облажаться и тогда жюри от него избавится! Право, зачем на таком крутом шоу держать безвкусную модельку? Сехун вернётся домой, помирится с Ча Ён, навсегда забудет рожу Тао и будет пребывать в счастливом неведении, что все девушки — невинные ангелы, не умеющие ругаться матом и вести себя похуже змеюк подколодных. Пока остальные модели вовсю позировали, Рихунна, запершись в отдельной кабинке, пыталась выпутаться из корсета и узкой юбки-карандаша. Не понимая, за какие грехи ему мстит Кёнсу, принуждая надевать подобные вещи, он услышал слабый стук в дверь. — Ри, впусти меня, это Ча Ён! Охнув, Сехун торопливо щёлкнул замком и потеснился, впуская подругу. — Вот, я тебе аксессуары принесла, — взвесив на ладони несколько разноцветных браслетов и бус, улыбнулась девушка. — А тебе сюда можно? — всё ещё чувствуя вину за утреннее поведение, шепнул О. — Все заняты съёмками. В примерочных вообще никого не осталось. Тебе помочь? Не дождавшись ответа, Ча Ён помогла Сехуну снять одежду и от души поржала над утягивающими трусами, благодаря которым стирался сам факт половой принадлежности стоящего перед ней парня. — Очень смешно, — собрав волосы в пучок, огрызнулся О. — Я, вообще-то, мечтал годам к тридцати отцом стать, но боюсь, что теперь это невозможно! — Да ничего с твоим дракончиком не станет! — фыркнула Ча Ён, параллельно скептически рассматривая вешалки с одеждой. — Что за барахло ты набрал? — У меня есть план. Поможешь? — заговорщицки подмигнул Сехун. Идея подруге понравилась, поэтому уже через двадцать минут в зеркале можно было увидеть симпатичную брюнетку, разодетую в лучших традициях стилиста До. Пышная бежевая юбка-фонарик, чуть выше колена; сверху зелёная клетчатая рубашка навыпуск с подогнутыми рукавами. Поверх всего этого безобразия оказались намотаны ярко-красные бусы, а на голову водружена кокетливая соломенная шляпка. Сехун даже не поленился сменить элегантные ботильоны на кислотно-салатовые босоножки. — И как тебе? — довольно улыбаясь, разглядывал себя в отражении О. Ча Ён, теперь едва достававшая до плеча, встала за спиной и обвила Сехуна руками, сцепив ладошки замком на его животе. Долго разглядывала О в отражении, прижимаясь щекой к плечу и задумчиво улыбаясь. Затем ещё раз поправила его распущенные волосы и подняла на парня тоскливый взгляд. — Ты очень красивый даже в образе девушки. — Привстав на цыпочки, она смазано коснулась губами щеки Сехуна и поспешно выскочила из кабинки. Недоумённо хмыкнув, О передёрнул плечами, с недовольством понимая, что лишившись тепла за спиной, уже не чувствует себя столь уверенно, как прежде. Когда все участницы отснялись и спокойно распивали кофе на диванчиках, пришло время О Рихунны. С грохотом распахнув дверцу примерочной, брюнетка выплыла в торговый зал и самодовольно усмехнулась, обрадованная реакцией на своё появление. Если девицы хрюкнули и принялись шёпотом обсуждать наряд соперницы, то почти задремавший Пак Чанёль тут же встрепенулся и подался вперёд, щуря тёмно-карие глаза и едва ли не облизываясь в предвкушении. — Рихунночка, прошу, пару слов о наряде! — Тао, не успев толком припудрить носик, уже вовсю пританцовывал возле О. — Мой наряд называется «Я не такая»! — с гордостью поведала Рихунна. — Все мы хотим быть индивидуальными, но наше общество навязывает чёткие стандарты моды, не следуя которым, ты автоматически становишься изгоем! В данном образе я подчеркнула лишь факт того, что можно оставаться модной даже в своём собственном стиле. Главное, быть уверенной в собственной неотразимости и не бояться косых взглядов со стороны. Только тогда можно с гордостью заявить: «Я не такая как все!» Модели перестали шептаться, а Соён даже в ладоши похлопала, одобрительно разбойничьи свистя. Остальные девушки, запакованные в вечерние платья, недовольно поджали губы и не проронили ни слова. Рихунна же, почувствовав прилив сил, весело позировала довольному фотографу. И эгьё делала, и воздушные поцелуйчики отправляла, и даже подпрыгивала под самый потолок, от чего её волосы взметались тёмным водопадом и медленно опадали обратно на плечи. Сразу после завершения съёмок, члены жюри разъехались, а модели, наспех перекусив, поехали обратно в особняк. Как оказалось, в торговом центре они провели более пяти часов и на улице уже начало темнеть. Вернувшись в место, которое отныне приходилось считать своим домом, Сехун больше всего мечтал лечь спать, перед этим стянув и противные трусы, и раздражающий парик. Но как бы не так! В особняке его уже поджидал Кёнсу. Молча переодев хныкающую Рихунну в длинное коричневое платье и, несмотря на жару, заставив накинуть сверху меховую накидку, он подправил растёкшийся за день макияж и лично сопроводил обессиленную модель на первый этаж, в специально оборудованный для съёмок зал. Вскоре в белоснежной комнате, где был сделан подиум, собрались все пятнадцать участниц шоу. Также сюда пришли пышущий энтузиазмом Тао, деловой Чондэ и донельзя довольный Пак Чанёль. Заняв свои места за длинным столом, они обвели заинтересованными взглядами ровный ряд девушек, после чего толкнули пространную речь о первом дне и своих впечатлениях от него. Когда Пак Чанёль поднялся на подиум и приготовился называть имена девушек, прошедших дальше, Рихунна закусила щёку и незаметно сложила пальцы крестиком, лишь бы избежать подобной участи. — Первой я хотел бы назвать девушку, которая поразила меня в хорошем смысле этого слова, — густым бархатным голосом поведал Пак. — Её смелость и уверенность, молодость и красота безусловно найдут отклик в сердцах беззаботной молодёжи. О Рихунна, для меня вы сегодня номер один! Ри так и застыла с шокировано распахнутым ртом, очнувшись лишь в тот момент, когда Соён от души хлопнула её по спине. Проходя мимо Нам Да Хэ, О не мог не заметить обиженно поджатых губ главной красавицы. Впрочем, та тут же мило улыбнулась и царским кивком головы поздравила победительницу. Улыбнувшись Чанёлю и позволив пожать свою ладонь, Рихунна приняла протянутую фотографию, признанную лучшей. Заняв место в безопасной зоне, брюнетка долго смотрела на себя со стороны — отчаянно весёлую, гибкую, словно окружённую светом, с рассыпанными по плечам волосами и придерживающую рукой шляпку, словно ту вот-вот сорвёт ветер. Выгнанной оказалась незаметная девушка, которая за два дня съёмок ничем примечательным не запомнилась. Всплакнув напоследок, она покинула дом, а Сехуну ещё долго казалось, что он ходит не по гладкому полу, а по хрустевшим под ногами осколкам чужой разбитой мечты.

***

После того, как Пак Чанёль и Тао укатили домой, Сехун вздохнул с облегчением. Уже предвкушая тихий вечер (благо, Да Хэ опять куда-то смылась, а Соён, накушавшись вина, мирно дрыхла), О решил для начала проведать Ча Ён и извиниться за сказанные в сердцах слова. Вот только стоило ему появиться на первом этаже, как выпрыгнувший из засады Чондэ тут же утащил его в свой кабинет. — Ну что опять? — заныла Рихунна, поправляя сползшую с плеч накидку. — Ты видела? Видела?! — возбуждённо лепетал Ким. — Кого? — Не кого, а что! Дура! — плюнув в сердцах, возмутился Чондэ. — Пак с тебя глаз не сводит! Ох, уведёт, чувствую! А это несправедливо! Это ведь я твою звезду открыл! Нет, Рихунночка, я не позволю тебе заключить договор с Паком! Будешь под моей компанией, уяснила? — Вы о чём, уважаемый? — приосанившись, фыркнула брюнетка. — Я заключила договор на участие в шоу, но не на сотрудничество с вашей фирмой! И сразу после вылета из этой дешёвой передачи, я завяжу с модельным бизнесом! Новых звёзд открывайте! — Рихунна! — визгливо крикнул Чондэ, но О уже хлопнул в сердцах дверью. В нём всё клокотало от злости и раздражения! Это что за новости? Какая, к чёрту, модельная деятельность? Ему что, теперь, до конца дней в бабских шмотках щеголять? Тогда уж лучше сразу ко врачу идти — сиськи наращивать, письки отрезать. Тьфу ты, что за жизнь! — Эй, подруга, что случилось? — Соён встретила Рихунну хриплым приветствием. — Да так… Ты же спала? — Доза маленькая! — призналась синеволосая. — Может, наведаемся к твоей подружке и допьём бутылочку? — А пойдём! — решительно кивнула брюнетка. Сонная Ча Ён встретила их на пороге крохотной комнатушки, где помещался лишь матрас и небольшая тумбочка для одежды. Пока Соён, не стесняясь в выражениях, костерила Чондэ, не позаботившегося об удобстве стаффа, Рихунна стянула с ног туфли и устало вытянулась на матрасе. — Вы чего пришли? — торопливо рассовав по углам пустые фантики от конфет, засуетилась подруга. — Выпить и поговорить по душам. А то у нас везде камеры понатыканы. Я Соён! — дружелюбно представилась синеволосая. — А я Ча Ён! — улыбнулась в ответ девушка, пожав протянутую ладошку. — Одно сплошное «Ён». Вы не сёстры, случаем? — изогнула бровь Рихунна. Пока Соён выгребала из пакета бутылку вина, пластиковые стаканчики и остатки курицы на закуску, Ча Ён щедро поделилась шоколадными конфетами, припрятанными в глубине тумбочки. Вино пошло, на удивление, хорошо. Уже после второго стаканчика две «Ён» вели себя так, словно знакомы тысячу лет, и не обращали никакого внимания на задремавшую Рихунну. А та и рада — устроилась на подушечке, ножки вытянула и мирно засопела, убаюканная тихим девичьим разговором. Сехун честно не знал, что заставило его резко открыть глаза и так же торопливо закрыть, оставив маленькие щёлочки, чтобы видеть. Прямо перед ним развернулось слишком кошмарное действие, к которому нужно было привыкнуть, а то спросонья и сердечный удар можно схватить. Там, на краю матраса, поджав ноги сидела Ча Ён, а перед ней, вытянув губы трубочкой, Соён. Руки синеволосой лежали на плечах смущённой подруги и слегка их разминали, не принося ожидаемого расслабления. — Прекрати! Если с парнями не получается, нужно попробовать с девушками! — увещевала модель. — Ты молодая, сейчас любой опыт будет важен. Ну же, мы только поцелуемся. Вдруг понравится? Я много чего умею! У Сехуна даже во рту пересохло от такого заявления. Наверное, любой другой парень на его месте от радости из штанов выскочил — ещё бы, кажется, назревал, как минимум, девичий поцелуй. Вот только О, почему-то, совсем невесело было. Даже закралась глупая мысль — уж пусть лучше с парнями, чем с девчонками. И нет, Сехун не был противником однополых пар, просто не хотел, чтобы его Ча Ён становилась такой. Она же ему подруга, как младшая сестрёнка, даже ближе… Сердце едва не остановилось, когда Соён дотронулась кончиками пальцев до смущённо-алой щеки и подалась вперёд, почти коснувшись чужих губ своими. В последний момент Ча Ён отвернулась и вдавила ладошку в плечо девушки, отстраняя на прежнее расстояние. — Не нужно. Соён натянуто рассмеялась и развела руками. — Что ж, захочешь заняться сексом — знаешь, где меня искать. Я уверена, ты ещё не раз над этим подумаешь! Подхватив пустую бутылку и бросив взгляд на «спящую» Рихунну, синеволосая натянула ботинки и покинула домик. Сехун слышал, как подруга вздохнула с облегчением и потёрла ладошками красное лицо. — Ну и дела, — разочарованно произнёс парень, показывая, что уже давно не спит. — А я так надеялся посмотреть, как лижутся девчонки… — Мне её догнать? — разозлилась Ча Ён. О едва успел схватить её за руку и силой уложить рядом с собой, даже ногу сверху закинул, чтобы не трепыхалась. Девушка сдалась на удивление быстро — прижалась к Сехуну, уткнулась носом ему в шею и тихо всхлипнула. — Ладно, не реви! Я же пошутил! — Я так испугалась. Думала, что она на меня набросится, — ревела Ча Ён. О хотел сказать что-нибудь колкое, но вовремя прикусил язык, продолжая гладить подругу по волосам. — Обещаю, что как только мы свалим отсюда, сразу познакомлю тебя с крутым парнем! Вот, честное слово даю. Веришь? — Ы-ы-ы, — обречённо разрыдалась Ча Ён, стуча ногами и всем нутром протестуя подобной идее. И вот что с ней делать? — Всё, не реви! Кому сказал? Ладно, что мне сделать, чтобы ты перестала портить моё эксклюзивное платье своими соплями? — Останешься? — сипло прошептала Ча Ён, и в этом вопросе было столько отчаянной надежды, что Сехун не нашёл сил отказать. Вытащив из-под спины скомканное одеяло, он укутал их обоих и с удовлетворением заметил, что подруга перестала плакать и благодарно улыбнулась. Поёрзав и устроившись поудобнее, она сложила голову Сехуну на плечо и хитро прищурилась. — Вот же удивятся, когда узнают, что мы провели ночь вместе! — Пф, быть может, узнав, что я лесбиянка, Тао начнёт подкатывать к кому-нибудь другому? — захныкал О. — Мне кажется, он давно понял, что ты «не такая», и его любовь это ни капельки не пошатнуло! — издевательски протянула Ча Ён. Они ещё долго добродушно подкалывали друг друга, пока сон окончательно их не сморил. И, уже почти задремав, Сехун вспомнил, что так и не извинился перед девушкой.