Хозяин заколдованного леса: "Когда дается второй шанс"

Стоило лишь впустить гостя, и Сиэль не поверил своим глазам. Он абсолютно точно знал это Божество. Лишь единицы имели другой цвет глаз, помимо кроваво-красного. Это исключение падало на него. Того, чей взгляд был небесно-синим. Чуть ярче, чем у Сиэля. — Чтоб мне провалиться… — не совсем культурно выразился парень, во все глаза смотря на мужчину. Уже знакомый обоим Божество поклонился в знак уважения хозяевам. — Приветствую Вас, Себастьян, Сиэль. — Здравствуй, — улыбнулся в ответ Себастьян, с радостью пожимая гостю руку, — рад вновь видеть тебя. — Взаимно, друг мой, — губы Божества тронула легкая улыбка. — Пройдем, — привыкший к минимуму эмоций от своего друга, Себастьян провел его в гостиную, предлагая присесть в кресло. — Вижу, вас можно вновь поздравить? — все с той же улыбкой спросил гость, оглядывая сидящих напротив старых знакомых. — Мы еще не совершали ритуала, но встретились вновь… поэтому, надеюсь, все будет хорошо… А ты что же? Все еще в поиске? — К сожалению, — Божество прикрыл глаза, и чуть склонил голову, — но я придерживаюсь мысли, что произойдет то, что должно произойти. Мне остается лишь ждать. — Рейн, — тихо влез в разговор Сиэль, — мы так давно не виделись. Как ты вообще? — Ох, Сиэль…я уже успел отвыкнуть от этого данного тобой имени, — его губы вновь изогнулись в мягкой улыбке, — жизнь Божества велика, но скучна… Очень скучна. — Но ведь должно было что-то произойти. Неужели за эти семьсот лет у тебя все оставалось неизменным? — Да. Меняются времена. А у меня, к сожалению, или быть может и к радости, не изменилось ничего. И такова жизнь каждого Божества. Трудно представить как нелегко приходится мириться с таким существованием. И так ли хороша такая вечная жизнь? Сиэль задумывался об этом не раз. Вечность — та вещь, что отталкивала и притягивала одновременно. И так было всегда. Но их картины были различны. Одно дело, когда эта вечность проходит с тем, кого ты любишь. И другое — когда ты скитаешься в одиночестве, и нет того, кто будет рядом. — Но все же я думаю, что тревожиться о судьбе еще рано, — ответил Себастьян, смотря Божеству в глаза, — придет время, и ты обретешь свою пару. — Или же умру, — со спокойной улыбкой сказал Рейн, и в глазах его плескалось явное нежелание продолжать данный разговор. Сиэль первый сменил тему, чувствуя царившее напряжении в недолгом молчании. Время текло удивительно быстро, пусть и не скоро, но они разговорились, и не сразу Божества уловили присутствие третьего. В дверь постучались. — Хм, не думал, что он придет столь рано, — Себастьян улыбнулся, поднимаясь с дивана, и уходя в прихожую. Уже в прихожей повеяло странным холодом, но стоило увидеть нового гостя, и над головой хозяина посыпался снег. — Здравствуй, друг мой, — улыбнулось Снежное Божество, шуточно создавая маленький вихрь у потолка круговыми движениями пальцев. — Здравствуй, — усмехнулся мужчина, обнимая друга, — проходи. Божество зашло внутрь, и только тогда почувствовал присутствие второго, по силе превосходящего его. Он старался меньше сталкиваться с другими собратьями. Лишь Божество леса, его давний друг, был исключением. — Похоже, я не вовремя? — Нет, весьма кстати, — Рейн поднялся с места, подходя к новому гостю и стоящему рядом с ним хозяину дома, — мне, пожалуй, следует уйти. — Ох, да бросьте вы, — с улыбкой сказал Себастьян, — оставайтесь оба и познакомьтесь. Снежное Божество смерило незнакомца изучающим взглядом. Превосходящих по силе он тоже старался меньше затрагивать, даже на собрании Божеств, что проходило раз в триста лет, не каждых был способен узнать всех своих. Были определенные рамки и меры. А ещё его аура была чем-то схожа с собственной. Снежное Божество чувствовало, что способность собрата очень близка с его собственной. Он определенно хотел познакомиться с ним поближе. Но, переведя взгляд, Снежный заметил сидящего парня. Он сразу узнал его. Тот самый мальчишка, кому он делал подарок по просьбе Лесного друга. Значит он — его истинная пара. — Божество льдов и снега. Приятно познакомится со всеми собравшимися. — Божество воды и дождя. Рад знакомству, — кивнул головой Рейн, внимательно осматривая нового знакомого, чувствуя при этом неизвестное ранее желание узнать его лучше. — Сиэль, — Себастьян перевел взгляд на парня, — это он сделал тебе тот рисунок на окне. Мужчина с улыбкой приобнял друга за плечи. Снежный подмигнул парню. Тот сначала удивился, а потом неуверенно улыбнулся в ответ. — Я сохранил Ваш рисунок и после зимы. — Вот как? Приятно удивлен. Твоя пара мне все уши прожужжал, так хотел приятное сделать, — тихо засмеялся Снежный, но вновь кинув взгляд на притянувшего внимание мужчину, замолчал. Он оказался прав, думая, что они похожи. Так и есть. Их стихии очень схожи и в тоже время полные противоположности. — Что ж ты меня сдаешь. Друг еще, — засмеялся мужчина, отходя от снежного Божества и садясь рядом с Сиэлем, — присаживайтесь. Кивнув, Рейн вновь занял кресло, все еще с интересом наблюдая за прибывшим. Снежное Божество расположилось точно напротив хозяев и по правую руку от нового знакомого. Взгляд так и норовил посмотреть в его сторону, что было несвойственно парню. — Думаю, можно вновь поздравить вас с воссоединением. И, конечно же, рождением такого замечательного Божества. Не за горами тот день, когда стукнет второе тысячелетие. Снежный развлекался во всю, приободряя своим присутствием взамен на свою способность замораживать. Даже сейчас в помещении заметно снизился градус. Сиэль и того прижимался к Себастьяну, дрожа. — Ритуал еще не произведен, но думаю, что все будет в порядке, — мужчина усмехнулся, повышая температуру своего тела, согревая тем самым Сиэля, — а что же ты? Все еще в поиске? — Не теряю надежды, — кивнул Снежный. — Но я чувствую, что уже близок… — и взгляд невольно перевел на Рейна. — Иногда предчувствие, к несчастью, обманчиво, — тихо проговорил Бог воды, переводя взгляд на парня. — Но стоит прислушаться, или же, отрекшись, будешь жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. — Правда? — слабо усмехнувшись, спросил Рейн, вновь смотря перед собой. Себастьян не влезал в завязавшийся между Божествами разговор и лишь с интересом наблюдал. Никогда ранее Бог воды не принимал разговоры с кем-то на порядок моложе или слабее его. И сложившаяся ситуация вызывала у него сильное любопытство. — Считаете, я не прав? Жизнь протекает так медленно и утомительно. Что нам стоит опробовать новое? Пусть предчувствие, как Вы выразились, и может быть обманчиво. Терять все равно нечего. — Разве что, кроме этой самой скучной жизни. Сделав неправильный выбор можно лишиться всего. И тогда уже не думаешь о предчувствии. — Или просуществовать остаток в одиночестве, так ничего и не познав. Одно равно другому. — Вы крайне упрямый юноша, — Рейн усмехнулся шире, все же не смотря на него, — это интересно. — А Вы непробиваемый. И мне это интересно, — той же монетой отплатил Снежное Божество. Он уже усомнился получить ответный взгляд и потому перевел его на хозяев. — Что-то вы притихли, — усмехнулся он. — Поверь, друг мой, дождаться от этого ворчуна ответа крайне проблематично, — с улыбкой ответил Себастьян, — поэтому ваш разговор можно смело заносить в календарь. — Не преувеличивай, — сказал Рейн, все же переводя непроницаемый взгляд на Снежное Божество. — Почему бы и не ответить интересному собеседнику. — Простите, — влез Сиэль, следя за новым Божеством. Он был очень необычный. С приятной внешностью, задорным характером и такой чистой и искренней улыбкой. Он как солнышко в полное противоречие своих способностей. Замораживал все вокруг, но «согревал» своим присутствием. Все устремили взгляд на парня, но взгляд его встретил только Снежный. — Как можно к Вам обращаться? Божество сначала удивился, ведь имени как такового у него не было, впрочем, как и у всех его собратьев. Но когда-то очень давно, один знакомый ему человек, дал ему имя. Божество было привязано к смертному, и когда-то даже считал, что он мог быть его истинным. Но его мнение было ложным. Тот человек уже имел свою семью, а они встретились по воле случая и просто хорошо ладили. Много сотен лет прошло с тех пор, и все же Божество навсегда запомнил данное ему когда-то имя. Сейчас воспоминания вызывали улыбку. — Можешь звать меня Эйс. — Эйс? Красивое имя. — Но поверь, если бы имени у тебя не было, этот парень бы непременно его придумал, — засмеялся Себастьян. — И правда. Даже у меня с его помощью появилось имя. — М? — Эйс перевел заинтересованный взгляд на «непробиваемого», — И какое же? — Рейн, — прикрыл глаза мужчина, — этому мальчишке совершенно не нравится отсутствие у нас имен. — Нужно же мне вас хоть как-то называть, — буркнул Сиэль. — И то правда. Разве так не удобней? — спросил Себастьян, прижимая парня крепче к себе. — Разве что не много. Я не общаюсь с таким количеством Божеств, чтобы думать об удобстве обращений. — Но в нашем кругу можно такое позволить. И даже к тебе, Себастьян, — улыбнулся Эйс, впервые называя друга по имени, данное его парой. — И мое имя звучит сейчас слишком…пафосно, правда? — с ухмылкой спросил мужчина. — Есть такое. — Есть такое. — Есть такое. Все как один проговорили одну фразу, введя Себастьяна в ступор, а после разразился хохот. — Оно пришло в голову само собой, — оправдывался Сиэль, сквозь смешки, вытирая подступившие слезы. — Но тебе идет, — прикрыв рот рукой, заметил Рейн, — другого имени я для тебя и не представляю. — Я тоже уже не понимаю, как жил до своего имени, — с улыбкой ответил Себастьян, отрывисто целуя Сиэля в висок. — И то верно. Спасибо тебе, малыш, — Эйс подмигнул парню, не переставая тянуть улыбку. Вот и повеселились все. Даже Рейн издал пару тихих смешков, что казалось таким странным и непривычным для его характера. — Да не за что, — успокоившись, Сиэль, казалось, сильнее прильнул к Себастьяну. — Другого имени и я уже не вижу. — Другого мне и не надо, — мужчина обвил талию парня обеими руками, прижимаясь, хотя, казалось, и так сильнее некуда. Рейн с некой скрытой печалью смотрел на своих друзей, вздыхая. О подобном он мог лишь мечтать. Эйс заметил перемену в мужчине. Не так давно улыбающийся вместе с остальными, он вновь стал закрываться в себе. Полная противоположность открытому Снежному Божеству. Он хотел растормошить Рейна. Хотел, чтобы тот вел с ним разговоры. Хотел, чтобы тот показывал свои эмоции. Впервые Эйс так яро желал, пробить кого-то. — А что касается людей? Ваши территории они еще не присваивали? — задал более серьезный вопрос Себастьян, смотря на друзей. — Ты знаешь, что я живу высоко в горах. Сейчас не то время, чтобы люди обустраивались в подобном месте. Лишь в целях развлечений, порой попадаются скалолазы-экстремалы, — пояснил Эйс, сразу же кидая взгляд на Рейна. Ему стало интересно, где обитает это Божество. — Касательно моей территории, то людей там более чем достаточно… Не сказать, что они мешают, океан мой крайне велик… но у меня все сильнее складывается впечатление, что постепенно человечество вытесняет природу, — вздохнул Рейн, прикрыв глаза. Что верно, то верно. Чего только стоила вырубка леса. Сиэль все ещё вспоминает с содроганием. Люди заботятся о природе в том случае, когда она поддерживает их жизнь. — Я столкнулся с активным внедрением людей лишь недавно, — вздохнул Себастьян, откидываясь на спинку дивана. — Меня постепенно начинает беспокоить вся эта ситуация, — тихо ответил Рейн, скрестив руки на груди. — Это связанно с той вырубкой? — спросил Эйс. Ещё по пути к другу он заметил вычищенную четверть леса в северной части. Ужасно до чего доходят люди, собственноручно убивая природу. В прошлые времена такое было непозволительно. — Да, и к счастью, это удалось остановить, — Себастьян кивнул, вздыхая, — у меня стойкое предчувствие того, что вскоре гнев Божеств будет не сдержать. — И если это так, то я, не раздумывая, займу их сторону, — заметил Рейн, — люди стали позволять себе слишком многое на этой планете. Сиэль слушал разговор Божеств и все больше чувствовал себя неловко и слишком мерзко. Ведь он тоже человек, а значит, приписывается к их числу, и отвечает за это, как и остальные. — Стороны могут разойтись и не факт, что большинство останутся на своей стороне. Не все люди повинны, — подобные заявления возмутили Эйса. Конечно, во многом он был согласен с собратьями, но и во многом они были не правы. — Назови мне хоть одну причину, по которой люди могут рассчитывать на милость, — тихо, но достаточно жестко спросил Рейн, не повернув головы в сторону молодого Божества. — Они — это часть нас. Без них нас не существовало бы и на половину. Посмотри вокруг. Все в этом мире взаимосвязано. Наша история произошла от одного источника. Высшие силы создали нас, создали гармонию между нами. Именно поэтому наша истинная судьба может скрываться в одном из миллиардов тысяч людей. — Не думаю, — губы Рейна изогнулись в ухмылке, — не в обиду тебе, Сиэль, но люди для меня не более низших существ, не способных даже позаботиться о том, что их создало. — Все нормально. В прошлой жизни я понимал это как ничто другое. Однако… сейчас я не могу с той же уверенностью это обсуждать. И я не хочу отстаивать свои права, касательно моей расы, ведь во многом они действительно виноваты, но в словах Эйса есть доля истины. Никто из наших сторон не вправе судить других. — А я сужу? Лишь говорю как есть, — ответил Рейн, и вовсе теперь не смотря ни на кого. — Давайте сменим тему, — чувствуя нарастающее напряжение, предложил Себастьян. — Сменим? — Эйс криво усмехнулся. В комнате начинало холодать сильнее, — А что думаешь ты, друг мой? — Ничего. Я буду одним из тех, кто держит нейтралитет, — примирительно ответил Себастьян, уже слабо надеясь на хороший исход беседы. — Нейтралитет, — Снежный посмотрел на его пару. Парень становился все мрачнее и мрачнее, а Рейн и вовсе казался обозленным на всех и вся, но успешно скрывающий свои эмоции. — Значит ли это, что тебе все равно? «А ведь твой истинный человек…» — Я прошу тебя не заводиться. Нейтралитет не значит безразличие. И я не говорю о Сиэле, все же у меня ведь есть и свое мнение, к которому я прислушиваюсь. — Как бы я не был против людей, но тебе не стоит сейчас обвинять в чем-либо… Себастьяна, — было видно, что Бог воды все еще не привык называть мужчину по имени, но все же это не помешало в какой-то мере встать на его сторону. — Кто обвиняет? Мне лишь хочется узнать причину вашей «злобы» — взгляд на Рейна, — и «нейтралитета» — на Себастьяна, — в отношении к людям. — Это не, как ты выразился, злоба. Я совершенно ничего к ним не чувствую, но их отвратительное отношение к природе все говорит за себя. И если однажды встанет вопрос, я, не задумываясь, выступлю за то, чтобы прекратить все это. И не важно, как именно. Рейн был просто непреклонен. Он перевел тяжелый взгляд на Эйса, призывая того перестать спорить. Он не понимал. Как можно таить в себе такое безмерное равнодушие? Он не просто непробиваем… это стена, на которой не сделаешь даже трещины. — Что в тебе заложено? Что и Кого ты должен защищать? — Моя задача в том, чтобы защищать океан, под моим контролем приливы и отливы. Я создаю дожди. И о чьей либо защите я не задумываюсь. Все в природе идет своим чередом. Я не вмешиваюсь. Эйс отвернулся, неосознанно сжимая руки в кулаки, чувствуя, как собственное тело становится холоднее. Глупо было спрашивать у такого бесчувственного сухаря о защите смертных. Но, несмотря на злость, это Божество продолжало привлекать Эйса, и желание пробить его стену не стихало. Напротив, становилось сильнее. — Может, мы действительно сменим тему, — влез Сиэль, ещё явственнее ощущая мороз. Уже даже тепло Себастьяна не помогало. Ноги ему никто не мог согреть. — Эйс, прошу тебя, — кивнул Себастьян, призывая парня контролировать свою силу. — Кстати, раз уж ты еще не умеешь полностью держать при себе свою силу, может не стоит спорить со старшими? — не удержался Рейн, тоже подгоняемый уже легким раздражением. — Не считай меня слабее только потому, что я вас младше. — А я и не беру в расчет возраст. Твоя сила выходит за рамки контроля из-за простого всплеска злости. — Только потому, что она не свойственна мне, — Эйс прикрыл глаза, беря свои чувства и мысли под контроль. Из-за ярких всплесков сила становится непредсказуемой, в больших случаях это был огромный всплеск веселья и радости. Он любил такую радость дарить детям. Поэтому злость не была в его привилегии. — А это оправдание слабости? — не пожалел жестоких слов Рейн, усмехнувшись. — Считай как хочешь, это уж точно получше бездушия. — Себастьян, они сейчас убьют друг друга, — тихо шепнул на ухо Сиэль. Атмосфера все больше тяжелела, но радовало, что в помещении стало теплее. — Правда ли? Но зато я не убью твоих обожаемых людей вспышкой злости. — Друзья, прошу вас, хватит, — Себастьян предпринял еще одну попытку успокоить эту парочку, хотя в душе не переставал радоваться. Рейн проявлял эмоции и хоть какой-то интерес к кому-то. А это уже достаточно значимо. — Да, ты убьешь их своей кислой миной. — Что ж, не велика будет потеря. — А что же вы молчите, хозяева? Присоединяйтесь к нашей «милой» беседе, — особо выделил Эйс, расплывшись в фальшивой улыбке. — Да мы вот уже как пару раз пытались осторожно…присоединиться, да только вот вы видимо настолько увлечены друг другом, что этого и не заметили, — ответил Себастьян, усмехнувшись. — Сожалею, мой дорогой друг, но мне пора, — сказал Рейн, поднимаясь с кресла, — еще раз спасибо за добрый прием, был рад повидаться и с тобой, Сиэль. — Ты уже уходишь? — с заметным разочарованием в голосе спросил парень. Эйс усмехнулся. — Действительно. Почему бы Вам не почтить нас своим присутствием ещё пару минут? — Прости, Сиэль, но да. Боюсь убить вас своей кислой миной, — Рейн довольно добродушно улыбнулся парню, так и не бросив на Эйса ни единого взгляда. — Жаль прощаться с тобой столь скоро, — с грустью вздохнул Себастьян, поднимаясь следом за Богом воды и уходя с ним в прихожую.