Хозяин заколдованного леса: "Когда дается второй шанс"

Бездумно просиживая время на холодном полу, отбросив все ненужные мысли, не позволяя пустоте в сердце становится больше. Сиэль подтянул одну ногу к груди. Его состояние было близко к депрессии, но мелькнувшая в голове идея, оттенила апатический настрой. Сиэль покинул свою комнату, осторожно прикрыв за собой дверь. Он прислушался к голосам внизу, родители ясно сидели на кухне, обсуждая его дальнейшую судьбу. Парень бы фыркнул, если бы не был морально раздавлен. Лишь одно было способно его привести в чувство и ради этого Сиэль решился спустится в гостиную незаметно для родителей и стащить домашний телефон. Как только он забрал трубку, также бесшумно вернулся в комнату, попутно закрыв дверь на замок. Он уселся на подоконник, откидывая шторы в сторону и впуская в комнату солнечный свет. Глаза слепило от яркости, но Сиэль не обращал на это внимание. Он быстро набрал собственный выученный номер, с замиранием сердце слушая гудки. По телу прошел табун мурашек. За томительным ожиданием Сиэль не сразу заметил, что затаил дыхание, но лишь услышав голос любимого и чувства, хорошо запечатанные ранее, вырвались на свободу. — Себастьян… — собственный голос дрогнул. Сиэль прижал кулак ко рту, сдерживая болезненный полу-стон полу-всхлип. — Как ты, малыш? — взволнованно спросил мужчина. — Не очень… — парень прикусил костяшку пальца. — Не переживай. Все же они твои родители и очень за тебя волновались. Они остынут, — нежно сказал Себастьян, и по голосу было слышно, что тот слегка улыбался. Сиэль не сдержал ответной улыбки, пусть она и была кривоватой. — Я очень на это надеюсь. Ну, а что насчет тебя? — Наконец сделал обход, — мужчина тихо засмеялся, — но так волновался за тебя, что поспешил вернуться. Как раз вовремя. — И как телефон? Уже разобрался в функциях? — Функции? Зачем они мне? — мужчина вновь засмеялся. — Сменить мелодию звонка, — Сиэль заметно заряжался смехом мужчины и не мог скрывать более улыбки. — Не знаю, как ты относишься к ударным. — Хватит издеваться над старым человеком, — Себастьян усмехнулся, — а родители не будут злиться сильнее, если узнают, что ты кому-то позвонил? — Нет, — тень легла на лицо Сиэля, — они не знают, что я с кем-то говорю и вряд ли узнают. — Не заставляй их волноваться сильнее, Сиэль, — мужчина вздохнул, — я тоже очень переживаю за тебя. И слышать даже твой голос уже невероятный подарок. — Как жаль, что моя выдержка не такая сильная, как твоя, и одного голоса ужасно не достаточно… Но я буду стараться пробиться к тебе, слышишь? Я сделаю все, чтобы родители простили меня и вновь позволили вернутся. — Не торопись. Времени еще много. Я буду ждать тебя, малыш. — Это так трудно. Прошло всего несколько часов, а мне уже кажется, что несколько дней, — грустно усмехнулся. — Поверь, я как никто тебя понимаю, но мы не можем торопиться. Сейчас, когда ты живешь с семьей, прошлое не должно сказываться на твоем поведении. Ты ведь понимаешь… Сиэль молча закусил губу, сжимая трубку чуть сильнее. Он как никто другой понимал это. И уже сейчас в голову приходила шальная мысль, что вскоре перед ним встанет выбор. — Мне ясно это, — на грани шепота. — Я люблю тебя. Очень сильно, — прошептал Себастьян в ответ, грустно улыбнувшись. Рука потянулась к стеклу. Пальцы медленно прошлись по стеклу, оставляя отпечатки. — И я тебя люблю. — Знаю, малыш. Я всегда рядом. — Если бы ты только мог покинуть лес… — Сиэль приложился лбом о холодное стекло. — Даже если бы и мог, то как бы нам удалась встретиться? — И город не пересечь? — Сиэль тихо простонал, — Неужели и правда всю жизнь, Себастьян? Ты ведь не был рожден в этом лесу, чтобы иметь запрет о его пересечении? — Я могу уйти из него, — тихо ответил мужчина. Но предложение парня мгновенно породили в нем плохие воспоминания. — Правда? — Сиэль отлип от стекла. Новость удивила, но что-то подсказывало, что не все так просто в словах мужчины. — Да. Я не уходил не потому, что мне запрещено. Просто…я боюсь оставлять лес. Я не знаю, что может случаться в мое отсутствие. «Ты явно что-то недоговариваешь, Себастьян». — Ясно. — Малыш, я… — мужчина не знал, что сказать, он так хотел увидеть парня, но страх, что может произойти все что угодно не давал ему сойти с места. — В любом случае, ты ведь не располагаешь временем для встречи. А сбегать от родителей я тебе больше не могу позволить. — Ты прав. Сейчас я под домашним арестом, а значит ничего кроме учебы и комнаты взаперти мне не светит. — Прости, я бессилен здесь. — Ничего. Это было мое безрассудство. Извини, но я не могу долго разговаривать по телефону. На это уходит слишком много денег, — Сиэль провел рукой по стеклу, совсем не желая прерывать связь. — Да, понимаю, — Себастьян грустно улыбнулся, — пока. — Пока, — нажал на кнопку отбоя. Телефон был откинут на постель. Сиэль подобрал ноги к груди, обхватывая руками. Его ждут самые тяжелые месяца в заточении.

***

До конца дня Сиэль не выбирался из своей комнаты. Отец был строг как никогда раньше и кажется не позаботился о том, что ребёнку нужно ещё и питаться. Только мать ближе к вечеру стучалась к сыну, прося выйти и хоть немного перекусить, на что Сиэль ответил отказом. Рейчел не стала спорить, и показывать своего расстройства мужу. Парень же был погружен в свои мысли. Он перематывал в голове разговор с Себастьяном, что-то не давало ему покоя. Он вспомнил все, что касалось прошлой жизни, но возникало чувство, словно некоторые отрезки все же исчезли из памяти. Он никогда не слышал, чтобы Себастьян был способен покидать и его уклончивый ответ не успокоил. Его голос дрогнул и Сиэль слышал неприкрытый страх. — Вспомнить все, — Сиэль слез приложился к стеклу, — ритуал… Все произошло на той поляне, тогда же, когда они впервые встретились. Но их деревья были в совершенно ином месте. Что произошло после? Сиэль ещё долго ломал голову над этим вопросом, но так и не пришел к разумному выводу. Единственной возможностью было спросить Себастьяна, но Сиэль не хотел задевать старые раны. Возможно, он не помнил как случилась их гибель, но Себастьян все знал. Он чувствовал, что знал. Тогда Сиэль перебрался к себе в постель. Как бы то ни было воспоминания, если они все же пришли не все, вскоре откроются. Сейчас же парень только получит головную боль без шанса на продвижение.

***

Быть послушным, не перечить, выполнять любую просьбу, Сиэль почти месяц пытался угодить родителям и они принимали изменения своего ребёнка, однако не замечали главного, как хуже становилось самому парню. Каждый день сидеть взаперти после учебного дня, довольствоваться лишь звонками любимому и периодически появляться у родителей на глазах, закрыв все эмоции от них. Время подходило к Рождеству. Самому светлому празднику и Сиэль как никто другой хотел хоть на мгновение увидеть Себастьяна в этот день. Сжимая подаренный медальон, Сиэль спустился вниз, где родители уже украшали дом. — Сиэль, сынок, — Рейчел позвала парня, выглядывая из прихожей, — помоги украсить елку. — Конечно. Пышная красавица уже одним видом украшала гостиницу. Родители обвешали её гирляндами, но коробка с дождем и игрушками оставалась нетронута. Сиэль забрал одну, начиная с верхушки. — А отец украшает дом снаружи? — Да. И кстати, ему тоже нужна будет помощь, — женщина улыбнулась парню, развешивая по комнате мишуру. — И почему вас всегда тянет обряжать дом в мороз? — под нос буркнул Сиэль. Его коробка осталась с несколькими поломанными игрушками, остальные же красовались на елке и парень взялся за дождик. Не больше двух минут ушло на последний штрих и вот елка уже преобразилась и не хватало лишь погасить свет и включить огни. — Пойду помогу отцу, — бросил Сиэль после осмотра ели. Во дворе деревья и кусты были уже обвешаны гирляндами и сейчас Винсент украшал перила. Сиэль негромко хлопнул дверью, привлекая к себе внимание. — Сиэль, — мужчина кивнул парню, — помочь вышел? — Иначе ты замерзнешь окончательно, — улыбнулся уголками губ. Поправив перчатки, Сиэль перешел ко второму периллу, где отец ещё не успел обвить гирлянду. Их работа проходила в молчании и парень все более неуютно чувствовал себя в присутствии отца. — Так ты все же не скажешь, почему ты сбежал тогда? — продолжая крепить гирлянду, спросил мужчина. — Прости, но нет. — Сиэль, — Винсент вздохнул, поворачиваясь к парню, — ты хоть понимаешь, что с матерью делаешь? — Я прекрасно осознаю свой поступок и не в праве перечить. Однако если бы мне предоставился второй шанс, я не изменил бы ничего. Я поступил бы точно так же. Это моя судьба. Мой выбор. Сиэль отвернулся, сжимая руки в кулаки. Воспоминание о Себастьяне вновь затопили его сознание и он неосознанно выдал больше, чем хотел. Винсент не мог сказать ничего. Он просто молча смотрел на парня. — Я пытаюсь понять тебя, поверь. Но все мы боимся за тебя. Боимся, что однажды ты можешь не вернуться. Сиэль обернулся, выдавливая улыбку. «Если бы ты только знал, отец…» — Я не сбегу больше. — Очень надеюсь на это, — мужчина кивнул, продолжая украшать дом, — но ты ведь понимаешь, что отпустить тебя к тете в этом году мы не можем? — Да, я понимаю, — смиренно опустил голову. — И все же я могу рассчитывать на милость? — Я не знаю, — Винсент вздохнул, так и не повернув голову в сторону парня. Сиэль закончил украшать свою часть. Конечности заледенели, он согревал руки дыханием через перчатки. — Что ещё? — Иди в дом, я тоже почти закончил. Дом встретил приятным теплом. Сиэль на секунду прикрыл глаза, согреваясь и уже чуя вкусные запахи, доносящиеся с кухни. Скинув одежду, он поплелся на чудный аромат чуть было не столкнувшись с матерью. Это уже становится долбаной традицией. Он вовремя уперся в косяк двери, отбив руку, только бы женщина не влетела в него. — Что на ужин, мам? — потирая руку, парень уселся за стол. — Рожки с печенью, — улыбнулась женщина, потрепав парня по голове. Она отошла к плите, накладывая сыну ужин. — А отец скоро вернется? — Должен уже подойти. Сиэль скучающе водил обратной стороной вилки по столу, слегка постукивая. Он все ещё обдумывал разговор с отцом и теперь ему стало неудобно перед матерью. Пусть и прошел почти месяц, а ему так и не удалось нормально извиниться перед ней. — Мама. — Да? — с улыбкой ответила женщина, садясь напротив. Сиэль поднял на неё глаза, откладывая столовый прибор. — Мама, прости за то, что сбежал. Я очень люблю вас и никогда не хотел расстраивать. Мне очень стыдно. — Ох, бог ты мой, сынок, — Рейчел грустно улыбнулась, поднимаясь и обнимая парня, — я не знаю твоих причин, но верю, что они стоили того, чтобы ты… Ушел. Главное не исчезай больше так, прошу тебя. Сиэль с готовностью заключил мать в объятья, уткнувшись носом в её плечо. Материнская защита… когда-то давно Сиэль был лишен этого, но помнил все как вчера. Но сейчас все по-другому. Эта женщина любит его всем сердцем, и Сиэль отдает ей тем же. Пальцы задрожали и парень крепче сжал одежду на её спине. — Спасибо, мама. — Люблю тебя, сынок, — женщина поцеловала парня в щеку, вновь садясь на свое место, — кушай. Съев свою порцию, так и не дождавшись отца, Сиэль поблагодарил маму и поднялся к себе наверх. После домашнего ареста, парень собрал все свои оставшиеся деньги на то, чтобы обзавестись новой симкой. В его тумбочке было два старых телефона и если один помер окончательно, на второй нужно было просто приобрести карту. Так Сиэль приобрел сотовый, каждый день названивая Себастьяну. И сейчас закрыв дверь, парень набрал номер, слушая гудки. — Да? — ответил ему чуть хриплый и уставший голос. — Привет, Себастьян, — Сиэль уселся на подоконник. — Что с твоим голосом? — Только вернулся с обхода. Пришлось гнать чужаков до самой границы, — мужчина вздохнул, приводя голос в норму. — Подожди, чужаков? Только не говори, что вновь объявились люди, — Сиэль заметно напрягся, сжимая телефон. — Нет, то были звери. Хотели расширить свои территории. А ты как, малыш? Все в порядке? — Да, не волнуйся. Родители потихоньку оттаивают. Скоро я добьюсь того, чтобы меня отпустили на лето к тебе. — Это хорошие новости, — Себастьян не сдержал улыбки, — как ты себя чувствуешь? Ты ведь болел совсем недавно. — Я тебе умоляю, это была всего лишь простуда. — парень закатил глаза, — Все в порядке. Я жив, здоров, не чахну. — Я помню… — мужчина осекся, не став продолжать. Все же не хотелось ворошить не самое приятное прошлое. — Что ты помнишь? — Твою болезнь. И уже не могу не волноваться… Сиэль тяжело вздохнул. Он слышал эти отголоски прошлого и они никак не вязались с его настоящей жизнью. — Ты про тот случай? — Да, — Себастьян вздохнул, кляня себя за то, что все же проговорился. — Себастьян, — Сиэль перебрался на кровать, плюхаясь со стоном, — я понимаю твое беспокойство, но пойми, это было очень давно. Сейчас у меня иная жизнь. Вряд ли Смерть решится навестить меня. — Да, медицина ушла далеко вперед, но… «Ты слишком далеко, чтобы я перестал переживать». — Но это не главное. Я в порядке и болею редко. Это был исключительный случай, когда я забыл закрыть до конца окно. Больше такого не повторится. — Хорошо, но будь осторожен, любимый, — последнее слово мужчина произнес шепотом, сам не зная, кого остерегаясь. Сиэль расплылся в улыбке. — Люблю тебя. — Я схожу с ума, — не выдержал Себастьян, — ты так далеко… Слышать лишь твой голос…это пытка. — Перестань, пожалуйста. — Сиэль прикрыл глаза, собираясь с мыслями. Сердце кровью обливалось от его слов. От страдания. — Мы встретимся. Очень скоро. — Да, я знаю… — А твоя сила, она до конца восстановилась? То есть я имею виду, что… после смерти ты, возможно… стал другим… — Сиэль закусывал губу, выдавливая вопрос. Ему было неуютно, но в тоже время интересно узнать. — Ну… Не совсем до конца, — со вздохом признался мужчина, — иногда я не могу контролировать свое превращение. — То есть? — Даже взять в пример сегодняшнее преследование. Прямо посреди пути я вдруг на пару мгновений стал человеком. — Но может ты ещё не привык. — Нет. Это здесь не при чем. Я, честно говоря, не знаю, когда все придет в норму. «И придет ли вообще» Сиэль перевернулся на другой бок, лицом к стене. — Я скучаю. — Малыш, — Себастьян с тоской вздохнул, — я тоже скучаю… Сиэль вымученно улыбнулся. Каждый их разговор заканчивался этой чертовой разлукой и на сердце становилось ещё тяжелее и самое трудное было перевести разговор. — Ты готовишься к Рождеству? — Родители готовятся, а я помогаю. Но я так желал хоть один разочек по-настоящему отпраздновать с тобой. Всегда было лишь в обличье волка. И это было прекрасное время, лучшее, что Сиэль мог получить. Но было бы еще замечательнее, справь он с Себастьяном в человеческом обличье. — Мм… Да, было бы здорово, — мужчина вновь вздохнул, невесело усмехаясь, — хочешь предрождественское маленькое чудо? — Как раньше? Несмотря на предложение любимого, Сиэля передернуло. После его подаренной сказки произошло неприятнейшее событие. — Сейчас другое время… Мужчина усмехнулся, и в ту же секунду стекла в комнате парня замерзли. Еще спустя мгновение на нем стали проявляться причудливые фигуры и замысловатые узоры. А после все переросло в фигуру большого волка и тянущуюся к нему детскую руку. Сиэль потерял дар речи. Он тут же метнулся к окну, в шоке протягивая руку, но боясь даже прикоснутся. — Как ты это сделал?.. — еле как вымолвил. — Ну… Немного поговорил с одним снежным духом, — Себастьян засмеялся, — нравится? — Снежн… О, боже… — Сиэль так и осел на пол, больно ударившись боком о стул. — Ты не перестаешь меня удивлять. — Он мой старый знакомый… Навещал меня некоторое время, — тихо ответил мужчина, все еще мягко улыбаясь, — это может находиться на стекле вплоть до весны, если пожелаешь. — Очень заманчиво, но вряд ли. Родители не поймут. Как бы не был прекрасен рисунок с навевавшими воспоминаниями, ему не суждено пробыть надолго. Возможно несколько дней, не больше. — Хорошо, пусть все пойдет своим чередом, — заметно, что мужчина довольно сильно расстроился, пусть и не хотел этого показывать. — Прости, но я правда не могу, — Сиэль осторожно коснулся волка, самыми кончиками пальцев очерчивая линию головы. — Да, я понимаю. — Черт возьми, — парень со стоном опустился на пол. Он так и слышал обиду в голосе мужчины и его просто передергивало от себя и своих слов. Себастьян вздохнул, беря себя в руки. — Прости меня. Я давлю на тебя. Просто… Смешно, но это Божество сделало тоже самое и с моим окном. — Это не смешно… — Да. Он хотел нам сделать подарок, и вот что из этого вышло. — Если только я буду запирать дверь. Если не позволю родителям появляться в комнате до весны, тогда это возможно. Сиэль прикинул такой исход в мыслях, и было это слишком нереальным. Если отец и не часто посещает, но мама точно не останется в стороне. Себастьян не нашел что ответить, он продолжал молчать, слушая идеи Сиэля. — Но все это… — чертыхнулся, разрываясь,. — Себастьян, это так давит. Я не говорю сейчас о подарке, а в общих чертах. Отец не понимает и не хочет понимать, и я не могу нормально объяснить! Но я так надеялся на его поддержку… и все оказалось ложным. Но знаешь, что на самом деле смешно? Мама меня поняла. Она поняла, что ушел я не просто так, а ради очень важного… Как быть?.. Я уже и не знаю, что думать. Возможно, она догадывается, что у меня есть кто-то ради кого я сбежал… — Но она и подумать не может о Божестве-мужчине, — Себастьян горько усмехнулся, — а на счет отца. Просто дай ему время. И он поймет. Женщины по натуре мягче и понимающей мужчин. — Да, но не в моем случае. Он ведь часть меня. И тоже был в твоих лесах… он должен был понять, должен. — Сиэль. Он был в этих лесах, но для него это просто лес, и просто красивое место. — Да, — горькая ухмылка, — всего лишь красивое место… — Но не для нас, — мужчина улыбнулся. Все же он наконец нашел его, остальное так или иначе, может подождать. — Знаешь, в этом разговоре мне вспомнился интересный диалог с тетушкой. Однажды я нашел фотографию своих предков, точнее… моих далеких правнуков… Боже, как это жутко сейчас звучит, — Сиэль прикрыл рот, только сейчас в большей мере осознавая, что не он потомок, а они все его потомки, — так вот, я увидел своего «прадедушку» и знаешь, он был копией меня. Поэтому теперь у меня возник вопрос, ты знал, когда появляюсь настоящий я? И возникала ли у тебя мысль, что он и есть я? — Нет. Я знал, что это не ты. Хотя, видеть его так же было пыткой для меня. — У него были мои глаза? Вопрос несколько странный, но ещё тогда Сиэля мучил этот вопрос, ведь никто из его семьи не имел такого небесно-синего оттенка. — Они были яркие, но, скорее, голубые, — мужчина улыбнулся, вспоминая старые времена. Сиэль облегченно выдохнул. Он даже не заметил, как задержал дыхание в ожидании ответа. — Ясно. — Ты единственный во всем мире, Сиэль. И кроме тебя мне не нужен больше никакой человек или Божество. — Должен ли я сказать тоже самое о тебе? Вопрос на который не требуется ответ. Сиэль улыбнулся, чувствуя приятное тепло внутри от слов мужчины. — Я люблю тебя, — улыбнувшись, тихо сказал Себастьян. — И я люблю тебя. Сиэль кинул взгляд на часы и с не смог сдержать разочарованного стона. Как бы не хотелось прерываться, но лимит их общения был исчерпан. — Иди спать, малыш, — Себастьян понял, что пора уже закругляться, и был этому огорчен не меньше парня. — Я не хочу, — упрямо ответил парень. — Не так уж поздно, чтобы отправляться ко сну. — Сиэль. Я не хочу расставаться с тобой еще на некоторое время, но сейчас отдохни. Мы ведь еще увидимся. Настойчивость его переубедила. Сиэль тяжело вздохнул, мысленно соглашаясь с Себастьяном. — Я позвоню завтра… — Конечно, малыш, я буду ждать. — Пока, — он отключился, бросая телефон на постель. Никто не говорил, что будет легко. И привыкнуть к этому невозможно. Сколько бы времени не прошло, а в конце их вечно недолгого разговора, сердце больно бьется о ребра.